Original subtitles

Звучит песня: "Младший лейтенант сидит в сторонке.

Бирюзовый взгляд, как у ребенка.

Что-то не танцует, что-то не танцует он.

Младший лейтенант..."

- Доброе утро. - Доброе утро. Магазин закрыт,

откроют через 30 минут.

- А я хотел поинтересоваться: Широкая, дом 16 в какую сторону?

- К Савостиным, что ли? - Ага. - К Михаилу или к Антонине?

- К Антонине. - Антонина-то, наверное, уже в кафе.

Видите, там ангар? Вот за ним налево.

Если вам калитку никто не откроет, заходите прямо во двор -

у них собаки нет. Мишка, наверное, спит.

А если никто не встретит - ко мне заходите, кофейком угощу.

- Спасибо. А вас как зовут, мадам? - Мадам зовут Зоя Петровна.

Можно просто Зоя. - Зоя. Спасибо, Зоя.

- А вас-то как зовут?

- Не помню. Забыл. Вспомню - скажу. Чао.

- Чао.

- Цып-цып-цып! Цып-цып-цып!

- Здрасте.

- Чего надо? - Вы, наверное, Антонина?

- Ну я, а ты кто такой? - Артур.

- Что ты хочешь, Артур?

- Я от тетки от вашей, Веры Дмитриевны Деминой.

Она должна была звонить. - Звонила.

Давно это было, я уж и не помню. - Вы забыли, а я явился.

- Явился - значит, будем разбираться.

"Здравствуй, дорогая моя Антонина. Обращаюсь к тебе с огромной просьбой.

Пожалуйста, помоги парню. Его зовут Артур,

он очень работящий и добрый". - Муж ваш, Михаил, дома?

- Тебе он зачем? - Познакомиться.

- Успеешь еще. Мужской голос: - Тоня!

(Слышен грохот.) Тьфу, черт!

- А вот и он. Здесь стой. Мужской голос: - Тонька!

- Ну что ты вышел? Что вышел, чертяка? Иди давай в дом, иди.

Сказала же в доме сидеть. - С кем ты?

- Родственник. Работник. - Родственник?

- Тихо, тихо. - А чего я не знаю родственника?

- Иди в дом, чтобы глаза мои не видели тебя. Сиди там.

- Слушай, Тоня, я там разлил что-то. - Не высовывайся.

- Тоня!

- Муж? - Муж, кто же еще.

- Пьет? - Слышь ты, как тебя там?

- Артур. - Ты чего сюда приехал, Артур?

- Работать, наверное. - Вот и думай о своей работе.

В чужую не лезь. Понял меня? - Понял. Не дурак.

Дурак бы не понял. А я не дурак.

- Антонина, это что за родственник?

- Наш родственник, Миша, наш. Вставай.

- Наш родственник. Почему я не знаю? - Помогай.

Вставай. Вот так вот. - Руки убери от меня!

- Все, все, Мишенька. - Руки убрал!

- Все, все. Ложись сюда. - Подожди.

Тонька... - Господи, Миша.

Что ты озорничаешь? Ложись, говорю. - Смотри у меня! Смотри!..

Смотри... - Все.

- Не уходи, Тоня. - Я здесь, здесь. Все.

- Ох. - Отдыхай.

- Антонина...

- Жить пока будешь на втором этаже.

- А потом? - Потом, может, тебя вообще здесь не будет.

- Что, Тоня, родственничек приехал? - А тебе какая разница?

- Такой красавчик - может, влюблюсь. Столько месяцев одна.

- Отдохни, тебе полезно. - Как звать-то тебя?

- Я еще не вспомнил. Загляну - скажу. - Не обмани.

- Откуда ее знаешь? - Да дом ваш показала.

- Держись от нее подальше. - А чего?

- Прилепится - не отцепишь. - Говоришь как приказываешь.

- Пока советую. А работать у меня начнешь - стану приказывать.

- Здрасте, приятного вам. Все вкусненько?

- Да, спасибо! - Ну слава богу.

Дильбар, это что такое?

- Доброе утро, Тоня. - Почему вывеску не выключаете?

- Забыли, наверное. - В следующей зарплате напомню вам.

Хамид! - А? - Освободишься - зайди ко мне.

- Пару минут, Антонина Григорьевна, сейчас.

- Так-так-так.

Ну, и чем же ты здесь у меня будешь заниматься?

- Чем прикажете.

- Что умеешь? - Все.

Что не сумею - научусь.

- Дверь прикрой за собой.

Сколько сидел? - Откуда вы знаете?

- Спрашиваю - сколько.

- Три года как один день. - За что?

- За глупость. - Конкретнее.

- Была драка, были пьяные, ночью. Стукнул там не пойми кого,

еще какая-то малолетка под руку попалась.

Приехали менты - все разбежались, поймали меня и еще одного человека.

Повесили все на меня и на него: ему дали больше - мне меньше. Все.

- После зоны работал где? - Нет. Не брали: документы грязные.

Тюрьма за спиной. (Стук в дверь.)

- Да, Хамид, зайди. Хамид: - Разрешите? - Да.

Здесь сто тысяч - знаешь на что.

- Ну как же, все же посчитали и с вами, и с хозяином.

Вечером уже должны стройматериалы подвезти.

- Распишись, что получил.

- Могу идти? - Нет. Видишь этого человека?

- Так точно, хозяйка, вижу. - Артуром звать.

С сегодняшнего дня он твой помощник.

- Не понял.

- Введи его в курс дела всего хозяйства, объясни,

кому чего подать и принести, кого отодвинуть.

Но за деньги - за каждую копейку - отвечаешь ты

своей собственной головой. - Я разве когда-то?..

Вы что, меня подозревали? - Нет. Иди.

- Понятно. А по отчеству как господина Артура?

- Молодой еще, без отчества обойдется.

- Извините.

- Значит, я теперь "подай-принеси"?

- А ты на что рассчитывал? - Ну не под узбеками же бегать.

- Как твоя фамилия? - Гордеев.

- Гордеев. Ты теперь, Гордеев, у нас старший куда пошлют.

- М-м. - Угу. Так что поднимай наетую в тюрьме задницу -

и вперед в зал, весело и с песней.

- Можно в душ сходить, с дороги отдохнуть?

- Или к девкам? - Или к девкам. Молодой ведь.

Выходной. - Выходной будет, но не скоро.

А в будни здесь и диванчик, и душик: хочешь - помойся, хочешь - поспи.

А вот про девок придется пока забыть, голубок. Потерпишь.

- Сурово. - Сурово.

Климат у нас здесь такой. Суровый.

- Это наше основное хозяйство: холодильники, сковородки, кастрюли,

посуда, хрень всякая - кухня, короче.

- Продукты у нас в подсобке - это на той стороне помещения.

Там мангал. А так сами жарим, сами варим, сами парим, сами обслуживаем.

- Вдвоем? - Да.

У хозяев на лишнюю обслугу денег нет, а мы с Дильбар зашиваемся,

что язык через плечо. Поэтому лишний человек нам никогда не помешает.

Антонина. - Боишься, что ли?

- Нет, мы ее уважаем. Но бывает очень категорична.

Все от семейной обстановки, понимаешь? - Угу.

- Я в город на пару часов. Список готов?

- Да-да, вот, пожалуйста. - А ты иди со мной.

Ты вот что, парень: в дом пока не входи. Жди, когда вернусь.

- А переодеться? - Перетерпишь.

Посмотри тут, примерься, приглядись.

Языком своим особо не полощи, кто ты, зачем и почему.

Никому не важно. - Да я вроде того... родственник.

- Угу, через дорогу вприсядку.

А будешь баклуши бить - вылетишь отсюда в два счета.

- Понял, хозяйка. А если Михаил придет, что сказать?

- Не придет. В таком виде хватает ума не показываться на люди.

- Понял. - Ты машину водишь?

- Была бы тачка. - Проверю.

Если водишь - будешь вместо меня кататься к оптовикам.

- Вот, спасибо, это мне больше нравится.

Тачка будет!

(Металлический грохот.)

- Черт.

- Э, хорошее дело затеял, уважаемый: все рассортировать,

положить по полкам и навести порядок. - А до меня никто не догадался?

- Когда мне? Видишь, все время бегом. Ничего не успеваю.

Не успеешь до двери дойти - сразу говорят: "Обратно беги".

Проходной двор. Дильбар: - Хамид, ты где?

Иди скорее в зал! - Я могу с человеком поговорить?

- Тебя ждут.

- Видишь, ни себе, ни Аллаху не принадлежу,

вечно что-то падает на мою голову.

Эй, слышишь? Хозяин пришел, Михаил. Когда пьяный, совсем плохой.

- Хамид! - Ты сиди тут тихо, ладно?

Пусть с ним хозяйка разговаривает: он только ее боится.

- А где он сейчас? - На веранде. На веранде водку пьет.

- Хамид! - Что?

Михаил Иванович, не надо сюда. - А ну, ушел отсюда!

- Здесь грязно, пыльно. - Что за бардак у тебя здесь?

- Михаил Иванович, когда уберем, вас позовем.

Давайте в зал. Дильбар уже плов приготовила.

- А это кто? - Это? Это... это работник,

Михаил Иванович. Немножко наводит порядок. Наведет - уйдет.

- А почему я не знаю? - Хозяйка привела.

Сказала, помогать будет. - Как зовут? Имя!

- Да Артур я.

- А кто тебя сюда позвал, Артур? - Жена ваша, Антонина.

- А зачем? - Наверное, помочь.

- В чем? - В работе.

- А меня спросили? - Придет время - спросим.

- Чего ты сказал? Я не понял.

- Я уже был в доме - вы спали.

- Ты был в доме?

Пока я спал? - Да. Антонина подтвердит.

- Вот как. Я тебя убью! - Михаил Иванович, не надо!

- Убью!

- Михаил Иванович, я сейчас ей позвоню.

- Убью!

Я убью, я сказал! - Не надо, Михаил Иванович.

Пожалуйста, не надо. - Он у меня...

- Я хочу убить этого!.. - Пожалуйста, не надо,

Михаил Иванович, прошу вас. - Где Тонька?

- Миша, что ли, Савостин постарался? - Да не важно. Какая разница?

- Это его почерк. Он Тоньку к каждому столбу ревнует,

а когда подшофе - это... - А ты откуда знаешь?

- Да об этом все знают. Мы же живем как на вулкане, у нас это...

- Там лопнет, а у остальных трясет. - Да.

- Слышал я о таком. (Хлопнула дверь.)

Женщина: - Есть кто в магазине? - Да, сейчас иду.

Сейчас приду.

Чего надо?

- А ты знаешь, сколько Антонине лет? - Не интересовался.

- Тридцать шесть. А Михаилу?

- Лет пятьдесят. - Пятьдесят семь!

Чувствуешь, в чем разница, да? - Нормальная разница.

Бывает и побольше.

Давно он пьет? - Вот как машинка перестала работать,

так он и запил. - А Антонина чего, нормально?

- Да терпит. - Сильная она женщина.

- А ты чего приехал-то? - Работать.

- У кого, у Савостиных? Да они за лишнюю копейку удавятся.

- А мне и жрать, и спать хочется. - Так я могу всем этим обеспечить.

- Чем? - Всем.

А если влюблюсь... - А давай мы с тобой с еды начнем?

- Ну давай. Я тогда за бокальчиками, да?

- Ага. - И дверку закрою. - Давай.

- Чего? - Подъем.

- Здрасте.

- Ну чего сбег-то, по чужим углам ошиваешься?

- Своего нет. - Считай, уже есть.

- Есть хочу. - Дома поешь.

- А дома - это где? - Пошли.

- А Михаил? - Разберусь.

Парня больше не приваживай.

- А я-то чего? Я тут ни при чем. Ты его выгнала, а я приняла.

- Я сказала - ты услышала. - Договорились.

А если Михаил заглянет, ему водку продавать или пусть приляжет?

Места всем хватит. - Ах ты!..

- Поспокойнее, Тоня.

- Убери свои руки. - На то она и баба, чтобы кусаться.

Ты чего такая? - Какая?

- На всех кидаешься. - Собака знаешь когда бывает злой?

- Когда голодная. - Когда давно не гладили.

- Может, погладить?

- Хочешь попробовать? - Я спросил.

- Ты чего брякнул? - Все, все, пошутковал.

- У меня муж есть.

Захочет - погладит, захочет - и в морду даст.

Поэтому, какая я, не тебе судить. Понял?

- Куда же все попрятали?

Антонина!

Ну иди сюда посиди со мной. Подохну же, Тоня.

- Что, совсем плохо? - Хуже некуда, Тоня.

- На, держи. - Ох!

Не уходи, Тоня, посиди со мной. Без тебя так страшно!

Сейчас отпустит, сейчас легче станет.

Тонька, это последний раз, больше ни капли.

Я клянусь, это последний раз.

Все, все. Клянусь тебе, последний раз.

Я знаешь из-за чего сорвался? - У тебя всегда есть причина.

- Все из-за тебя, Тонечка, все из-за тебя.

Помнишь вот эту компанию шоферни? - Уже сто лет прошло,

а ты все в голове держишь. - Ну и что? Держу.

Ты с одним стала... Крутилась все перед ними. Я помню.

- А я не помню. - А я помню и до гроба буду помнить,

и не только это. - А я не помню и помнить не хочу.

А будешь гундеть - вообще не приду.

- Я молчу, Тонечка, я... Тоня! Тсс.

Все забыл. Клянусь... (Стук входной двери.)

Это кто там? - Работник, наверное.

- Какой работник? - Работника наняла.

Сама не справляюсь.

- А что он у нас в доме делает?

- За инструментом, наверное, приходил.

- Ну-ка, позови его. Дай посмотрю, что это за работник.

- Артур! - А? - Зайди. Хозяин хочет глянуть.

- Ну, вот он я. Доброго здоровья.

- Какое оно, к черту, доброе?

Артур, говоришь? - Артур.

- Смотрю, морда знакомая. Только не помню, где тебя видел.

- Да? - Угу.

- В кафе виделись. - В кафе?

- Вы в меня бидонами кидались.

- Бидонами? А за что?

- Вам виднее.

(Михаил смеется.)

- Помню, помню.

- Михаил Иванович, вы чего?

- Испугался?

- Есть мальца. Чего случилось-то?

- Не спится. - Что, помочь надо?

- Мне? - Да.

- Не надо. Полегчало.

А вот поговорить охота.

- А чего говорить?

- И надолго ты к нам?

- Как скажете. - Я скажу.

Чтоб завтра тебя здесь не было.

- Это почему? - Я так хочу.

Соберешь свои вещички - их немного, слава богу, -

я тебе дам денег на дорогу - и тебя здесь больше нет.

- Ревнуете, что ли? - Не то чтобы ревную...

Скорее, боюсь. - За Антонину?

- За себя. Сердце, боюсь, не выдержит.

- Так все-таки от ревности?

- Ох! Знаешь, сколько лет я ее добивался!

Она меня в упор не видела.

Из-за нее на Север поехал, на газодобычу, денег заработал.

Вернулся - этот дом построил.

Потом за кафе принялся - и все ждал, ждал, ждал...

Ждал, когда же она сдастся, и она сдалась.

Нет, не сразу. Сначала с оговорками, но сдалась.

Я глазам своим не верил.

Выпивать перестал, всех своих дружков-товарищей забыл -

только она одна, единственная, любимая.

Теперь понимаешь?

- Теперь понимаю.

Сейчас опять пьете. - Пью.

- Вам сколько лет?

- Да погоди ты. Погоди собираться, погоди.

Успеешь - время есть.

Ну а ты как думаешь, сколько?

- Вообще, какая разница? Для мужиков возраст не важен.

Какую бабу завалил, такой у тебя и возраст. Правильно? Правильно.

- Пятьдесят семь. Слыхал?

Пятьдесят семь. - Нормалек.

А чего, десяток-другой протянем.

- Никогда не говори так. Я буду жить столько, сколько она.

Не отпущу, никому не отдам. А если кто на дороге встанет -

пожалеет. Не дай бог!

- Сильный ты.

- Да это я так, для острастки.

Или, можно сказать, для знакомства.

Слушай, Антонина мне сказала, что ты из сидельцев.

- Есть такое. Три годика на шконке.

Что, Михаил Иванович, гонишь, чтобы я опять на нары вернулся, -

так получается?

- Получается, что так.

Да ладно, не кипишуй.

Я сам 2 года от звонка до звонка отбарабанил.

Вот что я тебе хочу сказать, парень: оставайся.

- Сначала гнал, а... Пожалели, что ли?

- Только вот просьба: не давай мне пить.

- Это как? В каком смысле? - Да в прямом.

Вот как только к бутылке потянусь - моментом в морду, договорились?

- А если ответочка? Мальца чуть не прилетела уже.

- Все равно не давай.

Я не знаю: следи, бей, отнимай,

но только не давай.

Пропадет Антонина без меня.

- Кто пропадет? Она?

Да вы что? Она же сама кого угодно зажмет.

Бой-баба. - Ты ее не знаешь.

Она слабая. Нет, ну с виду она сильная,

а так... так слабая.

Погибнет она без меня, погибнет.

Так что не давай мне пить.

Тихо, давай! Ни о чем не говорим. Молчим, просто сидим.

- Ого! - Тоня...

- Миша, ты чего к нему среди ночи-то приперся?

- Чего? Ничего. Просто сидим.

Тихо разговариваем. Все. - О чем вообще говорить?

Ты лыка не вяжешь. - Я вяжу, Тоня.

Я вяжу. И...

Слушай, как тебя? Артур - он прекрасно меня понял.

Правда, Артур? - Да-да, все нормально.

- Хороший у тебя свояк, Антонина.

Душевный. Пусть остается. Я согласен.

- Вот и слава богу. Пусть будет по-твоему.

И я не против. - Пойдем?

- Пойдем.

- Доброе утро. - Чего вскочил?

- Помочь. - Я привыкшая.

- И мне пора привыкнуть. - Поставь.

- На, кролям дай.

- Кроля, ля-ля-ля.

Какие голодные.

- Коровам вези.

(Вскрикнула.)

- Что случилось? - Оступилась.

- Сильно? - Пока не поняла.

Ой, больно-больно. - Тихо-тихо.

Надо перетянуть. Бинты где?

- Вон там аптечка.

Ой...

Ой, как же болит. - Сейчас-сейчас.

- Нет, подожди.

Ай!

Вот здесь прямо болит. Потянула, что ли, не знаю.

А Михаил где? Во дворе? - Да. С машиной возится.

Позвать? - Не надо.

Опять орать начнет. - Ладно.

- Скажет: как корова. - Все. - Ай-ай-ай!

- Тсс. Терпи. Бинтовать буду сильно.

- Ага. - Терпи. - Терплю.

- Не больно? - Нет.

- Терпи.

Что? - Хорошо у тебя получается.

- Практика. За три года чалки многому обучился.

- Чалка - это что? - А то место,

где спать страшно, жрать тошно.

(Смеется.) - Не надо.

- Терпи. Почти.

- Все-все-все. - Готово.

- Перестань.

- Танцевать любишь? Опа! Все.

- Хорошо. А вроде ничего и не было.

- Ну тогда вперед. - Сейчас.

- Тоня, что с ногой? - Оступилась я.

- Где? - Там, на пороге.

- А глаза у тебя на что, Тоня? - Ну не шуми ты, Миша.

Перевязала - уже легче. - Что значит "не шуми"?

Кто теперь в город поедет? - Ты и поедешь.

- С ума сошла, что ли?

У меня руки-ноги дрожат. До первого мента же.

- Давай я поеду. - Куда ты с такой ногой-то?

- Вон свояк поедет.

- Что твой свояк соображает?

Он город знает? У него права есть? Артур!

Иди сюда. У тебя права есть? - Есть.

- Покажи. - Так они в доме, с документами.

- Ладно, в город поедешь. Так, машина старенькая, но надежная.

Иди сюда.

Так, вот тебе документы на машину. Здесь техпаспорт, страховка -

так что все нормально. А это документы на товар.

Все оплачено, надо только расписаться.

На воротах машину знают, так что тоже проблем не будет.

- Давай я поеду с ним. Проконтролирую, а то еще заплутает.

- Дома сиди, ногу лечи.

А то, правда, заедете куда-нибудь не туда.

Могу я так думать, родственник? - Каждый может думать.

- Вот и я о том.

Кстати, у тебя телефон мобильный есть?

- Есть. - Покажи. - Да он старый.

- Покажи. - Да мне стыдно кому показывать.

- Покажи.

Да, стыдоба.

- Эй! - Ты что делаешь, Миша?! - А дальше-то чего?

Он старый, но нужный. - А дальше подарок.

Можно сказать, сюрприз. Держи, держи.

- Серьезно, что ли? - Серьезно.

А если в городе заплутаешь или еще какая-то проблема, звони.

Телефон вот здесь, на бумажке.

- Дорогой, наверное. - Недешевый.

Но дело не в этом.

Ну что, жена не возражает, что я так деньгами сорю?

- Ты хозяин, тебе виднее. - Не возражает, не возражает.

- Родственник? - А? - Вот скажи, красивая у меня женщина?

- Перестань. - Еще бы!

- Да нет, это не ответ. Ты мне серьезно, по-мужски скажи.

- Самая красивая женщина на свете. - Ну хватит вам, мужики, тоже!

- Самая лучшая женщина на свете, поэтому никому никогда и ни за что.

Никто тебя так не любил и любить не будет.

Запомни это, Антонина. - Ну что ты при людях-то, Миша?

- Да не стесняйся. Стесняется.

Ладно, поезжай в город, не заплутай, деньги зря не транжирь.

И возвращайся скорее. Вечером чай все вместе будем пить.

- Как скажете, хозяин. Спасибо.

- Ну что ты такой добрый-то? - Да так.

Звучит песня: "От рассвета в закат, от заката сквозь ночь

Мчитесь прочь..."

- Мои мысли, мои скакуны!

Звучит песня: "Словно искры, зажгут эту ночь,

Обгоняет безумие ветров хмельных Эскадрон моих мыслей шальных!

Мои мысли, мои скакуны,

Словно искры, зажгут эту ночь..."

- Ну и кто тут у тебя, ну-ка?

Наташа, Лена, Вера, Белочка...

Опять Наташа.

Вот ведь, одни бабы у паразита!

Ну ладно, ладно.

- Все.

(Сигнал клаксона.)

- Привет. Долго жить будешь.

Прямо сейчас всю дорогу про тебя вспоминала. - Да?

- Ой, как приоделся! Прямо ничего, ничего такой.

- А ты что хотела, чтоб я в репьях под забором?..

- Чего я хотела, пусть при мне останется.

Ты лучше скажи, с чего это Савостины тебе машину-то доверили?

- Это разве машина? Это сарай на колесах.

- Ну, инициатива-то чья была? Мишкина или Тонькина?

- Давай не гони ветрянку! Какая любопытная.

У Тони своих проблем хватает, чтобы по складам ездить.

- Ой, какие у нее там проблемы-то? - Да почем я знаю? Разные.

(Звонит телефон.) Видала, какой подарок?

- Кто подарил-то? - Михаил.

- А-а. А звонит кто? - По ходу, он и звонит.

- А чего ты трубку-то не берешь? - Слышь, хорош! Э! Э! Э!

- Скажешь ему, что забыл включить.

Слушай, давай сейчас затарюсь, и, может, ко мне на часик заедем?

- К тебе - это куда? - Ну не в магазин же, я же не дура.

Я тут квартирку недавно купила, недалеко,

а, как в анекдоте, кран сломался, а починить-то некому.

- Да? - Да. Все, договорились, да?

- Угу. - Я быстро.

Но ты не уезжай, а то я обижусь.

- Давай. - Сейчас, я быстро.

Привет!

Все приготовили? Давайте.

- Ха! Кран сломался.

Готово!

- У меня тоже все готово.

Не отнесешь?

(Звучит музыка.)

Артур поет: - "Ты морячка - я моряк.

Ты рыбачка - я рыбак.

Ты на суше - я на море..." - Тебе с таким голосом надо на сцену,

а не у Савостиных хвосты крутить. Где так петь-то научился?

- В школе. Занимался художественной самодеятельностью. - Да?

Ну что, вуаля! На брудершафт?

- О-о! - Ну, традиция.

- Хорошая традиция.

- Какой сантехник!

Никогда б не подумала, что бывают такие.

Ну, чего делать будем, а?

- А что, спасибо этому дому - пойдем к другому.

- Что, прямо так сразу, что ли?

- А что, после койки сразу в загс?

- Ну, не сразу - постепенно.

- Нет, Зоя, меня жизнь уже кое-чему научила, я с места в яму не прыгну.

Сначала посмотрю, что на дне там - соломка или матрасик?

А потом, может быть, сигану. - Слушай, рассуждаешь как дед прямо.

Кстати, а сколько тебе лет-то, дедуля?

- Да уж не больше, чем тебе, бабуля.

В общем, Зоя, засиделись мы с тобой, вечер уже на дворе.

А Михаилу я что скажу?

- Скажи, что был у меня, что занимались волшебством.

- Слышь, фея, я тебе серьезно: попрет же.

- Попрет - я тебя к себе возьму. - Так...

Так, ну, машина на месте, а то с таким товаром могли бы и угнать.

- А ты же не Мишку боишься, да? Ты же Тоньку боишься.

Скажи, нравится она тебе, да? Нравится?

- Нравится.

- Ну все, давай иди.

Давай-давай, вставай. Давай иди!

- А караоке у тебя есть? - Чего?

- Караоке. Ну, в следующий раз спели бы.

- А следующего раза не будет. - Да ладно тебе.

- Все, все. Ну давай, все, пока.

Пока. Иди.

Антонине привет. - Да, салют. Пока!

- Козел.

(Звонит телефон.)

- Да. Михаил Иванович, ну не кричите.

Ну ГАИ тормознуло.

Основательно тормознуло.

На кирпич проехал. Какой-то мужик неправильно дорогу показал.

Товар? Товар в сохранности.

Ну не кричите вы, скоро буду.

Да, все. Извините. Ага.

Уф!

- Хозяева здесь? - Нет, уже дома.

- Ругались? - Не очень, больше беспокоились.

- Кто? - Михаил Иванович.

Антонина все время молчала, думала про что-то.

Артур, у тебя все в порядке? - Нормально.

Влип было в одно дело, но уже почти выкрутился.

Как тебя?.. - Хамид, дорогой.

- Мужик как должен жить, Хамид? В одно дерьмо влез -

из другого вылез, верно? - Не знаю, уважаемый.

Я восточный человек, у нас такие вещи обычно обходят стороной.