Original subtitles

ШТАБ-КВАРТИРА ВАМПИРСКОГО СОВЕТА

Я почти уверен,

что нам туда. СОВЕТ ВАМПИРОВ: ПОДВАЛЬНЫЙ ЭТАЖ.

Сегодня большое событие.

Наш первый суд Совета Вампиров.

Да начнётся Судебная церемония!

Раньше мы стояли здесь как приговорённые к смерти преступники,

а теперь будем сидеть как судья и присяжные.

Этого казнить, этого тоже казнить…

Блядь!

Нельзя вот так подкрадываться к вампирам, Гильермо!

— Как ты вообще сюда спустился? — Что вы имеете в виду?

Я здесь уже 20 минут.

Жду вас, ребята.

Ну так нам сюда идти или туда?

Думаю… туда.

Ебучая Провожатая!

Я полчаса стою позади вас.

— Чего? — Молча наблюдаю за вами.

Вдыхаю ваш запах.

Чувствую ваш мускус.

Так… Нам сюда или…

Нет-нет. Наоборот, нам туда.

— Хорошо. — Вы пропустили поворот. Все за мной.

ЧЕМ МЫ ЗАНЯТЫ В ТЕНИ 3 СЕЗОН 5 СЕРИЯ

Переведено студией FOCS Мы в телеграме: [@russubbyFOCS]

Наш сосед Шон любезно пригласил нас

на то, что он называет «тусовкой только для парней».

Так что я радостно предвкушаю,

как все по кругу будут друг другу дрочить.

— Не думаю, что он это имел в виду. — Нет, конечно.

Как бы то ни было, я позвал Колина Робинсона.

О мой-мой, моя твоя любить.

Это твой друг?

Моя звать Джа-Джа Бинкс.

Приятный голос.

Разве тебя он не раздражает?

Мне он кажется прикольным, серьёзно, Колин.

Мой дядя Фульвио

переделал здесь обшивку, так что теперь всё очень симпатично.

— Фрэнк, Майки! — Привет!

Помните старину Лаза и его друга…

— Робинзона Крузо. — Йоу! Привет!

Что смотрите, пацаны?

Да знаешь, местный студенческий хоккей.

Спорт в чистом виде

существует именно в студенчестве, потому что начинаешь заниматься им

— сразу после старшей школы, и… — Да ладно тебе, подвинься. Отойди.

— …прежде, чем по-настоящему… — Робби Робертсон.

Ты не прозрачный, понимаешь?

— Да, мне говорили. — Заткнись.

Они хотят, чтобы ты отошёл, Колин Робинсон.

Ладно.

— Ты присядь, присядь. — Я тут принёс вот,

специально по случаю.

— Вы только посмотрите. — Не спрашивайте, где я их достал.

У меня тоже

есть небольшой подарок.

Вам, ребята, ведь нравится Агата Кристи?

Игры, где надо расследовать убийства?

«Комната с видом и убийство

— в долине вискаря». — «Убийство в доме викария».

Ага. Игра немного длинная,

но, думаю, если начнём сейчас, к рассвету закончим.

Блядь.

Да!

Ладно-ладно, не говори ничего. Хотя нет, давай.

— Скажи что-нибудь. Давай. — Да.

Как будто это моя свадьба.

Только я не должна быть в белом.

Итак… Да начнётся Судебная церемония!

Очень хорошо.

— Отлично. — Хорошо. В общем, я скажу это.

Прежде чем мы приступим,

необходимо вычеркнуть из нашего списка ещё одно дело.

Заходите.

Это обучающее видео по вопросам поведения и домогательств,

которое подготовил наш отдел по персоналу

для обязательного просмотра всеми сотрудниками.

— Хорошо? — Хорошо, ладно.

— Окей, давайте покончим с этим. — Хорошо.

Твори свою волю.

Таков да будет весь закон.

КОНЕЦ

— И это всё, что ли? — Да.

Итак, это означает, что здесь можно делать всё что угодно.

Он может шлёпнуть меня по заднице, ты — засунуть в меня палец,

я — подрочить ему, и тому подобное.

Мы считаем, что это хорошо сплачивает коллектив.

То есть можно абсолютно всё?

Да. Мы вроде как решили заниматься всем этим

по вечерам в четверг, чтобы не мешало другим делам.

Иначе бывает очень утомительно.

Знаю, вы договорились править вместе,

но факт остаётся фактом: только один из вас

может сидеть на троне. Кто это будет?

— Я, спасибо. — Отлично, я его займу.

Нет, отдайте ей трон. Настоящая власть у тех,

— кто скрывает своё желание обладать ею. — Но трон — это важно,

— и я хочу на нём сидеть. — И будете.

— Не трогай меня. — О чём вы тут шепчетесь?

Ребят, на троне поместится только один человек, ясно?

Что тут сложного?

Я имею в виду, у кого настоящая власть?

У того, кто сидит на троне?

Наджа может сесть на трон.

Или у того, кто бросает вызов сидящему на троне?

— Спасибо, Нандор. — Ага.

Или, возможно, у того…

кто нашёптывает в уши им обоим.

Так, в то время я пил бренди

с викарием Уилсоном

в сбруйном сарае или как там его.

Да-да-да. А как вам, парни,

— спится в последнее время? — Да ты знаешь, неплохо.

— Я принимаю эту хрень с мелатонином… — Да-да, понимаю.

Знаете, я раньше тоже дерьмово спал.

У меня затекала шея, а колени…

— распухали. Просто ужасно. — Погоди-ка.

— Фрэнк что, умер? — Нет.

— Фрэнк? Я — Фрэнк. — Ладно.

Я пью бренди с викарием.

— Понял. — А я — викарий?

— Ты викарий. — Моя поясница!

И не говорите. Это было ужасно.

Но потом я купил эту новую подушку,

которую не найти в магазинах, и…

Так где ты тогда её достал?

Не задавай так много вопросов.

В общем, это невероятная вещь.

Полностью изменила мою жизнь.

— Класс. — Клёво.

— Парни, слышали, что Кевина сократили? — Да ладно.

— Да, серьёзно. — Кевина?

Теперь я сплю как младенец.

Реально, как младенец,

благодаря этой совершенно новой ультрасовременной подушке.

Как же, блядь, она называется…

Подождите. Подождите. Сейчас вернусь.

— Подождите минутку. — Видите этот хоккейный матч?

В Итоне мы играли так же. Разница лишь в том,

что мы играли не с шайбой. Мы играли с членом.

— Член, что затвердел… — Можем мы вернуться обратно

к твоему другу, которого уволили?

А, Кевин. Да, это было жестоко.

— Ему… — Она называется «Подушка для мужиков».

Для мужчины, который спит.

Да-да, как у того парня, по телику. Майк Линделл, верно?

У него «Моя подушка», а это «Подушка для мужиков».

— Они вообще не похожи. — Ладно-ладно.

Уймись, Шон. Не всем же быть экспертами по подушкам.

— Да, да. — Ладно.

Можем вернуться к игре?

Да. У меня есть карточка.

Парни, вы просто выкручиваете мне руки.

Я вам сейчас всё покажу, лады?

А подушка идёт в комплекте с наволочкой?

Да, и я рад, что ты спросил об этом, Лаз.

Это гипоаллергенная наволочка.

А весь комплект продаётся всего лишь за 49 долларов 99 центов!

— Чего? — Шончик, что за херня?

50 баксов за сраную подушку?

Это качественная подушка, но по разумной цене.

Но знаете, что я сейчас сделаю? Поскольку вы мои друзья,

я скину десятку от полной стоимости.

И выйдет по 39 долларов 99 центов за подушку.

— Погоди-ка. Ты продаёшь эти штуки? — Прикалываешься?

Да они же сами себя продают. Ну, кто готов?

Да начнётся

Судебная церемония.

Подождите, я хотела…

Так, остановитесь!

Подождите. Я не готова. Нет.

— С самого начала. Я не… — Извините.

— В чём проблема? — Нандор очень высокий.

Когда он стоит, его лицо находится сильно выше,

чем моё, потому что я сижу на троне.

Постараюсь что-нибудь придумать.

Спасибо, Гильермо.

Есть идея.

Может быть, просто стоит

— убрать трон. — А вот вам ещё идея:

может, начнём уже?

Убрать трон!

Вот херня.

Это… этого достаточно. Спасибо вам, рэйфы.

Достаточно, спасибо.

— Будет трудно его вытащить. — Теперь всё в порядке?

— Все готовы? — Да.

Отлично.

Да начнётся Судебная церемония!

Можно я хоть раз это скажу?

Так, стоп!

— Что теперь? — Это выглядит так глупо,

когда трон просто стоит пустой.

Вообще-то, она права.

Перерыв на пять минут. Я серьёзно, не уходите далеко.

Что вам действительно следует сделать,

так это перестать вести себя как кучка лузеров

и закупить по 25 таких штучек на каждого.

Мне обычно столько подушек не надо.

Экстренное сообщение. Тебе не надо их использовать.

Вы покупаете побольше подушек,

а потом распродаёте их своим тупым друзьям

с небольшой выгодой для себя.

Лаз, ну же.

Мне подушка не нужна.

Ладно. Ну, Майки.

Ладно тебе. Мы же спали на одной койке.

Приятель,

даже не знаю, что и ответить.

Все мои друзья находятся в этой комнате.

— Не надо. — Знаете что?

Всё фигня. Какой вообще в этом смысл?

Можете хоть ничего не покупать.

Ёбаные предатели.

Кому нужен Шон, правда?

— Нахуй меня, так? — Шон.

Нахуй меня? Нет, нахуй вас!

Вы пожалеете об этом, когда поймёте,

что не участвовали с самого начала в продвижении этого отличного товара!

Сраный Шон.

Шон, ты в порядке?

Лаз, честно? У меня не очень хорошо получается.

Я надеялся, что ты купишь 25 подушек.

Я рассчитывал на этого Ньюмана Робинсона

или как там, блядь, его имя.

— Кого? — Парень, выглядит как зародыш.

— А, точно. — Да ещё Нандор со своим дружком

не появились. В общем…

Я бы не принимал это на свой счёт.

Слушай, я знаю. Просто…

Нандор выглядит, как будто он много спит, так?

Я мог бы продать ему 40 штук.

А тому мелкому парнише,

ему десяток только, понимаешь? Он же нищий.

Всегда ходит в одном и том же кардигане.

Я чувствую, что тебя беспокоит что-то ещё.

Точно, точно.

Ты должен пообещать мне, что никому не расскажешь.

— Никому не расскажу. — Шармейн ничего не знает.

— Серьёзно? — Да.

— Ладно, ты готов? — Да, я готов.

Ладно.

У меня был такой братец, но я не из этих.

— Серьёзно? — Да, я уважаю тебя, и всё такое…

Ладно. Ты забудешь всё о том,

как только что пытался соблазнить меня.

Продолжай свой рассказ.

Я жёстко встрял.

Я купил много, много подушек.

Я имею в виду — очень много.

Насколько много подушек?

— Блядство. — Да. Мне столько не продать,

так что я не смогу вернуть деньги тому чуваку, что продал их мне.

И теперь он собирается подать на меня в суд по мелким тяжбам.

Как много тебе удалось продать?

Три.

Шармейн хотела себе такую,

но их нельзя продавать женщинам, потому что…

— это подушка для мужчин. — Это подушка для мужчин.

Так написано на коробке.

Да, и это юридически обязывает.

Заседание в суде завтра вечером. Мне страшно, Лаз.

Я хочу, чтобы ты и минутой дольше об этом не думал.

Думаю, я смогу вытащить тебя из этой ямы.

Я готов расцеловать тебя, Лаз!

Может, мы можем просто

накрыть всё это дело простынёй или типа того.

Трон — очень важный символ церемонии.

У меня есть идея, но… Забудьте.

У меня сегодня много важных дел.

— Нет же, говори, Гильермо. — О нет, что же это?

Что ж…

Я подумал,

почему бы не одеть меня в мантию

и не посадить на трон?

Я к тому, что я, конечно, не вампир,

но никто же не узнает.

А так, типа, символизм сохранится.

— Стоит попробовать, я думаю. — Думаю, сработает.

Какое изящное решение проблемы.

Ладно. Люблю символизм, так что…

В плечах поправьте.

Всё это — большая игра в шахматы.

Я просто не сказал, кто кого играет… Кто с кем играет.

Быстрее!

Аж голова закружилась.

Хорошо. Йорик Плут.

Эти рэйфы выглядят ещё отвратительнее,

чем я их помню.

Да. Мы просим надевать их специальные маски,

для Судебной церемонии.

Так они выглядят ещё страшнее.

Номер пять! Неправильная маска. Опять!

Постоянно с ним такое.

Спасибо. Итак, продолжаем…

Йорик Плут,

ты обвиняешься в продаже

своим собратьям-вампирам так называемой волшебной травы,

которая, как ты утверждал, сможет защитить их

от вредного воздействия солнечного света.

Вот было бы круто.

Да, так бы и было.

Если бы это работало.

Прошу, посмотрите.

Как вы получили эти кадры?

Камера-ворон.

Приветики.

Улетел.

Нандор, налицо убийство вампиров.

Да, групповое убийство вампиров.

Значит, мы должны его казнить.

А как вам идея

начать наше правление с чего-то

более милосердного?

А?

Есть ли такая клетка,

в которую его можно было бы бросить

на сотню лет?

Как пожелаете.

На сколько лет, точнее?

— 500 лет! — 100.

— 150. — Два года было бы нормально. Два года.

Наш следующий преступник обвиняется

в нарушении практически всех правил,

по которым мы, вампиры, держим

наше присутствие на Земле в секрете.

Ладно, послушайте меня.

Если бы вы рассказали мне правила — я бы им следовал.

Могу я продолжать?

— Да. — Спасибо.

Дерек — член «Комариного клуба».

Это та самая группа охотников на вампиров,

к которой я случайно присоединился. Да, случайно присоединился.

— Дружбан. — А потом мы все вместе

вломились в дом к семье вампиров,

и они на нас напали.

— Давайте! Вперёд! — Мы это сделали!

Мы действительно нашли…

А он отстал. Я его там бросил.

— Где Дерек? — Поздно о нём думать.

Я живу с этим с той самой ночи…

Я думал, что он мёртв.

Дерек,

ты превратился

в летучую мышь прямо в метро,

в попытке напугать подростков.

Ты воровал пакеты

с донорской кровью из донорских центров по всему городу…

И вообще, что на тебе надето?

На тебе дрянные вампирские шмотки.

— А это самое гнусное преступление! — Слушайте,

я не знал, где взять приличные вампирские наряды,

но в одном ТЦ, в магазинчике «Hot Topic», были ничего так шмотки.

Мода, конечно, быстро меняется, но…

Могу я продолжить?

Питался случайными прохожими на улице,

которые просто уснули на скамейках в парке.

А какая альтернатива?

Является владельцем нелицензированного цербера.

— Простите, вы про Аспена? — Эй, малыш.

— Нандор, осторожнее. — Ты там?

— Назад! — Аспен!

— Сидеть! — Могу я продолжать?!

— Простите. — У нас много дел.

Простите, конечно.

Является владельцем нелицензированного цербера.

И это всё. Простите. На этом всё.

Совершённые тобой преступления

омерзительны!

Что скажешь в своё оправдание?

Я даже не знаю. «Упс»?

Дерьмовый какой-то ответ,

— не так ли? — Я уверен,

что на самом деле он хотел сказать,

что всему этому есть какое-то объяснение, верно?

Думаю, я просто очень хуёво справляюсь.

Вот такой уж я есть.

Вампир, который привлекает внимание к себе,

является угрозой всем вампирам.

Да. И ещё я подумала о том,

что раз мы проявили к тому мужику милосердие,

то этого можем просто присобачить за яйца к стене,

немного ебануться головой.

Я полностью согласен.

— Что ж, тогда, я думаю… — Мы пришли к решению!

Мы приговариваем тебя…

— К смерти! — К смерти.

— Извините, не расслышал. — Дерек, засим ты приговорён

быть брошенным в Солнечный колодец,

где тебя настигнет смерть

с лучами завтрашнего рассвета.

Дерек, эй.

Гильермо! Привет, чувак.

Просто хотел заглянуть и сказать… что мне жаль.

Это я во всём виноват. Я мог бы сделать больше для тебя.

Это меня стоило там бросить.

Не-не-не, ну откуда тебе было знать…

Дерек, нет, держись подальше от света.

Очевидно ж вроде.

Ну, хотелось бы, конечно,

чтобы ты меня навестил и, типа,

вручил руководство или вроде того.

А такое руководство вообще суще… Да чёрт подери!

Дерек, уйди со света!

Нет! Просто иди

на мой голос! Вот так.

Иисусе.

Вот чесаться-то будет.

Мне казалось, что это само собой разумеется. Знаешь что?

Вот. Надень-ка, прикрой себя, хорошо?

Стой на месте. Я тебя отсюда вытащу.

Спасибо, Гильермо.

Вот зараза!

ВАМПИРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ

Знаете, я тут подумал…

Ну началось.

По правде, я удивился, когда вы позволили Надже

уговорить вас убить того парня, Дерека.

Никому я не позволял себя уговаривать.

Серьёзно? А то она считай через вас перешагнула.

— Ты там всё? — Да, но…

— Славно. — Вы сказали…

Я думал, что у меня всё под контролем.

Нашёптывал им всякое.

Между нами говоря…

Давал наставления.

Ходят слухи,

что вы приговорили Дерека к смерти

только потому, что позволяете Нандору вытирать о вас ноги.

Гильермо, возьми уже ебучий выходной.

Никто такого не говорил. А ты вообще помалкивай.

Но, кажется, на этот раз я серьёзно лоханулся.

ИДЁТ СУДЕБНОЕ ЗАСЕДАНИЕ. Дело Гарри Дигена против Шона Ринальди?

СТАТЕН-АЙЛЕНД. НОЧНОЙ СУД МЕЛКИХ ТЯЖБ. На месте, Ваша честь.

Тут сказано, что вы хотите сделать заявление?

О да.

Страх долой. Вот и я.

Шон столкнулся с несправедливостью,

а я подобного не потерплю. К счастью для него,

я хорошо знаком с брачным танцем зала заседаний,

поскольку когда-то был адвокатом в Суде королевской скамьи.

Чаще всего я защищал сам себя, в связи с такими преступлениями,

как домогательство и порнография.

Но также я часто был защитником боровов

и кобыл.

Это что за ерунда в духе «Гамильтона»?

— Что? — Ваша честь, позвольте напомнить,

что в статье 82 свода законов штата Нью-Йорк

чётко указано: защитника нельзя дискриминировать

— по его наряду. — Ладно, хорошо.

Ну да. Я это сегодня утром нагуглил,

когда увидел его в этом прабабкином парике.

Помимо этого, моя единственная обязанность как помощника адвоката

состоит в том, что я таскаю повсюду коробки с документами.

Хотя, если честно,

там тупо порнушка напихана.

Итак, господа, дамы и джентльмены,

произошла ужасающая несправедливость,

— которая требует урегулирования. — И в чём же она заключается?

Ну, у этого парнишки — причёска педофила.

Надо признаться, я не переступал порог суда

вот уже 300 лет.

— Протестую! — Это ваш четвёртый протест

за последнюю минуту, мистер Малодушный. Отклонено.

— Протестую! — На каком основании?

Протеста?

Так что мои навыки и техники,

возможно, слегка устарели.

Позвольте обратиться к суке?

Что вы только что сказали?

Говорю: «Позвольте обратиться к суду?»

А вам что послышалось?

Так. Перейду к заключительной речи.

Всякий человек, будь то неандерталец или троглодит,

заслуживает справедливого суда.

Своей частицы правосудия, так сказать.

Думаю, я услышала достаточно, спасибо.

Решение принимается в пользу истца.

Ему положена выплата в 12 700 долларов.

О чём это она?

Мы проиграли.

Какого хера?

НИККОЛО МАКИАВЕЛЛИ, «О ВОЕННОМ ИСКУССТВЕ»

— Мне надо увидеться с Наджей. — Нет-нет.

— Наджа? — Не-не, братец.

Её тут нет. Пойдём. Ну и тяжёлый же ты.

— Кажется, меня сейчас стошнит. — Что произошло?

Ну, мы проиграли в суде,

и он это тяжело воспринял. Так что мы отправились в бар,

чтобы он немного развеялся.

— Погодите-ка. Лазло что, адвокат? — Ага.

Там мы познакомились с какими-то финансистами,

и вот мы уже накидываемся двойными.

Они свалили, мы потеряли Лазло из вида.

Небось дальше по барам пошли.

Не верится — я же впервые

у вас в гостях, ребята. Смотрю, вы угораете по антиквариату.

Не-а, не трогайте это.

Дженнифер Супертошнотная,

мы приносим официальные извинения за все тяготы,

вызванные твоим именем,

и даруем тебе дозволение немедля его сменить.

— Да. — В соответствии с прошением,

отныне ты будешь зваться Габби Супертошнотная.

— Габби. — Мои поздравления, дорогуша.

Благодарю.

Похоже, на сегодня всё. Отлично поработали.

Погодите!

Гильермо, это что ещё за кипеш?

Он уже давно в прах должен был обратиться.

Этот узник был приговорён к смерти.

Но каким-то чудом… сбежал.

— Ты о чём? Ты же сам помог… — Завали.

Он сбежал! Однако согласно

дополнению 18 к регламенту Совета Вампиров…

Я это всё выдумал.

Согласно этому пункту, узник получает право…

на адвоката!

Да чтоб вас всех.

Всем встать. Достопочтенный Лазло…

Да вы и так его знаете.

Дамы и господа…

присяжные.

Больше ничего не скажешь? Ну ладно.

У него по жизни с бухлом не очень.

Позвольте процитировать моего любимого комика, Монти Пайтона:

«Несите ведро».

Его сейчас вырвет.

Его точно стошнит.

Нет! Думаю, прежде

он собирался сказать,

что вызывается взять этого юного вампира под свою опеку.

— Что, прям так и сказал? — Да. И, само собой,

заставить того искупить свои провинности.

Также Лазло поручается

за его поведение в будущем. Так? Так ведь, Лазло?

Лазло?

— Это было «да»? — Это было «да».

Думаю, было бы неплохо

дать ему впервые выиграть. Для Лазло это важно.

Пожалуйста.

Ну ладно. Мне уже вообще по барабану.

Отпустите узника.

Лазло победил!

Прелестно. Любимый, ты такой молодец!

— Ты впервые победил в суде! — Молодец. Так держать, Лазло.

Поздравляшечки.

Гильермо, ты меня спас!

Да нет. Благодари своего… Хотя ладно.

Да. Похоже, я и правда это сделал.

Эй, Гильермо! Отойди от клетки,

немедленно.

А ну руки от замка убрал!

Гильермо,

с церберами шутки плохи.

Не надо!

А вам не приходила в голову мысль,

что это существо могло проголодаться?

— Или что оно боится? — Не надо. Не открывай дверцу.

— Или и то, и другое. — Не открывай!

Вот ты какой.

Ты ж лапочка.

Ему просто нужно было немного любви и внимания.

— Прочь, адская псина! — Кто тут хороший мальчик?

— Умничка. — Как у него получается?

Может, это один из его врождённых волшебных скиллов.

Лежать!

Молодец.

А ещё у него, похоже, мошня заговорённая.

Вечер добрый, сэр.

Позвольте представить «Подушку для мужиков».

Специально для мужчин, у которых есть всё, кроме…

Не. Не интересует.

Повелеваю тебе, или как оно там,

сейчас же перестать говниться.

Переведено студией FOCS Мы в телеграме: [@russubbyFOCS]

ПОСЛЕ ТИТРОВ ВАС ЖДЁТ МИНУТКА ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО ЮМОРА ОТ КОЛИНА

Дорогой дневник. Вот и прошла ещё одна среда.

Или «середина недели», как её называют ребята в офисе.

А я бы сказал: «Зачем стремиться к какой-то середине?»

Ведь столько классного происходит по понедельникам и вторникам:

совещания внутри отдела, совместные совещания разных отделов,

рассылка имейлов про перенос встреч рабочих групп,

если они пересекаются с совещаниями отделов…

Скажем так: я повелитель таблиц и графиков.