Original subtitles

ЛЮБОВЬ В ХОЛОДНОМ КЛИМАТЕ по романам Нэнси Митфорд

Сценарий Саймона Рэйвена

Жан-Пьер Кассель

Люси Гаттеридж

Майкл Уильямс Джон Моффат

Вивиан Пиклс Майкл Олдридж

Джуди Денч

Седьмая серия МЕСЬЕ ГЕРЦОГ

В Лондоне, Линда знала, было специальное общество

для заботы о дамах, очутившихся в бедственном положении на вокзале.

Во Франции, скорее уж, будет общество

для поставки их в Южную Америку.

Того и жди, что подойдет кто-нибудь,

какая-нибудь безобидная на вид старушка,

всадит в нее шприц -

и Линда канет навсегда в безвестность.

Бесы! Сущие бесы!

Пуля всегда был прав.

Заграница - мерзость, а иностранцы - сущие бесы!

Оставьте меня в покое.

С добрым утром.

Будьте добры оставить меня в покое.

Имейте в виду, пожалуйста,

что я не белая рабыня.

Я - дочь очень важного английского аристократа.

Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться.

Француженка, увешанная внешними свидетельствами благосостояния,

никогда не будет лить слезы, сидя на чемоданах

в такую рань на Северном вокзале.

Что касается белых рабынь, то при них всегда есть защитник.

У вас же в настоящее время защита

совершенно очевидно отсутствует.

А теперь я приглашаю вас на ланч,

но сначала вы должны принять ванну, положить на лицо

холодный компресс и отдохнуть.

Идемте.

Приношу вам извинения, что не везу вас в "Риц",

но у меня такое чувство, что сейчас вам больше

подойдет по атмосфере

гостиница "Монталамбер".

Около часа я заеду,

вы спуститесь и мы вместе позавтракаем.

До скорой встречи, мадам.

Вы заставляете меня ждать.

Это хороший признак.

Признак чего?

Ну, мало ли.

Хорошая примета, что наш роман будет долгим и счастливым.

У нас нет никакого романа!

Меня зовут Фабрис, а вас как - можно узнать?

Линда.

Линда! Что за прелестное имя!

У меня они обычно продолжаются пять лет.

Так, посмотрим.

Что мадам будет есть?

Если мадам дадут взглянуть на меню...

Фуа-гра из утки,

хвосты омаров с салатом,

Бордо 32-летней выдержки и воду "Эвиан".

Я восхищаюсь женщинами, но в некоторые важные вопросы

им лучше не давать вмешиваться.

Теперь рассказывайте, мадам.

Что рассказывать?

Как, - всю историю, разумеется.

Кто это вас оставил рыдать на чемодане?

Это не он. Это я его оставила.

Своего второго мужа - оставила навсегда, потому что он

полюбил другую, она занимается социальным обеспечением.

Вам это ничего не говорит,

во Франции, судя по всему, такого не существует.

Удивительно - и это причина

уходить от второго мужа?

Вы, с вашим опытом,

не могли не заметить, что мужьям,

свойственно влюбляться в других.

Впрочем, - нет худа, как говорится,

мне грех жаловаться.

Но при чем тут чемодан?

Что мешало вам сесть на поезд

и вернуться к мсье

именитому лорду, вашему батюшке?

Это долгая история.

Так расскажите, прошу вас.

Обожаю истории.

Спасибо.

Перпиньян.

Что же, во имя всего святого,

вы с вашим вторым мужем там делали?

Пытались помешать вам, французикам, измываться над несчастными испанцами.

Так мы над ними измываемся?

Загнали их в лагеря.

Что же, по-вашему, нам было с ними делать?

Мы, знаете ли, их сюда не звали.

Вы загнали их в лагеря и месяцами оставляли без крова.

Предоставить так сразу кров полумиллиону людей -

это, согласитесь, задача.

Если вы не могли дать им кров,

зачем заставляли их идти в лагеря?

Мы делали, что могли, кормили их.

А вы как думали - что их возьмут и пустят

без гроша гулять по окрестностям?

Судите сами -

к чему бы это привело?

Их нужно собирать в отряды

и готовить к войне с фашизмом,

которая начнется со дня на день.

Толкуйте о том, что знаете, -

тогда и горячиться не придется.

У нас на собственных солдат не хватит снаряжения

в войне с Германией, которая действительно нам грозит.

Не со дня на день, но, вероятно, после сбора урожая, в августе.

Теперь рассказывайте дальше про Кристиана.

И почему вы оказались без денег на Северном вокзале.

Это несравненно интересней!

До бедного мужа, Кристиана,

у вас был богатый, Тони,

у которого было больше денег, чем вкуса,

ведь он купил вам это чудовищное меховое пальто,

в котором вы сидели на чемодане.

Вы грубите.

Это очень хорошенькое пальто.

Дорогое - и только.

Минк, норка...

чудовищного цвета и ужасного фасона.

В любом случае, пальто стали носить длиннее.

Мы обновим ваш гардероб.

Вас приодеть, так будете выглядеть совсем недурно,

хотя глаза у вас маловаты.

Карие,

хорошего цвета, но маленькие.

В Англии меня считают красавицей.

Что ж...

кое-что в вас есть.

Ещё кофе?

Или предпочитаете посмотреть мою квартиру?

Я предпочла бы поглядеть на Париж.

Вы хорошо знаете Париж?

Я не была тут никогда в жизни.

Никогда не были?

Какое будет удовольствие - все показать вам!

Здесь столько нужно показать,

на это уйдут недели.

К сожалению, я завтра уезжаю в Англию.

Да, разумеется.

Тогда...

все это мы должны посмотреть сегодня.

Пойдемте поглядим на мою квартиру.

Вы можете идти куда пожелаете.

А мне нужно вернуться в "Монталамбер".

Хорошо, мадам.

Вы великолепно держите оборону, мадам,

примите мои искренние поздравления.

Везде хорошо, а дома лучше.

Скажите экономке подготовить комнаты

для мистера Дагдейла.

Те, которые он обычно занимал.

Он останется на неопределенное время.

Соня, я, конечно, хотел бы остаться на несколько дней,

но я же не могу...

Отныне это ваш дом.

Но как же Полли?

Вам придется с этим справиться, Бой, милый.

Она сбежала с этим стариком Паддингтоном

и больше не вернётся.

Сами знаете, вам по душе остаться здесь с Соней,

не говоря уж обо мне.

Так что скажите "спасибо", как учила мама,

и больше никаких сумасбродств, хорошо?

Ладно.

Алло?

С добрым утром. Вы завтракаете?

Вы такой догадливый.

И как вам?

Вкусно.

Приходится растягивать удовольствие.

Вы тоже завтракаете?

Уже. Должен сообщить вам, что я люблю

по утрам подолгу разговаривать

и рассчитываю услышать от вас много разных историй.

В духе Шехерезады?

Вот именно.

Но сейчас вставайте - я через час заеду...

я хочу что-то вам показать.

Вы же никогда не видели Парижа.

Вы же знаете эту давнюю историю,

как две английские дамы гуляли здесь

и вдруг оказались

среди людей в одежде 18 века.

И они увидели Марию-Антуанетту,

которая сидела в саду Малого Трианона.

Глупая и скучная история.

Истории интересны, когда они достоверны,

либо придуманы вами специально, чтобы меня позабавить.

Рассказы о приведениях, придуманные старой английской девой,

и не достоверны, и совсем не интересны.

Так что впредь - никаких загробных историй.

Тут изо всех сил стараешься угодить...

Сами тогда рассказывайте.

И расскажу.

И это будет правдивая история.

Моя бабка была очень красива и многими любима.

Всю жизнь, даже когда совсем состарилась.

Незадолго до того, как умереть,

она побывала с моей матерью в Венеции.

И как-то раз, проплывая в гондоле по каналу,

они увидели изящный палаццо из розового мрамора.

Остановились посмотреть, и моя мама сказала:

"По-моему, здесь никто не живет,

попробуем взглянуть, что внутри?"

Позвонили, вышел старый слуга,

подтвердил, что никто там не живет уже много-много лет,

и вызвался показать им внутренние покои.

Они вошли, поднялись в залу,

выходящую тремя окнами на канал

и отделанную лепниной 15 века,

белой по бледно-голубому полю.

Эта комната была само совершенство.

Моя бабушка пришла в непонятное волнение

и долго сидела, не говоря ни слова.

Наконец она сказала моей матери:

"Если в третьем ящике вон того бюро

есть шкатулка, а в ней - золотой ключик

на черной бархотке,

то значит, этот дом принадлежит мне."

Мать посмотрела -

все в точности

так и оказалось.

Давным-давно, в дни далекой юности,

один из бабкиных возлюбленных подарил его ей,

о чем она с тех пор совсем забыла.

Боже мой!

Какая же у вас, иностранцев, увлекательная жизнь.

А теперь он принадлежит мне.

И я завтра же повез бы вас туда, если бы не...

Если бы не что?

Теперь, в ожидании войны, нужно быть здесь.

Да, я все забываю про войну.

Да.

Давайте о ней забудем.

Как вы скверно причесаны, дорогая моя.

Если вам не нравится, как я одеваюсь и как причесана

и глаза у меня, на ваш вкус, слишком маленькие, -

не понимаю, что вы во мне нашли.

Тем не менее готов признать...

кое-что...

у вас не отнимешь.

Какой отменной едой вы угощаете.

А встречи с другими людьми у вас есть?

Конечно. Но я их отменил.

С кем вы водите знакомство?

С людьми из общества.

С мужчинами и женщинами из высшего света.

А вы?

Когда я была замужем за Тони, я вращалась в обществе.

Это была моя жизнь.

Но Кристиан осудил её.

он прекратил мои поездки на балы и распугал всех моих знакомых,

считая их безмозглой и несерьезной публикой.

Сейчас все становятся серьезнее.

К этому ведет ход событий.

Однако кем бы ни были вы в политике -

правым, левым, фашистом, коммунистом, -

в друзья во Франции можно брать

только людей из общества.

Что, как не светская жизнь еще отличает

человека от животных?

И кто понимает ее лучше, чем люди из общества,

кто умеет сделать ее столь необременительной и занятной?

Но совмещать ее с романом нельзя.

Ей нужно посвящать себя полностью,

иначе не получишь удовольствия.

Так что я отменил все свои встречи.

Какая жалость.

Потому что я завтра уезжаю в Лондон.

Ах да.

Я и забыл.

Какая жалость.

Алло?

Вы спите?

А вы как думаете? Который час?

Два, приблизительно.

Хотите, я приеду?

Как - прямо сейчас?

Ну да.

Очень было бы мило, признаться,

если бы не одно - что подумает ночной портье?

Дорогая, как в вас говорит англичанка!

Хорошо, я скажу, -

у него не будет и тени сомненья.

Вероятно, не будет.

Но, полагаю, он и так не заблуждается.

В конце концов, я приезжаю за вами три раза в день,

а во Франции даже те, кто не из высшего света,

живо подмечают такие вещи.

В общем, в отеле ваша репутация

вряд ли станет хуже, чем есть.

Да, понимаю.

Отлично. Мы друг друга поняли.

Тогда я сейчас буду.

Это Жермена, она будет выполнять все ваши просьбы.

В общем, здесь будет

гораздо удобнее, чем в отеле.

Это самый разумный и подходящий выход.

Да, Фабрис, я понимаю. В высшей степени разумно.

В молодости мне очень нравилась романтика.

Нравилось подвергать себя разного рода риску.

И в шкафах-то я прятался,

и в сундуке меня в дом вносили,

в окна лазил... Боже мой!

Как я лазил по окнам!

Как-то, помню, взбирался, а там - осиное гнездо.

Вот были муки!

Теперь предпочитаю устраиваться с удобством и иметь свой ключ.

Я вернусь к ужину,

Жермена приготовит его к половине восьмого.

Мне важно, знаете ли,

следовать заведенному распорядку.

Когда всё сказано, стоит быть прагматиком.

До свидания, мадам.

Верно, думала Линда,

меньшего романтика, чем Фабрис, не найти.

Ни намека на сумасбродство.

Чуточка сумасбродства не помешала бы.

А затем Линда не очень весело размышляла о матери.

Ей не понравилось, когда Линда

совершила прелюбодеянье с Кристианом,

но тот хотя бы был англичанин.

Он был Линде представлен честь по чести,

и она знала, как его фамилия.

Кроме того, Кристиан сразу собирался на ней жениться.

Насколько же больше не понравилось бы тете Сейди, что ее дочь

познакомилась на улице с никому не известным безымянным иностранцем

и без оглядки отправилась жить с ним в роскоши.

Линда надеялась всей душой, что она ничего не узнает.

Как и дядя Мэтью.

Узнав о нынешнем ее положении,

он бы бросился на улицу

со своим ружьем

или хотя бы с одним из своих хлыстов.

Мадам?

Мадам, пора принять ванну.

Мсье герцог придет через 45 минут.

Спасибо.

Мерси, Жермена.

Нельзя ли узнать вашу фамилию?

Так вы еще не выяснили?

Моя фамилия - Суветер.

Рад вам сообщить, что я - герцог, очень богатый,

что, даже в наши дни, далеко не лишено приятности.

Как это славно для вас.

И, раз уж мы заговорили о вашей частной жизни,

вы не женаты?

Нет.

А почему?

Моя невеста умерла.

Это ужасно.

Какая она была?

Очень красивая.

Лучше меня?

Гораздо.

Очень комильфо.

Больше, чем я?

Вы...

я не думал о вас в этом смысле.

И она была добра -

по-настоящему добра...

Как ее звали?

Луиза.

Единственная дочь последнего герцога Рансе.

Знаете, пять лет...

вы говорили, с вами это обычно длится пять лет...

не такой уж малый срок, когда они еще только впереди.

Луиза умерла...

не пять лет назад.

Осенью будет пятнадцать.

Я всегда езжу положить поздние розы к ней на могилу.

Тугие, маленькие розы

с темно-зелеными листьями,

те, что так и не распускаются как следует.

Как грустно.

Вы что, всегда смеетесь в минуты близости?

Я как-то не задумывалась.

Наверное.

А вы находите, что это неестественно?

Вначале ...

очень озадачивает, должен сказать.

Почему?

Разве другие женщины не смеются?

Вовсе нет!

Чаше - плачут.

Вот странно.

Они не получают удовольствия?

Удовольствие тут совершенно ни при чем.

Молодые взывают к мамочке.

Набожные взывают

к Пречистой Деве, моля о прощении.

Но чтобы кто-то заливался смехом - таких я,

кроме вас, не встречал.

А что еще они делают?

Все, кроме вас, - одно и то же.

Все говорят...

"Как вы должны меня презирать!"

Но с какой стати вам их презирать?

Да как вам сказать, дружочек, - презираешь, вот и все.

Это уж совсем нечестно.

Сами сначала соблазняете, а потом начинаете их, бедных, презирать?

Какое вы чудовище.

Им это нравится.

Нравится пресмыкаться, повторяя:

"Боже мой, что я натворила?

Что вы должны теперь думать обо мне, Фабрис!

Ах, какой стыд!"

Но вы...

Вам, судя по всему, неведом стыд.

Вы покатываетесь со смеху.

Удивительно.

И, признаться, не скажу, что неприятно.

А как насчет Луизы?

Вашей невесты?

Ее вы тоже презирали?

Конечно, нет.

Она была женщина строгих правил.

Вы хотите сказать, вы с ней ни разу не были в постели?

Никогда.

Мне бы и в голову такое

не пришло никогда в жизни.

Скажите!

А у нас в Англии все так делают.

Животная сущность англичан,

моя дорогая, ни для кого не секрет.

Нация пьяниц и распутников.

Это всем известно.

Англичанам - неизвестно.

Они то же самое думают про иностранцев.

Француженки - самые добродетельные в мире.

Спокойной ночи, Бэзил. Я ещё приду поправить тебе одеяло.

Спокойной ночи, Дэвид.

Бэзил!

Вижу, я упустил домашнюю сцену.

Какая жалость.

Мне бы так понравилось наблюдать вас в роли матери.

Тем лучше, эта роль не для посторонних.

Вы бы не стали обижаться на такого зрителя, как я.

В конце концов, вы часто видели меня играющим роль сына.

И надеюсь, вы преданны по-прежнему, Седрик.

Да! И теперь это намного легче.

Бой у нас в Хэмптоне

и я теперь часто могу сбыть её с рук.

Никаких надежд на возвращение Полли?

Никаких шансов, моя дорогая.

Она так поглощена своим старым распутным Паддингтоном.

Но даже если она захочет вернуться, Бой не примет её.

У Боя, милая, есть дела поинтереснее.

Дело на букву "С"?

А однажды оно станет на букву "М"... Бою это понравится.

Словом, для всех

всё получилось как нельзя лучше.

Старина Монтдор отошёл во мглу угасания,

но он вполне умиротворен.

Полли счастлива с папочкой Паддингтоном.

Бой сходит с ума по мне,

а я в полном блаженстве с Боем.

А Соня помешана на нас обоих.

Настолько помешана, что даже забыла о скупости,

и даже самые настораживающие счета от Картье оплачивает, не пикнув.

И вот пожалуйста, милая, -

мы все усидели на двух стульях.

Моя самая большая цель в жизни.

Я знаю. Альфред считает, что это отвратительно.

Пакеты, мадам, от Линора и Молиню.

И к вам два джентльмена с визитом.

Из Англии.

Боже милостивый!

Да...

похорошела!

Вы что, скрываетесь?

Нет, почему?

Ах, очки.

Без них мне за границей нельзя.

У меня слишком добрые глаза,

от нищих и так далее проходу нет.

Зачем вы приехали?

Приехали посмотреть, что с тобой.

И поскольку ясно, что с тобой все в порядке,

можем со спокойной совестью ехать обратно.

Как же вы выведали? Мама с Пулей знают?

Нет, абсолютно ничего.

Они всё ещё думают, что ты в Перпиньяне, с Кристианом.

Слава богу!

Но мы слышали, что ты уехала.

Наведался я на Чейни-Уок,

тебя там явно нет.

Тогда мы с Мерлином слегка забеспокоились -

как же ты скитаешься по Европе

с твоим неумением позаботиться о себе.

Как же мы заблуждались.

В то же время было безумно любопытно выяснить,

где ты и что ты, вот мы и предприняли

кой-какие действия детективного характера, и вот мы здесь.

Вы напугали нас.

Когда в другой раз вздумаете изображать из себя Клео де Мерод,

пришлите хотя бы открытку.

Прежде всего, наблюдать вас в этой роли - большое удовольствие.

Я никоим образом не желал бы его лишиться.

Доставка, мадам.

От Кату, Баленсиаги и Сарта.

О боги, до чего это все забавно.

Пакеты! Цветы! Как по-викториански, прелесть!

Ты уже говорила ему, что он должен от тебя отказаться

и взять в жены невинную и чистую девушку?

Не смейся, Дэйв. Я так счастлива!

Да, похоже, не отрицаю.

Но квартирка - просто цирк.

Хотя здесь есть вещицы, которые поднимают планку.

Гоген.

Два Матисса.

Пестроваты, но в искусстве не откажешь.

Ваш покровитель, должно быть, очень богат.

Очень. Думаю, вы всё о нём знаете.

Вы и ваш детективный характер.

Мы нашли, где, но не знаем, кто.

Оставайтесь и познакомитесь он невероятный дост.

Нет, мы и так без спросу, для одного дня уже достаточно.

А кто он такой?

Его зовут герцог Суветер.

Фабрис де Суветер?

Вы его знаете?

Конечно, мы его знаем, и про него все знаем,

и, скажу больше, - не мы одни, а все, кроме тебя.

Ну он ведь - потрясающий дост.

Согласитесь.

Фабрис - один из самых опасных совратителей в Европе.

Это - если говорить о женщинах.

Воображаю эту сцену, когда он учует сигару Мерлина.

Тут и до убийства из ревности недалеко.

Линда, до свиданья, милая.

Мы едем обедать с собратьями-интеллектуалами.

Я потом поплачусь за это.

Встретимся завтра с тобою за ланчем в "Рице"?

С удовольствием. Фабрис меня ни разу не водил в "Риц".

Значит, - в час, в баре.

Привет от нас Фабрису.

До свидания.

Ваш вкус с каждым днем все лучше, дорогая.

Пройдитесь.

Здесь капельку выпустить,

здесь слегка удлинить.

В остальном - восхитительно!

Старайтесь, мой друг, покупайте больше.

А вы случайно не пристрастились к сигарам?

Здесь был старый друг мой и мамы.

Лорд Мерлин.

Он приходил с Дэйви Уорбеком, мужем моей тети Эмили.

Они говорят, что вы знакомы.

Но разумеется.

Мерлин, милейший человек.

И бедный Уорбек - вечно думает, что заболел.

Мы с ними встречались в Венеции.

Какое у них впечатление от всего этого?

Над квартирой они очень потешались.

Да, воображаю.

Совсем для вас неподходящая квартира, но удобно же.

И тут еще война надвигается...

Но мне она нравится! Ни за что не променяла бы на другую.

Какие они молодцы, правда, что разыскали меня?

То есть вы до сих пор не сообщили никому, где находитесь?

Как-то не собралась...

дни бегут...

просто забываешь о таких вещах.

Вот как?

А им пришло в голову вас хватиться

только через шесть недель?

Похоже, у вас на удивление безалаберная семейка...

Никогда, никогда не отпускайте меня обратно к ним!

Мой ангел ...

но вы их любите!

Мамочку и Пулю, Мэтта, Боба

и Викторию, и Фанни.

Что все это значит?

Я не хочу расставаться с вами никогда в жизни.

Но, вероятно, придется.

И скоро.

Война будет, вот в чем дело.

Почему мне нельзя остаться?

Я могла бы работать. Сестрой милосердия.

Ну, пожалуй, не сестрой, но кем-нибудь.

Я отлично справилась в Перпиньяне.

Если вы обещаете исполнить, что я скажу...

то ненадолго можете остаться.

Вначале мы будем сидеть и смотреть на немцев

из-за линии Мажино.

тогда я буду часто бывать в Париже -

то в Париже, то на фронте, но главным образом здесь.

Потом кто-нибудь, либо мы, либо немцы -

но очень боюсь, что немцы -

хлынет через линию укреплений и начнется маневренная война.

Меня предупредят.

И вы должны обещать,

что...

в ту же минуту, как я велю вам ехать в Лондон,

вы уедете.

Даже если не будете видеть для этого оснований.

Ваше присутствие неимоверно мешало бы мне

исполнять мои обязанности.

Итак...

даете торжественное обещание?

Хорошо. Торжественное.

Уверена, что меня

не постигнет такая беда,

но обещаю поступить, как вы скажете

А вы дадите мне обещание,

что, как только все кончится,

приедете в Лондон и снова разыщете меня?

Обещаете?

Да, дружочек.

Я это сделаю.

У меня здесь встреча с лордом Мерлином.

Милорд задерживается, мадам.

Просил передать тысячу извинений

и подать мадам всё, что она закажет.

Спасибо, ничего. Я просто подожду вон там.

Madame.

Ну а Фабрис, ты не видала его?

Я довольно часто сталкиваюсь с ним

у мадам де Суветер.

Но ты ведь знаешь, он никуда не показывается.

Так, а Жаклин что?

Все еще в Англии. Ждёт, когда умрет старая тетка.

Не рискует оставить её ни на секунду,

а то вдруг та изменит завещание.

Он как потерянный без нее, бедный Фабрис.

Точно песик, брошенный хозяином.

Сидит тоскует дома - ни в клуб, ни в гости,

видеть никого не желает.

Мать серьезно беспокоится за него.

На редкость удачная связь.

Он верен ей уже пять лет.

Она, конечно же, скоро возвратится.

Там видно будет.

Только когда не станет старой тетки.

Мать говорит, он ей звонит каждое утро

и по часу разговаривает.

Вы не будете против, если я отменю завтрак с вами?

Я вспомнила об одном срочном деле.

Дорогая Линда, мы оба...

не в том состоянии, чтобы возражать.

Наши друзья-литераторы вывели нас из строя.

Теперь у меня главная забота - как довезти Дэйви живым до Англии.

Видите?

- Тогда я откланяюсь. - Минутку.

Прежде, чем вы уйдете...

Вот.

Откроете позже.

Пойдём.

Это дом герцога Суветера?

Да, мадам.

Тогда мне нужно немедленно поговорить с мсье герцогом.

Мсье герцог только что вышел с мадам герцогиней.

Тогда я подожду!

У Линды постепенно отлегло от сердца,

но порыв ее сменился глубокой грустью.

Эта комната была свидетельством той стороны в натуре Фабриса,

которую ей не дано постигнуть,

которая связана корнями с вековым великолепием французской культуры.

Эта сторона была для нее закрыта -

ей полагалось оставаться вовне,

в залитой солнцем современной квартире,

сколь бы долго ни продолжалась их связь.

Вот они, тут, ее соперники, ее враги.

Тут, - и в Луизиной могиле.

Явиться и устроить сцену из-за другой любовницы -

полная нелепость:

нечто несущественное приходит скандалить из-за чего-то столь же малозначащего.

"Прилагаю кое-что, может когда-нибудь пригодиться.

Мерлин."

Для человека с такими злющими глазами

он очень предусмотрителен.

Какой-нибудь месяц еще, я бы сказал.

Вот только уберут урожай.

Если б от англичан зависело,

то дождались бы сперва, когда сделают покупки к Рождеству.

Ох, Фабрис, это ведь быстро кончится, правда?

Пока не кончится, приятного будет очень мало.

Вы сегодня приходили ко мне домой?

Да!

Меня ужасно вдруг потянуло вас увидеть!

Как это мило.

Но отчего вы меня не подождали?

Меня спугнули ваши предки.

Ах, вот как.

Но и у вас, сколько я понимаю, тоже имеются предки.

Да, только они не нависают вот так, со всех сторон, как ваши.

Нужно было подождать.

Видеть вас - всегда большое удовольствие,

как для меня, так и для моих предков.

Это нам поднимает настроение.

Скажите, Фабрис,

что вы подумали, когда впервые увидели меня?

Если хотите знать правду, подумал -

да она копия маленькой Боске.

Кто это?

Есть две сестры Боске...

старшая, красавица,

и младшая, похожая на вас.

Спасибо большое.

Я предпочла бы походить на другую.

Нет, друг мой, быть слишком красивой -

значит, быть недосягаемой.

Я бы не рискнул заигрывать с совершенством.

Гораздо...

более...

приятно...

заигрывать с вами.

Как грустно - многих нет дома на Рождество.

Малыша Мэтта и Боба.

Я надеялась, что Джесси приедет домой из Америки.

Но из-за войны это стало невозможным.

Викт на своей службе в ВМС.

Не отпускают, пока она не получит звания

и не закончит обучение.

Но как славно, что здесь Луиза со своими тремя.

И чудесно, что вы с Альфредом и сыновьями смогли приехать.

Иначе для кого вообще

стоило бы всё это наряжать.

Этим украшениям уже столько лет.

Это хорошо, что некоторые вещи никогда не меняются.

Я на днях получила письмо от Линды.

Кажется, в Париже она очень счастлива.

Да, Дэйви видел её.

Сказал, у неё там работа для фронта -

улучшение бытовых условий французской армии.

Мэтью одобряет.

Он одобряет любую работу.

Вот бы Военное министерство предоставило ему занятие.

Он бродит, как растревоженный медведь.

Хуже то, что Мэтта зачислили в полк, где служил Мэтью.

И Кристиана, кажется, тоже.

Да.

Их обучают в каком-то из секретных районов

к северу от Шотландии.

Наверное, поэтому Линда без помех смогла остаться в Париже.

О чем вы задумались?

О Рождестве у нас дома.

Я рада быть здесь с вами.

Но думаю о них.

Открывайте подарки, дружочек.

А для вас...

у меня вот это.

Я купила это на деньги, что дал Мерлин.

Мерлин дал вам деньги?

Думаю, это было на случай, если что-то пойдёт не так

и мне в спешке придётся уехать.

Но я не хочу уезжать.

Поэтому потратила деньги на неё.

Деньги.

Деньги ничто.

Но послушайте, друг мой.

Всё может случиться так, как я предсказывал.

И случится.

Рано или поздно. Скорее, рано.

Мне придется отправить вас в Англию.

Куда вы поедете?

Домой, к отцу?

Нет! Этого не случится!

Во всех английских газетах сказано,

что наша блокада - гибель для немцев.

Блокада! Чепуха какая.

Позвольте вам сказать, madame,

наплевать им на вашу блокаду.

Так куда же вы поедете?

К себе в Челси.

Ждать вас.

На это могут уйти месяцы...

годы.

Я подожду.

Какой чудесный день.

Пасха в Париже всегда прекрасна.

Не забыть бы в воскресенье зайти в церковь.

Фабрис, как вы можете ходить в церковь?

А что?

Но вы же католик, правда?

Конечно. По-вашему, я похож на кальвиниста?

Но значит, вы живете в смертном грехе?

И как же быть тогда с исповедью?

Ну, кто же вдается в подробности.

Вообще, эти плотские грешки, - стоит ли придавать им значение!

А Луиза бы с этим согласилась?

Луиза?

О чем вы?

Это обыкновение лазить в окошки спален.

Разве оно не огорчало бы ее?

Никто и не подумал бы лазить по окошкам после свадьбы.

Всю жизнь я посвятил бы тому, чтобы Луиза была счастлива.

Значит, плотские грешки имеют значение.

Англичане - сумасшедшие.

Я всегда это говорил.

Ваши слова... Вы словно хотите, чтобы от вас отказались.

Уж не наскучила ли вам работа для фронта?

Нет-нет, Фабрис. Просто спросила, вот и все.

Но вы так погрустнели.

В чем дело?

Наверное, я хочу быть чем-то большим,

чем маленький плотский грешок.

Но вы больше, мадам.

Вы самая соблазнительная,

самая обворожительная

и самая смешливая из всех, кого я знал.

Это уже кое-что.

Разве этого недостаточно?

Пора домой, дорогая.

Послушать ещё ваш особенный смех.

Что такое, Фабрис?

Что случилось?

Что и должно было случиться.

Вернее, скоро должно.

Я достану для вас место в аэроплане

сегодня, на вечерний рейс.

Сложите маленький чемодан, а остальные вещи

поедут следом на поезде.

Мне сейчас надо в Военное министерство,

я достану вам билет и специальное разрешение.

Когда вернусь, отвезу вас в Ле Бурже.

Но до того, как я уйду в министерство...

времени в обрез, поработаем для фронта,

как мы говорили на прогулке.

Мадам.

Мадам?

Жермена, не надо.

Так, это что у нас? Маскарад?

Фабрис, я не могу взять вещи, которые вы мне дарили.

Я была рада им, пока жила здесь, пока вам доставляло удовольствие

видеть меня в них, но у меня, всё-таки есть гордость.

Я не в борделе выросла, в конце концов.

Ma chere, оставим эти пошлые предрассудки.

Они вам вовсе не к лицу.

Переодеваться некогда, но возьмите это.

Жермена вам пошлет ваши вещи.

- Жермена... - Идёмте, пора.

Я объясню Жермене, почему уезжаю так вдруг!

- Она всё понимает. - До свидания, Жермена.

Прощайте, мадам.

МЕСЬЕ ГЕРЦОГ

по романам Нэнси Митфорд "В поисках любви" и "Любовь в холодном климате"

Субтитры granzo (zoyats)