Original subtitles

-Мы сняли квартиру на Галерной. Никита журит нас за частые переезды,

а мы с Сашей рады скорым переменам.

-Ангел мой, как себя чувствуешь? -Теперь много лучше.

Давеча в сон клонило. Надеюсь, так не все время будет.

-Что же ты не сказала, что ждешь ребенка?

-Не была уверена.

-Радость моя, теперь все будет по-другому.

СУБТИТРЫ: Е.ДОБРОВИЦКАЯ, В.ГРЯЗЕВА, И.КРОХИН, Е.САНЬКО

-Александр Сергеевич, вот книги.

Чрезвычайно ценные. -Благодарствую.

Более не смею вас... -Да что вы!

Сие мне в радости. Вы пишите о таком великом человеке.

Это должно быть так любопытно. -Более чем.

-Ой!

-Спасибо, я сам.

Всего доброго. -Вс...

-Саша, какой чудный роман мне удалось сыскать!

Читал? -Бальзак?

Не больше десятка страниц.

Манерность, вычурность, фальшивая риторика.

-Что тебя тяготит?

-Все в порядке, женка. Все в полном порядке.

-Саш, быть может, нам в Москву съездить? Ненадолго.

Я давеча сон видела, будто бы девочка у нас будет.

И подумала, надобно заняться теми алмазами, которые мать подарила

в наследство дочери. -Таша, ангел мой...

Прекрасная мысль.

Давно пора заняться этим подарком твоей матушки.

-Велю Меланье собирать вещи. -Постой!

Тебе не стоит отправляться в путь после того, что было у Кочубеев.

-Но я прекрасно себя чувствую. -Таша, ангел мой, я настаиваю.

Подумай о ребенке. Не приведи Господь, случится что в дороге,

я себе того не прощу. Я поеду один.

А ты береги наше счастье.

Буду писать тебе каждый день.

-Посторонись!

-Мой ангел, видит Бог, как тяжело мне разлучаться с тобой

более чем на минуту. Меня утешает лишь уверенность

в твоем благоразумии. Обещаю, что вынужденное затворничество

вознаградится радостью нашей встречи после успешно решенных мною дел.

-Ох и хитрец! Сам в Москву, а ты дома сиди.

Не стоило тебе позволять ему одному ехать.

-Мы оба так решили и договорились писать друг другу как можно чаще.

-Барыня, к вам госпожа Нессельроде.

-Пригласи скорее.

-Дорогая, даже не смейте переживать - в вашем-то положении.

Да и я задержу вас недолго. -Здравствуйте, Мария Дмитриевна.

-У меня приглашение для вас от императорской четы.

Открытие горки. -Благодарю.

-Милочка, надеюсь, вы понимаете, что такими приглашениями

не разбрасываются?

Умничка.

Умоляю, не провожайте меня.

-Подумать только, сама Мария Нессельроде

тебе приглашение принесла! Дай-ка посмотреть.

Таша, тут на две персоны.

Дорогая, ты просто обязана взять меня с собой.

-Погоди. Я еще сама не знаю, пойду ли.

-А чего ты боишься? Боишься без благословения мужа идти?

А меж тем надо выходить в свет и заводить друзей.

Хотя бы ради Пушкина. Ты сама говорила.

Таш, подумай только: кататься на одной горке с императором!

-Скажите мне все, Егор Иванович. -Беременности проходили тяжело,

роды изнашивают женское тело. Рождение Николя только ускорило

процесс до крайней точки.

-Пропишите мне лекарства, порошки - все что угодно, я все приму.

-Непременно, государыня, но этого может быть мало.

Вам необходимо воздержаться от танцев, верховой езды,

любых активных движений, и интимную близость

также нужно исключить.

-На время беременности?

-Навсегда.

Возможно.

Мне необходимо доложить государю. -Не нужно.

Я сама. Идите.

-Вот чертовка, смотри-ка, а! А внимания-то к ней, внимания!

Так и будешь на лавке сидеть?

Пошли.

А я рискну!

-Душенька Натали, что ж вы сидите, отчего на горку не идете?

-Я покамест не решаюсь, Мария Дмитриевна.

-Зря. Должно быть очень впечатляюще.

-Московские калачи!

-"Живу довольно однообразно. Тебя, мой друг, люблю так,

что выразить не могу. С нетерпением жду,

когда же ты вновь вернешься ко мне".

-Эк ты приторно живешь: жена, тещины алмазы.

Неужто не скучна тебе такая жизнь? -Ничуть.

-Что твой "Петр"? Идет шедевр? -Ох, и не спрашивай.

Пришли. Зайдешь? -Э, нет.

Я эти места стороной обходить стараюсь. Подышу, брат.

-Почему вы не катаетесь, Наталья? Вам не нравится идея с горкой?

-Что вы, ваше величество, всем очень весело, но я...

Признаться, я немного боюсь.

-Все новое и неожиданное страшит нас, но уж лучше жалеть о содеянном,

чем о том, чего мы так никогда и не изведали.

Ее величество сегодня нездорова, поэтому я с прискорбием

ищу себе пару. Составьте мне компанию.

ПО-НЕМЕЦКИ: -Как ни пройду мимо Пушкиной,

она все на той же странице. -Ну, она умница.

Умеет привлечь внимание.

-Гончарова Наталья Ивановна. Угу...

Серьги с алмазами. Так...

А, Гончарова! Да.

Гончарова Наталья Ива... Ага.

Гончарова Наталья Ивановна. Серьги с алмазами.

А, вон как. Ну, так нет их у меня.

-Простите, как нет? -Ну, вот так.

Порядок у нас такой.

Предыдущий взнос не внесен. Вот, читайте.

-И что же? -Взнос не внесен -

алмазы на продажу.

-И кто же их выкупил? -Вот этого я вам сказать

никак не могу, уж извините.

-Эти алмазы много значат для моей жены.

Она нынче в тягости. И просто уверена, что разрешится девочкой.

Алмазы - наследство дочери. Я не могу ее подвести.

-Ну, может быть, я что-то и узнаю для вас, но...

-Цену назовите!

-Поднимайтесь, сударыня.

-Какая чУдная детская забава! Ой! Чувствую себя, будто птичка на ветру.

-Несомненно. -Да...

Жаль, что императрице нездоровится, она бы наверняка повеселилась.

И государь, наверное, весьма расстроен.

-Думаете? Взгляните.

РАДОСТНЫЕ КРИКИ

-Страшно ли вам теперь, сударыня? -Ничуточки. Я бы пожалела,

если бы не сделала это. -Что ж, очень рад.

И теперь не беспокоюсь, что отвлек вас от чтения. Кто автор?

-Оноре де Бальзак. Слышали? -Рекомендуете?

-Если смею. Он непостижимо искусен в обрисовке характеров.

Люди раскрываются у него, словно бутоны.

-Натали, не желаете скатиться еще раз?

-С удовольствием.

-А! -Натали!

С вами все в порядке? -Нога...

Я не могу пошевелить ногой. -Так, нам нужно немедленно

отправиться во дворец. Вас осмотрит доктор.

-Нет, лучше домой. -Нет, я настаиваю.

Экипаж, быстро!

-Аккуратно. Аккуратно.

-Опаздывает? А ну обманет! -Точность - вежливость лишь поваров.

И я добавил золотом.

Удалось ли что узнать? -Роскошное место.

Я тут и не был.

Здравия желаю. -Это мой друг.

При нем можно. -Ага.

-Прошу вас, давайте к делу. Ваш покупатель готов продать обратно?

-Видите ли, он коллекционер большой. Собирает всякие ценности

с историей по всей России. Так вот, сия вещица, коя вас интересует...

-Алмазные серьги моей жены. -Именно серьги.

По его мнению, они очень ценны.

Не камнями, нет-нет, своей историей. И поэтому он за них хочет

двадцать тысяч.

-Сколько? -Двадцать.

Полагаю, ждать долго он не намерен.

Честь имею.

Прощайте.

-Двадцать тысяч? Однако! -К черту все: и алмазы, и "Петра"!

-Ну, "Петр"-то тут при чем? -При том.

Ни строчки не идет, мысли в разные стороны.

От беременной жены сбежал сюда, в Москву.

Думал, хоть тут поработаю, так нет. Нессельроде выдал мне книги с собой,

а я даже не брался.

-Тебе бы дождаться вдохновения.

-Вдохновение - это умение приводить себя в рабочее состояние.

А я тону в трясине.

-Ногу сильно не напрягайте.

Сегодня я бы вовсе рекомендовал вам не ходить,

иначе могут возникнуть нежелательные последствия.

-Сидите. -Ваше величество,

травма у госпожи Пушкиной довольно неприятная,

но на поправку пойдет быстро. Я бы рекомендовал постельный режим,

доколе не спадет отек.

-Ваше величество, позвольте мне поехать домой.

-Доктор рекомендовал покой. Во всяком случае, сегодня.

-Мне правда будет лучше дома. Александр Сергеевич накануне

своего отъезда просил никуда не отлучаться, а я ослушалась.

-Александр Сергеевич... Как он? Вы его любите.

-Люблю.

Конечно, люблю всей душой. Он, право, бывает вспыльчив без меры,

но от того, что призвание свое любит и душой болеет.

-Как хорошо, что вы его понимаете, доверя...

Доверяете друг другу. Как же свет? Как вас принимает Петербург?

-Ваше величество, прошу меня простить, но, будь моя воля,

я бы вовсе удалилась из Петербурга. По мне, так губителен свет

для Александра Сергеевича, но он не может без Петербурга,

и потому... значит, и мне надобно быть здесь.

-Такая уж она, наша женская доля.

-Ваше величество, прошу, позвольте мне домой.

-Доктор говорил о нежелательных последствиях,

я не могу вас отпустить. -Я в самом деле лучше себя чувствую.

Дело в том, что я жду ребенка, ваше величество.

-Моя дорогая, я вас поздравляю.

Но вы же могли...

Давайте вот как сговоримся: я распоряжусь подать вам мой экипаж.

-Спасибо за вашу заботу, ваше величество.

Дорогой Саша, прошу тебя не тревожиться чрезмерно

о моем здоровье. Телесные страдания перенести много легче,

чем страдания душевные, которые в отсутствие тебя

терзают меня все больше. От этой боли есть только одно средство -

твое скорейшее возвращение.

-Господа, намедни он бился об заклад, что выиграет...

-Господин Пушкин, Павел Воинович, разрешите засвидетельствовать вам

наше почтение и благодарность, что увековечили наш клуб,

предложить лучшие из наших погребов.

-Благодарю!

-Простите, не будет ли это с моей стороны наглостью -

просить вас встретиться с одной нашей гостьей?

Грешным делом я обмолвился, что вы будете у нас.

Она слышала, что вы азартный игрок, и желала бы сыграть с вами.

-А каким случаем гостья оказалась в клубе?

-Сего не могу вам сказать. Намекну только,

что власть ее в городе распространяется повсеместно.

Только что не на государя императора. Прошу.

-Прощай, воскресение нравственного бытия моего.

-Жди меня. -Ага.

-Кто таков?

-Мне сказали, вы искали встречи со мной.

-Пушкин?

Присаживайтесь. -Благодарю.

-Молодой человек, говорят, вы без меры азартны.

-Был. Но более не играю. Дал себе обещание

от этой пагубной привычки избавиться. -Я знаю, какой вы сочинитель.

И посему веры вашим словам у меня нет.

Говорите, не играете. А если я вам расскажу секрет?

Да такой секрет, что вы будете выигрывать в карты.

Уверен, что не сорвешься?

-Нет такого секрета, который заставит меня нарушить слово.

-Есть многое, что рушит клятвы. Например, нужда.

Ведь тебе нужны деньги, Пушкин.

Когда я жила в Париже, я была дружна с магом Сен-Жерменом.

Он мне рассказал о трех картах. Я сильно проигралась.

Так вот, эти три карты помогли мне отыграться,

заплатить кредиторам.

Как тебе такой секрет?

-Аннет, обожди, милая.

Одно удовольствие было наблюдать, как ты веселилась на горке.

-Благодарю, приятно слышать. -Не то что бедняжка Пушкина.

Такая неуклюжая. -Да.

Но я слышала, что императрица, пообщавшись с молодой Пушкиной,

сочла ее чрезвычайно милой. И даже хочет просить Брюллова

писать ее портрет.

-Дамы, вы знакомы с Александром Павловичем Брюлловым?

-Знакомы с вашим творчеством.

-Ваши работы восхищают. -Благодарю.

-Господин Брюллов заканчивает мой портрет,

но я буду настоятельно рекомендовать всем дамам заказать себе.

-Позвольте быть первой, ваше величество.

-Ну что ж, Александр Павлович, следующий портрет будет для Аннет.

-Я не понимаю, почему от него нет писем.

Он ведь писал каждый день. Вдруг что случилось?

-Таш, умоляю. Дурные вести всегда впереди всех приходят.

Ну, с друзьями твой Пушкин, в кабаке где-нибудь.

-От барина? -Нет, госпожа.

-От императрицы?

-Приглашение на чай с государыней и ее фрейлинами.

-Боже, какая удача! -Полагаю, мне не стоит идти.

-Ну уж нет, милая. Ты пренебрегла ее просьбой остаться во дворце,

а теперь хочешь отказать приглашению на чай?

Ты так не только мужу своему в свете не поможешь,

а еще и хуже реноме всей фамилии сделаешь.

Я бастард, мне в свет никак не пробиться.

И даже батюшкины состояние и положение в обществе не помогают,

а тебе само все в руки плывет. Подумай!

-Так что хотела от тебя старуха? -Сам ничегошеньки не понял.

Но очень любопытно.

-Это ли не твой бывший соперник, что ухаживал за твоей женой?

-Он самый.

Боже, что с ним сталось?

-Господин Пушкин!

Человек, разрушивший мою жизнь. -Но с этим, как я погляжу,

вы справляетесь сами. -Смеетесь?

Между тем, если бы не вы, я, может, был бы женат и счастлив,

а не унижался подобными просьбами. Займите мне денег, а?

Я отыграюсь, все отдам. -Я бы рад, да только нечем.

-Тогда, может, вы? Ну помогите бедному князю.

-Я дам вам денег в долг. Но уговор: выигрыш делим пополам.

-Саша, он же проигрался в пух и прах. Явно, фортуна не на его стороне.

-И еще: я сам скажу, на какую карту вам ставить.

-Он сумасшедший!

-Делаем ставку.

Вот и проверим.

-Тройка выиграла.

-Пушкин, откуда такая уверенность, на какую карту ставить?

-Фортуна на моей стране. -Шампанского!

-Благодарю вас, Александр Сергеевич.

-Натали, как вам зимы в Петербурге? Сильно отличаются от тех,

что были у вас в Полотняном? -Разницы особо не заметила,

разве что увеселений в столице больше.

-Я рада, что горка пришлась по душе всем от мала до велика.

Натали, как ваша нога? -Благодарю, ваше величество,

значительно лучше.

Александр Брюллов, ваше императорское величество.

-Дамы. Александра Федоровна. Портрет вашего величества закончен.

-Изумительная работа, господин Брюллов. Такая изящная.

-Благодарю, ваше величество.

-Александр Павлович, я думаю, следующий портрет

должен быть для госпожи Пушкиной.

-С превеликим удовольствием.

-Ваше величество, но, помнится, был уговор,

что следующий портрет будет моим. -Аннет, милая, прости, я забыла.

Однако же справедливым будет уступить очередь Натали.

Ею муж в отъезде, и портрет будет чудесным подарком к его возвращению.

-Конечно, ваше императорское величество.

Вы абсолютно правы.

Наталья Николаевна! -Да?

-Вы думаете, я не заметила, какую радость вы испытали,

когда отодвинули меня в очереди?

-Что вы, Анна Алексеевна! Моя радость ни в какое сравнение

не идет с вашей! -Что вы хотите сказать?

-Давеча, на горке. Вы же радовались, когда я упала.

И мне показалось, или это вы стояли за мной

перед тем, как меня толкнули?

-Наталья Николаевна, уверен, сильно обрадуется

почти утраченному наследству. Расскажешь ей?

-Быть может.

-Чего это ты? Неужто не хочешь покидать меня?

Я тебе милее любимой жены? -Да брось.

Над задумкой размышляю. -Вернулось вдохновение,

и вновь наточим перья? -Может, это и не секрет вовсе,

а совпадение? Надо бы проверить. -Что ты там бормочешь?

-Да так, неважно.

-Саш, ты начинаешь меня тревожить. -Паша, верь мне,

ведь сам давеча видел игру с князем Александром.

Прошу, сядь за стол. Мне надо понять, совпадение это или нет.

Ты ведь знаешь, я зарекся. -Хорошо, только на три ставки.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Туз выиграл. -О-о!

-Паш, давай еще. -Сашка, мы сговорились

на три ставки. Пойдем. Лучше гульнем перед твоим отъездом.

Таня, небось, заждалась уже.

-Воля твоя.

-Спасибо за игру.

-Дорогая, доброе утро.

-Майн либе.

Вскорости прибудет Пушкина, я бы хотела ее встретить.

-Пушкина? Сейчас? -Настояла, чтобы Брюллов рисовал ее.

Пригласила позировать сюда, во дворец.

Мне кажется, это будет замечательный подарок ее мужу.

Она его так любит. -Ты абсолютно права.

-Вчера никуда не хотели выходить. Сегодня платье новое, по моде,

вся сияете. -А я поняла, Меланья,

не так страшен черт, как его малюют. Императрица была так мила со мной.

-Понятно. Дело молодое, надо в свет ходить.

Только барин что скажет?

-А ничего не скажет. Я же для него стараюсь.

Подарок ему готовлю.

Императрица просила художника Брюллова писать мой портрет.

-Картина - дело, конечно, памятное, только не для одного мужа стараетесь.

Самой-то ведь тоже отрадно?

-Наталья Николаевна, вы прекрасно выглядите.

Портрет должен получиться изумительно.

-Благодарю вас, ваше императорское величество.

-Необыкновенно выразительные глаза. Господин Брюллов, я надеюсь,

вам удастся передать на картине тот цвет, который есть у оригинала.

-Наталья Николаевна, голубушка, поднимите глаза.

-Саш, Саш...

Я, разумеется, рад без меры, что ты не торопишься в Петербург,

но, боюсь, мне уже необходимо отоспаться.

-Будет тебе бока отлеживать.

Дома что? Спокойно, тихо, женка ждет меня, покорная.

Вдохновение посетило.

Не могу я уехать. Надобно до конца секрет проверить.

-Опять ты об картах! Усатая старуха тебя совсем зачаровала.

-Ничуть. Но, согласись, смог ведь Ташины алмазы выкупить?

Все для женки своей. -Ой, не ради женки

ты бесов своих радуешь. А вот пиковую даму стоит бояться.

-Не пристало мне дам бояться, Таня.

-За секрет!

Ступай.

Тебе от Олениной.

-Читай.

СТРАСТНАЯ ЦЫГАНСКАЯ МУЗЫКА

-"Любезный Александр Сергеевич, спешу поздравить

с прелестной супругой вашей. Свет принимает ее очень тепло.

Императрице-государыне она нашей очень полюбилась.

Приглашает ее на чай к себе регулярно".

-Знал ведь, что не усидит. -"Недавно, правда,

упала Натали сильно, на горке, ребеночком рисковала.

Вы уж пожурите ее, негоже так рисковать.

А нынче ее рисует художник Брюллов. Боже, как он в нее влюблен!

Всех отодвинул в очереди, чтоб за ее портрет взяться".

МРАЧНЫЕ НОТЫ

-Пойдем. -Куда?

-Видит бог, я не хотел. -Что ты задумал, Сашка?

НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА

-Тройка выиграла.

-Паша, ставку. -Я не буду.

-Делай ставку. -Коли хочешь, делай сам.

Я не буду.

-Так вот, эти три карты помогли мне отыграться.

НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА

-На семерку.

-Тройка. Семерка. Туз.

-Туз!

-Дама.

Ваша карта убита.

-Тройка, семерка, дама.

-Книги. Неси архивные книги.

Я отыграюсь. Неси книги!

-Чрезвычайно приятно было вас писать. В ближайшее время направлю к вам

портрет. -Уже закончили?

-Да. -Наверняка получилось прекрасно.

-Судить не мне, ваше величество. Разрешите удалиться.

-Уверен, картина понравится вашему мужу.

Благодарю и вас за ваш подарок, Наталья Николаевна.

-Подарок? -Да, ваш совет о Бальзаке.

Я прочел и очень благодарен. Мой литературный мир наполнился

еще одним сокровищем. -Рада, что он оставил отклик

в вашем сердце. -Настолько, что я заказал

два экземпляра себе в библиотеку. Один из них по праву ваш.

-Благодарю.

ПО-НЕМЕЦКИ: Послушайте, вы у нас работаете с сочинителем Пушкиным?

-Да. -А вы не замечали

в его поведении чего-нибудь необычного?

-Необычного? -Может быть,

он говорил что-то недопустимое о нашем императоре

или о Петре Великом. -Нет, ваше высокопревосходительство,

ничего подобного я не заметил. Господин Пушкин

вообще ничего не пишет. -Не понял.

-Я видел его черновики. Там только одни рисунки и пустые страницы.

Господин Пушкин не писал ни слова, пока был в архивах.

-Прекрасно.

-Саша, какая радость! Я так соскучилась!

Как ты, душа моя? -Вижу, здорова. Хорошо.

Брюллов? -Так узнаваем?

Спешили, чтобы успеть к твоему приезду. Нравится?

-Влюбилась в него?

-В кого? С чего ты взял?

Саша, что с тобой? Брюллов счастливо женат.

-Именно поэтому он стал писать тебя в обход других. Ну-ну.

И сколькими сеансами ты его порадовала?

-Восемью. Саша, о чем ты?

-К счастью, вокруг остались люди, которым можно верить.

Олениной спасибо, что известила меня, чем ты тут занята,

пока я, дурак наивный, письмам твоим верю.

А про горку рассказать не хочешь? -Про горку?

-Как ты чуть не скинула. -Саша, ты был так зол из-за алмазов,

я не хотела, боялась тревожить.

-Ложь - все одно, что предательство. Какой же я глупец,

что доверился тебе!

А про алмазы забудь. Их больше нет.

Ни алмазов, ни денег. Ничего.

Проиграл. Вот так. Зато честно.

Но то мне не жаль. А вот книги...

-Барин, сыскал карету. Мне бы адрес.

-Саша, ты куда? -Куда глаза глядят!

-Никита, извозчика! -А... Слушаюсь.

-Меланья!

Одеваться!

-Возмутительно. Я уже не знаю, какое наказание ему придумать за то,

что он в карты проиграл бесценные книги.

Полагаете, можно отказать ему в доступе в архив?

-К несчастью, император весьма спокойно отнесся к проигрышу

Пушкина. Ваш запрет может быть неверно истолкован.

-Но нельзя же спускать это с рук. -Нельзя.

Но и повод должен быть более убедительным.

А что привлекло в этом ваше внимание?

-Как - что? Это же древо яда. Что он разумеет под этим древом?

И это стихотворение пронизано символами.

Я уверен, что он хочет нас вернуть ко временам Сенатской.

Вот вам и более убедительный повод.

ЛЕГКАЯ МУЗЫКА, ГОЛОСА

-Сюда! -Благодарю. Водки!

-Пушкин! Ты ли это? Воспеватель государства

всех клеветников России укорил в своих стихах.

-К вашим услугам, Петр Андреевич. Вы в журнале намекали,

что этими стихами я имел намерение выслужиться.

Полагаю, вы разочарованы.

Это взаимно.

Предательство относится к роду тех бед, о коих думаешь,

что они случаются со всеми, только не с тобою.

До тех пор, пока в собственной спине не обнаружишь нож.

Однако никому нельзя верить - ни жене, ни другу, ни себе.

СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА

-Госпожа Оленина, объясните, по какому праву вы передаете

моему мужу пустые сплетни? -Думаете, сплетни заставили

вашего мужа проиграться? А что вы так смотрите?

Уже весь Петербург знает, ваш муж - игрок.

Он будет дальше играть, много пить и любить других женщин.

А если вы сего не знали, мои вам соболезнования.

ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА

-Саша, я придумала, как нам вернуть расположение общества.

Мы с Александром Сергеевичем задумали устроить прием.

-Я принимаю приглашение.

-Не издашь? -Конечно же, издам.

-Замечательно. Но можешь мне сегодня выдать денег?

-Случилось что?

-Барыне ни слова.

-Наталья Николаевна, всем известно, что Пушкины почти разорены.

-Деньги, брат, не твое дело. Творец должен творить.

-Если бы все было так просто. Не найду денег -

придется уехать в деревню.

-Но и в глуши жить-то как-то хочется. -Усилим ставку?

-Ну конечно.

-Вот из-за этого адресата всякий раз вы сердитесь на эти письма,

лютуете. -Могли бы встретиться с медведем?

-Вы не смеете. Император дал ясное обещание.

-Да.

-Да наплюй на Бенкендорфа. Вычеркивать - не создавать.

Что он там понимает?

-Вы не в том положении, чтобы приказывать.

-Мне сам черт не страшен.