Original subtitles

Прошло шесть лет после событий страшной Варфоломеевской ночи.

Король Карл IX умер.

Трон должен унаследовать герцог Анжуйский, поскольку его старший брат

Генрих уже коронован в Польше.

Этого не может допустить Екатерина Медичи. Она жаждет видеть государем

Франции своего любимого сына Генриха де Валуа.

Следуя воле матери, Генрих бежит из Польши, отказавшись от польского

престола, и становится королем Франции Генрихом III.

Герцог Анжуйский потрясен коварством матери и продолжает рваться к власти.

Его честолюбие и амбиции подогревает герцог Дегиз, клоняя к заговору против

брата. В действительности Дегиз, как принц крови, сам мечтает о троне.

Генрих Третий окружает себя фаворитами, которых ненавидят французы и

презрительно называют их миньонами.

Герцога Анжуйского поддерживают анжуйцы, дворяне, состоящие у него на службе. Их

возглавляет граф Дебюсси, полководец, блестящий кавалер, первая шпага Франции.

В борьбе за корону все претенденты вновь используют религиозную вражду католиков

и протестантов, губенотов.

Франция стоит на пороге новой...

гражданской войны.

Мы прибыли. Это здесь.

Позвольте, я помогу вам, госпожа.

Сударыня, нам было поручено сопровождать вас до этого дома.

Наше поручение можно считать выполненным.

Сударь, я могу только поблагодарить вас.

Я хотела бы вознаградить вас чем-нибудь более существенным, но у меня ничего

нет. Не беспокойтесь, сударыня, мы щедро вознаграждены.

Я еще раз повторяю, забудьте эту дорогу, забудьте эту даму, забудьте этот дом и

эту дверь.

За мной!

Ах, господин Лисенюк, ведь я вас полагал любимчиком короля,

когда вручил вам мою дорогую девочку.

Боже праведный, как все это похоже на опалу.

Господи, за что его величество разгневался на наш дом?

Всегда такой преданный король.

Продолжение следует...

Господи, господи, а вы ничего не огорчили?

Не дразни собаку, Шико.

Прожорлив же ты.

Предатель Сен-Люк.

Как я его раньше не раскусил.

Предатель Сен-Люк.

Он что, забыл, что друзья короля не имеют права жениться? Их любовь к королю

должна проявляться свободно, а не отвлекаться на какие-то посторонние

предметы.

Неблагодарная свинья.

Свинья!

А я посулил ему должность главного ловчего. Что?

Ты меня огорчаешь, Генрих.

Но какой ловчий сын Люка.

Единственная лань, которую он смог выследить, это дочь маршала Дебрисака.

Генрих, послушай.

Отдай эту должность Бюсси.

Бюсси? Бюсси.

Тогда получишь его в свою свиту. Но Бюсси для меня в одной цене с чумой.

Жаль, очень жаль. К тому же герцог Анжуйский

выпросил эту должность для некого господина де Монсоро.

Да.

Ты собираешься на бал, а физиономия у тебя как для мессы.

Неужели ты думаешь, что твоя кислая мина испортит настроение Сен-Люку перед его

брачной ночью?

Лучше не ходи, Генрих.

Нет.

Мы поедем на бал.

Но я намерен развлечься. Вот это по мне.

Мы развлечемся по-королевски.

Нет.

Недаром, недаром мне вчера приснилась дохлая рыба.

Еще немного, и я умру от скуки.

Черт бы побрал этого Сен-Люка в самом деле.

Угораздило же его пренебречь дружбой короля.

Да. А теперь мы вынуждены сидеть на привязи и ждать, когда король придумает

наказание для него.

А вы заметили, какую мину король состроил сын Люку во время свадебного

обеда, а?

А к девице де Кассе он вообще повернулся спиной.

Эх, друзья мои, если б вы знали, какое славное вино подают тут в одном

местечке неподалеку.

А я бы закатился прямо сейчас к майонет в теплое гнездышко.

Ох, как я хотел бы оказаться там.

Помяните мое слово, все это кончится изгнанием.

Кому-то из нас непременно придется отвезти Сен-Люку свадебный подарок.

Приказ короля немедленно убраться из Парижа.

Ну, такой подарок я готов ему отвезти хоть сейчас.

Господа, наш король великий человек.

Несмотря на то...

что этот негодяй Сен-Люк виновен в государственной измене.

Король решил оказать ему честь.

Мы все-таки едем во дворец Монмореса.

Здравствуйте, король!

Мы все-таки повеселимся сегодня.

Да, счастливчик этот Сунлюк. Он проскочил между молотом и наковальней,

даже не прищемил себе хвост.

Сомневаюсь, сомневаюсь, господа. Наш король охотник, и прежде чем прикончить

добычу, он даст ей волю побегать.

Ату! Ату, Сунлюка! Не будем тратить времени, господа. Король попросил

прибыть на свадьбу раньше его. В самом деле не будем тратить время.

Я очень надеюсь, что герцог Анжуйский пришлет туда своего ненаглядного бюсси.

так и не посетил нашу свадьбу. В чем вы провинились перед королем, господин

Десенлюк?

Моя дорогая Жанна, я вам все объясню, как только эта грозная туча рассеется.

Она рассеется?

Должна.

А

как я

ответил?

Наш бедный друг.

На сей раз ты действительно пропал.

Король гневается.

В самом деле, сын Люк, какого дьявола ты собрался жениться? Ты же знаешь, как

король ревнует своих приближенных.

Плохо дело, дружище, плохо.

Нет ни короля, ни герцога Анжуйского.

Даже этот бахвал Бюсси не соизволил явиться.

Величества, король Франции, Генрих Третий Валуа.

Наконец-то. Ну, теперь мне уже ничего не страшно. И если еще появится герцог

Анжуйский, я буду совершенно счастлив. Бог мой присутствие короля пугает меня

больше, чем его отсутствие.

Его Величество, король Франции, Генрих Третий Валуа.

Что здесь происходит, господа?

Государь, там шут ваш, Шико. Он вырядился точно так же, как Ваше

Величество.

Действительно похож.

Послушай, мэтр Шико, два короля на балу.

Слишком большая честь для хозяев, а?

А, коли так, позволь мне сыграть роль короля.

Я буду царствовать, а ты танцевать.

Я выложу весь набор ужимок, подобающих королевскому...

величию, а ты малость поразвлечешься, мой бедный король.

Ты прав.

Я, пожалуй, займусь танцем.

Как я ошибался, опасаясь гнева короля.

Совсем напротив, его величество в редчайшем расположении духа.

Дорогой, ну наконец-то.

Не покидайте меня, пожалуйста, так надолго. Все-таки у нас свадьба.

Вы знаете, с тех пор, как король здесь, он не перестает мне улыбаться.

Когда мы возвращались в Венчание, дорогая Жанна, его взгляд пугал вас.

Тогда его величество было в дурном настроении, а теперь... Теперь еще хуже.

Милая Жанна, король, по всей видимости, приготовил для нас какой-то подлый

сюрприз.

Боже мой, не смотрите на меня так нежно.

Лучше отвернитесь от меня.

А, вот Ишико.

Весьма кстати.

Я умоляю вас, Жанна, задержите его.

Постройте ему глазки, приласкайте его, приголубьте.

Знаете, сударь, если я последую вашему совету, то могут подумать. Пускай

подумают. Очень хорошо, если подумают.

Ну что, сударыня?

Я все слышал. Вам приказали строить мне глазки.

Учитесь, сударыня, учитесь.

Вам теперь часто придется бывать при дворе.

А там свои законы. Закон лицемерия, законы притворства. Да, да, да.

Ну, представьте, что я зеркало в вашей спальне.

Вы же строите рожицы перед зеркалом у себя в спальне. Строите, строите, я

знаю. Вот, вот, вот, получается хорошо.

Сын Люк.

Я здесь, государь.

Вы меня спрашивали, не воспрещается ли вам ходить к Мессе. Я вам сразу сказал,

что вы вольны в своих поступках, но лучше бы вам было не выходить из дома.

Вы мне не поверили.

Случайно или по воле Рока.

Герцог Анжуйский видел вас сегодня в церкви святой Екатерины.

Это правда, сударь, но я не уверена, узнал ли он меня.

Ваше сходство с женщиной, которой она плакивает, показалось ему поразительным.

Я надеюсь, что он меня забыл.

А я уверен, что нет, сударыня.

Тот, кто видел вас хотя бы раз, забыть уже не сможет.

Поверьте мне, что я и сам пытался сделать это, но у меня ничего не вышло.

Герцог – человек недобрый и мстительный.

Он обязательно попытается выяснить, кто вы такая.

Господи, вы меня пугаете.

Нет.

Я говорю лишь то, что есть на самом деле.

Что же делать?

Сударыня.

Вам хорошо известно условие, при котором я мог бы просить защиты у его величества

для вас.

Но, может быть, опасность не так уж велика.

Время покажет.

Время покажет, сударыня.

И все-таки, став графиней де Монсерро, вы могли бы не опасаться преследований

герцога.

Луи де Клермон, граф де Бюсси, сеньор де Амбуаз.

Эй, Бюсси, это возмутительно.

Я навыпускал кучу указов против роскоши. Я выпущу новые и буду

их множить и множить. Если они недостаточно хороши, пусть их, по

крайней мере, будет много.

Но клянусь рогом Бельзевула, моего кузена, четыре пажа, господин Дебюси,

это слишком.

Эй, ты там? Ты куда?

А ну-ка, постой!

Эй, Дебюси!

Да что же это такое?

Бесси де Амбуаз, Луэда Клермон, граф Дебюси, я смотрю, вас не докличишься,

пока не перечислишь все ваши титулы. Вы что, не можете отличить настоящего

короля от шута?

Господин Дебюси, вы не слышите, вас зовут?

Извините, ваше величество.

Иные короли так похожи на своих шутов, что ошибиться весьма нетрудно.

Простите, что я принял вашего шута за короля.

Что он сказал?

Ничего, государь, ровным счетом ничего.

Нет, государь. Мэтр Беси, вы рядите в золотую парчу всякий сброд, а сами,

вы, вы дворянин, полковник, потомок клермонов, принц наконец-то,

являетесь на бал.

В простом черном бархате это что, наряд для бала?

Да это траур для похорон.

Государь, я делаю так потому, что в наше время всякий сброд наряжается как

принцы.

А хороший вкус требует от принцев, чтобы отличить себя, одеваться как всякий

сброд. А ну не смять оскорблять моих любимчиков!

А не то будь я король раз короля, а возьму и обнажу шпагу не хуже всякого

шута. Если Шико будет продолжать свои шутки в том же духе, я его поколочу. Не

суйся, куда тебя не просят, Мажерон.

Шико дворянин.

Весьма щепетилен в вопросах чести.

Ну хорошо, впредь будьте осмотрительны, Бесси.

Простите, Ваше Величество.

Король поставил себя в дурацкое положение, позволив Шуту занять свое

место.

К тому же он здесь не самый дерзкий.

Это касается Дебюси. Он стал совершенно невыносим.

Если бы кто-нибудь избавил меня от него, я был бы очень рад.

Я должен вас предупредить, господа, что сразу после бала я отправляюсь на охоту.

На охоту? Да, на охоту. Отлично. На какого зверя? На кабана.

Король изъявил желание увидеть завтра на обеденном столе кабаню-голубь.

Понимаю. С отложным воротничком по-итальянски.

Так и верим, что король... Вполне уверен. Что ж, отлично. Тогда на охоту.

Ну как? Мы будем охотиться? Я думаю, устроим засаду. Засада всего надежнее.

Да. Кирюс, дружище, уймись ради бога. Да уймись ты сам, если сможешь. Кирюс,

подумай о герцоге Анжуйском, ведь это он стоит за спиной в Бюсси. Кто может быть

страшен людям французского короля?

Если нам будет угрожать опасность, король сумеет нас защитить. Вас, но не

меня. Да пропади ты пропадом!

Какого дьявола ты вздумал жениться, а?

Ты же знаешь, как ревнует король своих друзей.

Иди беседуй с королем.

Выполняй свою миссию миротворца.

Ты в этом весьма преуспел.

Постой.

Только не вздумай предупредить Бюсси. Тогда ты совсем пропал.

Дальше. Ваше Высочество, мне удалось узнать, что дом снят

на год.

Апартаменты дамы на втором этаже.

И я уже изготовил ключ от входной двери.

С такими козырями на руках мы можем начинать партию.

Да, сегодня же ночью.

Меня поразило сходство.

Этой дамы с той погибшей красавицей.

После ее гибели меня мучают кошмары.

Я должен раскрыть эту тайну.

Монсеньер, не терзайте себя.

Ну что за беда, если с вашей великолепной перевязи соскользнула бы

одна из многочисленных жемчужин?

Кстати, вы не собираетесь присутствовать на свадебном балу у Сен-Люка?

Ведь там будет король.

Какое мне до этого дело?

Я послал туда Бюсси.

Надеюсь, ему удастся завязать там добрую ссору и заколоть кого-нибудь из этих

миньонов. Я в этом не сомневаюсь, монсеньер.

Мы будем на улице Сент-Антуан за час до полуночи.

Хорошо, монсеньер.

Господа, обратите внимание, как они разодеты. Ох, какие красавцы.

Давайте, господа, поприветствуем. Давай.

Господа, а как вы думаете, Что они обсуждают?

Держу пари, они изобретают новый крахмал для воротничков.

Нет, господа, вы ошибаетесь.

Мы сговоримся отправиться на охоту. На охоту? Вы шутите, извините.

Для охоты нынче очень холодно, и, боюсь, у вас вся шкура потрескается. Не

беспокойтесь. А на кого же вы собираетесь охотиться?

Уж не на жаворонков?

Нет, на кабана. Вот как?

Нам нужно непременно раздобыть его голову.

А зверь? Уже поднят.

Но надо же еще знать, где он пройдет.

Уж мы-то разузнаем.

Кстати, не желает ли господин Дебюси...

Поохотятся с нами.

Я очень благодарен, господин Декелюс, но, к сожалению, я занят.

Завтра мне надо быть у герцога Анжуйского на приеме графа де Монсоро.

Ну, а сегодня ночью?

Сегодня ночью я тоже не могу. У меня свидание в одном доме. В Сент-Антуанском

предместе.

Неужели королева Марго инкогнито вернулась в Париж?

Нет, господин Дешенберг.

С некоторых пор я отказался от этого наследства.

Речь идет о другой особе. И эта особа ждет вас в одной из улочек Сент

-Антуанского предместья?

Совершенно верно, господин де Мажоро.

Но парижские улицы ночью небезопасны.

Какую дорогу вы мне посоветовали бы избрать?

Черт побери.

На вашем месте сударь.

Я бы использовался бы паромом в Преоклярк.

Затем пошел бы по набережной.

Если вам удастся без особых неприятностей преодолеть Турнельский

дворец... Это небезопасно.

То вы окажетесь на улице Сент-Антуан и постучитесь в двери вашего

таинственного дома.

Я благодарю вас за столь подробное описание дороги, господин Декелюс.

Будьте уверены, что я не свернул с этого пути.

Однако здесь становится скучно.

Пойдемте, господа.

Решительно с этим народом не о чем больше толковать.

Прошу прощения.

Жанна, дорогая, господин Дэвиси сейчас собирается уходить. Я умоляю вас,

задержите его.

Но зачем?

Так надо.

Ладно, но я надеюсь, что в последствии вы мне все объясните.

Господин Дебюсси!

Господин Дебюсси!

Весь Париж с восторгом говорит о вашем последнем сонете.

О, да.

Сделайте мне подарок. Прочтите.

Ну, пожалуйста.

Охотно, сударыня.

Здесь не очень удобно.

Прошу вас.

Прошу прощения, господа.

Конечно, конечно.

Великая фантазия творца.

Я славлю мысли вечное движение.

Все мы, лады его воображения, Но неудача

или достижение Не можем разобраться до конца.

Мы разные.

В одном лукавит плоть,

другой рассудком покоряет страсти.

И слава Богу, что не в нашей власти то изменить,

что даровал Господь.

Ну что ж, господа, по такому маршруту кабана будет совсем нетрудно выглядеть.

Итак, решено.

Угол Турнельского дворца в самом начале улицы Сан-Тантуан.

Хорошо, может быть, прихватить с собой лакеев?

Ни в коем случае.

Я ненавижу виси.

Но я счел бы себя опозоренным, если позволил палке лакея прикоснуться к

нему.

Виси дворянин.

С головы до ног.

Что случилось, господин Десен-Люк? Почему у вас такой взволнованный вид?

Сударь, я искал вас. Вы искали меня?

Милая Жанна, король уезжает. Попробуйте задержать его.

Мне нужно сказать господину Дебиси два слова с глазу на глаз.

Господин Дебиси, я благодарю вас за сонет. Он был великолепен.

Ну так что?

Что же вы мне хотите сказать, господин Десен-Люк?

Сударь, я хочу сказать, что если у вас назначено свидание на сегодняшний вечер,

то попробуйте перенести его на завтра.

Что-что?

У меня и в мыслях нет, что человека подобного вам можно чем-нибудь напугать.

Боже упаси, но подумайте хорошенько.

Ценлюк, где ты? Иду, государь.

Я тебя жду.

Будьте осторожны.

Господа. Я ухожу. Ну, с тобой.

Честь имею приветствовать вас, господа.

До завтра.

Встретимся у герца Ганжуйского. Как? Разве мы не едем с тобой?

К сожалению, нет, господа.

Я должен забрать письмо, которое пришло издалека.

Я обещал гонцу, что прибуду туда один, без провожатых, дабы никого не

скомпрометировать. И тебя не беспокоит то, что наболтали эти мерзкие миньоны?

Черт возьми! Это прозвучало как вызов!

Вы о чем?

А-а-а!

Охота на кабана.

По-моему, вы слишком серьезно отнеслись к болтовне этого сброда.

Сегодня они выслуживались перед королем. А на самом деле это просто ленивые коты,

которых надо стягать, чтобы заставить драться.

И поверьте, крепко стягать, господа. Прощайте.

Письмо.

Уж нет Маргариты Линоварской?

Неужели его не пугает?

Ужасная судьба Ламоли и Коконаса. Мне жаль бедного Бюсси.

Он никогда не любил.

И любовь не разочарует его только в одном случае.

Если погубит его.

Государь, я буду иметь честь сопроводить вас до носилок.

Почему до носилок?

Нет, дружок.

Шико едет в одну сторону, я совершенно в другую.

Эти бездельники, твои друзья, куда-то подевались и заставляют меня

возвращаться в Лувр в одиночестве.

Я надеюсь, что ты...

Не позволишь своему королю уехать отсюда одному?

Коня господину Десенлюку!

Впрочем, мои носилки достаточно вместительны.

И там хватит места для двоих.

Государь, я готов.

Я настолько предан вашему величеству,

что по первому зову последую за вами, хоть на край света.

Пойдем, дружок.

Господи боже, неужели король опять чем-то недоволен? Он уходит, не

попрощавшись.

Господин Дебрисак, я благодарю вас за прекрасный бал. Я чудесно провел вечер.

Ваше Величество.

Сударыня, я одобряю ваш выбор.

Господин Десенлюк один из самых верных моих друзей.

Я уверен, что он никогда не покинет своего короля.

Вы уходите на всю ночь.

Не распорядится ли мне подать вам ужин?

Я прекрасно знаю, Жером, что удар в шпаге вдвойне опасен, если он получен

при полном желудке.

Боже мой, где это видно, чтобы принц из рода Клермонов

шатался в одиночку по ночам и дрался на дуэли в подворотне, как безродный

головорез?

Не ворчи, старик.

По крайней мере, будьте осторожны, сударь.

Оставьте меня.

Я пришел за письмом.

Проходите, сударь, вас ждут.

Благодарю вас, но я очень спешу.

Я прошу принести письмо.

Хорошо, сударь, я доложу.

Извините, сударыня.

Меня зовут Габриэль де Ториньи.

Луиклер Монграф де Бюсси.

Вам не нужно представляться, господин граф. Я узнала вас сразу.

Моя королева показала мне медальон с вашим портретом.

Она не расстается с ним.

Кирилл, а какого черта мы оставили лошадей? Все правильно.

Лошади могли бы спугнуть дичь.

Должен вам заметить, господа, что время для охоты мы выбрали не совсем удачное.

Ужасно холодно. Да, действительно, очень холодно. Ничего, ничего.

Я полагаю, что лучшего места для засады не найти.

Да? А если он все-таки поедет другим путем? Не волнуйся, я знаю, Бесси. Так

или иначе он будет здесь. Нам остается только ждать.

Ну что ж мы тут стоим, заходите в дом, господин Табюси. Мне очень жаль, но я не

могу.

Почему?

К сожалению, я назначил встречу нескольким моим друзьям.

Я не могу заставить их ждать.

Но неужели вы не зайдете в дом, чтобы немедленно прочесть письмо королевы

Марко? Я прочту его позже.

В таком случае, господин Табюси...

Вы самый хладнокровный из всех мужчин, пользовавшихся благосклонностью королевы

Марко.

Увы, сударыня, я выше ценил бы эту благосклонность, если бы она

предназначалась мне одному.

Надеюсь, вы меня понимаете.

Сударыня, поверьте, я всем сердцем хотел бы провести этот вечер в вашем обществе,

но я действительно не могу отменить ту встречу, которую я назначил.

Это нанесло бы урон моей репутации.

Понимаю.

Да хранит вас Бог, господин граф.

Я удачлив сюда.

И если позволите, я навещу вас завтра.

Я буду жить ожиданием завтрашнего вечера.

До завтра.

Этот бешеный Бюсси нам все правильно накаркал.

Да, такой же ночкой мы бежали из Варшавы пытнуть Генриха польским королем.

Ах, как мы драпали. Еще немного, и у меня действительно вся кожа потрескается

от холода. Ну, что ты так расхныкался, Мажурон? Ну, закутайся поплотней в

плаще, ты перестанешь зябнуть.

Тебе легко, говорит Шамберг. Ты немец и приучен к холоду. У меня тоже руки

замерзли.

Бедный Де Пернон, ну почему ты не захватил с собой муфту твоей маменьки?

Боже мой, да имеете же вы терпение.

Еще минуты, я уверен, вы будете жаловаться на жару.

Да услышит тебя Господь Кирюс.

Неужели мы их упустим, господа?

Ну а если это все-таки не он? Кто поручится, что это не он? Кому же еще

здесь быть?

Валерий, там он, сеньор. Смотрите.

По-моему, там кто-то есть.

Там он, сеньор.

Они вооружены и, кажется, хотят напасть на нас.

Вы соблаговолите назвать себя или пожелаете сохранить инкогнито?

Давайте войдем, Орелье.

Лучше выдержать осаду за дверью, чем перед дверью.

Но кто поручится, что за этой дверью нас не ждут враги?

Довольно ждать, господа. Мы атакуем их.

Черт. Смерть ему!

Смерть ему! Смерть ему!

Смерть ему! Смерть!

Дьявол. Господи. Мне послышалось.

Вы угрожали смертью наследнику французского престола, господин Декелюс.

Господа, герцог Анжуйский.

Мансиньор, простите, это была просто шутка, но мы ошиблись.

Шутка?

У вас странная манера шутить, господин Де Пернон.

Но раз не меня, то кого же вы хотели заколоть шутки ради, а?

Монсеньер, мы видели, как Сен-Люк вышел из дворца и направился в эту сторону. Мы

хотели узнать, с какой целью супруг оставляет свою жену в первую брачную

ночь.

Сен-Люк.

Сен-Люк.

Вы перепутали меня с инлюком. Да, монсеньер.

Я надеюсь, монсеньер не может предположить, что мы осмелились бы даже

помыслить против него что-либо дурное.

Мы не дерзнули бы помешать развлечениям вашего высочества.

Прощайте, господа.

Монсеньор, вам известно, мы народ неболтливый. О чем вы?

Кто требует от вас, чтобы вы молчали?

Да, монсеньор, но мы подумали... Ошибаетесь!

Вот что следует думать относительно того, почему я оказался в столь поздний

час здесь.

Я пришел посоветоваться с евреем Менасисом.

Он умеет гадать на стекле и кофейной гуще.

Вот что следует думать.

А самое главное, вот что следует говорить.

А посему прощайте, господа. Не трудитесь меня сопровождать.

Чёрт побери, это ты виноват, Кирюшко. А если бы это казался он, мы бы его точно

упустили.

Мы сейчас вернемся.

Монсеньор, я заметил, что они возвратились в укрытие. Ну и что?

Разумеется, я подчинюсь любому приказу вашего высочества, но в данной ситуации

разумнее было бы вернуться во дворец. Что?

Поймите меня, монсеньор, ведь я сопровождаю первого принца крови,

наследника короны.

А сколько людей хотят, чтобы она вам не досталась?

Да.

Проклятье, ну до чего же обидно прекращать игру.

Партию можно отложить.

Ладно. А ты уверен, что дверь открылась? Разумеется, монсеньер.

Кстати, ты ее запер?

Что, дверь?

Да.

Конечно, монсеньер.

Вот ключ.

Наверняка она жалуется королю. А я не думаю.

Иначе придется объяснять королю, что он делал в такой час на улице Сент-Антуан.

А вот на этот раз он.

Подожди. Ну, этот вообще один.

Я думаю, не стал бы он так рисковать. Ты плохо знаешь, Бюсси. Он пойдет один,

даже зная, что...

Сам дьявол поджидает его в засаде.

Это он.

За шпаги, господа!

За шпаги! Со мной! Смерть ему!

Смерть ему! Смерть!

Кого я вижу?

Вот оно что, господа.

Так вот кто тот славный зверь, тот дикий кабан, на которого вы собирались

поохотиться.

Ну что ж, вы с должным уважением относитесь к моей особе.

Вас четверо, я один.

Весьма рад.

Никто не мешал тебе прихватить с собой своих приятелей.

Но ты выбрал свою судьбу. А вы невежа, сеньор Бюсси де Амбуаз.

Вы разговариваете с нами пешим, восседая на коне.

Вам не кажется, господа, что это невежливо?

Ну, господа.

Вы мне дорого за это заплатите.

Друзья, доставьте удовольствие выпотрошить этого кабанчика мне.

Вы готовы, сударь?

Готов.

Очень сожалею. Кто следующий?

Я. Защищайтесь. Чего?

Я защищаюсь.

Неужели так было?

Уже разбрались, господин Карт?

Вы что, в себя, господин, зашёл?

Вы что, в себя чувствуете?

А, господин Декабрес, я вас давно жил.

Может,

передохнём? Чёрт, ладно.

Попробуйте, попробуйте.

Теперь я верну вам долг, господин Тенюси.

Это все?

Я пришел?

Наконец? Да, сударь. Вы можете снять повязку.

Вы ранены, мой любезный господин. Кто ты?

Выбирайся.

к дьяволу.

Ну что ж, мы попробуем вас за что

бы.

Рано очень опасно.

Еще минуту терпения, сударыня, и я смогу ответить вам на этот вопрос.

Франсуа! Франсуа!

Что все это значит?

Кто притащил меня сюда?

Я так думаю, что тот, кто проткнул вас шпагой, тот и притащил вас сюда.

Ну, чтобы страже было удобнее найти вас.

Но это я так думал. А это я его нашел.

Сударь, это я вас нашел. Вы лежали здесь совсем один и холодный, как покойник.

Еще холоднее.

Дьявол. Не надо, сын мой.

Не поминайте Рогатова с такой дырой к камзоле.

Брат мой, я думаю, мне пора исполнить свой долг.

Какой долг?

А какой?

Это исповедовать вас.

Ничего не понимаю.

Как вас зовут, отец мой?

Меня?

Я брат Гранфло. Я сборщик милостыни тут из монастыря

Святой Женевьевы.

А молодой лекарь здесь был?

Бредит.

Сын мой,

я вот думаю, не пора ли нам исповедоваться?

Брат Гранфло.

Я обещаю вам, что когда придет время исповедоваться, я вас обязательно

разыщу.

Потому что вряд ли я найду более подходящий сосуд для помещения моих

грехов.

А пока у меня мирские заботы.

Вы знаете, я совсем замерз.

И хотел бы оказаться у себя во дворце.

Тогда ставьте меня поскорее ко мне домой.

Вот здесь у меня в кошельке несколько золотых икю, они ваши.

Они наши, это мы понимаем. Они теперь наши.

Что здесь происходит?

Эй, Марикита, побойся Бога, это же на всех. Боже, какой хорошенький.

Вам больно, сударь?

Кто ты?

Прелесть моя.

Меня зовут Мария. Можно Марикита?

Я служу у мэтра Банаме. В кабачке рок изобилия. И что же ты там делаешь?

Разношу там вино, жареную баранину, а еще танцую и пою. Ой, как она поет!

Жаль, не услышишь ты. А скажи, прелесть моя, ты гадать умеешь?

А как же, конечно, умею.

Тогда ответь, сон Ильяфия видел сегодня ночью?

Сударь, я не знаю, что вы там видели ночью, но я могу сказать одно.

Полюбите.

И вас полюбят.

Ну, моряки-то, перестань. У тебя только одно номер.

Сударь, куда доставить? В замок Бюсси. А, вы из людей Бюсси.

Я сам.

Бюсси. Бюсси?

Вы Бюсси?

Он Бюсси.

Люди, это Бюсси. Люди, да это храбрец Бюсси. А ну-ка, на руки его. На руки.

Он тот самый Бюсси.

Он тот Бюсси.

Если это тот самый головорез Бюсси, понятно, почему он отказался от

исповеди. Да здравствует Бюсси.

Да. Извольте, сударь.

Ты лучший из докторов, старик. Для вас, да.

Я начал познавать искусство врачевания на вас еще тогда, когда вы

разбивали себе нос и коленки, падая с деревянной лошадки.

Помню, помню.

Спасибо.

Так ты считаешь, эта рана могла вызвать бред? Конечно.

Такой удар шпагой всегда вызывает лихорадку. Вы же знаете об этом.

Получив такую рану, вы могли увидеть все, что угодно. И даму, и портрет,

и лекарь, играющий в жмурки, и даже Магометов.

А кто же тогда перевязал рану, Жером? Не знаю.

Согласен, перевязка выполнена искусно.

Но все остальное, извините.

Это плод расстроенного воображения.

Дьявол.

Неужели все бред?

Конечно.

Конечно бред.

Разве мыслимо, чтобы портрет выходил из рамы и беседовал с лекарем, у которого

завязаны глаза?

Нет, я просто сошел с ума.

Ах же, Рома, все-таки дама во сне была.

Жером, она была просто восхитительна.

Клянусь смертью Христовой. А ну-ка, давай еще раз.

Попробуем. Я был на балу у Сынлюка.

Сынлюк меня предупредил, что ночью я могу попасть в засаду.

Со мной были ребера Контрага и Леваро. Я их отправил и пошел один. Около

Турнельского замка заметил людей, которые меня поджидали.

Они на меня напали. Была драка.

Я ввалился в дом.

Лестница.

Лестница. Потом не стало плохо.

Черт, потом!

Потом!

Ничего не помню. Это естественно.

Послушай, Жерома.

Послушай, Жерома, может быть, бред начался прямо перед дверью?

Может быть, не было ни лестницы, ни портрета?

Вообще ничего не было?

Возможно.

Подожди, подожди. Может быть, эти негодяи сочли меня мертвым и отнесли на

перекресток, чтобы сбить с толку возможных свидетелей?

Неужели это так, Жером?

Если это так, если это они подсунули мне этот бред, который меня так мучает, так

волнует, я глянусь всем святым, я разорву их на куски всех.

Сударь, сударь, если вы будете так волноваться, у вас раскроется рана, и вы

загоните себя в могилу. Послушай, Жером, неужели из-за этой царапины я 15 дней

проведу в этих четырех стенах, как в прошлый раз?

Не знаю, как дело пойдет.

Жером!

Сударь, да вы сейчас и шагу ступить не сможете.

Что? Это я не смогу? Нет.

Руку.

Так.

Стоите. Стою.

Ну-ка, пару шагов сюда, ко мне.

Сударь.

Послушай, Жером. Да.

Ты знаешь, мне кажется, что мое выздоровление пойдет быстрее, если я не

останусь здесь с тобой, а буду выходить на улицу.

Да-да, навещать друзей.

Жером.

Ну, не знаю.

Если вы не сядете на коня и не проскачете десять лет... Проскачу.

Если вас сегодня еще раз кто-нибудь не проткнет шпагой... А вот этого не будет,

Жером. Не будет? Не будет.

Я только навещу сын Люка.

Клянусь, я в долгу перед ним.

Ну, тогда поступайте, как считаете нужно. Спасибо, старик.

Армиль!

Калета, шпагу.

Слушаюсь, сударь.

Подожди меня здесь.

Добрый день, госпожа Дессенлюк.

Добро пожаловать, господин Дебюсси.

Хотя я думаю, что вы явились к нам с недобрыми вестями.

Соблуговолите объяснить, сударыня, каким образом ваш покорный слуга может быть

недобрым вестником в этом доме?

Господин Дебюси, всем известно, что вы человек дерзкий.

Но я полагала, что у вас доброе сердце.

Теперь поняла, что ошиблась.

Вы бессердечны.

Раз вы посмели явиться в этот дом, но я принимаю вас только потому, что

хочу слышать правду.

Правду? Я вас не понимаю, госпожа де Сен-Люк. Я готова выслушать правду,

какой бы ужасной она ни была.

Господин Де Петер, что с моим мужем? Сударыня, сударыня, что с вами? Где Сен

-Люк? Сен-Люк?

А что случилось с Сен-Люком?

Вчера со свадьбы он уехал с королем, чтобы проводить его величество в Лувр.

И с тех пор не возвращался.

Невероятно, Сен-Люк не ночевал дома.

Но при чем здесь я? При чем?

Но я не знаю.

Ну, может быть, он проводил короля, а потом встретился с вами.

Вы же договаривались с ним о чем-то на балу.

Ну, может быть, о дуэли. Да нет же, он не дрался, наш дорогой сын.

Во всяком случае, не со мной.

И вы не можете поклясться, что вы не дрались с моим мужем?

Сударыня.

Я не привык, чтобы мои слова подвергали сомнению, раз вы этого хотите.

Я клянусь, что если Жанна де Сен-Люк докажет, что я убил на дуэли ее мужа,

я обещаю на ней жениться, дабы восполнить ее

потери.

Господин де Бюсси, как вы жестоки.

Вы смеетесь, а я в таком горе.

Ну, мне кажется, что я не ошиблась в вас.

Ведь вы бы не были так беспечны, если бы знали, что с Сен-Люком случилось

несчастье.

Сударыня, я уверен, что никакого несчастья не случилось.

Ну тогда где же он?

Он в Лувре.

Вы так думаете?

Я в этом и верен.

Войдя в Лувр, господин де Сен-Люк уже не смог оттуда выбраться.

Но мы с отцом уже были в Лувре, нас туда не пустили.

И сказали, что Сен-Люка там не было и нет.

А это еще раз меня убеждает, что господин де Сен-Люк находится в Лувре.

Как это странно.

Это не странно, сударыня.

Это по-королевски.

И если пожелаете, вы можете в этом убедиться.

Хотите его увидеть?

Зачем задавать вопрос, когда вы прекрасно знаете ответ на него?

За свидание с ним я отдала бы все на свете.

Но разве это возможно?

Вход в Лувр воспрещен только для жены, Сен-Люк.

А вы?

Вам 20 лет.

У вас прелестные глаза, стройная фигура.

Если вы сделаете все, как я скажу, то вы скоро увидите своего мужа.

Я сделаю все, как вы скажете, господин Дебюси.

Арвиль!

Я здесь, мой господин.

Арвиль!

Раздевайся.

Слушаюсь, сударь.

Итак, монсеньер, все решено.

Монастырь Святой Женевьевы.

Тень я сообщу дополнительно.

Вы великий ловчий, господин де Монсерро.

Обещаю вам, что ваш талант и заслуги будут оценены по достоинству,

если только судьба предоставит мне такую возможность.

И если вы не окажетесь моим злым гением и не

погубите меня,

Монсеньер, вы переоцениваете мои заслуги. Я всего-навсего посланник.

Но я вижу вас молодым, сильным и красивым.

Я вижу вас на троне Франции, монсеньер.

Но ведь это так.

Между вами и этим высоким саном стоит всего-навсего тень.

И она должна исчезнуть при первом дуновении.

Монсеньер, Луи де Клермон, граф Дебюсси.

Что?

Извините, граф.

Он не должен вас здесь видеть.

Покиньте дворец через внутренний покой.

Монсеньер. Виси.

Осторожнее, Ваше Высочество.

Осторожнее. Я ранен.

Да, прости.

Садись. Садись, садись, садись.

Мне передали эту ужасную весть.

Но мне сказали, что ты смертельно ранен.

Я только что собирался к тебе.

Да, вы меня вчера засунули в отличнейший капкан, ваше высочество.

После балового сын Люка я попал просто в настоящую резню.

Но почему ты был один?

Я хотел сохранить свою репутацию, монсеньер.

Но они все-таки тебя ранили. Я не хочу давать повод.

для всеобщего ликования, но я получил отличный удар шпагой.

Бог продырявлен насквозь.

Клянусь, они дорого заплатят за твою кровь. Мне надо клятв, ваше высочество.

Слово принца?

Ваше слово мне всегда так дорого обходится.

Хорошо.

Я докажу тебе это немедленно.

Идем со мной в Лувр, и ты увидишь, что будет.

И что же я увижу, Ваше Высочество?

Как я буду разговаривать с моим братом?

Клянусь, ты останешься доволен.

Ну что ж, пойдемте в Лувр.

Правда, если мы там натолкнемся на миньонов, Ваше Высочество, то я... Ну, в

коем случае.

Я сам позабочусь о возмездии.

Ваше Высочество, может быть, мне все-таки не стоит появляться в Луне?

Нет, Бюсси, ты пойдешь со мной.

Это дело принципа.

Монсеньер, а если у нашего короля очередной приступ благочестия?

Тогда ворота в Лувр наверняка закрыты.

Это не имеет значения. Не забывай, что я любимый брат короля.

Простите, мансиньор, одну минуту. В чем дело, Бесси?

Ба!

Так это один из моих пажей.

Ну-ка, подойди ко мне сюда, Жан.

Иди, иди.

Так.

Ты что здесь делаешь, бездельник?

Мой господин, я только... Ладно, только не трудись лгать. Я знаю, что ты

высматриваешь одну из своих очередных подружек.

Но я испорчу тебе это удовольствие.

Дай руку. Эй, а ты помоги.

Вот так-то лучше.

Открыть ворота.

Монсеньер.

Прошу вас, ваше высочество.

Ну что, мой милый Паш, вы боялись, а мы въезжаем в Лувр с музыкой?

Господь нас не оставит.

Ваше Высочество, Его Величество ждет вас.

Благодарю. Мне было очень приятно.

Прощайте, господа.

Идем.

Ваше Высочество, вы отправляетесь поднимать шум у короля, а я должен

сказать пару слов своему приятелю.

Ты меня покидаешь? Пусть вас это не смущает. Я появлюсь в самый разгар

перепалки. А вы кричите.

Кричите так, чтобы я вас слышал, поскольку если я вас не услышу, то я не

смогу прийти к вам на помощь, ваше высочество.

Прошу, прошу.

Вот как.

Да.

Да, дорогой сын Люк, по-моему, женитьба изрядно повлияла на ваши мыслительные

способности.

Если бы вы знали, как мне надоели ваши дурацкие остроты, Шико.

Да?

То ли еще будет.

Думайте, думайте, пожалуйста, о шахматах, а не о вашей ненаглядной

женушке. Ах так, мудро.

Все, все, мы уже почти у цели.

Так, ждите меня здесь, Жанна. Как? Вы оставляете меня одну? Я должен

подготовить ваш выход на сцену. Да ну!

Ждите.

Сядьте.

Кто-то ломится к нам.

Келью?

Привидения. Их полно в Лувре.

Интересно. Кто там?

Ба!

Господин Дебюси!

Ба! Господин Шико!

Господин Дебюси, весь Лувр в последнее время только и говорит, что о вашей

смерти. Это очень хорошие новости, господин Шико.

Стало быть, я снова популярен в Лувре.

Но чему же мы обязаны вашему появлению здесь?

Неужели вы передумали и решили перейти на службу к королю? Ну что вы, нет,

господин Шико. Я уже принадлежу к дому Клермонов.

И поэтому у меня нет никакого желания принадлежать кому-то еще.

Вы знаете, мне так устраивает быть хозяином самому себе.

Да, вы же уже поступили на службу к герцогу Анжуйскому. Ну чем же наш бедный

король хуже? Я думаю, вы меня поймете, господин Шико.

Я не могу быть королем.

А герцог Анжуйский может им стать.

А стало быть, я буду королем короля.

Вы меня понимаете, господин Шико?

Ну, я здесь по делу.

Господин Десенлюк мне вчера оказал очень важную услугу. Я пришел высказать ему

слова благодарности.

Я надеюсь, вы позволите прервать его заточение?

Господин Десенлюк оказал услугу человеку из свиты герцога Анжуйского?

Шико-то что-нибудь слышал об этом?

Нет, сударь. Ну тогда, миленький мой, ты даром ешь хлеб короля, господин Дебиси.

А это кто?

Где?

У окна.

Вы что, плохо видите, господин Шико?

Это же мой Паш.

Паш? Паш.

Вы что, посягаете на наши королевские прерогативы?

Луи де Клермо.

Это каким же образом, господин Шико?

Разоряетесь на всяких мальчишек.

Ну ладно.

Выражайте свою благодарность, пока не пришла стража.

А я взгляну, что же поделывает мой несчастный король. Я благодарю вас,

господин Шико.

Господин де Бюсси.

Собственной персоной, милейший господин де Сен-Люк.

Без церемонии, без церемонии. Сидите.

Ужасно рад.

Ну, что же с вами произошло?

Рассказывайте.

Прежде всего, я хочу поблагодарить вас за ту услугу, которую вы мне вчера

оказали. Да полно вам. Садитесь.

Благодарю.

Я боюсь, что у этого пажа большие проблемы с

пятью верхними пуговками на камзоле.

Я рад вас видеть живым, господин адвис. Благодарю. Мне было не по себе при мысли

о том, что вас зарежут как кабана. Я думал, вы уже на том свете. Но меня чуть

-чуть туда не отправили.

Хотя в наших с вами делах это чуть-чуть имеет очень большое значение. О, да. Ну,

расскажите, как вам удалось выжить?

Растяпа Шамберг, ранив мою лошадь, не догадался подрезать шпагу господину

Дубюси.

Поэтому, во-первых, пострадала его ляжка.

Во-вторых, крылышко допернуло.

Ну, Акилюс должен благодарить кости своего черепа.

Поверьте, немного найдется голов, способных выдержать такой удар.

Но я, собственно говоря, по другому делу.

Ведь вы здесь очень скучаете, не так ли?

По-королевски.

И этим все сказано.

Спросите лучше Ушико.

Кстати, с сегодняшнего утра он меня опостылил.

Я предложил ему обменяться парочкой ударов на шпагах, но этот бездельник

рассердился так уморительно, что я чуть сосмеху не лопнул.

Чума на вашу голову, Сен-Люк, так не шутит.

Шико один из лучших фехтовальщиков Франции.

Да, я понимаю, что вы здесь скучаете в вашей тюрьме. Но поверьте, что в гробу

вам будет еще скучнее.

Да?

Я в этом не уверен.

А я вас заверяю, государь, Депернон, Шамберг, Мажерон и Келюс поджидали его у

Турнельского дворца.

Кто вам это сказал?

Я их сам видел, государь, видел собственными глазами.

Вы видели ночью? Ночью было темно, как в печке.

Да, но я распознал их не по лицам. А почему вы их распознали?

По голосам.

Они говорили с вами?

Если бы только говорили.

Они приняли меня за бюси и напали на меня.

Напали на вас?

Да, на меня.

Какая нелегкая понесла вас к Сент-Антуанским воротам?

А какое это имеет значение?

У меня просто разыгралось любопытство. Я шел к Менасису.

К Менасису? К Ростовщику?

Да. А вы навещаете Руджиери? Я волен навещать кого мне угодно, я король. И

повторяю, их вызвал на это Бюсси.

Бюсси? Да. Где же?

На балу у Сен-Люка Бюсси вызвал сразу четверых. Да, помните, государь,

Бюсси храбрец, но он не сумасшедший.

Клянусь смертью Христовой, я сам был свидетелем этого.

Бюсси и не на такое способен.

Вы мне тут расписали его невинным Агнцем, а он ранил Шомберга в

бедро, Мажерона в руку.

А Келлиуса чуть не уложил на месте.

В самом деле, об этом он умолчал. При первой же встрече я не примену его

поздравить.

А я?

Я не намерен никого поздравлять! Я примерно накажу наглеца!

Ну что ж, к сожалению, я должен вас покинуть, милейший сын Люк.

Поскольку дела требуют моего присутствия в другом месте.

Очень жаль, Бюсси.

Но я все-таки кое-что хочу сделать.

Для вас в знак моей признательности и уважения. Да, а что?

Чтобы вам не было так скучно, Сен-Люк, я хочу вам оставить моего пажа.

Что? Сен-Люк, не протестуйте, не протестуйте. Это прелестный мальчик,

поверьте. Бюсси, я ненавижу пажей. Предложите его королю.

Ну, подождите, Сен-Люк, не противьтесь, вы попробуйте, он вам понравится. Бюсси,

с вашей стороны неучтиво и жестоко так издеваться надо. О, боже мой, семейство

Сен-Люк сведет меня с ума своими упреками. Я знаю, что вам нужно, Сен

-Люк. Бюсси, Бюсси, нет. Да.

Нет, Бюсси. Да.

Тысячу раз нет.

Ша.

О, Господи, быстрее.

Смерть Христова Жанна.

Жанна!

Ну что, господин Досендук, отослать его обратно? Нет!

Ни в коем случае.

Гуси, я клянусь вам вечной дружбе.

Что там происходит?

Король и герцог рвут друг друга на куски.

Нет, по-моему, все-таки прелюбопытнейшее зрелище.

Я спешу туда, чтобы ничего не пропустить.

Поэтому прощайте, дорогой господин де Сен-Люк.

Мы вам очень благодарны, господин де Беси.

Ну что вы, сударыня, напротив. Это я вас должник. Вы мне позволили сыграть такую

сутку, над которой будет смеяться вся Европа.

И пожалуйста.

Не забывайте мне о своих молитвах. Это я вам обещаю.

Не уходите от ответа, государь. Я хочу знать, есть во Франции правосудие или

нет.

Правосудие это я.

Ваше Величество, мне показалось, вы оказали мне высокую честь,

упомянув мое имя.

Да, говорят, на вас напали.

Если вас покалечили, обратитесь ко мне с жалобой. Я рассужу.

Простите, Ваше Величество, но мне...

Не на что жаловаться.

А вы мне что говорили?

Я сказал, что у Бюсси сквозная рана в боку от удара шпагой.

Это правда, Бюсси?

Поскольку брат вашего величества это утверждает, значит, это правда.

Первый принц...

Не может лгать.

И получив такой удар шпагой, вы ни на кого не жалуетесь?

Я стал бы жаловаться, государь, если бы мне отрубили правую руку, я не смог бы

отомстить за себя.

Хотя я сумел бы рассчитаться с обидчиком и левой рукой.

Наглец.

Государь, велите учинить расследование, назначьте судей. Пусть они...

определят, кто устроил засаду и кто готовил убийство.

Нет.

Я хотел бы примирить заклятых врагов.

Но, к сожалению, Шомберга и Мажерона раны удерживают в постели.

Впрочем...

Господин герцог, кто из моих друзей был самым неистовым, по вашему мнению?

Вам ведь это легко определить.

Ведь, по вашим словам, они на вас напали.

По-моему, Келюс, государь.

Даю слово, вы правы, ваше высочество.

Я никогда не прятался за чужие спины, государь.

В таком случае я хочу, чтобы господин де Келюс и господин

де Бюсси помирились от лица всех участников.

Государь, что все это значит?

Это значит...

Вы должны обнять господина Дебюсси.

Обнять здесь, на моих глазах и немедленно.

В чем дело, господин Декелюс?

Неужели вы мне откажете в этой милости?

Давай, Кепч, давай.

Такова воля короля.

Я надеюсь, что эта церемония нас ни к чему не обязывает.

Ну почему же?

Она нас обязывает к новой встрече.

Негодяи. Негодяи.

Моя бы воля, я бы их повесил.

Я взбешен до крайности.

Я взбешен до крайности.

Меня мучает желание кого-нибудь или что-нибудь укусить.

Ну, хотя бы баранью ляшку.

Я не голоден.

Пойдем к Сен-Люку.

Мне сказали, что он болен.

Ну что ж, пойдем к Сен-Люку.

Любимая.

Кто этот юноша?

А разве вы забыли, государь, что заперев меня здесь, вы разрешили мне

вызвать одного из моих пажей?

Я воспользовался вашим дозволением, государь.

Вы раскаиваетесь, что даровали мне это развлечение?

Нет.

Нет, нет, сын мой.

Развлекайся. Мне доложили, что ты захворал.

Что с тобой?

Государь, у меня сильная лихорадка.

Мой бедный мальчик.

Что же делать?

Не знаю, государь.

Меня ужасно знобит.

Да. Оно и видно.

Лицо у тебя пылает.

Дай мне свою руку.

Я пощупаю твой пульс.

Ты же знаешь, я кое-что смыслю в медицине.

Да.

Пульс прерывистый, возбужденный.

Государь, мне кажется, я...

Сильно болен. Ну что ж, я сам буду ухаживать за тобой.

Я не допущу этого, государь. Я прикажу постелить мне постель в твоей спальне,

Санлюк. Мы проболтаем всю ночь. У меня накопилось уйма всякой всячины, которой

я хотел бы с тобой поделиться.

Государь, вы считаете себя человеком, сведущим в

медицине?

Вы называете себя моим другом, а сами пытаетесь отнять у меня

единственное, что приносит мне облегчение.

Сон.

Как? Ты хочешь остаться наедине со всеми своими страданиями?

Но почему?

Со мной Жан, мой Паша.

Но он спит. Вот поэтому я предпочитаю, чтобы за мной ухаживали мои слуги.

Они, по крайней мере, не мешают мне спать.

Хорошо, я навещу тебя этой ночью, сын Люк.

О, ради бога, государь, не утруждайте себя.

Вы можете меня внезапно разбудить?

Но побудь хотя бы при моем вечернем туалете.

Какой деспотизм, ваше величество.

Но ведь в вашем распоряжении остальные мои друзья.

О, хороши друзья.

Бесси отделал их лучше некуда.

Разбуди этого спящего красавца, и пусть он подаст тебе халат.

Ну, коли так, извольте.

Потом мне будет дозволено вернуться к себе и лечь в постель.

Ну, разумеется.

Ну, хорошо.

Через пять минут я буду у Вашего Величества.

Но предупреждаю, я буду жалким придворным.

Согласен.

Но только через пять минут.

Не задерживайся.

Господи!

Иди сюда.

От страху, когда ко мне подошел король. Бедная девочка, бедная.

Неужели ты опять покидаешь меня?

Жанна, тебе придется подождать всего несколько минут.

Жанна. Ладно, я подожду.

Но я отвечу тебе как король.

Не задерживайся.

Нет, сударь, нет. Прошу вас подождите. Сударь, я никуда вас не пущу. Шаром!

Но ведь вы ранены.

Вам нужно лежать в постели.

Не удерживай меня, старик.

О, Дева Мария.

Ну нет на вас угомон.

Ведь только вчера вас чуть было не убили.

Где ваш рассудок, а?

Шаром. Это был не сон.

Сны я забываю быстро.

А здесь все помню.

Я помню дверь с окошечком, которую я ввалился.

Помню, как через это окошечко я увидел лицо Хелюса.

Белое-белое, с разъеденными глазами.

Я помню лестницу, потому что первую ступеньку я споткнулся.

Я помню кровать с белыми занавесками.

Я видел портрет прекрасной белокурой дамы, и я видел якоря с завязанными

глазами.

Я не буду бью сижен, если я не разыщу этот дом.

Ой, сударь, ну хоть взяли боковой слуг, чтобы было кому прикрыть вашу спину.

Заром. Что?

Чёртовы двери.

Как они похожи друг на друга.

Так-так.

Так.

По-моему, здесь подо мной свалили коня.

А вот тут на меня налетел Шамберг. Я его ранил.

Здесь я столкнулся с Мажероном, Келюсом и Доперноном. Я их отогнал.

Отогнал повозка.

Повозка. Это Келюс.

Келюс. Замечательно.

Келюс и Шамберг.

Потом Шамберг поднялся.

А вот здесь уже Шамберг и Мажерон.

Потом снова на меня набросился Килюс. Килюса я свалил.

Свалил и начал отступать.

Потом, потом они прижали меня к двери.

Проклятые двери, как же они похожи.

Черт меня побери, я истрачу тысячу IQ.

Чтобы развязать языки всем лакеям и всем старухам. Но я узнаю, что мне нужно.

Что за чертовщина?

Впереди у меня еще одно приключение.

491, 492, 493, 494, 495,

496.

Ой!

Вы не меня ищете, сударь?

Но это невозможно. Ну почему же, это очень даже возможно.

Вы тот самый лекарь, который вчера ночью перевязал дворянина, получившего удар

шпагой, не так ли?

А вы тот самый дворянин?

Да, тот самый.

Я вас сразу узнал.

И должен вам сказать, сударь, что рука у вас очень умелая.

Иисусе, какая удача. Я не ожидал встретить вас здесь.

Ну хорошо, позвольте вас спросить, что вы здесь ищете таким странным способом?

Я? Дом.

Дом?

Вы ищете дом?

Ну да.

Стало быть, вы не знаете, где он?

Ну как я могу знать? Прежде чем меня отвели туда, мне завязали глаза.

Значит, вас привели сюда с завязанными глазами?

Ну конечно.

И вы полагаете, что вы вошли вот...

В этот дом.

Ну, в этот или в какой-либо другой, в какой именно, я не помню.

Потому что, когда я перевязал вас, служанка мне снова завязала глаза.

И голос госпожи, который я не видел, произнес.

Если вы человек чести, вы не будете подглядывать по дороге. И вы.

Но я дал слово.

И сдержали его.

Ну, как видите, иначе я не искал бы дом.

Жаль.

Но все же вы проявили ту черту характера, которую я больше всего ценю в

людях.

И потому не могу не сказать, вот вам моя рука, господин... Простите, как ваше

имя? Я отвечу на ваш вопрос просто и чистосердечно. Меня зовут Эмилия Адуэн.

Но у вас вид знатного дворянина, а я должен казаться вам каким-то

проходимцем. И все же позвольте спросить вас, а вы, сударь, кем изволите быть?

Луи де Клермонграф де Бюсси.

Бюсси?

Сударь, я и буду вечно гордиться тем, что я имел честь пожать руку

отважному Бюсси.

Сударыня, если вы считаете себя связанной словом, я освобождаю вас от

него. Вы свободны.

Но прошу вас, взгляните в окно.

Так что, сударыня, как вы думаете, кто эти люди?

Я думаю, это принц и его лазутчик. Правильно.

Приказывайте, сударыня, я поступлю так, как вы скажете.

Я согласна.

Но повторяю, по-настоящему я стану вашей женой только тогда, когда

увижу своего отца.

Будет так, как вы хотите.

Вы замечательный человек, господин Реми.

Ну и все-таки, зачем вы ищете этот дом?

Господин граф, я бы мог сказать, что в кошельке, который я получил в награду за

то, что я перевязал вас, оказалось 10 пистолей, что это слишком много для

скромного лекаря, которому платят пациенты 5 сунов. Нет, я этого не скажу.

А самое главное, меня влечет...

Тайна этого дома.

И поэтому я вам откровенно признаюсь, что я не подглядывал, но

я считал шаги.

Господин Реми, а вы мне нравитесь все больше и больше.

Вы знаете, меня тоже влечет тайна этого дома.

Я думаю, что вы не откажетесь помочь мне разгадать ее?

Конечно, господин граф.

Ну что ж.

Теперь нас двоерами существуем мы не во сне, а наяву.

А это уже очень много. Пошли.

Пошли. Мы все разузнаем, мансеньер. Даму я не видел, но я видел служанку.

Служанку этой дамы? Ну да. О, это крайне интересно.

Кстати, господин Эмиль, а где вы живете?

Ну, коротко отложите.

Так значит, вы тоже видели этот портрет? Портрет?

Какой портрет?

Прекрасные блондинки.

Блондинки?

Какой?

Какой блондинки?

Прекрасный, как ангел.

Еще прекрасней.

Браво.

Ну и что было потом?

Потом я.

Я услышал голос.

Нежный, мелодичный? Да, да, нежный, мелодичный. Это был голос вашей госпожи.

Ну, а что было потом?

Потом, ну что, ну, я вас перевязал.

И отлично перевязали, мой друг.

А дело уже утро.

Мы проболтали всю ночь. Полночи, сударь. А потом вы уснули, я накрыл вас плащом.

Как вы себя чувствуете?

Как нельзя лучше, мой милейший Скулап.

Позвольте я взгляну на вашу рану?

Ну, взгляните, господин лекарь.

Что скажете, мой дорогой мэтр?

Я хочу сказать, что вы почти выздоровели.

Но я сообщаю вам эту врачебную тайну с большим сожалению.

Почему?

Я боюсь, как бы вы не отправили меня обратно.

Ну уж нет, господин Ремей.

Мне кажется, что вы именно тот человек, который мне очень нужен.

Рука у вас легкая, нежная и очень умелая.

Ну и потом этот ваш бальзам.

Я бы хотел предложить вам жить у меня.

Да-да, у вас будут свои собственные апартаменты, свои слуги.

Ну, сударь. Ну, вы согласны заняться штопанием дыр, которые будут протыкать в

моей шкуре, господин Гиппократ?

Господин граф, я в таком восторге, я не знаю, как выразить свою радость.

У меня будет работа, у меня будут пациенты. Нет, пациентов у вас не будет.

Я беру вас только для себя самого, ну и отчасти для моих друзей.

Поверьте, у вас будет очень большая практика, господин Реми.

Потому что не проходит дня, чтобы или я не продырявил самое великое творение

создателей, или кто-нибудь другой не подпортил великолепное братчиковое

творчество в моем лице.

Жером. Да, сударь.

Размести, пожалуйста, господина Реми в моих бывших комнатах наверху.

Завтрак нам.

И велите седлать Роланда. Ну вот, опять мы собираемся делать глупости.

Обещаю себя вести крайне осторожно, мой дорогой Реми.

Но, увы, это совершенно необходимо. Сегодня большая королевская охота, и я

обязан быть там.

Тогда выберите себе коня такого смирного, на которого вы могли бы

спокойно посадить нашу даму с портрета. Вы меня понимаете?

Это и есть Роланд.

А может быть там, среди придворных, я и встречу нашу прекрасную незнакомку? А,

ну хорошо.

Значит, вы отправляетесь на охоту и там займетесь поисками своей прекрасной

дамы, а я вернусь на улицу Сент-Антуан и поищу дом.

А будет забавно, если окажется, что мы оба добились успеха.

Король уже выехал из Венцатского замка и скачет сюда.

Ну и где же этот ваш новый главный ловчий, Ваше Высочество?

Вот и он.

Фи!

Что это вы нам привезли из вашего края, ваше высочество?

Вряд ли в Париже найдется второе такое чудище.

А Париж город большой и населен отнюдь не красавцами.

Ах, беси, я еще ни от кого не слышал, что только красавцы, отлитые по образу

Аполлона, могут рассчитывать на придворную должность.

Удивительно, неужели вы этого не слышали, ваше высочество?

Но эту должность вы обещали мне.

Господин де Монсором мне хорошо служил, и я вознаградил его за его службу.

Прекрасно сказано, ваше высочество. Особенно, если знаю, что признательность

– качество, весьма редко встречающееся у принцев.

Но если дело только в службе, то кажется, что я тоже неплохо служил

вашему высочеству, и камзол главного ловчего был бы мне более к лицу.

Для меня важно сердце, а не внешность.

Услуги действительно оказаны, а не обещанные.

Ваше высочество может подумать, что я чрезмерно любопытен, но я тщетно пытаюсь

понять, какую же такую услугу оказал вам этот господин де Монсоро.

Господин де Бюсси, вы весьма любопытны.

Даже слишком любопытны.

Да, вот они, принцы, сами всегда спрашивают и приходится им отвечать. А

попытаетесь им задать вопрос, так они не удостаивают вас ответом.

Ну что ж, придется мне самому задать этот вопрос господину де Монсоро.

А если он вам не ответит?

Тогда я прибегну еще к одному средству.

Какому?

Я назову его наглецом.

Что побудило вас оказать мне честь и нарушить мое одиночество?

Восхищение, сударь.

Великое восхищение, которое внушил мне герцог Анжуйский.

Каким образом?

О, он мне рассказал о вашем подвиге. О том самом, за который вам пожаловали

должность главного ловчего.

Вы утверждаете, сударь, что об этом вам рассказал монсеньер? Да.

И знаете, я так заинтересовался, что горю желанием услышать весь этот рассказ

из ваших уст.

Я готов отдать должное вашей учтивости и удовлетворить ваше желание.

Но боюсь, что именно сейчас у меня не остается для этого времени. Вот-вот

прибудет король.

Но мы можем встретиться с вами в другое время.

С удовольствием.

К вашим услугам, сударь.

На мой взгляд, он просто пугало.

А имя у него какое?

Монсоро. По-латыни мышинная гора.

Да уж лучше не придумаешь. Да нет, господа.

Этот Монсоро человек незурядный.

У меня какое-то странное предчувствие, что нам еще предстоит с ним столкнуться.

Я о нем кое-что знаю.

Мы с ним соседи по имениям.

Он богат? Да, но незнатен. Он из худородного дворянства. У него нет ни

жены, ни любовницы.

А, впрочем, он страстный охотник. У короля еще не было такого главного

ловчего.

Что ты еще о нем знаешь?

Да, собственно, немного.

Открыто граф не совершил ни одного злодейства.

Более того, говорят, что он довольно милостиво относится к своим крестьянам.

Но однажды вечером...

Однажды вечером я возвращался от своего дяди и ехал через Меридорский лес. И

вдруг, в конце длинной аллеи, я увидел всадник. Он не скакал, он мчался, как

вихрь. И я увидел, что он держит женщину, лежащую поперек его седла, и

рукой зажимает ей рот.

Я узнал его.

Это был наш Монсоро.

Ну что ж, бывает, женщин похищают.

Не правда ли, Бюсси?

Бывает.

Но им не зажимают рот.

Господа! Король!

Виси.

Ты мне нужен.

Задержись.

Туда.

Ну, и как ты нашел графа де Монсоро?

О, это замечательный человек, ваше высочество.

К тому же у него удивительный ум.

И ты, конечно же, его спросил, что именно он сделал для меня.

Разумеется, именно для этого я с ним и заговорил. Ну и что же он тебе

рассказал, мой милый бахвал? В самых учтивых выражениях сообщил мне, что он

ваш поставщик, ваше высочество. Да, поставщик дичи.

Поставщик женщин.

О, вы смеетесь?

Развеселить принца, который смеется так редко, это большая заслуга. А вы

упрекаете меня за плохую службу, ваше высочество. Я смеюсь над тем, что ты

несешь всякие небылицы. И вообще, где ты подобрал эту бабасинку? В Меридорском

лесу, монсеньер.

Люси! Люси!

Подожди!

Подожди. Я сейчас тебе все объясню.

Теперь, я надеюсь, ты все понял.

Ну да бог с ним, с этим Меридорским лесом.

Давай, наконец, поговорим о деле, ради которого я оторвал тебя от охоты.

Есть одна услуга, которую ты мог бы мне оказать. Ведь ты храбр и, как

утверждаешь, любишь меня.

У меня есть свои дни, мансеньер. Для храбрости?

Нет, для любви к вам.

Понятно. Эти дни уже наступили?

Неизвестно. Смотря, какой услуги вы от меня ожидаете.

Слушай.

Недавно в церкви я встретил совершенно пленительную женщину.

И хотя она была под вуалью, мне удалось различить черты ее лица.

Они напомнили мне даму, которую я некогда безумно любил.

Я последовал за ней и узнал, где она живет.

Но говорят, что несмотря на молодость, красоту и независимость, она весьма

добродетельна. О, по-моему, слишком много достоинств для одного человека.

Хотите совет, монсеньер?

Совет в стихах.

Я не хочу любви, да, это мой порог. Не надо нежности, я буду

одинок. Пускай вокруг меня кипит и льется злоба. Пусть ненависть меня

преследует до гроба, я буду этим горд.

Что с тобой, Бюсси? Ты заболел или тебя беспокоит рана?

Откуда этот дурацкий пафос?

Весна.

Весна, монсеньер. Ах, оставь, я тебя знаю.

У тебя ум быстрый, точно как твоя шпага.

Любовная авантюра, вот твой жанр, а не нежное томление.

И ты должен сделать для меня то, что обычно делают только для самого себя.

Вот как?

Ваше высочество, вы хотите предложить мне приволокнуться за вашей пассией,

дабы убедиться, что она действительно так же целомудрена, как и прекрасна?

Это мне подходит.

Нет. Я хочу, чтобы ты выследил, что за мужчина к ней ходит.

Дело усложняется. Там есть мужчина. Боюсь, что есть.

Любовник, муж?

Во всяком случае, ревнивец. Я хотел бы знать, кто он таков. И вы поручаете мне

это выяснить? Да.

И если ты окажешь мне эту услугу, то... То вы сделаете меня главным ловчим.

Когда это место освободится.

Да.

Итак.

Что, мансеньер?

Ты согласен?

Следить за дамой?

Да.

Ах, ваше высочество, вы мне предлагаете роль соглядата, а это предложение мне не

очень по душе.

Значит, ты отказываешься? Да.

Ну что ж, в таком случае я пойду один, и если меня убьют или ранят, скажу, что

просил моего друга Бюси помочь и получить удар этой шпаги вместо меня.

И что впервые в жизни славный Бюси.

Проявил осторожность.

Ваше высочество, не так давно вы мне сказали, мой дорогой Бюсси, мне очень

надоели эти миньоны из королевской спальни.

Ты должен пойти на свадьбу с Энлюка, найти способ поссориться с ними и

избавить меня от них.

Я туда пошел, их было четверо, я один.

Я их оскорбил, они устроили мне засаду, а что было потом, вы прекрасно знаете.

Сегодня вы требуете, чтобы я обидел женщину?

Извините, ваше высочество, но такого рода услуг принц не может требовать от

благородного человека.

Пусть так.

Значит, я туда пойду один или с Ирелией, как в прошлый раз.

Простите.

Значит, вы... Вы были там, когда натолкнулись на миньонов, которые

ожидали меня?

Вот именно.

Значит, ваша прекрасная незнакомка живет на улице Сент-Антуан? Вот именно, она

живет на этой чертовой улице, где запросто могут перерезать горло.

И, видимо, это обстоятельство сильно похладило ваш пыл, ваше высочество?

Признаться, да. Признаться, да.

Я просто подумал, что прежде чем соваться в этот дом, который вполне

может оказаться разбойничьим вертепом... Пусть там прирежут кого-нибудь из ваших

друзей.

На вашем месте я бы отказался от этой женщины.

Ни в коем случае. Она слишком хороша. Но вы же сказали, что вы едва ее видели.

Я ее видел достаточно, чтобы заметить великолепные белокурые волосы, чудесные

глаза и великолепную талию.

Сам понимаешь, от подобной красотки так просто не отказываются.

Ты смеешься? Да нет, я от души сочувствую вам, монсеньеры. Чтобы

убедить вас в этом, готов помочь. Значит, ты изменил решение? Не погрешим

только Господь Бог.

Ну, а теперь скажите, что же я должен делать?

Завтра. Завтра мы приедем в Париж, и я покажу тебе дом.

Поспешим, Бюсси!

Король может заметить наше отсутствие.

Восхищен вашим умением руководить охотой. Лань вышла прямо под копье

короля. Примите мои поздравления, господин Дубенсаро.

Монсеньер, я счастлив заслужить от вас эту похвалу, потому что именно вам я

обязан этой должностью.

Да, но вы знаете, что нынче вечером вы должны отправиться в Фонтенбло.

Король желает послезавтра начать там охоту. И у вас есть всего один день для

того, чтобы познакомиться с лесом.

Да, вон, сеньор, я это знаю.

И у меня все готово к отъезду.

Я готов выехать сегодня в ночь. Ну, вот оно и началось, господин Домосоро.

Отныне вы не будете знать покоя.

Счастье, что вы еще не женаты, суд.

Продолжение следует...

Продолжение следует...

Господи! Пресвятая дева!

Сюда! Никуда!

Сюда! Стойте!

Стойте! Я прошу!

Остановитесь! Сюда!

Подождите меня!

Стойте! Сюда!

Лекарь!

Прелестная хозяюшка!

Вы обознали, сударь? Я вас не знаю.

Зато я вас узнал.

Вот уже два дня.

Как я ни живу и ни существую, я только и делаю, что вспоминаю вас.

А куда вы идете?

За покупками.

Так давайте пойдем вместе.

Посмотрите. Да ведь это тот самый молодой господин. Тот, который лежал в

постели вашей хозяйки? Ну да, Матерь Божья.

Может быть.

Но я лучше запомнил его рану, чем лицо.

А теперь смотри внимательно, Бельси.

Видишь слева? Это и есть тот самый дом, о котором я тебе говорил.

Вижу, мансеньер.

А окна по-прежнему плотно закрыты.

Да, эта дама крепко стережется, или ее очень крепко стерегут.

Отсюда на меня выскочили эти бешеные миньоны.

Спрячешься там, если какой-нибудь человек войдет в дом, последуешь за ним

и узнаешь, кто он такой.

А если он закроет дверь на ключ?

О, прекрасно, монсеньер.

И что прикажете сделать с этим человеком?

Только узнать, кто он такой.

Бог мой, Реми, ну наконец-то!

Проходите, садитесь.

Я уже устал вас ждать.

Ну?

Какие новости, мой дорогой Гиппократ?

Говорите, говорите, что вы молчите?

Где, мансеньер?

На улице Сент-Антуан, черт меня побери!

Новости замечательные.

Да говорите же, Реми, говорите.

Я? Я влюбился, мансеньер.

Кого создать?

Гертаруду? Служанку, прекрасная дама.

Я всего лишь бедный лекарь, у которого вся практика состоит только в одном

пациенте. И приходится производить опыты на существах низшего порядка.

Ах, Реми, ты гений.

Черт меня побери, ты просто добрый гений, которого послал мне случай.

Что? Что с тобой?

Вы?

Вы сказали мне... Ты?

Я всегда обращаюсь на ты к людям, которых я люблю.

А разве вам...

Не нравится такое обращение, господин лекарь?

Напротив, напротив, но мне показалось, что я... Я ослышался. Господи, господин

граф, вы хотите, чтобы я... чтобы я сошел с ума?

Нет, Реми, не надо сходить с ума.

Я просто очень хочу, чтобы ты считал себя принадлежащим к моему дому.

Итак, что же тебе рассказал Гертруда?

О, она мастерица рассказывать, господин граф. А вам что-нибудь удалось узнать?

Мне? Да.

Удалось.

Смерть Христова.

Ромик, а кто это проделал?

Ну, дело было так.

Сначала мы познакомились. Так. А потом мне пришлось поставить диагноз.

Ты можешь без загадок, Плут?

Ну что ж, могу и без загадок.

Вот однажды вы согнетесь и не сможете разогнуться.

Это только начало.

Вот сейчас вы обмотаны шерстяным платком, да? И вам вроде бы легче, да?

Ну вот скоро, совсем скоро вы будете ходить вот так.

Что же делать?

Надо немедленно начать лечение. Чем быстрее, тем лучше.

А в чем же заключается ваше лечение?

Нужно растирать спину мазями.

А, нет, я не согласна.

Ну, тогда прощайте.

Э-э-э, ну подождите, ну нельзя же так сразу.

Ну, я же должна немножко поломаться.

Я же честная девушка. Пожалуйста, ломайтесь, я тоже честный мужчина.

Ну, и кто же будет растирать?

Понимаете, вряд ли вы найдете доктора лучше и дешевле меня.

При определенных условиях.

Лечение будет бесплатным.

При каких это таких условиях?

Ну, понимаете, после утомительных процедур вы будете... Что?

Кормить меня ужином.

Ну что, согласна? Или будете ломаться дальше?

Не буду ломаться.

А как наш молодой господин?

Эй, как он себя чувствовал?

Какой господин? Ну, тот красавец, которого я лечил в вашем доме.

А он мне вовсе не господин.

Да, но ведь я видел, как он лежал в постели вашей госпожи.

И поэтому я подумал... Да нет, бог мой, нет.

Бедный молодой человек. Да, господи, мы видели его всего один раз, да он вообще

ни кем не приходится.

Значит, дама... Моя госпожа замужем, сударь.

Ну и что?

Можно быть замужем и в это время думать о молодом красавце, даже если его видели

только один раз. И особенно, если этот молодой красавец был ранен.

внушал участие и лежал в вашей постели.

Вот тут и оно.

Если уж как на духу, то моя госпожа думает о нем. Мы даже говорим с ней

всякий раз, когда остаемся одни.

Да?

Интересно, о чем это вы с нею говорите? О, сударь, с вашей стороны не скромно

задавать такие вопросы.

Прими.

Она так и сказала.

Моя госпожа думает о нем.

Ну да.

Ну, слава честь, я так и сказал.

Ну, и что дальше?

Ну, давай говори. Ну, что дальше?

Потом Гертруда дал мне ключ.

И вечером, когда госпожа уснула, я открыл дверь

и приступил к лечению.

Нас могут услышать.

Вы так говорите, как будто мы делаем что-то неприличное. Просто я не хочу,

чтобы нам помешали, когда мы начнем это делать.

Что?

Шутка.

Скажите, где болит?

Вот здесь.

Так, так, так.

Здесь. Да.

Понятно. Ну что ж, будем лечиться.

Эй, сударь, вы что делаете-то? Ну, я не могу втирать массу через кофту.

Да? Конечно.

Ну, ладно.

Мы будем лечиться или нет?

Когда ты исповедуешься перед священником, ты думаешь, что он мужчина?

Нет. Так вот, лекарь и священников не

стесняются. Да, действительно.

Ну, ладно.

Да, приятель, я вижу, ты парень не промах.

Ну и как?

Крепость пала?

Сударь, я давал клятву Гиппократа не разглашать тайн, касающихся моих

пациентов.

Ну хорошо.

Я надеюсь, что сегодня ночью я войду в этот дом.

И думаю, что мои надежды оправдаются.

Позвольте мне сопровождать вас, господин граф.

Это совершенно исключено.

По крайней мере, будьте осторожны.

Твой совет ни к чему, Реми.

Я славлюсь своей осторожностью.

Гертруда! Я здесь, сударь.

Доложите госпоже Диане, что мне необходимо ее видеть. Слушаюсь, господин

граф.

Гертруда! Долго я еще буду ждать? Сейчас, сейчас.

Проходите, господин Град.

Сударыня.

Что вам угодно, сударь?

Я пришел сказать вам, что завтра утром я уезжаю на несколько дней в Фонтенбло.

А сегодняшнюю ночь я намерен провести с вами.

Сударь, вы помните, о чем мы договорились вчера, прежде чем я стала

вашей женой?

Мои условия. Либо в Париж приезжает отец, либо я еду к нему. Не надейтесь,

что вам и в дальнейшем удастся разыгрывать передо мной роль несчастной

жертвы. Вы в Париже, в моем доме.

И более того...

Отныне вы графиня де Монсоро, моя законная супруга.

Сударь, если я ваша жена, то почему вы не хотите

отвезти меня к отцу?

Почему вы продолжаете прятать меня от глаз всего света?

Вы меня заверили, что как только я стану вашей женой, мне нечего будет опасаться.

Вы мне дали слово.

Диана.

Вы превращаете священные супружеские узы в какую-то странную, непонятную для меня

игру.

Сударь, сделайте так, чтобы я не питала недоверие к супругу, и я буду образцово

нести супружеские обязанности.

Черт возьми, ну неужели своим отношением к вам и тем, что я успел для вас

сделать, я не заслужил полного вашего доверия?

Сударь... Я думаю, что во всем этом деле вы руководствовались не только моими

интересами, но извлекли из него пользу для себя.

Ну, знаете, это уже слишком.

Вы в моем доме, вы моя жена. И что бы вы ни говорили, но сегодня вы будете моей.

Берегитесь, граф.

Или я выловлю ее ко всем чертям!

Только посмейте. Вы найдете меня мертвой на пороге. Я сдержу слово.

Успокойтесь, сударыня.

У вас есть защита.

Откройте дверь, Диана!

Вы пожалеете о том, как поступаете со мной, сударыня.

Хранусь вам!

Господи, боже мой!

Вы что тут делаете, сударь, а?

Не кричите, девушка.

Ну, кто вы такой?

Я пришел помочь вам.

Сударь, это вы?

Я не знаю, что вы имеете в виду, девушка, но я это я.

Что вы смотрите? Не стойте, не стойте. Давайте, несите сюда соль. Я не знаю,

что у вас полагается в таких случаях.

Прежде всего, я должна ослабить шнуровку корсета. А я думаю, госпоже вряд ли

понравится, если я это сделаю при вас.

Тихо.

Она приходит в себя.

Не волнуйтесь, сударыня.

Все же кончилось.

Он ушел.

Я погибла.

Вы... Вы тот самый

дворянин. Которому вы спасли жизнь, сударыня.

Я была неосторожна и наказана за это.

Бог мой, вы сожалеете о вашем великодушии, но почему?

Я прошу вас, верьте мне.

Не гоните меня, располагайте мной в ваших несчастьях.

Ну, а кто вы, сударь?

Как ваше имя?

Я?

Луида Клермон, граф Депюсси.

К вашему слугу, сударь.

Граф, вы уже, наверное, догадались, что я нуждаюсь в защите.

Теперь, когда мне известно, кто вы, я чувствую, что вы тот

человек, которому я могу рассказать свою историю.

Сударь, не поверьте.

В моем лице вы найдете самого внимательного и неравнодушного

слушателя.

Благодарю вас.

Но прежде еще один вопрос.

Как вы попали сюда?

Я услышал лишь отдельные слова из вашего разговора с господином де Монсоро.

Но успел понять, что причина, приведшая меня сюда, связана.

С той историей, которую вы мне хотите рассказать, сударыня?

Говорите.

Прошу вас.

Хорошо, граф.

Я вам все расскажу.

Одно ваше имя внушает мне полное доверие.

Я много слышала о вас, как о человеке мужественном и верном, как о человеке

чести, на которого можно положиться.

Прошу, садитесь.

Я дочь барона Демиридор.

Единственная наследница одной из самых древних и благородных фамилий Анжу.

Простите, сударыня, но я слышал об одном человеке по имени барон Демиридор.

Насколько я помню, в битве при Павии он мог избежать пленения, но сам удал свою

шпагу испанцам, узнав, что король находится в плену.

И как высочайшей милости просил дозволения сопровождать Франциска I в

Мадрид, он испытал с королем все тяготы неволя.

Это был мой отец.

Если вы когда-нибудь зайдете в большой зал Меридорского дворца,

то вы увидите портрет Франциска I кисти Леонардо да Винчи.

Это подарок моему отцу от короля в награду за преданность.

Да, в те времена умели ценить преданность слуг сударыня.

Вернувшись из Испании, отец женился.

Первые его дети, двое сыновей, умерли.

Их смерть была жестоким ударом для барона де Меридор.

Несколько лет спустя он покинул двор и затворился со своей

супругой в Меридорском замке.

А через десять лет, после смерти сыновей,

словно чудом у них родилась я.

Отец испытывал ко мне

Не просто отцовскую любовь.

Он боготворил меня.

Когда мне исполнилось три года, умерла мать.

Это было еще одним ударом для моего отца.

Я стала для него всем.

Но и он, мой бедный отец, заменил мне все на свете.

В то время мы с отцом почти не расставались и часто совершали вокруг

замка замечательные прогулки.

Вы не поверите, но мы играли и резвились, как дети.

И мне казалось, что мой отец молодеет рядом со мной.

Я понимала, что являюсь для отца единственным утешением.

И мне было радостно осознавать, что я скрашиваю его горести.

Меридорский замок окружает леса, принадлежащие герцу Гуанжуйскому. В них

на воле развелись лань и олени, которых никто не тревожил, поэтому они стали

почти ручными.

У меня была любимица, лань по имени Дафна.

Она ела из моих рук.

Я и не подозревала, что моя привольная жизнь должна когда-нибудь

кончиться.

И вот однажды стало известно, что герцог направил в провинцию своего

наместника, что наместник прибыл,

и что зовут его граф де Монсоро.

У меня сжалось сердце, когда я услышала это имя.

Теперь я могу объяснить это ощущение

предчувствием беды.

В тот день я гуляла одна.

Вдруг я услышала звуки приближающейся охоты.

Я увидела их.

Охотники гнали лань.

Господи, это же Дафна!

Постойте! Остановитесь!

Постойте! Что вы делаете?

Постойте! Не смейте ее трогать!

Остановитесь!

Постойте! Остановитесь!

Охотники загнали Дафну к озеру.

Казалось, она была обречена, но умница Дафна, секунду поколебавшись, прыгнула в

воду, решив спастись в плавь. Мне показалось, она спасена.

Но один из преследователей, распаленный азартом охоты, бросился в воду вслед за

Дафной. Это был Монсоро.

Как ты себя чувствуешь, моя девочка?

Уже совсем хорошо, батюшка. Ну, я очень рад слышать это.

Ну, садись.

Садись.

Я пришел сказать тебе, что приехал господин де Монсеро.

Господи, что ему нужно?

Он привез...

личное приглашение от герцога Анжуйского.

Мы обязательно должны быть у него на балу в Анжарском замке.

Если это необходимо... Да, моя девочка, это необходимо.

Я не могу оскорбить его высочество отказом.

Диана!

Граф де Монсеро хочет поговорить с тобой.

Пока ты болела, он приезжал каждый день справляться о твоем здоровье.

И учтюсь, требует, чтобы ты вышла к нему и поблагодарила его за заботу.

Отец, я боюсь его.

Я не могу забыть.

как он убил мою бедную Дафну.

Но ты не можешь отказаться принять его.

Граф достойный человек, и говорят, что он любимец герцога Анжуйского.

Он просит разрешения лично принести свои извинения и не успокоится,

пока ты не простишь его.

Хорошо, отец.

Я сейчас выйду к нему.

Сударыня, я был в отчаянии, когда узнал, что являюсь причиной вашей болезни.

Клянусь честью, сударыня, если бы я знал, если бы я только мог знать, что вы

так любите эту несчастную Лань, я почел бы для себя за величайшее счастье

сохранить ей жизнь.

Господин де Монсерро, я сожалею, что причинила вам такое беспокойство, но

уверяю, я ни в чем не виню вас, ведь охота это так важно для мужчин, и

убийство Лани не преступление для охотника.

Сударыня, я уже переговорил с вашим отцом, но все же...

Позвольте мне пригласить вас на бал, который герцог устраивает в замке по

случаю своего прибытия.

Благодарю вас, сударь.

Ради отца я согласилась принять приглашение графа де Монсоро.

Я ужасно волновалась, потому что это был мой первый выход в свет, мой

первый настоящий бал.

Здесь мне предстояло встретиться с герцогом Анжуйским,

и я не подозревала, какую роль он сыграет.

В моей дальнейшей судьбе.

Его королевское высочество, герцог Анжуйский.

Я рад, что вы откликнулись на мое приглашение, барон.

Ваши заслуги не забыты, и легенда о ваших ратных подвигах по-прежнему в ходу

при дворе.

Боже мой!

Что это за фея рядом с вами?

Это моя дочь, ваше высочество, Диана.

Примите мои поздравления, барон.

Сударыня, вы могли бы блистать в лувре.

Позвольте предложить вам руку.

Вы окажете мне честь, если откроете вместе со мною бал.

После бала ко мне неожиданно зашел отец.

Что случилось, батюшка?

Дитя мое, господин граф де Монсерро

просит твои руки.

Господи, я так и знала.

Боже милосердный, что с тобой?

Что с тобой?

Батюшка, я вас умоляю, если у вас есть хоть капля жалости ко мне, умоляю, не

делайте этого.

Диана, любовь моя.

Ты же знаешь, что я не только жалею тебя, но и молюсь на тебя.

Но предложение господина графа де Монсеро – это большая честь для нас.

Он принят при дворе.

Батюшка, не надо.

О, Господи.

Батюшка. Ну, успокойся.

Ну,

успокойся.

Я... Клянусь честью, дитя мое, что больше никогда не заговорю об этом

замужестве. Успокойся.

Благодарю вас.

Через несколько дней в Меридоре внезапно появился граф де Монсоро.

О, Господи, опять Монсоро, что ему нужно?

У меня жалость сердца от дурного предчувствия.

Однако граф де Монсоро...

Так же внезапно покинул замок.

Батюшка!

Дитя моё, мы должны расстаться с тобой на некоторое время.

Как? Не спрашивай меня ни о чём.

Если уж я решился расстаться с тобой на неделю, может быть, даже на две,

у меня на это есть очень серьёзная причина.

А куда я должна ехать, батюшка?

В людский замок, к моей сестре.

Где тебя никто не увидит и где ты будешь в полной безопасности.

Даже слуги не будут знать, куда ты уехала.

Тебя проводят два человека, в которых я абсолютно уверен. А вы?

Вы не поедете со мной?

Нет, дитя мое.

Нет.

Я должен остаться здесь.

Ночью отец провожал нас.

Я старалась быть спокойной, но смутная тревога не

покидала меня.

Не волнуйся, моя девочка, так надо.

Поехали

Сдремните, барышня.

За мной!

Установил, судей!

Удержал, судей!

Негодяи!

Негодяи! Добей его!

О, Господи! А где второй?

Убежал, сударь!

Барышня, что это?

Прошу прощения, сударыня, но вам придется последовать за нами.

Куда? Туда, где вас никто не обидит и где с вами будут обращаться, как с

королевой.

Поступайте с нами, как вам угодно, сударь.

Мы всего лишь слабые, беззащитные женщины.

Все будет хорошо, сударыня.

Ну, пошел!

Барышня, ну не волнуйтесь.

Я хорошо знаю здесь все окрестности.

Поверьте мне, мы сумеем убежать.

Прошу вас, сударыня, мы прибыли.

Наконец мы подъехали к какому-то замку.

Я понимала, что наше приключение вовсе не закончилось, а наоборот только

начинается.

Ужасное подозрение мучило меня, которое, к несчастью, вскоре подтвердилось.

Сударыня, вы у себя дома.

Ваша служанка останется при вас.

Если вам что-нибудь понадобится, постучите в дверь. Ваше желание тотчас

будет исполнено.

Барышня, вы заметили?

Вы заметили, когда нас провожали сюда, мы поднялись только на пять ступенек?

Да.

Ну, значит, мы на первом этаже?

Ну, конечно.

А что, если... Если на окнах нет решеток?

Ну, да.

Барышня, нет решеток.

Идите ко мне.

О, Господи!

Да это замок Боже.

Я здесь бывала с батюшкой.

Он принадлежит герцогу Анжуйскому.

Судьба милостива.

По крайней мере, у меня есть надежное убежище от бесчестия.

Барышня, ну съешьте хоть что-нибудь.

Ну, я умоляю вас.

Ты ешь, Гертруда, я не хочу.

Вы себя так совсем изведете.

Ну, выпейте хоть чашку молока и съешьте булочку.

Ну, посмотрите, какая свежая. А пахнет... Ой,

барышня, смотрите.

Ваш друг...

В камин.

Входите.

Сударыня, потрудитесь, пожалуйста, прочесть это письмо.

Кто вас послал, сударь?

Прочтите, и вы все узнаете.

Но я не желаю читать письмо, не зная, от кого оно.

Сударыня вольна делать все, что ей вздумается.

Мне приказано передать вам это послание, и я его оставляю.

Государница благоволит, она его прочтет.

Барышня, может быть, я прочту?

Читай.

Прекрасный Диане де Меридор.

Несчастный принц, пораженный в самое сердце вашей божественной

красотой, навестит вас сегодня вечером в десять часов, дабы

принести извинения за все, что он себе позволил по отношению к вам.

Для его действий не может быть иного,

Отправдание, кроме неодолимой любви, которую вы ему внушаете.

Франсуа.

Так я и думала.

Бедный мой батюшка.

Он хотел меня спасти от преследований принца, и вот я попала в руки человека,

от которого он пытался меня уберечь.

Барышня, ну не волнуйтесь, ведь у вас есть друг.

который будет здесь раньше герцога?

Да.

Теперь, когда я понимаю, какой опасности я подвергаюсь,

я могу рассчитывать только на этого друга.

Ну что ж, будем ждать.

Наступила ночь.

Однако наши друзья не появлялись.

О, Господи, наконец!

Барышня, барышня, скорее!

Ну, я же говорила, это наши друзья, я была уверена, что они приедут.

Боже всемогущий, милосердный, неужели мы спасены, барышня?

Господи, это же господин де Монсеро.

Действительно, это он.

Вы меня не ждали, сударыня?

Я ждала, но я не предполагала, что это будете вы. Кто же, кроме вашего отца,

И меня, сударыня, может защитить честь Дианы де Меридор. Вы собираетесь нас

увезти отсюда?

Конечно. Я отвезу вас туда, где вас ждет отец.

А где ждет мой отец? В Меридорском замке. О, сударь, если вы только

говорите правду, но почему его нет с вами?

Да потому что он не может сделать и шагу, без того, чтобы не стало известно,

куда он направляется.

А вы?

Сударыня, совсем другое дело.

Я доверенное лицо принца.

Но, сударь, если вы доверенное лицо принца, значит... Значит, я предаю его

ради вас.

Да, это так, сударыня.

Я рискую своей жизнью ради спасения вашей чести. И, пожалуйста, прошу вас,

имейте в виду, что каждая минута промедления грозит вам такой бедой, что

вы даже не можете себе и помыслить.

Ну вот, дождались.

Если вы, сударыня, хотите в этом убедиться, взгляните на берег.

Кто эти люди?

Герцог Анжойский со свитой.

Барышня, вы слышали? Решайтесь.

В небом заклинаю вас, решайтесь, сударыня.

Господи, что же делать?

Еще пять минут промедления, и все будет кончено.

Барышня, ну что же вы?

Неужели вы не понимаете, у нас нет другого выхода? Вы слышите? Всадники уже

въезжают во двор.

Ну, ну давай.

Я держу вас, сударыня.

Проходите вперед, садитесь. Осторожно.

Живы ко мне.

Гертруда, помоги мне. Ее нужно достать. Не надо.

Оставьте все как есть.

Все правильно.

Я правильно сделал, оставив вуаль. Но почему?

Да потому что, увидев вуаль, принц подумает, что вы,

спасая свою честь, покончили с собой.

Где они?

Этого не может быть.

Похоже, они бежали.

Черт побери, где же они?

Ну? Ваше Высочество, судя по всему, они бежали.

Неужели через окно?

Ваше Высочество,

взгляните.

Господи, не может быть!

Вот видите, как хорошо я сделала, оставив Вуаль.

Принц подумает, что, спасая свою честь,

вы покончили с собой.

Меня поразили эти слова.

Этот человек мог предвидеть даже такой страшный исход.

Продолжайте, сударыня.

Ради Бога, продолжайте.

Едва мы сошли на берег,

как к нам подбежали семь или восемь человек.

Стременной подвел к нам двух лошадей.

Граф посадил меня в седло и сам вскочил на коня.

И мы ни минуты ни медля понеслись галопом

по лесной дороге.

Граф, отпустите повод моего коня, я умею ездить верхом. У вас пугливая лошадь,

она может понести или метнуться в сторону.

Куда мы едем?

Барышня! Барышня, меня увозят!

Барышня! Гертруда!

Сударь, почему Гертруда не едет с нами?

Это необходимая предосторожность. Мы должны оставить два следа, на случай,

если за нами будет погоня.

Граф, куда мы едем? Весь миридор там.

Граф!

Остановите лошадей, что вы себе позволяете! Так надо!

Да как вы смеете?

Отпустите меня немедленно!

Отпустите меня!

Отпустите меня!

Прошу вас.

Как вы посмели это сделать?

Сударыня, но ведь вы же сами добровольно поехали со мной.

Но, сударь, вы обещали отвезти меня к отцу. Да, обещал, и не отказываюсь от

этого, черт возьми.

Но ведь я же был в безвыходном положении, сударыня.

Я видел, что вы колебались, но у меня не было ни секунды времени, чтобы хоть что

-нибудь объяснить вам.

Ваши колебания могли погубить нас всех.

Да неужели же вы, сударыня, хотите оказаться в руках того, кто может вас

обесчестить?

Поверьте же мне, что я выполняю волю вашего отца. И у меня есть этому

неопровержимые доказательства. Вот оно.

Если, прочтя это письмо, вы, сударыня, захотите вернуться в Меридор, я не буду

вам противоречить. Я сделаю так, как вы хотите. Вы будете вольны поступать по

собственному желанию.

Простите меня, сударыня.

Я оставляю вас наедине с письмом вашего батюшки.

Я жду ваших приказаний.

Избежать без счастья?

Только одним путем?

Выйдешь замуж?

Наш благородного друга станешь графиней де Монсоро.

Граф праве будет защищать, как законную супругу.

Итак, я желаю, чтобы это бракосочетание состоялось как можно скорее.

Молюсь счастья для чистых сердец, подобных твоему.

Вы прочли письмо, сударыня?

Да.

И вы по-прежнему сомневаетесь в моем глубоком к вам уважении и предности?

Сударь, письмо батюшки предало мне веру, которая мне недоставала.

Что вы намерены делать?

Я намерен отвезти вас в Париж, потому что только там вас можно надежно

спрятать.

А мой отец? Барон присоединится к нам сразу же после того, как исчезнет

непосредственная опасность.

Хорошо, сударь.

Я готова принять ваше покровительство на трех условиях.

Я слушаю вас.

Первое.

Верните мне Гертруду.

Она уже здесь?

Второе.

Мы должны ехать в Париж отдельно друг от друга. Я и сам хотел предложить вам это,

сударыня. Хотя бы для того, чтобы успокоить вашу подозрительность.

И третье.

Наше бракосочетание, которое я не считаю чем-то безотлагательным,

состоится только в присутствии моего отца.

О, сударыня, это мое самое горячее желание.

Я надеюсь на то, что благословение вашего батюшки призовет на нас

благословение небес.

В свою очередь, позвольте предложить вам несколько советов.

Я слушаю вас.

Пожалуйста, передвигайтесь только по ночам. По вполне понятным причинам.

Я так и решила.

И позвольте мне выбирать дороги, по которым вы будете ехать, и постоялые

дворы, в которых вы будете останавливаться.

Все эти меры предосторожности я принимаю для того, чтобы уберечь вас от

преследований герцога Анжуйского.

Сударь.

В этом случае наши интересы совпадают.

У меня нет ни малейших возражений против всего, что вы мне предлагаете.

И, наконец, в Париже прошу вас поселиться в том доме, который я для вас

выберу и устрою, несмотря на всю его скромность и уединение.

Я хочу только одного.

Жить укрытой от всех.

Мне остается только выразить вам мое глубочайшее почтение, сударыня.

Я пришлю к вам вашу служанку и займусь приготовлениями.

Выполняйте ваши обещания.

А я выполню свои.

Барышня! Господи! Ну, слава Богу!

Гертруда, с тобой все в порядке? Да.

Они даже оказались очень любезными. А вы-то как? Ничего.

Все хорошо.

Я очень рада.

Вернув мне тебя, граф выполнил первый пункт нашего договора.

А теперь выполняет второй.

Избавляет меня от своего общества.

Господи, как поздно, а вы еще здесь.

Сударыня, я умоляю вас, умоляю, не отсылайте меня, пока не расскажете мне

все до конца.

Не гоните, пока не скажете, чем я могу быть для вас полезен.

Вообразите, что Господь Бог послал вам брата.

И скажите этому брату, что он может сделать для своей сестры.

Что же произошло?

Через несколько дней мы прибыли в Париж.

Это здесь.

Позвольте я помогу вам, госпожа.

Сударь, я могу только поблагодарить вас.

Не беспокойтесь, сударыня, мы щедро вознаграждены.

Мы с Гертрудой вошли в дом.

В нем никого не было.

Но имелось все необходимое.

В каминах пылал огонь.

Ну вот, барышня, сказала мне Гертруда, граф до конца держит свое слово.

К сожалению, да, ответила я, но лучше бы он нарушил какое

-нибудь свое обещание, и этим освободил бы меня от моих обязательств.

Барышня, смотрите!

Измеридорского замка.

Я замерла перед еще одним доказательством того,

что мой отец видит во мне жену

графа де Монсоро.

Да, странный человек этот,

господин де Монсоро.

Да, сударь.

весьма странный.

Даже когда он изъяснялся мне в любви,

казалось, он признается мне в ненависти.

Я чувствую себя беззащитной перед его неистовой силой, перед его мрачным

глубоким умом, который, кажется, способен все предвидеть.

Гертруда сообщила, что мы живем в конце улицы Сент-Антуан,

напротив Турнельского замка.

Тот день прошел спокойно.

А вечером, когда я собиралась сесть за стол,

в дверь постучали.

Сударыня, господин граф.

Пусть войдет.

Сударыня, позвольте узнать, все ли пункты нашего договора я выполнил в

точности, как и обещал?

Да, сударь, я вам весьма благодарна. В таком случае, позвольте мне нанести вам

первый визит.

Видимо, должен вас огорчить, сударыня. Знаете ли вы, что вчера вечером в Париж

прибыл герцог Анжуйский?

Почему так скоро?

Возможно, потому что никому неприятно находиться в тех местах, где, как тебе

кажется, по твоей вине погибла женщина.

Вы его видели после возвращения?

Я только что от него.

И что же он говорит?

Пытается усомниться.

В чем?

В вашей смерти, сударыня.

Но я думаю, вы его убедили.

Я сделал все, что было в моих силах.

Могу ли я написать отцу?

Разумеется. Но письма могут быть перехвачены.

А выходить на улицу мне тоже запрещено?

Для вас нет никаких запретов, сударыня.

Но должен вас предупредить, что за вами могут следить.

Могу ли я посещать церковь хотя бы по воскресеньям?

Самой удобной для вас будет церковь святой Екатерины.

Вам нужно будет сделать всего несколько шагов, это напротив вашего дома, через

улицу. Однако в целях вашей безопасности я не стал бы делать этого.

Заметьте, сударыня, что с моей стороны это совет, а не приказание.

Благодарю вас, сударь.

Позвольте мне откланяться, сударь.

Вы меня покидаете?

Сударь, я... Сударь, я знаю, что вы меня не любите.

Но я не могу позволить себе пользоваться тем положением, в котором вы оказались.

Положением, при котором вы вынуждены принимать мое попечительство.

Однако я не теряю надежды на то, что со временем мысль о замужестве со мной

перестанет быть для вас тягостным наказанием.

Сударь, я вижу всю деликатность вашего поведения и ценю ее.

Вы правы.

И я буду откровенно с вами, как и вы были со мной.

Я все еще отношусь к вам с некоторым...

Но, надеюсь, время все уладит.

Я счастлив разделить с вами эту надежду, сударыня.

Благодарю вас.

Как много людей на улице Гертруда.

Скоро начнется служба.

Ну что с вами, барышня?

С тех пор, как я себя помню, я ни разу не пропустила воскресного богослужения.

А господин граф и не запрещал вам посещать его.

Он просто просил вас быть осторожной.

Он так печется о вас, так заботится.

Мне страшно Гертруда.

Я боюсь его.

Как будто преследует меня, как мою бедную Дафну.

Бог знает, что вы говорите, барышня.

Господин граф любит вас.

Это же он спас вас от герцога.

Он влиятельен, богат.

Благодаря ему вы в Париже.

А если вы выйдете за него замуж, вы будете представлены ко двору.

А как вам пойдут бальные платья, а?

Ну что ж, бедной Диане остается только одно –

вручить себя Богу.

Мою мантилью, Гертруда.

Мы идем в церковь.

Однако его высочество, как всегда, задерживается.

Ничего, придет.

Что вас так заинтересовало, сударь? Я увидел ангела.

Здесь ангела?

Это просто чья-то содержанка.

Нет, дорогая Габриэль, это благородная дама.

Святая Пятница. Я хочу увидеть лицо этой красавицы.

С чего вы взяли, что она красавица?

Будьте же благоразумны, сударь. Мы пришли сюда по делу. Речь идет о вашем

будущем величии, а вы готовы броситься за первой попавшейся юбкой.

Милая Габриэль, помолитесь за меня.

Только не пропустите нашего друга, хорошо?

Что случилось, мой сеньор?

Нет.

Господи, этого не может быть.

Что?

Важное существо.

Простите, сударь. Ну что вы, сударь, если бы случилось чудо, эти капли

никогда не высохли на моем лице.

Ну что с вами?

Вы чем-то встревожены?

Меня испугали эти двое у входа.

Проводить вас?

Сударь, если вас не затруднит.

Эти господа, кажется, сами идут сюда.

Сударыня. Сударь, вы производите впечатление благородного господина и так

навязчиво приставите к даме.

Здравствуйте, кузен.

Здравствуйте, кузен.

Сир, ваше высочество, наконец-то вы встретились. Карета ждет вас. Я отвезу

вас туда, где вы сможете переговорить, не опасаясь ничьих ушей.

Вы меня спрашивали, не воспрещается ли вам ходить к мессе.

Я вам ответил, что вы вольны в своих поступках, но лучше бы вам было не

выходить из дома, вы мне не поверили.

Случайно или по воле рока, принц видел вас сегодня в церкви святой Екатерины,

куда он явился на свидание с королем Наварским.

Это правда, сударь.

Но я не уверена, узнал ли он меня.

Мне известно, что ваше сходство с женщиной, которая наплакивает,

показалось ему поразительным.

Я все же надеюсь, что он меня забыл.

Я уверен, что нет, сударыня.

Мужчина, который видел вас хотя бы раз, забыть уже не сможет.

Поверьте мне.

Я и сам пытался сделать это.

Но у меня ничего не вышло.

Герцог человек упрямый и недобрый. Он попытается выяснить, кто вы такая.

Вы меня пугаете.

О, нет, сударыня. Я всего лишь говорю то, что есть на самом деле.

Но что же делать?

Сударыня.

Вам хорошо известны условия, при которых я мог бы просить защиты для вас у его

величества.

Но, может быть, опасность не так уж велика?

Время покажет.

И все же госпожа де Монсоро могла бы не опасаться преследований герцога.

Господи!

Сударь, может быть, сменить дом, квартал, улицу или вернуться в Анжу?

Все это ни к чему, сударыня.

Герцог Анжуйский – опытная ищейка.

И что бы вы ни делали, куда бы вы ни бежали, отныне он будет преследовать

вас, пока не настигнет.

Сударь, напишите моему батюшке.

Батюшка тотчас прибудет в Париж, бросится к ногам короля.

Король пожалеет нас.

Это будет зависеть от расположения духа, в котором к тому моменту окажется

король. Да к тому же сейчас герцог Анджуйский в прекрасных отношениях с

королем. Так что рассчитывать на помощь его величеству вам не придется.

Вы должны будете покориться злой судьбе.

Неужели нельзя ничего предпринять?

Вы можете мне упрекнуть в чем-нибудь?

Нет, нет, напротив.

Разве я не был предан вам как друг и почтителен как брат?

Вы вели себя благородно во всех отношениях.

Разве я когда-нибудь напомнил вам о том, что вы мне обещали?

Нет.

И однако же теперь...

Когда обстоятельства вынуждают вас сделать выбор между почетным положением

супруги и оскорбительным положением куртизанки, вы предпочитаете стать

любовницей герцога Анжуйского, а не графиней де Монсоро?

Я этого не сказала.

Тогда решайте же, сударыня.

Я решила.

Стать графиней де Монсоро?

Лишь бы не стать любовницей герцога Анжуйского.

Какой лесный выбор для меня.

Впрочем, это не важно.

Я...

Благодарю вас, сударыня.

Проклятье!

Наступил вечер, и он принес нам новые страхи.

Я была готова на все.

Я даже обзавелась кинжалом, лишь бы не попасть живой в руки герца Ганжуйского.

До одиннадцати вечера все было спокойно.

Но в одиннадцать на улице Сент-Энтуан появились четыре человека и

спрятались за угол возле Турнельского дворца.

Через четверть часа мы увидели, как на улице появились еще два человека.

Они остановились под нашими окнами.

Потом мы услышали, как со скрежетом повернулся ключ в

замке входной двери.

И я поняла, что это принц.

И вдруг те четверо выскочили из-за угла и с криками смерть ему кинулись на

принца. Но стоило ему открыть лицо, как они тотчас дружно отступили.

К нашему удивлению, это нападение заставило принца удалиться.

А потом мы увидели, как на улице появился всадник.

Ну, а все, что касается всадника, вы знаете лучше меня.

Ибо этим всадником были вы.

Да нет, сударь, мне не все.

Я помню только схватку, потому что сразу после нее я потерял сознание.

Это был ужасный поединок.

Я думаю, не стоит говорить, на чьей стороне были наши симпатии в этом бою,

где вы так доблестно сражались.

Мы видели, как вы отступили к нашей двери.

Тут нам с Гертрудой пришла в голову одна и та же мысль пустить вас в дом.

Но когда мы сбежали вниз...

Мы увидели, что вы лежите на лестнице.

Мы поняли, что нам нечего больше опасаться.

Напротив, у наших ног лежал человек, нуждающийся в помощи.

Этот дворянин настоящий красавец.

Во всяком случае...

Наш долг христианок оказать ему помощь.

Он тяжело ранен и нуждается в лекаре.

А, я тут слышала об одном молодом лекаре с улицы Батрыи.

Говорят, он недавно чудеснейшим образом спас жизнь человека, которого порнули

ножом.

Но лекарь может нас выдать.

Не волнуйтесь, об этом я позабочусь.

Хорошо, Гертруда, бери деньги и ступай.

Я мигом.

Будь осторожна. Не волнуйтесь.

Гертруда девушка смелая, но в то же время осторожная.

И я положилась на нее.

А сама осталась возле вас.

Я молилась за вас.

О, Господи!

Я и не подозревал, что мне выпало такое счастье, сударыня.

Лекарь перевязал вашу рану.

Гертруда снова завязала ему глаза и отвела домой.

Однако ей показалось, что он считал шаги.

Ей не показалось, сударыня.

Он их действительно сосчитал.

Вот видите, это нас и напугало.

Ведь мы же не знали, кто вы.

Этот любопытный лекарь заверил, что ваша жизнь не опасности.

Но каждую минуту мог появиться граф де Монсоро.

И поэтому я очутился на улице возле Турнельского замка.

Ну, а что же случилось на следующий день?

В тот день, когда я думал только о вас.

В тот день вернулся граф де Монсоро.

Мы ему рассказали все, умолчав только о вас.

А на другой день... Парышня,

по-моему, сюда кто-то идет.

Сударыня, четыре человека.

Я вижу четырех мужчин.

Они идут к нашему дому.

Открывают дверь.

Входят.

Пусть входят.

А если это герцог Анжуйский и его люди?

Ну, Господи, дайте я сначала посмотрю, кто это.

Сказала мне, что вы приняли меня за герцога и хотели себя убить.

Вы живы, сударыня.

Я счастлив.

Гертруда напрасно вас напугала.

Знаете ли вы, сударыня, что я пришел не один?

Гертруда сказала, что видела четырех человек.

Вы догадываетесь, кто эти люди?

Предполагаю, что один из них священник, а двое других ваши свидетели.

Сударыня, итак, согласны ли вы?

стать моей женой.

Да.

Однако я хочу напомнить условия нашего договора.

Если не возникнет никаких неотложных причин, я сочетаюсь с вами браком только

в присутствии моего отца.

Я хорошо помню это условие.

Но разве эти неотложные обстоятельства уже не наступили?

Сударыня, если вы считаете себя связанной с словом, я освобождаю вас от

него. Вы свободны, но прошу вас, взгляните в окно.

Я подошла к окну и увидела человека, закутанного в плащ и другого с фонарем.

Как вы думаете, кто эти люди? спросил граф.

Я думаю, это принц и его лазутчик.

Тогда приказывайте, как я должен поступить.

Я все еще колебалась.

Да, несмотря на письмо отца.

Несмотря на мое клятвенное обещание, я все еще колебалась.

И не будь этих двух людей под окном.

Это был я, сударыня.

Я был тем человеком в плаще.

А другой с фонарем был Ремит, тот самый лекарь, за которым вы посылали.

Что?

Это были вы?

Да.

Я отправился.

на поиске женщины, которая стала величайшей радостью и

самым большим горем моей жизни.

Итак, сударыня, вы его жена.

Да.

С вчерашнего дня.

Господи, почему же небо, провидение или случай не сделали так, чтобы мы

встретились раньше с мирами?

Увы, пути Господни неисповедимы.

И все же, как вы оказались в моем доме?

Мне дал ключ его высочество герцог Анжуйский.

Он сам побоялся попасть в какую-нибудь ловушку и отправил меня.

И вы согласились?

Но это была единственная возможность увидеть вас.

И защитить вас от домогательств принца.

Неужели вы осуждаете меня за это, сударыня?

Да. Потому что мы не должны были встречаться.

Если бы вы не увидели меня снова, вы могли бы забыть меня.

Поверьте, нет, сударыня.

Как только я увидел вас, я дал себе обет, что посвящу вам всю свою жизнь.

Отныне я приступаю к выполнению этого обета.

Скажите, ведь вы хотите узнать, что случилось с вашим отцом?

Да.

Хорошо. Я привезу вашего отца в Париж и узнаю, какую роль в действительности

сыграл господин де Монсоро в ваших несчастьях.

Дело задержит меня в Париже еще на один день, но уверяю вас, что послезавтра

утром я уже буду в пути.

Доверьтесь мне, сударь.

Я вам верю, сударь.

Ты хочешь, чтобы я в кольцо попала? Да.

Ты во мне сомневаешься?

Попала! Я попала! Я попала, теперь ты.

Если попадешь, я тебя поцелую. Я? Смотри.

В эту штучку.

Попала! Теперь целуй. Я не видела.

Я не видела.

Я попал. Я попал.

Войдите.

Король требует тебя, мой маленький сын Люк.

Скажите его величеству, что я заболел чумой, что

я сдох.

Что черти вынесли меня в каминную трубу?

Странный Паш.

Скажи, Сен-Люк, он у тебя хоть иногда бодрствует?

Жанна.

Жанна.

Лови. Я... Проклятие.

Сударь, защищайтесь. Синлюк, я умоляю тебя, остановись, остановись, не надо, я

умоляю тебя.

Как это глупо.

Как это неосторожно!

Как это дерзко!

Сударыня, объясните вашему мужу-невежде, что мы с вами давние знакомые. И что

именно я на балу преподал вам первый урок придворного двуличия. И, черт меня

возьми, вы прекрасно его усвоили.

Господин Шику.

Вы ведь самый умный.

Вы великодушный. Продолжайте, продолжайте, продолжайте. Я вырастаю в

собственных глазах.

Вы... Вы красивый.

И вы наш друг, не правда ли?

Вот здесь я должен вам возразить очаровательное Жанна. Каждый сам за себя

в этом лучшем из миров. И только Господь Бог за всех.

Я умоляю вас, помогите нам выбраться отсюда.

Хотите вылететь из золотой клетки, голубки?

А ты уверен, сын Люк, что ты не будешь жалеть о потерянном рае?

Чума возьми такой рай.

Я не хочу быть игрушкой короля.

Я женатый мужчина, в конце концов.

Если король хочет видеть меня среди своих друзей, то пусть научится

считаться с моими заботами.

У тебя хватает наглости ставить условия королю?

Ну что ж, это значительно увеличивает размеры моего вознаграждения за услугу,

о которой вы меня просите.

Присядем, голубки.

Дети мои, слушайте меня внимательно.

Вы должны...

Благодарю вас.

Поторопитесь, друг мой.

Наконец-то.

А то я сижу здесь один.

Даже поговорить не с кем.

Подойди, сын Люк.

Сядь, сын Люк.

Не понимаю, что с тобой происходит?

Сын Люк, ну, неужели дружба для тебя всего лишь пустой звук?

Не знаю, государь. Что касается дружбы, то в этом вопросе

я просто неблагодарная свинья.

Фу, как ты сегодня груб, сын мой.

Государь, у меня ужасно болит голова. Меня всего лихорадит. Неужели непонятно?

Фи, какой ты мерзкий, Сэмлюк. У тебя ангельское терпение, Генрих. Шико!

Оставьте Сэмлюка в покое.

Ах, так!

Тогда подайте мне гребешки и крем, и я тоже хочу вымазаться немедленно.

Шико, у вас слишком жесткие волосы, и мои гребешки...

Сломают все зубья о них. Что?

Неблагодарный король.

Да если мои волосы и жесткие, то только потому, что они все время стоят дыбом от

неприятностей, которые ты мне причиняешь.

Сын Люк, как тебе нравится этот дурак?

Государь, разрешите мне уйти.

Потому что еще немного, и я свалюсь в нервном припадке. Меня всего трясет.

Бедный мальчик.

Ну, хорошо.

Ступай.

Но ночью я обязательно зайду к тебе.

Посмотреть не стало ли тебе?

Хуже.

Ради Бога, государь, не делайте этого. Почему? Вы можете меня разбудить

внезапно. А говорят, от этого бывает эпилепсия.

Ну, хорошо.

Ступай. Но помни, что твой король думает о тебе.

Ты меня понимаешь?

Бедный Генрих.

Другие короли хоть иногда думают о государственных делах.

Ты мною недоволен?

Не я один.

Ах, вот как!

Ну и чего же вы от меня хотите?

Ну, по крайней мере, меньше духов и помады.

Я знаю, вам нужен тиран, вам нужна резня, вам нужна новая Варфламеевская

ночь, а я, я хочу мира.

И при своей нерешительности ты добьешься как раз обратного.

Не слишком ли ты серьезен, Шако?

Мне так грустно сегодня.

Развеселись своего короля.

Что ж, попробую.

Шико, что ты делаешь? Бросаю цветы на

твою могилу. Замолчи!

Шут!

Ну-ка, посмотри.

Что?

Посмотри.

Теперь ты понял, кто из нас шут?

Спокойной ночи, Ваше Величество.

За мной!

К оружию! На помощь королю!

Где государь?

Его нигде нет.

Ищите!

Тревога! Тревога!

Тревога!

Господи, где же король? Я здесь.

Там... Государь!

Там...

Государь,

что случилось?

Я услышала ваши крики.

Ничего. Но ваше величество кричали, значит, ваше величество страдает.

Я небом вас заклинаю, не держите нас в таком страхе.

Может быть, позвать лекаря?

Что?

Лекаря?

Нет.

Не надо лекаря.

Исповедника.

Тебе не надоело?

Нет.

Да, сын мой, в чем ты действительно преуспел, так это в вырезании ангелов.

Наконец.

Ну?

Ну что? Что он тебе сказал?

Загадочная болезнь довела нашего беднягу сын Люка до полного

изнеможения.

Он утверждает, что сегодня ночь он впал в сон, похожий на литургический, и

ничего не слышал, хотя от спальни короля его отделяет всего тонкая стенка. Сукин

сын, он наверняка что-нибудь знает, только не хочет говорить.

Я думаю, что он обижен на нас за то, что мы не предупредили его о проделке

короля. И он попал в западню. Может быть, я и предупредил бы его, если бы

хоть что-нибудь знал.

Вы здесь, господа?

Что случилось?

За мной прислали гонца с приказом немедленно явиться королю.

Дорогой Депернон, мы тоже здесь, как видишь, и тоже хотели бы знать, что

случилось. Ночью был такой переполох, черт меня возьми, только нашествие

гугенотов способно так напугать короля.

Может быть, Генрих Наварский в Париже?

Дьявольщина, было бы здорово.

Тогда война, и мы славно развлечемся. Да.

Ладно, господа, разведка не удалась. Идемте к королю, он ждет нас.

Идемте, господа. Это все, мне кажется, крайне подозрительно.

Пора отчитаться перед Господом в грехах наших и в искуплении их предаться

покаянию и

умерщвлению плоти.

Усердствуйте, дети мои.

Усердствуйте!

Да уж, куда усердствовать?

Усерднее! Усерднее!

Усерднее!

Усерднее! Усерднее!

Усердствуйте!

Усердствуйте, дети!

Не прекращайте, пока я не вернусь!

Я сейчас!

Сейчас!

Дети мои!

Ну что же вы!

Усердствуйте!

Усердствуйте!

Прекрати мне!

Мне не стыдно в этом признаться, тем более, что ты знаком с плеткой раньше,

чем я. Шико знаком с плеткой? Ты что болтаешь на горы?

А как же?

Герцог Маенский познакомил нашего бедного Шико с плеткой в тот день, когда

застал его со своей любовницей.

Это правда, Шико?

Правда. Ах, вот как!

Этот счет мне еще предстоит закрыть.

Будьте покойны. Сюда.

Занесено все.

Мэтр Шико,

а ну-ка, поведайте нам вашу тайну.

Держу пари, это нечто особенное. Держите пари, держите пари, господин Декелюс. Вы

обязательно его выиграете. Я согласен.

Ну что ж, слушайте, дети мои.

Когда-то, давным-давно, у Шико была

возлюбленная.

Это было нежное, очаровательное, доброе создание.

Однажды ночью, когда Шико пришел ее навестить, один ревнивый принц

приказал окружить дом, схватить Шико и

жестоко его избить.

Значит, вас изрядно поколотили, мой бедный Шико, и вы не смогли постоять на

себя? Вы не отомстили наш храбрый вор?

Господи, Боже мой.

Господи, Боже мой, ты свидетель. Я никогда не попросил наслать беду ни на

герцога Маенского, приказавшего подвергнуть меня мучениям, ни на

выполнившего этот приказ мэтра Николя Давида. Нет, Господи.

Шико терпелив.

Шико умеет ждать.

Хотя он не вечен.

Шесть лет.

Шесть лет, как Шико заносит проценты на маленький счет, который

он открыл на имя герцога Маянского и Николя Давида. Пусть господи

Крепенечко хватит еще хотя бы на один год. Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Али!

Друзья мои!

Я приказал всем придворным присоединиться к нашему шествию.

Шествию? Какой еще глупости ты решил нас удивить? Мы все отправляемся в Шардский

монастырь, где мы с супругой облачимся в чудодейственные рубахи Божьей Матери и

будем молиться о ниспослании наследника.

Дорогая Луиза, когда мы вернемся во дворец, я подарю вам жемчужное ожерелье.

Вы хотите подарить мне жемчужное ожерелье, мой возлюбленный супруг?

Тогда для чего вы попросили меня облачиться в этот наряд? Во искупление

моих грехов.

Затем мы совершим паломничество к святыням. Ваше Величество, я буду

молиться во искупление ваших грехов.

Кайтесь!

Кайтесь, грешники!

Не жалейте себя!

Кайтесь! Кайтесь!

Я отпускаю вам ваши грехи!

Щекот. Кайтесь!

Постой, а мы с тобой покаемся в другом месте.

Добрый день.

И доброй нам всем удачи, господа.

Этот кающийся грешник со мной.

Его духовник наложил на него эпитемию быть шутом шута.

Поэтому все вопросы, которые у вас возникнут к нему, можете задавать мне.

Вопросов нет?

Очень хорошо.

Шико, с какой стати ты взялся меня защищать?

Если им не нравится мой костюм, то я могу... Бесплатный совет, дружище.

Повымерьте свою спесь.

Здесь не любят таких, как вы.

Тем более, что у вас нет шпаги.

А у каждого из них нож за голенищем.

Ладно, черт с ними, нам надо поговорить.

Но вначале я наполню свой желудок. У меня чертовски разыгрался аппетит.

Мэтр Банамэ!

Мэтр Банамэ! Кому-то я уже понадобился.

О, господин Шико!

Доброго вам дня.

И доброго вам аппетита. Спасибо за двойное пожелание. Хотя я думаю, что его

вторая часть принесет больше пользы вам, чем мне.

Что прикажете подать?

Раковый суп, ветчина, мерланы, паштет из угурей и бутылочку

бургундского.

Вам накрыть наверху? Нет, накройте мне в общей зале. Я должен видеть улицу.

чтобы присоединиться к процессе, когда его величество соизволит возвращаться.

Уже исполнено, господин Шико.

Присаживайтесь, господин Десенлюк.

Что-то я не вижу Шико и Десенлюка.

Похоже, они улизнули.

Канали в черт их возьми.

Наконец-то.

Марикита, красавица моя.

Прелесть.

Марикита, ты посидишь с нами? Ну, конечно, господин Шуков. Обслужу господ

и приду.

Хорошо.

Я жду.

Шико, давай наконец поговорим.

Ты видишь, до чего довела твоя дурацкая затея?

Теперь все это попахивает заточением в Бастилию или в монастырь.

Я вот что подумал. Ба, да ты умеешь думать, малыш. Не смей меня перебивать.

Так вот, я не вернусь в Лу.

Я кого-нибудь пошлю за Жанной, и сегодня же мы покинем Париж.

Лучше провести остаток дней в изгнании, чем в каземате.

Сын, ты дал слово дворянина, а оно, я надеюсь, кое-что значит для тебя.

Да, счет побери.

Тогда мы доведем эту игру до конца, тем более ты мне сам просил об этом. Я

думаю, что сегодняшней ночи будет достаточно.

Сегодня?

Решено. Сегодня мы покончим с этим делом. Твое здоровье.

Твое здоровье, Шико.

А, брат Гранфло, проходите к нам.

Давненько мы с вами не виделись, Куманёк, давненько.

Да, а мы тут обедаем с господином Десенлюком, который оказался скучным

сотропезником, так как в последнее время имеет скверную привычку думать.

Бог милостив, он каждому воздаёт.

По-разному. Вот вы уже обедаете, а я даже не завтракал.

Ты не завтракал? Я не... А что же ты делал? Я был занят. Я спал в своей

келье. А как же ранее обедня? Аббат освободил меня по слабости здоровья.

Бездельник. Кто?

Ты. Я? Ты. Я?

Ты. Я?

Да, я бездельник.

Человек рожден для труда.

Человек, да, а монах, ой, девочка, а монах рожден для вдохновения.

Монах исключение из рода человеческого.

Так то и стало быть исключение. На монахе все исключения. Но я надеюсь, ты

помнишь, святой отец, что завтра начинается Великий пост?

К сожалению, помню, господин Шикло.

Цыгмайенский и Николя Давид?

Помню, помню.

Мы оба тяжело переносим пост.

И я, и мой желудок.

Ну, давай, господин Чико.

Прикинь, прикинь, товарищ. Иди сюда.

Ай-яй-яй, господин Шико.

Раньше я не замечал за вами замашек рейтар.

Целёк, не произносите моего Ивне вслух, чтобы не спугнуть этих двух крыс.

Вы имеете в виду этих двух крыс?

Этих. Ладно, этих.

Любой повод хороший, чтобы посадить такую красотку на колени.

Сегодня утром, когда я молился, я нюхом почувствовал, что они возвращаются в

Париж. Вот ты и попался, мэтр Николя Давид.

Мне будет жаль, если мы с тобой расстанемся, не обменявшись парочкой

ударов.

Наконец-то.

По-моему, покаяние заканчивается.

О, король уже здесь, Шико.

Нам пора возвращаться.

Иначе он заметит наше исчезновение.

Раньше эти счастья были более многолюдными.

Не бичевай они себя с большим усердием.

Иди один, я догоню вас.

Понимаю.

Обожаю тебя.

Вы все шутите, мой господин.

Проход свободен. Ну что ж, пошли.

Что с вами, господин Шико? Ничего, ничего.

Ну все, Куманек, гуляй. Без меня обед оплачен. Это правильно, господин Шико.

Ваше здоровье.

Ну что ж, пора расставаться. Я провожу вас, монсеньер.

Нет, мы почти пришли. Пожалуй, не стоит.

Я пойду дальше один.

Да, мэтр Николай Давид, отправляйтесь в настоятель аббатства Святой Женевьевы.

Эта хитрая бестия не внушает мне доверия. Сами проверьте, все ли готовы к

завтрашнему событию.

Напомните ему.

что завтра к десяти часам вечера он должен закрыть двери монастыря и

выставить охрану. Не беспокойтесь, монсеньер, я выполню все ваши

распоряжения. Завтра в десять часов вечера все будет готово. Ну что ж,

прощайте, мэтр Николя Дорин.

Встретимся завтра в аббатстве святой Женевьевы.

И да поможет нам Господь Бог во всех наших начинаниях.

Аббатство святой Женевьевы.

Интересно, какое событие должно произойти завтра в 10 часов вечера?

Ладно, узнаем завтра.

Чем это лотерингский принц и нормандский адвокат собираются заниматься в

обществе?

Святых отцов.

Ну, а пока посмотрим, какие глупости успел натворить Генрих в мое отсутствие,

управляя этим прекрасным королевством, имя которому Франция.

Хочешь, я оставлю корону, а ты жену, и мы затворимся в

какой-нибудь обители.

Завтра же мы сможем принять постриг, и

меня будут звать брат Генрих.

Государь!

Вы не дорожите своей короной.

Она вам изрядно поднадоела.

Другое дело моя жена.

Она мне очень дорога.

Ведь я ее еще совсем не знаю.

Я не могу принять ваше предложение, государь.

К тому же я не создан для монастыря. Я испытываю безумную тягу к счастью и

наслаждению.

Бедный сын Люк.

Еще вчера ты был совсем другим. Да,

да. Вчера я был угрюмым, капризным страдальцем и из-за пустяка мог

утопиться в колодце. Но сегодня все по-другому.

Я отлично провел ночь.

И замечательный день.

После покаяния я чувствую себя возродившимся, так что да здравствует

жизнь! Довольно!

Довольно, сын Люк.

Ты погубишь и себя, и меня.

Довольно.

Уповаешь, что небо не спошлет тебе раскаяния.

И тогда мы спасемся все вместе.

О, государь, за вас я не поручусь, вы греховодничали по-королевски.

А я грешил, как жалкий любитель, как частное лицо.

Сомневаюсь, государь. Более того, уверен, что общего спасения у нас не

получится.

Осмелюсь посоветовать вам нынче же вышвырнуть за двери Лувра отпетого

грешника Сен-Люка, который решительно собирается умереть нераскаившимся.

Я буду молиться за тебя, Сен-Люк.

Доброй ночи, государь.

Желаю вам приятных сновидений.

Господи, владыка живота моего, твой гнев

справедлив и законен, ибо мир с

каждым днем становится все хуже и хуже.

Это ты, друг мой.

Я чуть было не ударился в религию.

Хотелось посмотреть, что это такое.

Но, честно говоря, сыт по горло этими монахами. Фи, грязные скоты.

Господи.

Что с тобой, Генрих?

Генрих!

Почему ты не спишь?

Сын мой, где твой куафер?

Бродобрей, где камердинер?

Нет, нет, этого не будет.

Это все от лукавого.

Начался пост.

Кстати, Генрих, это по твоему приказу собрался в зале весь этот сброд? Я имею

в виду твоих завитых любимчиков и герцога Анжуйского с его головорезами.

Да, ты прав.

Я буду справедлив и выполню свой долг.

Я должен наказать своих друзей.

Брат мой, Господь прав, делая наше существование столь тягостным.

Но Он милостив к нам, грешникам.

Ибо грехи наши исходят от человеческой слабости.

Но, Гаре де Пернон, я приказываю вам завтра утром покинуть Париж и

отправиться в ваше родовое поместье, где вы будете находиться вплоть до моих

дальнейших распоряжений.

Гаспарде Шамберг, вы также покинете Париж и отправитесь под стены Ля-Рошели,

где наши доблестные войска пытаются сломить упорство еретиков.

Бьюсь от заклада, что через два дня они будут прощены.

Жак де Леви, граф де Келюс.

Граф де Келюс, я предупреждаю вас.

Если вы еще раз попытаетесь напасть на господина де Бюсси,

Я буду очень разгневан.

Это касается и вас, маркиз Жан-Луи де Мажерон.

Господин де Бюсси,

Вы знаете, как я высоко ценю ваши блестящие способности, граф де Бюсси.

Я желал бы чаще видеть вас среди своих друзей.

Благодарю вас, государь.

Ах, Генрих, ты сегодня так щедро на милости. Может быть, у тебя кое-что

припасено и для Шико?

Подари мне жирное аббатство с доходом в 10 тысяч ливров в год.

Господин Шико, сопровождайте меня.

Доброй ночи, господа. Я иду спать.

Доброй ночи, господа. Мы идем спать.

Ах, как я рад, что провожаю Ваше Величество в спальню.

Стало быть, я в фаворе?

Стало быть, я куда смазливее этого Купидона Килюса?

Замолчи. Стало быть, без меня не обойдешься?

Замолчи, Пшико, друг мой.

Помолимся.

Спасибо.

Нечего сказать, удружил.

Приятное времяпрепровождение.

Доброй ночи, ваше величество.

Останься!

Наждаемся в тиранию?

Ты деспот.

Я сегодня целый день обрабатывал спины своих лучших друзей. И ты хочешь начать

все с изнава?

Черт меня побери!

Генрих, нас здесь двое.

А когда двое дерутся, каждый удар попадает в цель.

Подумай о своих грехах, Болтун.

Каких грехах?

В чем я должен покаяться?

В том, что я стал шутом у монаха?

Я не желаю оставаться в заперти с королем-маньяком.

Доброй ночи, ваше величество, я ухожу.

Шико, не уходи.

Останься.

Ты пользуешься моим угнетенным состоянием.

Ну что с тобой стряслось, Генрих?

Ну поделись своими страхами со мной, с твоим дружком Шико.

Да, ты мой единственный друг, Шико.

Несмотря на все свои шутовские выходки, ты отважный человек.

Сядь.

Сядь и выслушай меня.

Я почти проснулся и понял, что волосы на

моей бороде стали дымом от страха.

И тут я услышал голос.

Он звучал так горестно, что потряс меня до глубины души.

Ты слушаешь меня?

Шико! Конечно, я весь превратился в слух.

Так вот, этот голос ужасал.

Шико!

Грешник, жалкий грешник, ремел голос.

Я глаз Господа Бога твоего.

Ты погряз в грехе и беззаконии.

Скажите, пожалуйста, насколько я могу судить, глаз Божий схож с голосом твоего

народа.

Ах, государь, по-моему, у вашего величества был кошмар.

Почему ты мне не веришь, Шико?

Ты разве не знаешь, что Господь говорит с королями всякий раз, когда собирается

произвести на земле значительные изменения?

Да, он с ними говорит, это правда.

Но они его никогда не слышат.

Ну, ладно, ладно.

Теперь ты понял, почему я прошу тебя остаться?

Я боюсь.

Ну, хорошо, я принимаю твое предложение.

Я с удовольствием послушаю, что скажет глаз Божий.

Может, он скажет что-нибудь интересное для меня?

Спасибо.

А что мы будем делать до тех пор?

Я полагаю, что нужно лечь спать.

Спать? Спать, спать.

Но... Пойдем.

Ты не уснешь? И не подумай. Что ты?

Раздевайся.

Я сниму только калет. Как тебе будет угодно.

А штаны я снимать не буду. Очень правильная предосторожность.

А ты? Я? А я останусь вот в этом кресле.

Но ты не уснешь.

Не переживай.

Голос Божий не даст мне заснуть.

Шико.

Шико.

Только не шути с голосом.

Доброй ночи, Генрих.

Только не засыпай.

Пожалуйста.

Чего меня забери? Даже не собираюсь.

Подвинь поближе.

Держи.

Ты здесь?

Да.

Да, Господи. Ты выполнил все, что от тебя требовалось.

Да. Это ложь.

Глубины твоего сердца остались незатронутыми. Отлично сказано. Это все

правда. Что?

Подвинься. Зачем?

Чтобы гнев Господень вначале обрушился на меня.

Нечестивец, что же ты молчишь?

Господи, Господи, я раскаиваюсь. Господи, я сознаюсь в том, что я вел

себя как предатель по отношению к своему кузену Деканде, чью жену, Господи, я

обольстил.

Два раза.

Что ты несешь? Кого это интересует?

Говори.

Да, Господи, я также раскаиваюсь в том, что я нагло обокрал поляков.

Когда они выбрали меня своим королем, я удрал, прихватив все королевские

драгоценности. Я раскаиваюсь, господи.

Это давно все забыли. Что ты?

Господи, я также, господи, раскаиваюсь в том, что я похитил французский престол у

своего брата, герцога Анжуйского, которому он принадлежал по праву после

того, как я дал согласие занять польский трон. Господи, я раскаиваюсь, господи. Я

тебя повешу.

Это же класс, господин Генрих.

Продолжай. Я все сказал.

Ты лжешь.

А что случилось с твоим Шурином, королем Наварским и твоей сестрой Маргаритой?

Говори только правду, правду говори. Ничего.

Они покинули Францию добровольно.

Добровольно? А может после того, как ты предал казни друзей и возлюбленных

своей сестры?

Господи, грешен.

Ты совсем не думаешь о Франции. Грешен, Господи! Прости меня, прости меня,

Господи! Ты непостоянен, как женщина, изнежен, как сибарит, развращен, как

язычник. Ты чуть было не погубил бедного Сен-Люка.

Ты уверен, что я не окончательно погубил его?

Нет, еще не окончательно.

Но ты должен немедленно отпустить Сен-Люка домой, сделать его герцогом, а

его жену герцогиней.

А если я не соглашусь, Господи?

А если не согласишься, то будешь вечность кипеть в большом

котле.

Господи.

Я понял, Господи.

Генрих, ты куда?

Разговор с голосом еще не окончен. Я должен немедленно отпустить Сен-Люка.

Генрих, домой.

Генрих,

постой. Генрих, может быть, подождать до утра?

Глаз Господень не ждет.

Я понимаю, но, Генрих, послушай, ты можешь его разбудить? Он этого не любит,

ты же знаешь. Ну, Генрих, Генрих, послушай меня, Генрих, подожди.

Останавливай меня.

Давай все-таки подождем до утра.

то будешь вечно гореть в гиене огненной.

Убирайтесь.

И Ева после грехопадения.

Ты изгоняешь их, Генрих?

Это наш рай.

Вы потеряли его из-за своего непослушания. Отныне вам вход в него

запрещен.

Утром вы должны покинуть Париж и не жалейте лошадей. Король может

передумать.

Проходи.

Проходи.

Проходи.

Проходи.

Смерть Христова. Сегодня в монастырь пускают только тех, у кого чистые руки.

Нет, решительно здесь происходит нечто из ряда вон выходящее.

Проходи.

Проходи.

Я бы вошел вместе с ними, но для этого мне необходимы две вещи.

Во-первых, почтенная ряса, а во-вторых, та штучка, которую они показывают брату

-привратнику.

Ах, брат Гранфло, брат Гранфло, если бы ты был сейчас рядом со мной.

Кстати, я могу найти брата Гран-Фло в Роге Изобилия. Это время его ужина.

Ну что ж, будем любопытными до конца.

Ты танцуешь? Да.

А действия не изменяешь?

Нет. Ну и действия еще.

Хотелось бы верить.

Я подойду к тебе.

Я жду.

Мэтр Бономай, брат Гранфло уже приступил к ужину.

Пока еще нет, но поторопитесь.

Почему я должен торопиться?

Я советую вам поторопиться, потому что он закончит ровно через пять минут.

Он еще не приступал к ужину, а через пять минут уже закончит его?

Сударь, сегодня начался Великий пост.

Ну и что?

Ну, я об этом понимаю не больше вашего, но я советую вам все-таки поторопиться.

Пять минут на ужин брату Гран-Фло? Да,

определенно меня ждут сегодня подлинные чудеса.

Я вам это обещаю, господин Шико.

Сударь, принесите нам наверх, пожалуйста, две бутылки вина, паштет,

курицу, побыстрее. Сейчас все будет.

Друг мой.

О, Господи.

Что это?

Что вы здесь делаете?

Разве вы не видите, брат мой?

Я ужинаю.

Ужинаете?

Ужинаю. Вы называете это ужином? Да. Вы Гран-Фло. Я Гран-Фло.

Трава и сыр. Трава и сыр.

А что с вами случилось?

Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй.

Мы вступили в первую среду Великого Поста. Ах, да-да-да-да-да-да.

Мережин. Вода.

Надо позаботиться о спасении души, брат мой.

А давно ли вы завтракали, друг мой?

Я сегодня вообще не завтракал, брат мой.

Ну, если вы не завтракали, то чем же вы тогда занимались?

Я сочинял речь.

Речь?

Да вы меня разыгрываете.

Речь, речь.

Ничего не понимаю. А зачем?

Затем, чтобы произнести ее сегодня вечером в аббатстве.

Вот так, господин Шико.

Ну, ладно, брат мой.

Я пошел. Друг мой, ну, ну, ну, да ешьте хотя бы вашу травку.

Кстати, наш хозяин, мэтр Банаме, утверждает, что у него в погребе

найдется с полсотни бутылок прекрасного вина, перед которым все остальное вино

покажется жалкой выжимкой. Мне сегодня тоже выступать с речью, но я верю в

чудодейственную силу вина и в доказательство закажу бутылочку. Что вы

посоветуете мне взять, закусить?

На закуску.

Ой, только вот не эту примерскую гадость.

Да уж.

Принесите нам две бутылочки вина, которые, как вы утверждаете, у вас

лучшего сорта. С удовольствием, господин Шико.

Зачем две? Какие две? Не надо, я пить не буду. Я не хочу, я пить не буду. Друг

мой, если бы вы пили, я бы заказал четыре бутылки. Я бы заказал шесть

бутылок. Я бы заказал все бутылки вина, которые находятся в этом погребе. Но

поскольку я буду пить один, мне хватит двух.

Верно. Если при этом, брат мой, вы будете вкушать... только постную пищу,

то ваш духовник не будет вас порицать.

Ну, само собой, разумеется. Кто это будет есть в среду великого поста с

коронную пищу?

Конечно, нет.

Этого еще не хватало.

Ой!

Ой! Что вы делаете?

Ем карпа.

Карпа? Конечно, карпа.

А по...

А почему у карпа крылья выросли?

Плавники, милейший, плавники.

Вы что, пьяны?

Я пьян. Я не пьян. Я же ничего не пил, кроме воды. Значит, вода ударила вам в

голову.

Опять я? А вот и наш хозяин. Он это готовил, он на царассуде. Я согласен.

Только пусть откупает бутылку вина. Я хочу узнать, каково оно на птице.

Мэтр Бономай?

Пожалуйста.

Потрясающе.

Я бездарный дегустатор.

У моего языка совершенно нет памяти.

Друг мой, вы посланы в этот мир помогать ближнему своему.

Поставьте меня на путь истины. Я хочу знать, действительно ли это хорошее

вино. Попробуйте хоть глоточек. Один глоточек, что вам стоит.

Уж так и быть.

Да нет.

Я вас очень прошу. Тут слишком мало.

Хватит, хватит.

Лучшее. Я ручаюсь.

Да вы сговорились с нашим хозяином, я вам не верю. Это я.

Брат мой, настоящий пьяница определяет с первого глотка сорт вина,

со второго марку и с третьего год. Год?

Я бы очень хотел узнать, какого года это вино?

Нет ничего проще, а ну-ка капните пару капель, прошу.

Так.

Нет, ну еще.

Ну еще как.

Еще, еще.

Вот до краев и хватит.

О, Господи мой.

Ясно.

Тысяча.

Пятьсот.

Шестьдесят.

1561, точно!

Ну все, я пошел. Как? Не отведав моего карпа?

А, кстати, мэтр Банамэ, что за живность,

а?

Простите?

А я что говорил?

Курица? То есть, как курица?

Курица, господин Шико.

Или петух.

Мэтр Бонаме, оставьте нас.

Сумерки.

Курица или петух?

Друг мой, я так хочу съесть эту курицу и при этом не согрешить.

Я вас очень прошу, во имя нашей взаимной любви, окропите ее и нареките карпом.

Кар...

Брат мой, чур меня, чур меня, чур меня. Я вас очень прошу, иначе я могу

оскоромиться и впасть в смертный грех.

Горицу кар...

Ничего не получится.

Святой воды нет.

Окропите ее вином. Цель оправдывает средство. Причем я думаю, что вкус ее от

этого не изменится.

Не изменится? Нет. Не изменится?

Во имя Бахуса, кома и мома, троица святого

Пантегрюэля, нарекаю тебя карпом.

А теперь выпьем за здоровье моего крестника. Да,

за здоровье нашего крестника.

Ох и задористое венцо!

Иди к нам, наша красавица!

Посиди с нами!

Она хочет с нами посидеть. Иди ко мне.

Душа моя.

Не обращай внимания, моя девочка.

Что бы я без тебя делал?

В голове моей давно спорят горе и

вино. Слава Богу.

Немножечко полегчало.

Ну, наконец-то.

Сейчас доем яичницу и станет совсем легко.

Ты знаешь, Шико, последние три дня мне эта речь прямо из головы не выходит. Она

мне прямо в печенки въелась, эта речь.

Ну, ничего.

Я ее произнесу, мою речь. Я ее так произнесу, Шико.

Представляешь, я вхожу. Как это ты входишь, когда все двери монастыря в 10

часов закрываются?

Я войду так же легко, как это вино входит в мой желудок. Да, тебя послушать

ты вообще войдешь, не косаясь дверей. Да, потому что для брата Гарамфло все

двери открыты. У брата Гарамфло есть ключик.

Вот здесь вот.

Не может быть у простого монаха ключ от аббатства. Не может быть.

А это что такое?

Это что такое?

Что? Деньги.

Скотина, ты подкупаешь привратник. А вот и нет.

Это денежка с изображением еретика.

Короля Генриха Новацкого.

А на месте сердца дырка.

Дырка. Он еретик. Удар кинжалом.

Убийца эротика причисляется к лику святых. Смерть эротикам!

Смерть эротикам! Смерть! Да здравствует место!

Да здравствует! Место да здравствует!

Слушай, Жико, вот как с собой.

Я вхожу, я вхожу, компания самая изысканная. Там бароны сидят, здесь

графы, здесь немножко князей сидит. И принцы.

Да, Жико, и... И принцы, и принцы, и вот.

А за мной, а за мной братья в Союзе. Я вхожу, я... Давай попробуем, давай

порепетируем. Давай попробуем, я вхожу. Так, ну-ка. Я вхожу, и... Не,

меня выкликают. Мне говорят, Брэдгар... Ну, выкликнем. Брэдгар Флор!

Я здесь, братья!

Я здесь, братья!

Сегодня прекрасный день для нашей веры.

Хорошо. Я не так начинаю.

Братья! Сегодня прекрасный день для... Нет, по-другому надо.

Братья!

Я горло промочу немножко.

Братья! Братья, где вы?

Братья, я вас не вижу.

Братья.

Братья.

Я закончил.

Я понял.

Соску не надо.

Мэтр Банаме, это вам за ужин.

И в особенности за то, что мы усыпили брата Гран-Фло сном праведника.

Хорошо.

Я всегда к вашим услугам, господин Шико.

Проходи, проходи.

Проходи.

Проходи.

Пора.

Братья! Братья, погодите!

Погодите! Не закрывайте!

Ух, чуть не опоздал.

Это я, Радград Фло.

Па.

Проходи. Ага.

Ну, теперь закрывай.

Брат-перевратник, вы заперли дверь? Да, брат.

Больше никого не пускать. Хорошо, брат.

Брат-привратник, сколько человек прошло мимо вас?

Сто тридцать шесть.

Число сходится.

Значит, это угодно Богу.

Но с другой стороны, меня никто не видит.

Начнем Большой Совет Священного Союза, и добудет с нами воля Господа.

Прошу вас, Кулон Дашеврес.

Братья мои, нас, добрых католиков, заботит

судьба французского престола. Мы не можем допустить, чтобы он достался

еретику. У короля Генриха Валуа нет наследников.

Если он умрет бездетным, а судя по всему так оно и будет,

его место займет его брат, герцог Анжуйский. Но у него тоже нет

детей. А в этой семье умирают молодыми.

Так неужели мы допустим, чтобы на трон взошел этот закоренелый еретик,

нераскаившийся гугенот Генрих Наварский?

Правильно, только смерть.

Но у него есть друзья.

Стало быть, надо уменьшить число его друзей. Наш союз свят, он узаконен самим

папой. Я требую, чтобы из нашего союза перестали делать тайну.

А когда наступит новая ночь святого Варфоломея, тогда мы

избавим Господа Бога от труда самому отделять агнцев от козлищ.

Выступление Клода де Шевреза, которого Святой Союз благодарит за проявленное

рвение, будет рассмотрено и обсуждено на Высшем Совете.

Брат Гарамфло.

Брат Гарамфло.

Брат Гарамфло, где вы?

Я здесь, братья, я здесь, я иду к вам.

Вы уж простите, я погрузился в благочестивое размышление, которое

пробудило во мне речь нашего брата, и не услышал, что меня кличут.

Братья, какой прекрасный день для веры, какой...

распрекрасный день для нашей веры, ибо все мы собрались сегодня в храме

Господнем. Что такое французское королевство? Тело.

Святой Августин сказал, Omnis civitas corpus est.

Всякое общество есть тело. Для существования этого тела нужно хорошее

здоровье. Как сохранить это здоровье? Нужно применить разумное кровопускание.

Кровопускание! Именно это мне говорят каждый день добрые католики, от которых

я уношу в монастырь яички, окорочка и деньги.

Мне возразят, святая церковь ненавидит кровопролитие. Но нигде не

сказано, чья именно кровь ужасает церковь.

Ставлю тельца против яйца, что во всяком случае не кровь еретиков.

Да я и сам, Жак Непомесенго Рафло, носил когда-то мушкет в шампании.

И было дело, жёг там однажды кучку гогенотов в их молильнях.

Казалось бы, место в раю мне обеспечено. По крайней мере, я так полагал.

Но вдруг на моей совести обнаружилось пятно.

Прежде чем сжечь гогеноток, мы ими чуточку потешились.

Это, видно, подпортило богоугодное дело. Так объяснил мне мой духовный отец.

Поэтому я поспешил подстричься в монахе.

И дабы очиститься от пятна, который оставили на моей совести еретички, я дал

обет. общаться впредь только с добрыми католичками.

Нам остается поговорить о вождях, которых мы себе выбрали.

Конечно, это весьма предусмотрительно, прокрадываться сюда, прикрываясь рясой.

Но столь великая осторожность может вызвать насмешки проклятых еретиков,

которые нужно отдать им должное, когда завязывается драка, дерутся как бешеные.

К чему мы стремимся? К искоренению ереси. Тогда зачем дело стало?

Почему мы ходим, крадучись, подобно шайке ночных ворот?

Почему бы нам не пройтись по Парижу в святом шествии, чтобы все видели нашу

отличную выправку и наши добрые протазаны?

Кто подаст пример, спросите вы, пусть это буду я, я, брат

Гарантло. Убогий и сирый брат, сборщик милостыни. С керасой на теле

и мушкетом на плече я выступлю во главе всех добрых католиков.

Спасибо, спасибо, братья.

Благодарю вас.

Вот это успех, брат Гранд Флот.

Надо заканчивать.

Братья, наше время истекло.

Наше собрание закончено.

Оказывается, на выход нужна другая монета.

Ах, брат Гранфло, брат Гранфло!

Брат Привратник, все ушли?

Да, все.

Тем не менее, проверим еще раз.

Черт возьми, настырный монашек.

Брат,

давайте обойдем церковь. Хорошо, брат.

Продолжение следует...

Да это только конец первого акта. Я так и думал.

Граф де Монсеро, тот человек уже здесь?

Да, монсеньор, он ожидает.

Пусть войдет.

Слушаюсь.

Герцог, такие собственные персоны.

А я-то думал, что он занимается осадой ля Шарите.

Герцог Майенский, Клод де Шеврес.

Узнаю я тебя, дружная, но отнюдь не святая троица.

Посмотрим, что вы будете делать дальше.

Друзья мои!

Время драгоценное, я хочу взять быка за рога.

Братья мои, принц, содействия которого нам обещали, принц, от которого мы едва

ли могли ожидать одобрения наших действий, этот принц здесь.

Монсеньер, сбросьте капюшон.

Пусть самые верные и преданные члены Союза своими глазами увидят, что вы

держите слово, которое нам дали от вашего имени.

Не бойтесь, монсеньер.

Стены часовни непроницаемы.

О, наш братан Жуйский. Стало быть, он все еще пытается выиграть трон,

делая ставки чужими головами.

Братья мои, его высочество изъявил желание обратиться к вам с несколькими

словами.

Прошу вас, монсеньер.

Господа, я верю, что Всевышний неотступно следит за нами всевидящим

оком.

И однажды ударом молнии раз и навсегда положит конец беспорядку, прожденному

чистолюбием сынов человеческих.

И я тоже посмотрел на сей мир.

И что же я увидел повсюду в нашем королевстве?

Вот уже много лет.

Еретики подрывают основы веры, и душу мою затопила скорбь.

Мне показалось, что я уже присутствую на страшном суде, и Бог уже отделил агнцев

от козлищ.

С одной стороны были отщепенцы, и я в ужасе отшатнулся от них.

С другой стороны были праведники, и я поспешил броситься им в объятья.

И вот...

Я здесь, братья мои.

Аминь. Вы пришли к нам по доброй воле, принц? По доброй воле, сударь.

Кто открыл вам святую тайну?

Мой друг, ревностный служитель веры, граф де Монсоро.

Монсеньер, соблаговолите рассказать, что вы намерены сделать во имя Святой Лиги.

Я намерен...

Преданно служить католической вере и выполнять все, что она от меня

потребует.

Продолжай, благородный прохвост.

Ваше Высочество, мы готовы под вашим стягом выступить на борьбу за

освобождение святой веры и трона.

Мы с благодарностью будем повиноваться всем приказам, которые Ваше Королевское

Высочество соблаговолит нам дать. С нами Бог.

Давайте оставим Бога на попечение рядовых регистов.

Служа Богу, они пусть служат тем, кто говорит им о Боге.

А мы займемся нашим делом.

Есть некоторые люди, которые мешают нам. Они заносятся перед нами, они оскорбляют

нас. Они отказывают в уважении принцу, который является нашим вождем.

Мы уничтожим их.

Мы уничтожим их всех.

От первого до последнего.

Мы истребим эту проклятую породу, которую король обогатил за счет наших.

наших состояний.

Пусть каждый из нас возьмет на себя обязанность убить одного из наших

врагов. Это мудрое предложение. Я беру на себя Килюса. А я Шамберга. А я

Мажерона. Ну хорошо, хорошо.

Но ведь у нас есть еще мой храбрый Бюсси.

Господа, мы, собравшиеся здесь, люди смелые.

Но почему же мы боимся говорить друг другу правду?

А теперь и главный ловчий хочет потребовать свою долю добычи.

Мы, собравшиеся здесь без сомнений люди умные, но почему-то настойчиво

продолжаем говорить только о пустяках.

Так вот, главное, что больше всего в жизни беспокоит каждого из

нас, это король, навязанный нам и не устраивающий французское дворянство.

Эти бесконечные его молебны, сменяющиеся оргиями, безумные траты на празднество и

безмерная искаренность во всем, что касается войны и ремесел.

Я не могу это объяснить просто слабостью характера или природным невежеством.

Это слабоумие, господа. Давай, давай, ступай дальше, я жду.

Можем ли мы?

позволит себе и впредь оставаться под властью короля-глупца и лентяя.

Это в то время, когда Испания жжет костры, когда Англия, проводя свою

политику, неуклонно рубит головы и идеи, когда каждая страна неустанно заботится

о своей мощи и благосостоянии, и только мы, только мы продолжаем спать, господа!

Голой Генриха! Голой монаха Генриха! Пусть нас ждет принц Риталь! Он будет

даже тираном, лишь бы он не был святошей! Голой Генриха! Господа,

господа, заклинаю вас!

Прощение! Прощение моему брату!

Монсеньер, нас слишком долго сдержала любовь, которую мы испытывали к вашей

семье. Но теперь речь идет не о Лиге, которая была направлена против

Наваррского, этого пугала для дураков.

Речь идет не о Лиге, которая поддерживает церковь. Наша церковь сама

позаботится о себе.

Сегодня мы выбираем вождя, который должен прославить и обогатить дворянство

Франции.

Мы приносим дар вождю, которого мы избрали.

Вот дар, который от имени всех я подношу вашему высочеству.

Корона мне?

Мне? Но это невозможно. Мой брат еще жив.

Он помазанник Божий. Да здравствует король!

Назовите вашего архиепископа Реймского и вашего коннетабля Франции,

и вы король.

Господин де Монсоро, мой капитан-полковник.

Господа де Риберак и де Антраге, мои капитаны.

Господин де Леваро, лейтенант моей гвардии.

Займите места, подобающие званиям, которые я вам присвоил.

Перед лицом Всевышнего я обещаю моему народу охранять и

чтить веру, как это подобает христианскому королю.

Да будет мне в помощь Бог и Его святые Евангелия.

Аминь.

Помазаю тебя на царство, освященном Елеем. Во имя Отца,

Сына и Святаго Духа. Аминь.

Господь венчает тебя венцом славы и справедливости.

Прими сей венец во имя Отца, Сына и Святаго Духа.

Аминь.

Господа, я никогда не забуду тех дворян, которые сочли меня достойным

царствования.

А теперь прощайте, господа, да хранит вас Бог.

Прошу вас, монсеньер.

Что бы ты сейчас сказал по поводу своего брата?

Мое приглупейшее величество.

Что такое?

Это не все?

Будет еще и третий акт?

Не смейтесь так громко, сестра, и перестаньте звонить.

Они недалеко ушли.

Могут нас услышать.

Сестра.

Так этот монашек оказывается женщина.

Ах, брат, какого святошу вы из себя корчили. А он-то, он, как охотно

этот болван подставлял свою глупую голову под помазание корону.

И каким жалким гаденышем он выглядел в этой короне.

Неважно. Мы добились чего хотели.

Франсуа теперь от нас не откажется.

Что же касается де Монсоро, то у него и свой какой-то тайный расчет.

Но он завел своего принца так далеко, что нам нечего опасаться. Он не бросит

нас на полпути к Ашафоту, как бросил Леомоля и Коконаса.

Давайте перейдем к делу.

Майен, вы говорите, он здесь?

Да, здесь.

Я его не заметил. Он спрятался. Где?

В исповедании.

Значит, он все видел. Видел и слышал.

Ну и что?

Он вполне наш человек.

Приведите его ко мне.

Да не в этой моей.

Не в этой.

Рядом.

Выходите, мэтр.

Как вы себя чувствуете?

Хорошо.

Ну что ж, проходите.

Не бойтесь, не бойтесь.

Мы одни.

Прошу вас.

Подойдите ближе.

Ну, что вы сделали для нас?

Мой брат Майен говорит, что вы прямо чудеса творите.

Благодарю вас, монсеньер.

Я нашел для вас способ на законном основании занять французский трон. И

эти туда же.

Все пытаются. занять французский трон.

Последние да будут первыми.

Будучи человеком сведущим в юриспруденции, я обратился к каналам и

подтвердил ими свои изыскания.

Я обнаружил, господа, что вы и есть законные наследники французского

престола. А Валуа это всего лишь побочная узурпаторская ветвь.

Прошу вас.

Монсеньор. Что это?

Генеалогическое древо Лотаринского дома.

Кто

родоначальник?

Карл Великий, монсеньор.

Карл Великий?

Но этого не может быть.

Первый герцог Лотаринский был современником Карла Великого, но его

звали Ранье.

И он ни по какой линии не состоял в родстве с великим императором.

Извините, монсеньер.

За кем была замужем дочь второго сына Ранье?

За Карлом Лотаринским, сыном Людовика IV, короля

Франции. Продолжайте.

Тут появляется какая-то надежда.

Карл Лотаринский должен был наследовать своему брату Лотарю, если род Лотаря

прекратится.

Род Лотаря прекратился.

Стало быть, господа, вы единственные законные наследники французской короны.

Смерть Христова эта, гадина, еще и доведет, чем я думал. А вы ловкач.

мэтр Николя Давид. Это просто здорово. Это восхитительно.

Теперь подайте мне мужья самого германского императора.

Работа выполнена.

Получите 200 икю золотом, который обещал вам герцог Майенский. Благодарю вас,

монсеньер.

И еще 200 за выполнение поручения, которое мы хотим вам доверить.

Говорите, монсеньер, я к вашим услугам.

Эта генеалогия должна получить благословение нашего святого папы,

Григория XIII. Но мы не можем поручить вам отвезти ее в Рим. Вы слишком

маленький человек, и ворота Ватикана не откроются перед вами.

Это правда.

Я человек высокого мужества, но, к сожалению, низкого происхождения.

Вот если бы я был хотя бы...

простым дворянином.

Увы, пока вы не дворянин.

Поэтому нам придется возложить эту миссию на Пьера де Ганди.

Но позвольте.

Пьера де Ганди никоим образом не подчиняется нам.

Мы не можем доверять Пьеру де Ганди больше, чем Николя Давиду.

Николя Давид наш человек.

И в любую минуту, когда нам только заблагорассудится, мы можем повесить

его.

Не волнуйтесь.

Мой брат шутит.

Ганди отвезет эту генеалогию в Рим вместе с другими бумагами, не зная, что

именно он везет. И вернется обратно во Францию с генеалогией, одобренной папой.

Вы, Николя Давид, отправитесь одновременно с Ганди и будете ждать его

в городе, который мы вам назовем.

Таким образом, вы один будете знать истинную цель поездки.

Но, как видите, вы по-прежнему остаетесь нашим доверенным лицом.

Кто там?

Шико.

Это вы, сударь.

Как я рад вас видеть. Ну что, брат Гран-Фло?

Спит и видит сны.

Почтенный друг, я бы очень хотел, чтобы он не знал, что я уходил вечером, а

вернулся в три часа ночи.

Все будет исполнено.

Надеюсь.

Это дыхание Всевышнего.

Инокий ветер дует мне в лицо.

Ах, Калманек, ты даже не представляешь, в каком страшном сне ты побывал.

Холодно, холодно.

Виноград не вызреет такой холодно.

Виноград, виноград не вызовет такой холод.

Скотина. Я того же мнения.

Добрый день.

Похоже, я тут всю ночь провалялся.

Как же аббатство?

Все.

Не миновать мне теперь монастырской темницы.

Придется опять сидеть на хлебе и воде.

Как он счастлив, этот пьяница, если так крепко

спит.

Было бы у меня немножко денег.

Я бы совратил брата тюремщика.

Как сладко спит.

Как безмятежно.

Как дитя.

А вот если бы он не спал, он бы наверняка дал бы мне несколько IQ.

Его сон для меня священен.

Ну что ж, придется взять самому.

Хватит за ужин.

Прости меня, друг Шико.

Эй, зам!

Ты где?

Еще спишь, бездельник? А ну-ка, живо поднимайся!

Слава Богу, есть другой выход.

До встречи, брат.

Можешь не ходить?

Нет.

Пойду.

Пойду, как ни в чем не бывало, только вот во рту сухо.

Они меня искали.

Я погиб.

Не обижать.

А куда же я побегу?

Нет.

К тому же это тело, увы, не создано для бега.

Покорюсь судьбе.

Здравствуйте, братья.

Бедный мой брат, отец Приор ожидает вас.

Ожидает? Он приказал привезти вас к нему, как только вы вернетесь в

монастырь. Привезти?

Это конец.

Ну что ж, видите, брате?

Видите?

Ваше преподобие.

Наконец-то вы появились, сын мой.

Появились, появились вы.

Сколько беспокойств вы нам причинили.

Причинили, да.

Встаньте. Нет, нет, нет.

Встаньте, сын мой. Нет, нет, нет.

Ну,

встаньте же, наконец.

Вы

боялись

вернуться из-за того, что натворили сегодня ночью?

Я вернуться не смел.

Ах, дорогой брат, как неосмотрительно вы себя вели, как

безрассудно.

Святой отец, можно я объясню?

Ну зачем объяснять?

Вы поддались восторгу, святому чувству. Но

ваша выходка, это знаете ли... Я

не понял, о какой выходке вы говорите?

О вашей выходке прошлой ночью.

А я еще что-то выкинул, да?

Ну, конечно.

Ой.

Я такой же добрый католик, как и вы.

Но я скажу честно, ваша смелость меня просто испугала.

Моя смелость?

Я что, был смел? Да более того.

Вы были... А я исправлюсь.

Да, но я не могу не опасаться последствий для вас и для

всех нас тоже.

Об этом знают в городе.

На собрании присутствовали миряне, которые не упустили ни единого слова

из вашей речи.

Из моей речи?

Я признаю, речь была прекрасной, но успех опьянил вас.

Да-да, это всеобщее одобрение заставило вас

возгордиться.

Однако есть возможность все уладить.

Священный пыл, который кипит в вашем сердце, вреден вам в Париже. Я хочу,

чтобы вы его постудили в провинции.

Искнание.

Отправляйтесь немедленно, брат Гранфло.

Я боюсь, что лучники короля уже получили приказ.

Арестовать вас?

Нет.

Что же я буду кушать от изгнания?

Нет ничего легче. Успокойтесь, сын мой.

Успокойтесь. Мысли, которые вы вчера высказали, приобретут для вас большое

количество приверженцев во всех провинциях.

Ручаюсь, вы ни в чем не будете иметь недостатка.

Успокойтесь.

Ступайте с Богом, сын мой.

Но не вздумайте вернуться до тех пор, пока не получите от нас приглашение.

Святой отец! Ступайте, сын мой.

Ступайте.

Ступайте.

Да, брат Гранфло,

великий человек.

Прощайте, брат Гранфло. Прощайте.

Прощайте. Да прощайте.

Вы бесстрашный поборник веры. Поборник? Кто поборник? Это кто, я поборник? Вы

поборник. Это я поборник? Вы.

Это ты поборник, дьявол меня подери.

Либо они все рехнулись, либо я сошел с ума.

Брат мой, не забывайте меня в своих молитвах. Да не забуду я тебя, не

забуду. Тьма, она еще владеет миром, но свет скоро высияет.

Святой человек, святой, святой.

Нет,

нет, они рехнулись.

Прощайте, брат, прощайте.

Прощайте!

Прощайте, братья!

Прощайте, братья!

Прощайте!

Я уже, наверное, полчаса в изгнании.

Я больше этого не выдержу.

А что, если вернуться обратно в монастырь, упасть в ноги Приору и

сказать ему, Приор, нет, отец Приор, если...

Я согласен, я согласен на темницу.

Нет, нет, я даже согласен на удары бичом. Вот хотите, двойным бичом.

Только не лишайте меня трапезы.

Он на это не пойдет.

Легко ему говорить.

Ищите, обрячьте, ищите, обрячьте.

Чего это я обрящу?

Чем я прокормлю все это?

О питье я уж не говорю.

Если бы мне хоть капельку денег.

Счастливчик, не вылез лошадь.

Стало быть, он всегда может ее пропить. В смысле, продать, а потом пропить.

Улетаете, мои голубки.

Вы хорошо сыграли свои роли в моей пьесе.

Ну что ж, с Богом, господин Дессен-Люк.

Ба, господин Дебюси.

Интересно, куда же это направляется, наш доблестный рыцарь?

Чего это они сегодня разъездились?

Нет, он не прячется, он кого-то выслеживает.

А человек, который кого-то выслеживает, не любит, когда его обнаруживают.

Следовательно, я могу получить за его тайну пять или даже шесть денье.

Он при оружии, его не запугаешь.

Хорошо, не надо. Тогда я могу ему просто сказать.

Сударь, хотите, я помолюсь за исполнение ваших замыслов, а вы мне дайте, сколько

вам не жалко.

И если он задумал какую-нибудь гадость, а я в этом абсолютно уверен, то

он вдвойне захочет, чтобы я за него помолился.

Следовательно, я могу позавтракать за счет этого доброго человека с гнусными

намерениями.

Прекрасно.

Вот я и дождался тебя, Николя Давид.

Теперь я от тебя не отстану.

Сударь, если пять-шесть, отче наш, вы спа... Ой!

Ой!

Господин Шико!

Куда к дьяволу вы бредете, куманек? А я и сам не знаю.

А что вы делаете за городской заставой, друг мой?

Что я делаю?

Ах, господин Шико, я изгнан.

Братья отторгли меня от своих грудей.

Я предан этой, ну, анафеме.

Значит, вас заприметили прошлой ночью, когда вы шлялись по кабакам? Ну, зачем

вы так? Ну, господин Шико, ну, зачем?

Ну, вы-то прекрасно знаете, чем я был занят со вчерашнего вечера.

Что вы делали с 10 часов вечера до 3 утра, мне неизвестно. Потому что в 10

часов вечера вы ушли.

Я ушел?

Ну, конечно, вы ушли. Более того, я вас спросил, куда вы идете.

Ну? Вы ответили, что идете произносить речь.

Речь? Речь. Я?

Да. А в 3 утра вы вернулись. Я вернулся.

Ну, что вы шутите, а? Я шучу, я не шучу.

Спросите об этом у мэтра Банаме. Он, кстати, открывал вам дверь.

Мэтр?

Да, мэтр Банаме. И вы не просто пришли, вы прямо раздувались от спессии. Чего

это я раздулся?

Не знаю.

Наверное, потому что ваша речь произвела впечатление.

Вас хвалили и герцог Дегирс, и герцог Майенской.

Я даже сказал вам.

Стыдитесь, куманек.

Спись неприличеству человеку особливо, если этот человек монах.

Все, все, все.

Все, все.

Я понял.

Я сомнамбула.

Я давно уже это подозревал.

В моем теле.

Господствует над плотью в такой степени, что когда плоть спит, бодрствующий дух

заставляет ее, плоть, себе повиноваться.

Самнамбула?

Самнамбула.

А что это такое?

А че от тебя знает?

Признайтесь, не означает ли это, что вы одержимы нечистой силой? Я? Иначе как

это понять?

Если человек во сне ходит, размахивает руками и произносит речи

порочащей короля.

По-моему, все это противоестественно.

Прочь, Вильзавул, прочь!

Нет, нет, не отставляйте меня, господин Шико!

Прочь! Тогда дайте мне хотя бы пару икю на завтрак.

Я сделаю лучше.

Я возьму тебя с собой.

А куда мы направимся?

Увидишь. А когда позавтракаем? Да прямо сейчас.

Вот это здорово. Вы мой лучший друг, господин Чико.

Я продолжаю.

И вот тут связался страшный бой.

Передо мной стояли два огромных гугенота.

И я забежал им с тыла.

Вцепился в них.

И просунул руку одному из них под кольчугу.

И на это время этот мердавец куснул меня за этот орган. Он откусил мне

палец.

Ой.

Ой.

Ослик.

Ой.

Ой.

Это мне.

Ты пузат, как селен, и такой же пьянец.

И для полного сходства я купил тебе осла.

Господин Шико, вы мой король, вы мое... Ой,

ой.

Ой, ты мой красавец.

Какие у нас глазки красивые.

Ты мой нежный, ты мой ослик.

Ты моя умничка.

Я тебе всю жизнь мечтал. Я навекаю тебя по нургам. Хорошо?

Собирайся, собирайся, Куманек. В дорогу, в дорогу. А как же обед? В Лионе нас

ждет полдень. В дорогу. Понял, не дурак.

Прощайте, прощайте, мои красавицы.

До встречи, господин Шико.

А может, я сразу его оседлаю? Ну, конечно, конечно!

Когда от зла ты оседлал, Когда бутылку в руки взял,

Осёл на луг несётся, Вино рекою льётся.

Ты можешь побыстрее?

У меня такое впечатление, господин Шико, что вы кого-то ищете. Да никого я не

ищу, я просто смотрю вперёд, куда мы едем. Хотя мы не едем, мы стоим на

месте. Ты можешь побыстрее. Я не могу быстрее, я загоню своего любимого

понурга. Вперёд, вперёд, Гранд Фло, умоляю, вперёд!

Господи, и все эти мучения из-за того, что я вдруг стал сомнамбулой. Давай,

вперёд! Хорошо, как только мы доберёмся до первого постоялого двора... И что

тогда? Мы сразу же закажем свиную поджарку? Так!

Фрикасе из кур.

Так. И кувшин самого лучшего вина. Ну чего же мы тогда стоим? Давай, Панур,

вперед. Вперед, тебя ждут отруби. Чтобы поскорее тебя ублажить, мы поедем

кратчайшим путем.

Слушаю, господин Шикон. Вперед, брат мой.

С приездом, мэтр Николя Давид.

Слава Богу, успели.

Вы не возражаете, если мы остановимся в гостинице под знаком креста?

Нет.

Тогда сейчас вы закажете отдельную комнату.

Я в это время пойду погуляю по городу.

Когда я вернусь, вы меня встретите и проведете так, чтобы никто не видел.

Комната должна быть смежной.

С той комнатой, которую только что заказал вот этот постоялец. Вам все

понятно?

Ага. А деньги?

Аллочность тебя погубит.

Теперь понял.

Пошли.

Пойдемте, братья, пойдемте в нашу новую обитель.

Захотите.

Не груби.

Сейчас покушаем.

Ну, давай, давай.

Ты не устала, Жанна?

Нет, дорогие.

Главное, что ты рядом, и мне ничего больше не нужно.

Смерть Христова.

Как прекрасно быть свободной. Да.

Знаешь, я ведь только сейчас понял, какая это отличная штука.

Свобода. А раньше ты разве не был свободен?

Конечно, нет. Почему?

Почему?

Ты же знаешь, я вырос в свите короля, прикованный нерушимыми правилами этикета

к его особе, преследуемый его гнусавым голосом, который кричал, Сен-Люк, мне

скучно, развлеки меня.

Приди, раздели со мной мою скуку. А корсет, который сдавливал мне ребра, а

брыжи, которые раздирали в кровь шею.

Нет, мать. Моя дорогая, я только сейчас понял, что такое настоящая свобода.

Жанна.

А ты?

Ты всегда была свободна?

Я-то?

Была ли я свободна?

Да, ты!

Да никогда в жизни!

Меня выпускали из дому только в сопровождении двух горничных и одного

огромного-огромного слуги.

А если нас поймают

и посадят в бастилию? Не посадят.

Потому что король либо сразу должен был снарядить за нами отряд гвардейцев с

приказом доставить нас живыми или мертвыми, либо, вылезая из постели,

томно изречь поистине слово «дружба» лишь пустой звук.

Значит, Меридор будет нам замечательным укрытием. Там приютит нас моя лучшая

подруга Диана.

Представляешь, как там будет хорошо в нашем райском гнездышке с одной стороны.

Бескрайние леса, с другой золотые поля, Луара серебрится на солнце. Жанна, я

люблю тебя.

Боже, кто-то скачет сюда.

Бежим, я боюсь. Нет, нет.

Вон один.

Нам нет смысла бежать от одного.

Черт возьми, это же Бюсси!

Господин де Бюсси!

Здравствуйте, господин Бюсси!

Господин де Сен-Люк! Здравствуйте!

Добрый день, сударыня, какая встреча? Неужели вы приехали, чтобы арестовать

нас по приказу короля?

Я? Клянусь, вам нет. Я недостаточно близок с его величеством, чтобы он мне

доверял подобные поручения. Значит, случай привел вас на эту дорогу?

Скорее, провидение, Сен-Люк.

Так вы путешествуете?

Да, сударыня. И куда же вы держите путь?

В сторону Анжера. И мы туда же... Значит, будем путешествовать вместе?

Понимаю, вы хотите спрятаться в родительском гнездышке.

Да.

Прелестно, прелестно, сударыня. Я бы даже позавидовал вашим счастью, если бы

зависть не была таким отвратительным пороком.

Господин Дебиси, клянусь вам, что для тех, кто любит, счастье дело нехитрое.

Извините, я оставлю вас на секунду.

Пойду поищу лошадей. Я люблю тебя.

Ах, сударыня, ваш пример редкость. Не каждому выпадает счастье.

выходить замуж за любимого человека.

И это, говорите, вы всеобщий любимец?

Увы, сударыня, когда человека любят все, значит, по-настоящему его не любит

никто.

Я обещаю добыть для вас счастье, возможность которого вы отрицаете.

Сударыня, я не отрицаю счастье вообще.

Я отрицаю, что счастье возможно для меня.

Я вас женю.

Вы? Да.

Граф, вы уступите. Если вы поедете туда же, куда едем мы, то я добуду для вас

счастье, которого вы заслуживаете. А куда вы едете, сударыня? В Меридорский

замок.

Меридорский замок?

А что это такое?

Это владение одной из моих ближайших подруг.

Одной из ваших подруг, и она там живет?

Это ваша подруга?

Как? Неужели вы не слышали об Ароне де Меридор и его дочери Диане?

Нет.

А далеко этот замок, сударыня? Ага, вот вы уже сделали шаг на пути к своему

счастью.

Видел! Я его видел!

Кого? Как кого?

Ну, того постояльца. Он переоделся и теперь весь в черном. Вот.

Где живет он? Где?

Здесь, в соседней комнате. Все, как вы приказывали.

Перегородка там не толще моего пальца.

Ну, Куманек, ты заслуживаешь вознаграждение. Да.

Сегодня ты получишь херес. Херес? Да, да, херес, черт меня. Побери, не будь, я

твой друг, приятель.

Херес, херес.

Мне еще никогда не приходилось быть пьяным от хереса. Должно быть, это

очень... А ужин?

Господин Шико.

Держи. Этого тебе хватит?

Иди погуляй по городу.

Да, и скажи хозяину гостиницы, пусть он придет, мне нужно с ним поговорить.

Хозяин! Хозяин!

Войдите. Сударь, мне передали, что вы просили меня зайти к вам.

Да, да, да.

Присаживайтесь, любезный хозяин.

Благодарю. Я постою.

Как вам будет угодно.

Видите ли, сударь, мы сегодня...

Сняли у вас эту комнату? Да, с монахом.

Сударь, дело в том, что этот монах изгнан.

Изгнан?

Может быть, он переодетый гугенот?

Сударь, он пламенный католик.

Дело в том, сударь, что он имел неосторожность произнести проповедь.

который проклинал гугенотов. Так, так, так, так, так. А проповедь имела

огромный успех. Тем самым он попадает немилость к королю, который, как вам

известно, поощряет всех еретиков.

Да, да, да, да, да. Но что дальше? Что дальше?

Дальше, сударь.

Я его выкрал.

Черт возьми.

Браво, браво.

Герцог Дегиз.

Впрочем, не.

Святой Генрих.

Тихо!

То есть как это тихо?

Вы что, хотите сказать, что у вас тут затесали сторонники короля? Нет!

Но здесь, за этой стеной, в той комнате, поселился новый приезжий.

Простите, сударь, я не имею права рисковать. Я вынужден...

Вас покинуть. Нет!

Я с вами.

Можете считать меня своим братом.

То есть вы хотите сказать, что... Да!

Смерть гугенотам. Слово Бернуэ.

Вас зовут Бернуэ?

Зовите меня проще.

Ревнитель веры. Одно ваше слово, я его выкину из гостиницы.

Нет, сударь.

Этого делать не стоит.

Потому что я думаю, нам...

Так удобнее будет за ним следить. Конечно, вы правы, как я сразу не

догадался.

Но скажите, сударь, с чего вы взяли, что этот человек наш враг? Я почему говорю

наш враг, потому что верю, что мы братья.

Во-первых, он приехал сюда одетый лакеем. А сейчас выглядит как кто?

Как адвокат.

Но он адвокат не больше, чем лакей.

Во-вторых, я заметил, что из-под плаща...

который висит у него на стене, торчит шпага. Кроме того, он все время

превосносит короля.

И самое главное, он проговорился, что приехал сюда

для выполнения важного поручения.

Вы проницательный человек.

Сударь пришел.

Мы остаемся у вас.

Но никому ни слова про меня и моего монаха.

Могила!

Господин Шико!

Кто это?

Это наш достопочтенный отец. Отец?

Ведите его туда.

Кладите, кладите, кладите.

Лежите, лежите спокойно.

Кто это?

Это наш хозяин. Он знает все. Он из наших?

Да. Из каких наших?

Из Святого Союза.

Вот видите, вы можете не бояться. Говорите на чистоту.

Если на чистоту, то мне обещали херес.

Проповеди у него забирают все силы. Он буквально валится с ног.

Господин Бернуи, если можно, оставьте нас на несколько минут. Мы должны

обсудить сложившуюся ситуацию. Понимаю, понимаю.

Я не могу подвергать риску таких людей.

Я его выставлю.

А, это вы, дорогой хозяин. Я рад вас видеть. Проходите, присаживайтесь.

Благодарю. Я постою.

Сударь, к сожалению, у меня изменились обстоятельства. Я вынужден отказать вам

в комнате.

Как в таком случае? Я не понимаю, что за порядки в вашем заведении.

Любезный мэтр Бернуэ, я заплатил за неделю вперед. Вдруг вы являетесь и

требуете, чтобы я освободил комнату. Да.

Она мне нужна для одного достойного человека, моего постоянного клиента. Это

невозможно. Я останусь здесь ровно столько, сколько сочту нужным.

Еще раз повторяю, сударь.

Извольте освободить комнату. А я говорю, пошел вон!

Что? Я говорю тебе, пошел вон, или я найду одно средство, которое заставит

тебя быть вежливым.

Слушайте, сударь, если вы еще раз повысите голос,

то я позову слуг, и

они вас как следует отделают перед тем, как выбросить

на улицу.

Что такое?

Что с вами?

Это приступ.

Это мой приступ.

Приступ? Странно.

Минуту тому назад вы были настолько здоровы, что даже угрожали мне.

Он приходит всегда внезапно.

Это моя болезнь.

О, как она меня мучает.

Мне дела нет до вашей болезни.

Прошу вас, сударь, немедленно встаньте и покиньте комнату.

Послушайте, вы добрый христианин.

Проявите хоть каплю сострадания.

Позвольте мне хотя бы до утра остаться в этой гостинице.

А утром я освобожу ее, как только вы пожелаете.

Вы действительно бледны.

Наверное, это правда.

Пойдемте, я вас уложу.

Пойдемте. Благодарю вас.

Хорошо, я оставляю вас, но только до утра. Благодарю.

Этого еще не хватало.

И все-таки кара Господня настигла еретика.

Господи, благослови идиотов.

Ну, погоди, скотина.

Еще пару дней, и ты мне за все заплатишь.

Мерзавец. Пара дней.

Вот и Меридор.

Наконец-то, как давно я здесь не была.

Смелее, господин, да виси.

С кем имею честь, господа? Я Жанна Дебрисак.

Добро пожаловать в Меридор.

Должен вас предупредить, что барон Демеридор очень болен.

А что с ним?

Вы сами все увидите, господа.

Господин Агюстен.

К вам гости.

Добро пожаловать, господа.

Кто вы?

Кто оказал мне честь своим посещением?

Это я, синьор Агистен.

Кто вы? Я вас не знаю.

О, Боже, неужели вы не узнаете меня?

Ах, да, я же переодета.

Это я.

Я почти совсем не вижу.

Знаете, когда старики плачут, слезы выжигают им глаза.

Я госпожа Дессенлюк.

Сен-Люк, я вас не знаю, сударыня.

Я Жанна.

Мое девичье имя Жанна де Кассе Бресак.

Господи, Жанна.

Так вы вышли замуж, моя милая девочка.

Да, да, это мой муж, господин Сен-Люк.

Ага.

Этот господин ваш родственник?

А этот господин наш друг.

Луи де Клермон, граф де Беси, сеньор Дамбуаз.

Приближенный к герцогу Анжуйскому. Мы встречали его в дороге. К герцогу

Анжуйскому? Этого чудовища? И у вас хватило дерзости?

Явиться ко мне? Сеньор Агюстен, господин Дебюсси один из самых благородных

рыцарей. Рыцарь этого дьявола?

Убийца моей дочери?

Что вы сказали?

А вы, вы разве не знаете?

Я думал, что вся вселенная должна носить траур по моей Диане.

Герцог Анжуйский убил, убил моё дитя, мою

девочку.

Диана, это неправда.

Это неправда, этого не может быть.

Это неправда, этого не может быть.

Господин барон, позвольте мне с вами поговорить наедине.

Я потом вам все объясню, Жанна.

Этого не может быть.

Этого не может быть.

Господин барон.

А почему вы решили, что ваша дочь погибла?

Кто сообщил вам о ее смерти?

Господин Демон Сиро.

И вы вполне доверяете ему?

Да.

Он пытался спасти ее, но ему, увы, это не удалось.

А после того рокового дня?

Господин граф, подавал о себе какие-нибудь известия?

Нет, но прошло не так много времени.

Ему, очевидно, стыдно показаться мне на глаза, потому что ему

не удалось выполнить свое великодушное обещание.

Господин бар, несмотря на то, что вы так доверяете графу де Монсоро,

Я боюсь, что вам далеко не все известно о судьбе вашей дочери.

Что вы хотите этим сказать?

Господин барон, вам необходимо поехать со мной в Париж.

В Париж?

Зачем?

Герцог Анжуйский желает побеседовать с вами. Беседовать со мной?

А что он может мне сказать?

Господин барон, может быть, он сумеет оправдаться?

Мне не нужны его оправдания.

Нет, господин де Бюсси, благодарю вас, но в Париж я не поеду.

Позвольте мне все-таки настоять на моей просьбе, господин барон.

Поверьте, это необходимо.

Если вас не удовлетворят объяснения герцога, вы можете обратиться к королю.

Пожалуй, вы правы.

В своем горе я забыл, что в моих руках есть еще одно оружие.

Я обращусь к королю с просьбой наказать убийцу моей дочери.

Но если он не пожелает меня выслушать, я обращусь ко всему французскому

дворянству.

Я...

Поеду с вами в Париж.

Мне почему-то хочется вам верить, господин Дэвиси.

Господин Жеко, несколько дней тому назад я сообщил вам радостную новость, что ваш

сосед в жуткой лихорадке. Так.

Сегодня я принес еще более радостную весть. Что? Он умирает.

Умирает? Да.

Вы в этом уверены?

Он бледен, страшно возбужден и без памяти пытался схватить я за горло и за

души. Что?

Да.

Беспрестанно кричит, берегите короля.

И где этот человек из Авеньона? Где этот человек из Авеньона?

И самое интересное, что этот самый человек из Авеньона, о

котором он беспрестанно кричит, сегодня явился.

Интересно послушать, о чем они говорят.

Да я сам хотел послушать, но он меня выпроводил из комнаты под предлогом, что

хочет исповедаться.

А кто же вам мешает остаться возле двери и подслушать?

Какая мысль!

Как я сам не догадался!

Счастливого пути, солдат.

Стоять.

Теперь же он

черного всех попрал.

Он уехал. Я знаю.

Найдите брата Гранд Фло и приведите его ко мне немедленно.

Даже если он пьян? Тем более.

Постараюсь.

У кого же остались бумаги?

Где он?

Черт!

Смерть Христова!

Только бы он не увез генеалогическое древо.

Хотя нет, адвокаты хитрые бестии.

А она ж в особенности. Где этот бездельный Гранд Фло?

А то все разводим.

Ага.

Вот сюда.

Да-да-да.

Помогите.

Вот так.

Ложитесь.

О, Господи!

Бедный он совсем выбился из сил.

Значит,

исповедник уехал.

Да он такой же исповедник, как я. Какая там исповедь? Они шептались меньше

минуты. А больной?

Он не больной, он не жилец.

Жаль, что его не успели исповедать.

Нет, нет, нет. Пусть безбожник сдохнет без покаяния.

Сударь, я не довожу свою ненависть до такого

состояния, чтобы желать погибели душе и телу.

Прекрасные слова.

Вы добрейший человек и истинный христианин.

Так что же делать?

Отец Гранфло, его должен исповедать.

Оставьте нас на несколько минут, сударь. Я должен его подготовить.

Конечно, конечно.

Как я сам не догадался.

Заткнись.

Скотина.

Вставай, вставай.

Вставай! Вставай, пьяница!

Если человек выпил глоточек винца, уже сразу пьяница?

С тобой можно говорить серьезно?

Можно.

Я буду серьезен, как осел на водопое. Фу, осел после водопоя. Посмотри, на

кого ты похож.

На кого? Смотреть же тошно. Ты же погряз в пьянстве. В то время, как святая вера

брошена на произвол судьбы.

Это ты сейчас о ком? Обо мне?

А тебе, черт возьми, о ком же? Я как и думал, ты прав, Шико.

Нет, ты заслужил, чтобы небесный огонь спалил тебя до сандалий.

Если так будет продолжаться, я тебя брошу.

Нет, Шико, ты этого не сделаешь. Нет, брошу тебя.

Не надо, Шико, ну пожалуйста.

Скотина. Скотина.

Мерзавец.

Мерзавец. Сволочь.

Сволочь. Какое время ты выбрал для распутства, когда наш сосед, христианин,

кончается? Ты христианин? Я христианин. Так вот, не дай брату своему,

христианину, умереть без покаяния. Я не дам. Я не дам. А где он, мой брат,

христианин? И сейчас быстренько его исповедую.

Шико, я только сначала выпью, а то у меня все ужасно пересохло.

Выпей, выпей.

Я готов.

Ну, где мой брат?

Постой. Послушай мое указание.

Я оставлю сто пистолей в роге изобилия на твое имя. Ты можешь пить, есть, все,

что тебе вздумается.

Если ты исповедуешь этого почтенного полупокойника, так?

Как я прикажу.

Шико. Я 20 лет монашествую.

Все сделаю наилучшим образом. Послушай меня.

Твоя ряса облекает тебя большой властью. Ты можешь говорить от имени бога и

короля. Еще бы. Поэтому своим красноречием ты должен убедить этого

человека отдать тебе бумаги, которые привезли ему из Авеньона.

Зачем?

чтобы получить 100 пистолей.

Я пошел. Ты можешь говорить о Боге, о дьяволе, о чем угодно. Что хочешь ему

говори, но любой ценой ты должен забрать эти бумаги.

Понял.

А если он не отдаст? Тогда не отпустишь ему грехи или предашь анафеме. Нет.

Я заберу их у него силой.

Иди, я пошел.

Если что, кричи, зови меня.

Заключу, не сомневайтесь.

А вот и я, сын мой, вот и я.

Добрый день, бедный, бедный брат мой.

Зачем вы пришли сюда, отче?

Я побеседовать о спасении вашей души.

Благодарю вас, но ваши заботы напрасны, мне уже полегчало.

Козни, козни сатаны.

Он так хочет, чтобы вы умерли без покаяния.

Да нет, я уверяю вас, я здоров.

А я вам говорю, я вам говорю, что вам надо подготовиться к худшему.

Не тяните, возлюбленное мое чадо.

Давайте, давайте, давайте, исповедуйтесь мне о своих грехах. Я повторяю вам, что

я вполне здоров.

А я вам говорю, вы заблуждаетесь.

Заблуждаетесь. Вот лампада всегда перед тем, как погаснуть, она вспыхивает или

наоборот, я не помню.

Ну, ну, ну, давайте, давайте, давайте, расскажите мне о ваших козлях,

заговорах, интригах.

О чем?

О чем?

Господь Бог позволит мне простить вам ваши грехи только, если вы мне отдадите

ваши бумаги.

Какие бумаги?

Те, что вам привезли из Авеньона.

Где бумаги? Или не будет тебе никакого отпущения?

Да плевал я на твое отпущение, король я!

Ах,

ты грязная скотина!

Ну!

Что? Что, отче?

Вот так!

Ну что, пришел твой черед исповедаться? Так ваше болезнь чистое притворство!

Твое дело не спрашивать, а отвечать! Говори, кто ты такой?

Кто ты такой?

Вы же видите!

Я вижу, но имя! Имя!

Брат! Брат Городло!

Откуда ты знаешь, что бумаги у меня? Мне сказали!

Кто? Тот, кто послал меня сюда.

Кто послал тебя? Имя? Я не могу этого сказать.

Нет, ты скажешь имя. Я закричу. Тогда я убью тебя.

О, Боже.

Боже, я сделал все, что мог.

Ну же, щеку.

Королевский шут.

Где он сейчас?

Я здесь.

Любезный господин Давид, неужто это вы?

Да, я.

Разумеется, я.

Я счастлив вас видеть.

Мой бедный Гран-Фло, идите ко мне.

Ну ладно, успокойся, успокойся, мой дружок. Ты так натерпелся.

Теперь, когда выяснилось, что этот господин вовсе не при смерти, ему не

нужен исповедник. Сейчас он будет иметь дело с дворянином.

Дружок, иди, постой на лестнице. Посмотри, чтобы нам никто не помешал.

Я думаю, что наша беседа не затянется.

Я знаю с удой, что вы прекрасный фехтовальщик.

Но сегодня это вас не спасет.

Неплохая шутка. Шутка очень хорошая. Тем более, что придумал ее я.

Поздравляю. Но сейчас она понравится вам еще больше.

Как вы думаете, мэтр Николай Давид, зачем я к вам пожаловал?

Я думаю, за недополученным ударом Витча.

который я остался вам должен от имени герцога Майенского, в тот день, когда вы

так ловко сиганули в окно.

Нет, сударь, счет этим ударом я хорошо помню.

И будьте уверены, я их отдам тому, кто приказал их мне нанести.

Я появился здесь, сударь, за неким генеалогическим древом, который господин

Дегунди привез из Авеньона.

Каким генеалогическим древом?

Древом герцогов, дегизов.

Так ты еще и шпион.

Я думал только шут. С вашего позволения, сударь, я буду и тем, и другим. Как

шпион я приведу вас на веселицу, а как шут я посмеюсь, когда вас вздернут.

Вздернут? Да, сударь, да.

Высоко и сразу.

Надеюсь, вы не настаиваете на обезглавливании. Это привилегия

дворянского сословия.

Впрочем, мэтр Николя, мы можем с вами договориться.

Каким образом?

Вы мне поможете погубить герцога и отдадите бумаги. Слово дворянина, я вас

спасу. А если я их не отдам? А если не отдадите, сударь, слово дворянина, я вас

убью.

Нет, Шот, это я тебя убью.

Тот, кто знает тайну Древа Гизов, должен умереть.

Ну-ну!

Что, садырь, начинаете понимать?

Последний раз предлагаю.

Бумаги! Бумаги!

Как вы?

Изговорчивый сука!

Опля! Я убью тебя!

Я здесь.

Ну что ж, вы не ввели моего предложения. А теперь, мэтр Николя, я вас убью.

Вот удар.

Извините, мэтр Николай Давид, я дал слово дворянина.

Я считал тебя хитрецом, а ты оказался глуп, как рейтар.

Я ведь не знал, где ты прячешь свои бумаги. Ты мне сам показал.

Гран-фло, здесь!

Есть основания так думать. Господи, только что еще был так здоров. Даже

слишком, но он хотел проглотить не совсем съедобные вещи. Гран-фло, я

поскочу вперед так быстро, что тебе за мной не угнаться.

Подождите, а как же я? Что я буду кушать?

Когда я даю, я даю, а не заставляю просить милостыню своих друзей, как

водится у вас в аббатстве святой женихе.

Этот богохульник еще жив?

Мэтро Бернуэ, в вашем доме произошло большое

событие. Простите, не понимаю.

Человек из Авеньона, посланник папы, он прибыл сюда с

тайной миссией.

С какой миссией?

Тихо, мой ужас.

Мой ужас! Что же теперь будет? Что будет? Я же потеряю всех своих

постояльцев.

Стыдитесь,

мэтр Бернуэ.

Этот бешеный роялист-богохульник умер.

Божий суд свершился у вас в доме.

Это великая честь, которую оказал вам папа.

Да, да, да.

Как я сразу не догадался.

Умирают враги святой веры.

Аминь.

Аминь, я говорю.

Вот я все сижу, понурка, и думаю.

Мне очень нравится город Лион, понурка.

Но с тех пор, как мы расстались с господином Шико, я ни разу не ощущал

чувства сытости.

Не могу я есть эту гадость.

Не могу.

Ты ешь траву, а я-то траву есть не могу.

Я тебе честно скажу, я воду пить не могу.

Без вина у меня плохо работает желудок.

У нас есть только один выход, подружка.

Это идти в Париж.

Где мне в сумку кумушки всегда положат кусочек курочки или сладких орешков. А!

И может быть мы встретим там нашего дорогого господина Шико, который никогда

не оставлял нас без курицы и отрубей.

Париж, мой друг, ты пойми, пойми, Панурк, мы с тобой не созданы для

провинции. Наш город, это Париж. Только в Париже я, например, могу проявить свой

талант оратора, талант проповедника и кто я еще бываю, а, трибуна.

Ты же знаешь, какой я трибун, особенно если выпью пару стаканчиков

бургундского. Ну, давай, мой мальчик, я проявлю свой талант, а Господь Бог

проявит свою волю.

и покормит нас хорошим завтраком. Я очень прошу тебя.

Это здесь, господин барон?

Здесь? Да, мы уже в них.

Позвольте, я помогу вам.

Странным. Я прошу вас.

Чей это дом, господин депутат?

Это дом графини де Монсоро, господин барон.

Графини де Монсоро.

Осторожней, господин барон.

Я думаю, что мы подождем здесь.

Присядьте, господин барон.

Батюшка!

Батюшка!

Батюшка, что с вами?

Господин барон считал вас мертвыми, сударыня.

Я плакал, как подобает отцу.

Батюшка, вы видите, все хорошо. Это я.

Диана.

Отец мой.

Как я рада вас видеть.

Девочка моя.

Боже мой, какое счастье. Это счастье, батюшка.

О, сеньор Дебюсси, вы сказали,

что меня привезли...

В дом графини де Монсро?

А где же она?

Она перед вами, господин барон.

Господин Де Монсеро, мой зять.

Странно.

Батюшка, почему вас это удивляет?

Разве не вы приказали мне выйти за него замуж?

Но почему он не сказал мне о том, что ты жива?

Мне кажется, что тут есть какой-то умысел.

Господин де Бюссель, что вы думаете по этому поводу?

К сожалению, сударыня, у меня нет права вмешиваться в ваши семейные тайны.

Но господин барон сам отдал вашу руку господину де Монсоро.

Да и вы обещали графу стать его женой при условии, что снова увидите вашего

отца. Не разрывайте мне сердце, господин де Бюсси.

Батюшка не знает, что я боюсь господина де Монсоро.

Батюшка видит в нем моего спасителя.

А я чувствую, что этот человек и есть причина всех моих несчастий.

Диана!

Диана, девочка моя, этот человек спас тебя от позора.

Синьор де Бюсси, граф де Монсоро.

Спас честь моей дочери, и, следовательно, моя дочь принадлежит

господину Домоцару.

Боже, почему я не умерла?

А если опасность была не столь велика, как вам кажется, господин барон?

Если опасность была все-таки мнимой?

Если бы я оказался на месте господина Домоцару и спас вашу дочь, то, клянусь

богом...

Я не стал бы требовать оплаты за эту услугу.

Но он ее любит, господин Дебюсси. А я?

Что?

Господин Дебюсси, можете ли вы мне чем-нибудь помочь? Диана, опомнись,

Диана. Ты замужем за господина Дамонсеро.

А если герцог Анжуйский узнает, что ты жива, все погибло?

Я вижу.

Вы по-прежнему доверяете господину де Монсоро, синьора Гюйстен.

Несмотря на то, что я и ваша дочь убеждены, что истинная опасность исходит

именно от него.

А если так, мой долг выполнен, сударыня.

Здесь мне больше нечего делать.

Прощайте, синьора Гюйстен.

Прощайте, сударыня.

Господин де Беси!

Не покидайте меня.

Неужели вы сможете просто так уйти?

Неужели вы откажетесь меня защитить?

Хорошо, сударь.

Я вам ничего не обещаю, но я постараюсь выяснить, какую истинную роль сыграл

господин де Монсоро во всей этой истории.

Ведь мы с вами в союзе против господина Масура.

Прощайте, господа.

Очень рад, господин Дешеко.

Как пожелаете, сударь. Как нельзя лучше, господин Дебюси. Судя по вашему виду, вы

приехали издалека.

Да, я охотился, а вы, стало быть, путешествовали. Да, я проехался по

провинции. Сударь, вы не соблаговолите ли мне оказать одну услугу?

Даже не спрашиваю. Если сам господин Дебюси обращается ко мне с просьбой...

Для меня это, можно сказать, величайшая честь.

Кстати, как поживают наши прадедцы?

Как всегда, господин Дэшко, там покой и умиротворение.

А как прошла ваша охота?

Вы знаете, господин Дэбиси, весьма плодотворно.

Любезный господин Дэшко, я знаю, вы торопитесь, чтобы присутствовать на

утреннем туалете короля.

Разумеется.

Дело в том, что мансиньор Гетце-Канжуйский непременно должен быть

там. Так вот, я вас очень прошу, если он там, то, пожалуйста, передайте ему, что

я очень хочу его повидать.

А почему бы вам не пройти вместе со мной? А королю? Что вы, я боюсь увидеть

недовольное лицо его, видите?

Вот как?

Вы же знаете, он не балует меня своими улыбками.

Я думаю, что очень скоро все переменится.

Вы предсказываете будущее, господин Шикер?

Иногда, господин Вильс.

Иногда.

Шико.

Господа, наш друг Шико.

Беглец.

Бродяга.

Висельник Шико.

Ну вот.

Вернулось мое горе.

И мне теперь опять придется выслушивать одни колкости.

Рассказывай, где ты был.

Только не вздумай врать.

Ты знаешь, я заставил разыскивать тебя во всех притонах Парижа.

Что, какой-нибудь распутник удерживал тебя в заперти?

Это невозможно, Генрих. У себя в Лувре ты собрал всех распутников.

Стало быть, я ошибаюсь.

Бог мой, конечно, ошибаешься. Впрочем, как всегда, его все.

А вот и вы.

Господин главный ловчий, ну и когда же вы угостите нас увлекательной охотой?

Бог мой, когда вам будет угодно, ваше величество.

Мне неприятно вам об этом говорить, господа, но, как видите, у меня есть все

основания, чтобы быть вами недовольным.

Бюсси?

Наконец-то.

Монсеньер, мне нужно с вами срочно поговорить.

Господа, вы свободны.

Ну?

Что произошло?

Ты уехал следить за прекрасной незнакомкой и пропал так надолго.

Почему ты не приехал раньше?

Вероятно, потому что не мог.

Именно об этом я и хотел с вами поговорить.

Ну что ж, давай поговорим.

Садись.

Ты...

Узнал, кто эта женщина?

Узнал, мансиньор.

Узнал. И вы пожнете то, что посеяли.

Стыд и позор.

Что ты имеешь в виду?

Вы меня прекрасно поняли.

И мне нет необходимости вам это повторять.

Объяснитесь, сударь, и оставьте для Шико загадки анаграммы.

Кто эта женщина?

Ведь вы же ее узнали, мансонер.

Так это все-таки была она?

Да.

Ты ее видел?

Да. И она говорила с тобой?

Конечно, мансиньор.

Только призраки не говорят.

А что, разве у вас были основания считать ее мертвой?

Или надеяться на ее смерть?

Слава Богу. Да прекратите вы вздыхать с облегчением и думать, что вы уже

оправданы, мансиньор.

Ибо, сохранив свою жизнь и честь,

Она попала в беду куда большую, чем смерть.

Что с ней случилось?

А с ней случилось то, мансиньор, что один господин, который помог ей спасти

жизнь, честь, заставил ее заплатить такую цену за эту услугу,

что лучше бы он ее не оказывал. Ну, договаривай.

Диана де Меридор, чтобы избежать бесчестия, бросилась в объятия человека,

который был ей ненавистен.

Диана де Меридор стала женой графа де Монсоро.

Этого не может быть!

Может, монсеньер.

Прекрасно, господин главный ловчий.

Мы обо всем договорились.

Посмотри-ка, сын мой, наш главный ловчий недавно встретился с волком.

Что?

Почему ты так думаешь?

Почему?

Что-то волчье осталось в его лице, в особенности в глазах. Господин Шико,

я редко бываю при дворе и не умею общаться с шутами, но предупреждаю, я не

потерплю оскорблений, особенно в присутствии моего короля.

Конечно, сударь, оно и видно. Вы полная противоположность нам, людям придворным,

потому мы так и смеялись над последней шуткой короля.

Над какой шуткой? Над тем, что он назначил вас.

Главным ловчим.

Мой друг Генрих не менее шут, чем я, но дурак поболее моего.

Господа, господа, поговорите о чем-нибудь другом.

Келюс.

Дурак.

Не угодно ли будет вам выйти и подождать меня в оконной нише?

Сделайте это, не привлекая ничего внимания.

Конечно, сударь, конечно, с удовольствием с вами.

Хоть в самую чащу леса.

Потом он подплыл в лодке под окно замка и похитил

вашу пленницу.

При этом он специально оставил на воде ее вуаль, что и принесло так много

нравственных страданий вашему высочеству.

Затем он переправил ее в Париж, запер в доме, который вы знаете.

И через некоторое время, запугав, вынудил сочетаться с ним браком.

Да, я хотел.

Я хотел, чтобы Диана полюбила меня.

Но я ни в коем случае не думал прибегать к насилию.

Хотя Мансара убеждал меня действовать решительно.

Он хотел вас заставить обесчестить ее.

Ну, конечно.

Ну, посмотри.

Посмотри, что он мне написал.

Вот.

Я все беру на себя.

Вам не о чем беспокоиться.

Похищение пройдет беспрепятственно.

А слезы высохнут, как только девица окажется перед лицом вашего высочества,

граф де Монсоро.

Он доказывал мне, что юная Диана мечтает о счастье стать моей любовницей.

Негодяй.

Мерзавец.

Обмануть меня.

Он заставил поверить меня в смерть женщины, которую я любил.

Которую он у вас украл.

А это очень подлый поступок, Ваше Высочество.

Ты увидишь, Беси, как я отомщу. Принцы не мстят, они карают.

Разве он не ваше создание?

Так покарайте его, Ваше Высочество, загладьте свою вину перед Дианой

Демиридор, сделав ее счастливой.

Да, но разве это в моих силах? Конечно.

А что можно сделать?

Дайте ей свободу.

Да, но каким образом?

Нет, ничего проще.

Бракосочетание было насильственным, следовательно, оно недействительно.

Прикажите расторгнуть этот брак, и вы поступите, как настоящий принц и

благородный дворянин.

Кравда Масару Вероломна похитил девушку благородного сословия и насильно на ней

женился.

Поэтому либо он сам должен потребовать расторжения этого брака, либо вы это

должны сделать за него.

Поторопитесь, мансонер.

Барон и его дочь ждут ответа, который я привезу им от вас.

Диана получит свободу.

Даю тебе слово, Бюсси.

Слово.

Дворянина.

Слово принца.

Ступай к графу де Монсоро.

Он в Лувре.

Передай мой приказ немедленно явиться ко мне.

Слушаюсь, мансонер.

Мы здесь одни и можем поговорить откровенно.

Послушайте, господин Шико, господин Шут, господин Дурак, как вам будет угодно,

я запрещаю... Уразумейте, как следуют эти слова.

Запрещаю вам смеяться надо мной.

И предлагаю поразмыслить, однако, прежде чем назначать мне свидание в лесу.

Почему так, господин главный ловчий? Я просто подумал, что вам будет приятнее

встретиться со мной в привычной для вас обстановке. Да потому что в лесу

произрастает большое количество палок и прутьев, которые вполне могли бы

заменить плетку, которую вас отхлестали по приказу герцога Майенского. Вы

напоминаете мне о мелочи, которую я должен герцогу Майенскому?

Хотите, чтобы я и вам задолжал точно так же?

Ну что ж, я ничего не имею против того, чтобы стать вашим

кредитором. Однако в их списке есть лицо поважнее меня.

Кто же этот кредитор?

Откройте мне, я прошу вас.

Мэтр Николя Давид.

Ну, о нем вы можете не беспокоиться.

Я ему больше ничего не должен.

Долг оплачен сполна.

Господин Депис, помогите мне, пожалуйста.

Господин Демансаро поднял меня и собирается гнать, будто я лань или

олень. Объясните ему, прошу вас, что он ошибается и имеет дело с кабаном, а

кабан иногда бросается на охотника.

Мне кажется, вы глубоко заблуждаетесь, господин Шико, думая, что господин

главный Ловчий принимает вас не за того, кем вы являетесь на самом деле.

То есть не за благородного дворянина.

Господин граф, я имею честь уведомить вас, что монсеньер герцог Анжуйский

желает побеседовать с вами.

Со мной?

Да, с вами.

Вы намерены сопровождать меня?

Только до двери его высочества, господин граф.

А то его, а то... Прошу вас, господин граф.

Рад вас видеть, господа.

Я прошу вас.

Смелее, граф.

Что-то происходит.

Уси.

Наконец-то, дружище.

Наслаждался твой отсутствие.

Знаешь, весь двор разоделся, как на праздник, узнав о твоем исчезновении.

А некоторые...

Просто вздохнули первый раз свободно с того дня, как ты научился держать шпагу.

Вы изъявили желание со мной побеседовать? Не так ли, монсеньер?

Да.

Не бойтесь, сударь, за этими портьерами никого нет.

Мы можем разговаривать свободно и вполне откровенно.

Ибо вы хороший слуга, господин главный ловчий французского королевства и

привязан к моей особени, так ли? Да, конечно, ваше высочество.

Ведь это вы помогали мне в моих делах, часто забывая свои собственные интересы

и подвергая опасности свою жизнь.

Вы очень добры ко мне, мамсеньор. Благодарю вас.

Я хотел поговорить с вами о нашей тайне, о бедном юном создании Диане

Демиридор.

Увы, увы, монсеньер. Вы ее оплакиваете. А разве вы ее не оплакиваете, ваше

высочество? Да, да, я часто жалею о своем роковом капризе.

Да вы здесь ни при чем, как, впрочем, и я.

Случилось несчастье, случилась беда, которая происходит довольно часто, едва

ли не каждый день. Что поделаешь?

Да, тем более смерть окутала все своим безмолвием. Не так ли?

Я знаю, что вы мне хотите сказать.

Коли так, говорите?

Ваше Высочество,

Хочет дать мне понять, что, возможно, Диана де Меридор не умерла.

А это значит, что человек, обвинявший себя в ее гибели, лишен всяческих

угрызений совести, не так ли?

О, сударь, как долго вы тянули, прежде чем решились довести до меня эту

утешительную мысль.

Вы видели, как я мрачен, удручен.

Вы знаете, что после гибели этой женщины меня мучают кошмары. И вы заставляли

меня томиться и мучиться. Как?

Как должен я называть подобное поведение, сударь?

Вы меня как будто в чем-то обвиняете, ваше высочество.

Предатель, я тебя обвиняю и настаиваю на своем обвинении. Ты меня обманул.

Ты перехватил у меня женщину, которую я любил. Да, это верно.

Ах, это верно.

Наглец.

Ваше Высочество, видимо, позабыли, что вы имеете дело с дворянином

и вашим добрым слугой, монсеньер.

Я хочу сказать, что если вы пожелаете рассудить хладнокровно,

вы сможете понять те причины, по которым я завладел этой женщиной, тем более, что

вы и сами хотели завладеть ею.

Вот мои извинения.

Я горячо люблю Диану Демиридор.

Но и я тоже.

Но она вас не любит. А тебя она любит? Тебя!

Возможно. Ты лжешь! Ты лжешь, негодяй! Подлец!

Что там творится, Бесси?

Да ничего особенного.

Просто мансиньор герцог Анжуйский очень горько пожалел о том

покровительстве, которое наказал господин граф Ганнесуру.

Ах, Бесси!

Ты принудил ее насильно, как и я мог принудить. Но я, твой господин,

действовал силой, а ты пустил в ход вероломство. Из-за тебя, холопа, я

потерпел неудачу. Я люблю ее.

Какое мне до этого дело?

Мне!

Монсеньер, я не ваш холоп.

Поостерегитесь, ваше высочество.

Моя жена, Диана де Меридор, принадлежит мне точно так же, как мне принадлежат

моя земля, мое имя и моя честь. И никто, слышите ли вы, никто

не сможет у меня ее отнять, даже сам король.

Я пожелал эту женщину, и я взял ее.

Правда твоя?

Ты ее пожелал?

Ну что ж, ты ее и отдашь.

Откажись от этой женщины.

Никогда.

Она моя жена. Мы обвенчаны перед Богом.

Если она твоя жена только перед Богом, то ты вернешь ее людям.

Либо ты сам расторгнешь этот брак, либо я его расторгну.

Завтра же Диана де Меридор вернется к отцу.

Завтра же я отправлю тебя в изгнание. Даю тебе час.

На продажу должности главного ловчего. Иначе берегись, я тебя уничтожу, как

этот стакан.

Я не отдам свою жену, не откажусь от должности, и я не

уеду из Франции.

Что? Монсоро, я тебя уничтожу?

Однако вместо всего этого я обращусь с просьбой о помиловании королю

Франции.

К новому королю Франции, избранному в аббатстве святой Женевьевы. И буду

надеяться на то, что мой новый суверен, добрый и щедрый, сможет принять первого

человечика с его прошением. Тише, тише, Монсоро.

Тише. Ваше прошение.

Изложите мне его. Только умоляю, говорите тише.

Конечно, конечно, Монсеньер.

Я буду говорить с вами, как подавает верноподданнейшему слуге.

Всему виной роковая любовь.

Мне нужно было потерять совершенно рассудок, чтобы забыть о том, что Диана

де Меридор приглянулась вашему высочеству.

Но мне хотелось бы напомнить вам, ваше высочество,

что не только доброта и щедрость, но и...

Благодарность одна из первейших добродетелей истинного короля.

Что? Что вы хотите этим сказать?

Я хочу сказать, что настоящий король никогда не забывает, кому он обязан

своей короной. А вы своей короной будете обязаны мне.

Мансаров, неужели вы предадите своего короля, как только что

предали своего принца?

Ваше Высочество, я верен тому, кто меня поддерживает.

Откажитесь от этой женщины.

Пойдите на эту жертву. Я сделаю для вас все, что вы попросите.

Разве ваше высочество все еще любит Диану де Меридор?

Да нет, дело не в этом.

Тогда что же смущает ваше высочество? Кого касаются мои семейные тайны? Но

Диана не любит вас.

Кому какое дело?

Но сделайте это для меня.

Не могу.

И если мой новый государь не сможет защитить мою честь и мое счастье, я уйду

к старому.

Но это бесчестно.

Да, это бесчестно, но я люблю так сильно, что я не остановлюсь перед

бесчестьем. Но ведь это подло. Да, ваше высочество, это подло.

Но я люблю так сильно, что не остановлюсь перед подлостью.

Ваше высочество, если вдруг захотите меня убить, не забудьте о том, что есть

тайны, которые всплывают вместе с трупами.

Давайте оставаться каждый на своем месте. Вы королем, исполненным

милосердия. Я вашим верноподданнейшим слугой.

Чего вы просите?

Одного.

Прощение. Вы даруете мне его?

Да. Вы сможете почтить улыбкой мою жену в тот день и час, когда она будет

представлена ко двору?

Да.

Я благодарю вас, ваше высочество.

Прошу вас.

Господин граф.

Прощайте, мой друг. Между нами все решено.

Вы полагаете, что в моем положении лучше всего было бы поставить в известность об

этом всех?

Да, да.

Все эти тайны просто детские забавы.

Значит, нынче вечером я смогу представить ее королеве?

Идите и не беспокойтесь, я все устрою. Благодарю вас.

Господа, с благоволением моего покровителя монсеньера герцога

Анжуйского, я хочу огласить мой брак с Дианой де Меридор, и нынче вечером я

смогу представить ее ко двору.

Поздравляем, гранат.

Продолжение следует...

Распорядитель лесов-земелевод, главный ловчий французского

королевства, граф Бриан де Монсеро.

Государыня, прошу высочайшего соизволения представить ко двору графиню

Диану де Монсоро, дочь барона де Меридор, мою жену.

Я очень рада за вас, милая.

Как поживает ваш батюшка?

Спасибо, хорошо, ваше величество.

Он с гордостью вспоминает о своей службе при дворе и, как всегда, предан вашему

величеству.

Я помню его за сны.

Гий Пати Дюфор, сеньор де Пебрак.

Графини де Монсоро, моя жена.

Антуан де Роль, граф де Жаолен.

Графини де Монсоро, моя жена.

Моя жена.

Диана де Монсоро. Моя жена.

Графиня де Монсоро. Моя жена.

Диана де Монсоро. Моя жена.

Господин граф, вас лихорадят.

Да ты, Реми.

Да, я.

Я ждал вас.

А свидание с Гертрудой?

Служанка, которую любят, стоит больше графини, которую не любят, Реми.

Я не мог уйти.

Я знал, что вы скоро вернетесь.

Почему?

Потому что там, где страдают, долго не задерживаются.

Она не пожелала даже взглянуть на меня, Реми.

Она ни разу не подняла на меня глаз.

Но могла же она честно сказать, я благодарю вас за все, что вы для меня

сделали, господин Добеси, но я вас не люблю.

Чтобы я сходил с ума.

Господин граф, нужно лечь в постель.

Я действительно схожу с ума, Реми.

Я безумец.

Я схожу с ума из-за женщины, которая мной пренебрегает. Мной из-за кого?

Из-за этого провинциального чучела, которое торчало в двух шагах от нее.

И тоже делало вид, что меня не замечает. Меня!

Меня.

Луи Клермона.

Графа Дебюси.

Да стоит мне только захотеть.

Стоит мне только захотеть и я.

Через 15 минут положу его под свои колени, с рваной раной в груди.

Стоит мне только захотеть, я залью ее белое платье его поганой кровью.

Если я не могу заставить ее любить себя, я заставлю ее бояться.

Ненавидеть меня, Рами.

Господин граф.

Господин граф, если вы не хотите, чтобы лихорадка окончательно убила вас, вам

надо лечь в постель.

Идемте.

Идемте со мной.

Идемте.

Я вам приготовлю замечательные лекарства.

Я убежден, это вам поможет.

А потом я вам почитаю занимательную книгу.

Там можно почерпнуть много полезнейших советов.

Ведь вы же не хотите, чтобы лихорадка свалила вас на дырку, правда? Поэтому

лучше лечь сейчас, и все будет хорошо.

Я хочу показать вам свой любимый удар.

Его подарил не один поляк, к сожалению.

Его уже нет в живых.

Господин Шамберг.

Прошу вас.

Нападайте.

Смелее, смелее.

Еще.

Повторяю для таких, как Шико.

Медленно.

как я буду сокращать дистанцию. И... Вот так,

господа. Главное в этой жизни вовремя сократить дистанцию. Продолжайте.

Прошу прощения, что отвлекаю вас, но дело...

Особой важности заставляет мне обратиться к вам с просьбой. Я слушаю

вас, господин Декрион. Я прошу, ваше величество, назначить на завтра Большой

Королевский Совет.

Королевский Совет?

А вам известно, что в Большой Королевский Совет собирают в случае

чрезвычайных обстоятельств?

Государь.

Речь идет именно о таких обстоятельствах.

Хорошо.

Завтра в девять часов утра Большой Королевский Совет готов вас выслушать.

Господин Декрион.

Что ты читал, Шико?

Я читал главу из Гаргантюа и Пантегрюэля, которая не вошла в

книгу из-за своей крайней непристойности.

Обязательно дай мне ее почитать. Я обязательно дам тебе почитать ее,

государь, когда найду подходящее время.

Ты дружишь с дурной компанией, Генрих.

Зачем приходил господин Декрион?

Он просил моей аудиенции.

Кстати, Шико, как ты думаешь, что он хочет нам сказать?

Ты меня спрашиваешь об этом?

Шико, Декрион отвечает за нашу безопасность. Что ты говоришь? Ей-богу,

не знал.

В отличие от тебя, я уверен, что он хорошо осведомлен.

Шомберг!

Вращение, вращение энергичней.

Подумать только, я бы мог спокойно читать Гаргантюа и Пантагрюэля, вместо

того, чтобы выслушивать подобные глупости. Ты что, сомневаешься в его

бдительности? Да, сомневаюсь, клянусь телом Христовым.

Сомневаться в этом у меня есть свои причины.

Не оставляйте господина графа одного.

А если он проснется, постарайтесь его развлечь. А если господин граф проснется

и спросит о вас, что я должен буду ему сказать?

Ну, скажите ему, что я пошел за лекарством от его болезни.

Начальник королевской стражи, господин де Крион.

Пусть войдет.

Наконец-то, господин де Крион. Мы вас давно ожидаем.

Как поживаете, господин де Крио?

Благодарю вас, государь. Вся наша жизнь посвящена заботам о

безопасности вашего величества и нашего королевства.

Мы слушаем вас.

Ваше величество.

Я присутствую на Большом Королевском Совете?

Да.

Здесь собрались самые верные мои друзья.

Говорите.

Государь, я намерен открыть Вашему Величеству

весьма опасный заговор.

Заговор.

Заговор.

Садитесь рядом, братец.

Вы слышали, брат мой? Господин Декрион открыл заговор.

Возможно ли это?

К сожалению, да, мой сеньор.

Мы слушаем вас, господин Декрион.

Государь, я достаточное время слежу за поведением...

Немногих недовольных. Немногих? Вы слишком скромны, господин Декрион. Да,

немногих. Это лавочники, ремесленники, всякий сброд.

Попадаются еще школяры, монахи. Ну, это все не бог весть какие принцы.

Ваше Величество, в подобных случаях Недовольные

всегда используют две главные опоры – армию и церковь.

Весьма разумно.

Говорите дальше.

Дело в том, что вот уже более двух месяцев за счет казны я содержу двух

достаточно ловких и смелых людей.

Правда, они отличаются непомерной алчностью.

Но именно благодаря этим людям...

Я узнал о первом сборище заговорщиков, Ваше Величество. Господин Декарион,

какова же цель этого заговора?

Ваше Величество, речь идет ни больше, ни меньше, как о второй ночи святого

Варфоломея.

Против кого?

Против гугенотов. Господин Декарион, примерно в какую сумму вам это

обошлось?

А действительно, в какую?

75 тысяч ливров одному государю и 100 тысяч другому.

Генрих, хочешь, я всего лишь за тысячу экю

расскажу тебе тайну, которую узнал господин Декрион?

Говори. Это Лига. Просто-напросто Лига.

Она существует уже 10 лет.

Господин Крион узнал тайну, которая известна любому парижскому

пьянчушке. Государь, мой лазутчик присутствовал на одном собрании

заговорщиков. Оно происходило в таком месте, которое вряд ли известно

господину Шико.

Где же?

В аббатстве святой Женевьевы, ваше величество.

Как вы сказали?

В аббатстве святой Женевьевы?

Этого не может быть.

Однако это так.

Что же они решили на этом собрании, господин Декрио?

Они решили, что члены лиги изберут себе вождей, а каждый записавшийся в списке

лиги добудет себе оружие государя. И это все,

господин Декрио?

Это действительно все?

Нет, это не все. Я тоже думаю, что это еще не все.

Говорите.

Государь.

Ну же, Крион.

Есть вожди.

Кто эти вожди? Их имена?

Я слушаю.

Ну, во-первых, один проповедник.

Фанатик бесноватый изувер.

Его имя Гаранфло.

Монах из монастыря Святой Женевьевы.

Гаранфло.

Кто еще?

Дальше!

Дальше?

Но это все, государь.

Говорите, говорите, Крион.

Здесь только мои друзья.

Ваше Величество.

Тайны не объявляют во всеуслышание. Простите меня, я государственный

человек. А мы здесь все люди государственные.

Подойдите ко мне.

Криев.

Государь, неизвестно имя главы заговорщиков. Ваше Величество, герцог

Дегис в Лувре.

Вот как.

Герцог Дегиз пожаловал в Лувр.

Да, государь.

Это он председательствовал на собрании заговорщиков.

А другие?

Другие?

Другие мне неизвестно, ваше величество.

Пусть войдет. Введите нашего кузена Дегиза.

Я рад вас видеть, дорогой кузен.

Вы прекрасно выглядите.

Неужели только сегодня вы прибыли?

с осады Ла Шерете.

Да, только сегодня, государь.

Ей-богу, ваше посещение для нас большая честь.

Большая честь.

Большая честь.

Государь, ваше величество, изволит шутить. Разве может вассал оказать честь

Сузерен? Я хочу только сказать, господин Дегиз,

что всякий добрый католик, вернувшись из похода, сначала посещает Бога в какой

-нибудь церкви, а уже потом короля.

Ваши слова достойны вашей мудрости, государь.

Поэтому-то мы и прибыли сюда с полным доверием к вашему величеству.

Полюбуйся на доверие твоего кузена, Генри.

По-моему, у вас есть какое-то предложение ко мне, кузен.

Тогда выскажитесь откровенно или, как вы говорите, с полным

доверием. Что вы имеете нам предложить?

Одну из самых прекрасных идей, которая могла бы еще взволновать христианский

мир с тех пор, как крестовые походы сделались невозможными.

Говорите, мы слушаем.

Я имею честь сообщить вашему величеству о прожитке союза между верными

католиками. Что-что? Смерть Христова. Речь опять идет о Лиге.

Клянусь святым чревом, это Лига, созданная в день святого Варфоломея.

Неужели ты смог забыть, сын мой, столь победительную идею?

Ваше величество, государь.

Мы действительно назвали свое сообщество Святой Лигой.

И эта лига ставит себе главной целью защитить трон от наших заклятых врагов,

кугенотов. Хорошо сказано. Мне нравится.

Чего вы добиваетесь?

Сударь, к делу.

К делу.

Государь, я хочу сказать, что в наше время короли призваны вести две войны.

Войну духовную и войну политическую.

Войну с идеями и войну с людьми. Ах, как великолепно изложено!

Замолчи, дурак!

Люди – существа осязаемые, смертные. С ними можно бороться. Но

идеи, государь, это искры, упавшие в солом, и только зоркие глаза.

сумеют заметить пожар среди бела дня.

Вот почему нам нужны миллионы дозорных. А для того, чтобы

руководить этими дозорными, я предлагаю вашему величеству назначить

главного дозорного, то есть главу Святого Союза.

Вы закончили, мой кузен?

Да, государь, и как его величество могло видеть, говорил со всей откровенностью.

Ну, а вы?

Что вы на это скажете, господа члены Королевского Совета?

Что ты делаешь, Шико?

Я ложусь спать, государь, а завтра на свежую голову я отвечу моему кузену

Дегизу.

Итак, государь, а вы что думаете?

Я думаю, что вы, как всегда, правы, кузен.

Соберите ваших главных легистов, придите сюда вместе с ними, и я

назначу... Человека, в котором нуждается вера.

Когда, государь?

Завтра.

Все свободны.

А вас, братец, я попрошу остаться.

Я хочу поговорить с вами.

Вы знаете, братец,

Я самый счастливый король на земле.

Государь счастья Вашего Величества, если Вы действительно почитаете себя

счастливым, не более чем вознаграждение, неиспосланное Вам небом за Ваши заслуги.

Да, я очень счастлив, потому что если великие идеи не

осеняют мою голову, они осеняют головы тех, кто меня окружает.

Мысль, которую только что изложил перед нами мой кузен Дегиз, это

великая идея. Я рад, Ваше Величество, что Вы это понимаете.

Да. Да.

Мы сплотим вокруг трона всех добрых

католиков.

Признаюсь, я хотел бы вознаградить...

автора столь мудрого проекта.

Кстати, Франсуа, действительно ли герцог Дегиз

отец этого гениального плана?

Но если честно, брат... Конечно, честно.

То не один Дегиз.

Но кому же еще я должен быть признательным за эту идею?

Мне.

Вам?

Как?

В то время, когда весь мир ополчился против меня, подобные

идеи приходят в голову вам, Франсуа, человеку.

в котором я не всегда видел друга.

Ах, Франсуа, как я виноват, как я виноват.

Подумайте, какая победительная идея. Это ваша идея,

Франсуа, разом дает мне армию, деньги, друзей и покой.

И чтобы этот... Покой продлился долго.

Нужно только одно.

Что именно?

Наш кузен сказал, что великое движение должно иметь

своего вождя.

Да, несомненно. Для руководства этим движением нужен...

нужен выдающийся человек.

Да, государь.

Великий полководец, тонкий политик.

Полагаю, вы согласитесь, Франсуа, что герцог де Гиз во всех отношениях

подходит на этот пост.

Государь, герцог де Гиз и так уже слишком силен.

Если бы Гизы были наследными принцами, то в их интересах было бы возвеличивание

династии французских королей.

Но они лотаринские принцы.

Их дом всегда соперничал с нашим.

Франсуа, вы коснулись открытой раны.

Я не думал, что вы такой тонкий политик. Ну да, да, да.

Возвышение лотаринского дома. Вот причина, по которой я худею и покрываюсь

сединами. Я слабый и одинокий.

Я ничего не могу подделать против них.

Франсуа, без борьбы ведь они не отступят.

А любая борьба меня утомляет.

Спасибо.

Я назначу его главой лиги. Вы совершите ошибку, брат.

Ах,

Франсуа.

Ну кого же мне назначить на этот пост, на этот опаснейший пост?

Назначьте человека, который благодаря вашему могуществу мог бы не бояться трех

соединенных лотаринцев. Но кто?

Кто отвечал бы таким условиям, мой добрый брат?

Посмотрите вокруг.

Ну что вокруг, Франсуа?

Я вижу только вас.

Мой брат.

И Шуко.

Вы оба мои подлинные друзья.

Не так ли?

Ого.

Неужели он и меня собирается одурачить?

Вы все еще не понимаете, братец?

Никогда на это не согласитесь. Задача слишком тяжела. Вы подумайте, возиться с

тупыми буржуа, обучать их военному искусству.

А случай, если начнутся междоусобицы, и улицы обогрятся кровью, брать на себя

роль мясника, вам, самому большому вельможи нашего королевства.

Государь, может быть, я не стал бы этим заниматься ради самого себя, но ради вас

я сделаю все.

Добрый брат.

Превосходный брат.

Итак, Генрих, вы не возражаете, если я займусь этим делом?

Мне возражать?

Клянусь рогами дьявола, я не только не возражаю, наоборот, меня

просто пленяет ваше предложение. Все, что вы мне...

сказали превосходно.

Воистину меня окружают только великие умы.

Меня, величайшего осла в своем королевстве.

О, ваше величество, изволит шутить. Я?

Побойтесь бога.

Положение слишком серьезное. Но наш кузен Дегиз, вероятно, уже вбил себе в

голову, что он...

Должен руководить лигой.

Он тоже захочет командовать.

Так что берегитесь, Франсуа.

Этот человек не захочет оставаться в дураках.

Если на пути к моему назначению, государь, вы не видите других

препятствий, я беру на себя лично уладить все с герцогом.

И когда же?

Сегодня.

Неужели вы поедете к нему?

Не слишком ли большая честь?

Нет, государь, я не поеду к нему.

Он ожидает меня.

Где? Здесь у меня, в Лувре.

Но я слышал крики.

Его приветствовали, когда он выезжал из Лувра? Да, выехав через главные ворота,

он вернется через потайную дверь.

Король имеет право на первый визит герцога Дегиза, я имею право на второй.

Ах, дорогой мой брат, я благодарен вам.

Идите и договаривайтесь.

Что вы, что вы делаете?

Придите в мое объятие, я прижму вас к сердцу. Там ваше настоящее место.

Ступайте, брат.

Ах, Генрих, Генрих, как трогательны эти картины семейного

согласия. Шут!

И не стыдно? А еще король!

Все хорошо.

Вы были очень бледны, монсеньер.

Это бросалось в глаза?

Мне бросилось.

А король ничего не заметил?

Ничего. По крайней мере, мне так показалось.

Король задержал вас, монсеньер?

Вы разговаривали о моем предложении?

Да, сударь, да.

И что же сказал король, монсеньер?

Сама идея королю понравилась,

но...

Но ему кажется опасным ставить во главе всего дела такого человека,

как вы.

Боюсь, что лигу могут распустить.

Дьявол!

Это значит умереть не родившись.

Иными словами, кончить не начав.

Как ты посмел пойти за мной, негодяй? Не мешайте мне слушать, сын мой.

А может, все не так уж страшно?

Может быть, король просто хочет...

Отстранить меня от лиги?

Да мне тоже так кажется.

Вы понимаете, что все зависит от назначения главного вождя.

Если вместо того, чтобы устранить вас и разогнать лигу, король изберет

человека, понимающего значение всего дела... И кто же

этот человек?

Оба долго подерутся из-за кости. Вы тонкий политик, монсеньер,

если вам это удалось.

Да, мне это удалось.

И как быстро.

Да, однако, любезный герцог, еще ничего не решено.

Я не пожелал дать окончательного ответа, пока не увижу вас.

Почему, монсеньер?

Да потому что я не знаю, куда это все приведет.

Зато я знаю.

Тут пахнет заговором. Я вам скажу, монсеньер, не о том, куда это нас

приведет, а зачем нам это нужно.

Лига, это вторая армия.

Если первая в моих руках, а мой брат держит в руках церковь, то пока мы трое

едины, ничто не может устоять перед нами.

Да, но не забывайте, что я наследник короны.

Да, монсеньер.

А вы не забывайте о ваших врагах.

Особенно о Генрихе Набарском.

Ой, этот меня совсем не беспокоит. Он занят только любовными похождениями.

Сударь, да он первый будет претендовать даже на завязки вашего кошелька.

Он, как отощавший кот, подстерегает свою добычу.

Наварский следит за вами и за вашим братом. И когда случится несчастье...

Случится несчастье с

тем, кто сидит на троне.

Да, монсеньер, несчастные случаи не так уж редки в вашем семействе. Впрочем, вы

это знаете не хуже, а может быть, даже лучше меня.

Ты слышишь, Генрих?

Слышишь? Да, вы правы.

Короли нашей династии рождаются под роковой звездой.

Однако, мой брат Генрих Третий, в благодарение Господу, крепок телом, в

былые времена он перенес тяготы войны. Тем более, следует полагать, что он

выстоит и теперь.

Когда его жизнь?

Сплошные развлечения.

Все-таки, монсеньер, не забывайте об одном.

Развлечения, которым любят предаваться короли Франции, всегда хранят в себе

опасность. Вспомните вашего отца, Генриха II.

Ему удалось избежать опасности войны, а смерть подстерегла его как раз во время

одного из развлечений, о которых мы с вами говорим.

Во время турнира копье Монтгомери попало ему прямо в глаз.

Случайность.

Но Генрих II умер.

Но особую опасность для королей представляют книги.

Например, книги об охоте.

Их страницы так склеиваются друг с другом, что, перелистывая их, приходится

часто подносить пальцы к рту.

Герцог, прошу вас, вам нравится измышлять преступления?

Преступления? О чем вы говорите?

Я говорю лишь о роковых случайностях, которые подстерегают каждого короля.

Вот вы, например, воплощаете собой роковую случайность короля

Генриха Третьего.

Особенно, если вы являетесь главой лиги.

Потому что быть главой лиги то же самое, что быть королем короля.

Смотри, Генрих.

И еще одно.

Сделавшись главой лиги, вы уничтожите роковую случайность своего собственного

царствования, то есть Наварского.

Итак?

Итак, я приму предложение короля.

Ведь вы мне советуете его принять, не так ли?

Я умоляю вас принять его, монсеньер.

Ну что ж, хорошо, мы договорились.

Кстати, сегодня вечером все остается в силе?

Да, можете не волноваться, монсеньер. С утра мои люди уже заняты делом.

Вечерний Париж будет являть собой любопытное зрелище.

Будьте спокойны, ваше высочество. Я думаю, парижане вас поддержат.

Подписывайтесь в нашу святую лигу. Те, кто запишутся, будут нашими

друзьями. А те, кто не запишутся, будут нашими врагами. И повторится

ночь.

Если позволите.

Прошу.

Сударь, у вас превосходный почерк.

Я тоже так люблю.

Скажите, а третий к ней у вас нет?

Третий?

Особенно жарко теперь приходится еретикам. А тебе известно, что тебя

принимают за еретика?

Здравствуй, герцог, беги!

Здравствуй, герцог, беги!

А что это за крики?

Эти крики, они доказывают, что каждый хорош на своем месте. Герцог, беги, на

улице. А вы, мой друг, в лувр. Идите в лувр. Я вас провожу хотеть.

А ты пойдешь с нами?

Нет, мне очень любопытно досмотреть этот спектакль до конца. Ну, вот и оставайся.

Давайте я вас провожу все-таки.

Господин граф.

Господин граф, вы не спите, господин граф?

Его Высочество, герцог Аншуйский.

Пусть пойдет.

Но почему мне никто до сих пор не сказал, что Бюсси болен?

Господа, подождите меня здесь.

Бюсси.

Бюсси, что с тобой?

Ты так тяжело болен, что не можешь мне ответить?

Я действительно очень болен, мансиньор. Здесь слишком темно.

Это должно наводить на тебя тош...

Кстати, а почему

к тебе не позвали Мирона?

Лекарь короля не слишком хорош?

Для бюси.

Да поговори же ты со мной, а?

О чем?

У тебя какое-нибудь горе?

Ты сердишься на меня?

Сержусь.

За что?

К тому же на принцев не сердится, мансеньер.

Какой в этом прок?

Однако мы даром теряем время.

Конечно, я вам нужен.

Вы что ж думаете, я поверю, будто вы пришли навестить меня из дружбы?

Что ты себе позволяешь, Дуси? Что вам нужно,

мансеньер?

Ближе к делу.

Мне от тебя ничего не нужно.

Да, да.

Напрасно. Напрасно. Ты думаешь, что я пришел с каким-то расчетом?

Я просто хотел предложить тебе прогуляться по городу.

Ведь погода такая чудесная.

И весь Париж взволнован тем, что идет запись в члены лиги.

В городе опасно, и вам нужна моя шпага, мансионер.

Но с вами еще дюжина дворян.

А разве у вас нет арилии?

Ах да, он у вас выполняет несколько иные обязанности.

Постойте, туда нельзя.

Мне можно.

Кто там?

Кто смеет без предупреждения входить в комнату, где нахожусь я?

Это я, Реми.

Проходи, Реми.

Я лекарь, господин Аграфов.

Армии больше, чем мы, лекарь.

Монсеньер, ты слышал желание Его Высочества?

Да, но... Что но?

Но вы, господин граф, не будете сопровождать Его Высочество. Это еще

почему?

Потому что на улице слишком холодно.

И я запретил господину графу выходить.

Слишком холодно?

Да, слишком.

Беси, тебе следовало позвать Нерона, он настоящий врач. А я предпочитаю врача

друга, врача-ученому.

Ну что ж, раз прогулка так опасна для вашего здоровья, оставайтесь.

Так значит, решено, ты не хочешь рисковать.

Но вы же видите.

Мой лекарь запрещает мне рисковать.

В таком случае прощай.

Прощайте, мой сеньор.

А теперь вставайте и как можно скорее.

Арвиль, одеваться!

Зачем? Чтобы отправиться на прогулку. В комнате слишком жарко.

Я убежден, что свежий воздух пойдет вам на пользу.

Подожди, подожди, Ремень, я ничего не понимаю.

Прогулка с герцогом Анжуйским была бы для вас опасна. А с вашим лекарем она

будет просто целительна. Я так думаю.

Ну и куда же мы пойдем, господин?

Больше, чем лекарь. О, в один квартал, где, как я выяснил, воздух.

Настоящий бальзам для ваших болезней.

Братья!

Почему спросите вы?

Да потому что мы... Огонь! Кукинота!

Отсюда наши пути с тобой расходятся. Тебе нужно налево в Лувр, а я пойду. Это

же Гран-Фло, проповедник из монастыря Святой Веневьевы, о котором тебе

говорили.

И так, чтобы эта винная бочка была фонтаном Красноречия.

Наша земля есть чудо печали и скорби, потому что человеку,

братьям, большую часть жизни нет чем удалиться.

Мы не мертвецкие пьяные.

Зачем я пришел сюда?

Я пришел посмотреть, но здесь нынче полиция.

А что здесь нынче полиция, братья?

Может быть...

Я прикажу его повесить. Невозможно.

Учился. У него нет шеи.

Сегодня весь наш народ поднялся, встал на защиту.

Не будут католики знать ни минуты покоя. К оружию, католики!

Пусть и век от них взялся и начал устроить нам вторую Варфоломейскую ночь.

Ты поступил, а про меня чего?

Нас могли узнать.

И вообще, как улыбся я, когда мы приехали в Париж.

Заниматься любовью, мой милый юбочек.

Сегодня, по вашей вине, мы раз двадцать чуть не попали в беду.

Клянусь честью, дорогой Гриб, на этот раз никаких интриг, кроме политических.

С ума можно сойти.

Вечно к вашему Камзову какая-нибудь юбка пристегнута. Да не ворчи ты, сегодня

прекрасный день.

Одни парижане ненавидят меня всей душой и убили бы без всякой жалости, а другие

помогают мне расчистить дорогу к трону. А где вы находитесь? Это улица Ферранри,

государь. И здесь пахнет гнилыми вообще.

Когда я стану королем, я прикажу вас двигать на этом месте памятник.

Это прекрасная улица.

Именно здесь я почувствую, что нация близко.

Как я скучала.

О, Анри, Париж без вас невыносим. Я умираю от тоски.

Габриэль.

Неужели вы скучаете здесь, при дворе, где столько красивых, могущественных

мужчин? А скучаете по мне в объятиях герцога Анжуйского?

Вы же знаете, что все они одинаковы и безразличны мне. Вы же знаете, как я

люблю вас, как я верна вам, сердце.

Да, я знаю это, Габриэль.

Вы настоящий друг.

А я ценю это больше, больше, чем самую пылкую любовь.

Государь одного лишь желает, моя душа, увидеть в славе и величии человека,

которого я люблю всем сердцем.

И ради того, чтобы приблизить этот час, я буду служить герцогу Анжуйскому, как

вы того желаете.

Милая Габриэль, когда осуществятся все мои замыслы, я награжу тебя.

Я награжу тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Акриппа, садись.

Садись, поехали.

Ну уж нет, вы будете стеснять меня.

Тогда закрой дверь, беарнский медведь, и поступай, как знаешь.

Давай, трогай.

Сегодня я уже встретил герцога Дегиза, герцога Майенского, Генриха Валуа и,

наконец-то, Генриха Наварского.

Генрих Наварский в Париже.

Но стоит ли знать об этом моему королю? Вот в чем вопрос.

А зачем ему знать?

Он как раз по душе мне, этот пиарниц.

Вот настоящий претендент на престол.

Правда, его за ночь еще не хватает только власти, чтобы стать величием.

Нет, пожалуй, ничего не скажу.

Да и тем более это уже не так важно.

В конце концов, в этом королевстве правлю я.

Нет, не дают мне покоя этот Дегис.

Не, Аннуська, я путеводил здесь.

Куда

ты меня

ведешь, Реми?

Еще чуточку терпения, сударь. Мы уже почти пришли на операцию.

Посмотрите, какая прелестная улица. Что ты мне дурачишь, Эмит? Ты вытащил меня

из дома, подышать свежим воздухом, а притащил на какую-то окраину. Вы

посмотрите, какая церковь, сударь. Какова, а?

Как отлично расположена. Спасатели выходят на улицу, а за ней сад

церковного приклада.

Приступайте, приступайте.

Вас ждут в церковном садике.

Господин граф, сядьте.

Я прошу вас, сядьте.

Наша встреча не случайность.

Это я попросила господина Реми помочь мне увидеться с вами.

Я хотела доказать вам, что не отношусь к женщинам с забывчивым сердцем.

Я знаю, что вы болели, но я страдала не меньше вашего, потому что господин Реми

уверил меня... Что причина моих страданий ваша забывчивость.

Это правда.

Вы меня простите, сударыня, но вы так не похожи на всех остальных женщин.

И тем не менее поступаете как самые обычные из них.

Это ваше замужество, сударыня. Этот брак... Но вы же знаете, как меня к нему

принудили. Знаю.

Но вы легко могли его разорвать.

Неужели вы не чувствовали, что рядом с вами находится человек, который...

который так предан вам?

Но, сударь, женщина не может, не запятнав при этом свою честь, изменить

фамилию, которую она приняла перед Богом.

О, я понимаю.

Но я знаю одно.

Вы предпочли Монсоро, стали его женой и носите его фамилию.

Вот как вы думаете.

Ну что ж, тем лучше.

Значит, это судьба.

Судьба.

Вот я и стал тем, кем был.

Чужим для вас человеком.

Впрочем, я не мог рассчитывать ни на что другое после того приема, который вы мне

оказали в Лувре, сударыня.

Вы меня даже не замечали.

Вы не удостоили меня даже взглядом.

Но я ничего не могла поделать.

Рядом со мной был господин де Монсоро.

Он очень ревнует.

Да если бы вы знали, во что превратилась моя жизнь после того, как ваш брак

признан при дворе.

Я знаю.

И я страдала не меньше, чем вы.

Я боялась, что ваша болезнь помешает нам увидеться.

Дело в том, что мой муж, ревнуя к человеку, которого мы знаем, требует,

чтобы я покинула Париж.

И сегодня наша встреча последняя.

Завтра я уезжаю в Меридор.

Вы уезжаете?

У меня нет другого выхода.

Отец едет со мной.

Прощайте, господин Дебюси.

Значит, для меня все кончено.

Зачем вы так говорите?

Зачем я так говорю?

Я так говорю, сударыня, потому что... Потому что человеку,

который отправляет вас в изгнание, человеку, который лишает меня

возможности, последней надежды дышать с вами одним воздухом, видеть вашу тень за

занавеской, касаться мимоходом вашего платья и, наконец, боготворить живое

существо, понимаете, живое, а не тень, этому человеку оказывается...

Не достаточно того, что вы его жена?

Вы самый целомудренный из всех божьих творений, живущих на земле. Он еще

ревнует.

Он же вас еще ревнует!

Успокойтесь.

Успокойтесь, господин Дебюси.

Быть может, он не так уж виноват.

Если б вы знали... Если б я знал... Сударыня, я знаю одно, что мужу...

У которого такая жена, не должно быть дела ни до чего на свете.

Вот как.

Ну что, если вы ошибаетесь?

Господин де Монсоро, мне не муж.

Сударыня, я прошу вас.

Прошу вас, не плачьте. Я вас отпустите, Диана, я люблю вас.

Вы сошли с ума. Диана, поверьте, я люблю вас, я не могу без вас жить. Диана, я

люблю вас. Скажите только одно, я могу надеяться.

Я люблю вас, ребятки.

Я говорю, отдай мне эти

гугенотские гранаты, что лежат у

тебя под матрасом.

Он отдал их

моему другу. Правда, перед этим ему, моему другу, пришлось

воткнуть...

Как зовут твоего друга?

Простите, вы кого имеете в виду? Как его зовут? Как зовут твоего друга?

А, ну, Леша, скажу.

Скотина, я набиваю твоё брюхо, твой кошелёк, а ты передаёшь своё господино.

Секот, ты несправедлив ко мне. Я несправедлив? Ты выпал в мои секреты и

говоришь, что я несправедлив к тебе.

Вы пользуетесь тем, что я немножечко нетрезвый. Что?

Скотина. А что, иначе ты бы отлупил меня, своего друга?

Ну, какой ты мне друг, когда ты меня всего избил?

А что, прикажешь целовать тебя?

Уж лучше так.

Поехали. Как я поеду, когда слезы застилают мне глаза?

Чего? Я не вижу ничего.

А то я вижу.

А я не вижу, слышу.

Промолчи.

А что случилось с нашим медным другом? Нашему другу пора отдохнуть. Ну-ка,

живо?

Идите, идите.

Случилась страшная беда.

Наркдон поспорился с посланцем герцога Дегиза и, кажется, его убил.

Вот так вот.

Герцог Дегиз поклялся, не будь он герцогом, если не колесует его сажей.

Что теперь делать?

Во-первых, пусть проспится.

Я хочу, чтобы он не знал, как мы оказались здесь.

Пусть вообще думает, что он отсюда не выходил с той ночи, когда якобы произнес

речь в аббатстве. Не волнуйтесь, господин Шипков.

Он выйдет отсюда ровно через два дня.

Вы, как всегда, правильно меня поняли. Благодарю.

Скажи, Реми, а тебе не показался знакомым?

Тот самый дворянин, которого окунули в чан с синей краской на улице Кокьер.

Нет, он уже был основательно синий.

Ну, в любом случае, мне следовало бы ему помочь.

Но я был занят своими мыслями.

Вы знаете, мне показалось, что он как-то злобно, но настаращился и грозил

кулаком.

Ты в этом уверен?

Нет, он то что таращился и головой уручаюсь, а угрожал кулаком.

Не уверен. Все равно надо узнать, кто этот господин.

Я не прощаю подобных оскорблений, господин лекарь.

Боже, я знаю, кто это. Я слышал, как он ругался.

Черт возьми, да каждый бы ругался в подобном положении.

Да, но он ругался.

По-немецки.

Шамберг. Да, он самый.

Но, Реми, готовь свои мази.

Зачем?

Да потому что в скором времени вам придется штопать либо мою шкуру, либо

его. Господин граф, вы не будете настолько безумны, чтобы позволить убить

себя сейчас, когда вы, наконец, здоровы и счастливы?

Ах, Реми, ты не представляешь, какое наслаждение

рисковать жизнью, когда ты счастлив.

Я вас...

Понимаю. И тем не менее, вам придется отказаться от этого удовольствия,

господин граф.

Одна прекрасная дама поручила вас моим заботам и вынудила поклясться, что я

сохраню вас живым и здоровым.

Кстати, господин граф, счастье вам только померещилось, потому что ваше

счастье уезжает в Анжу.

Итак, господин граф, когда едем мы?

Не так скоро, как не хотелось бы, мэтр Реми.

Наш дорогой принц ввязался в такие дела,

что, мне кажется, я ему очень скоро понадоблюсь. Я не разбираюсь в политике,

господин граф, но я знаю, что когда вы тряслись от лихорадки у себя в постели,

он спокойно прогуливался под окнами вашей дамы, словно влюбленный испанец.

И был опознан в Монсоро, чему я очень рад.

Почему? Потому что это отводит подозрения от вас.

Мой любезный господин, я берусь штопать дыры от ударов шпагой, которые вы

получили в поединках, но я отказываюсь иметь дело с кинжальными ранами,

нанесенными из-за угла ревнивыми мужьями.

Ведь в подобных случаях они ведут себя, как настоящие скоты.

Нет, я знаю свой народ.

Мои добрые парижане, задиры,

насмешники.

Но они не способны на кровопролитие.

Конечно, если их не подтолкнет к этому какой-нибудь негодяй или враг.

Умница. Ну что ты.

А враги действуют.

Заговор ширится.

Государь, как же может быть государство без заговоров?

Кровь Христова.

Чем же будут заниматься братья короля, кузены короля, если перестанут

устраивать заговоры? Нет, Келюс.

Когда я слушаю ваши рассуждения, вижу ваши надутые щеки, я начинаю понимать,

что вы разбираетесь в политике чуть лучше ярмарочного комедианта.

Не смешно, государь.

Ну, скажи, Мажурон, я прав или нет? Только не надо убаюкивать меня

бессмысленными истинными.

Будто я торговец шерстью, который боится потерять своего любимого кота.

Ваше Величество.

Вот перед вами нарцисс.

Хорошая собака. Но попробуйте дернуть его за уши, он зарычит.

А наступите-ка ему на лапу, он укусит. Ну-ну, нарцисс.

Прекрасно.

Этот сравнивает меня с собакой.

Даже совсем наоборот, государь.

Я ставлю нарцисса выше вас, потому что пес...

Умеет защитить себя вы, ваше величество, нет?

Вот я и остался один.

Оскорбляйте меня, унижайте меня, покидайте и убивайте меня.

Это друзья, из-за которых меня упрекают, что я пускаю по ветру свое королевство.

Шико, мой верный Шико, где ты?

Прекрасно. Только этого нам не хватало.

Вполне понятно.

Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты.

Болтун.

Господи Иисусе.

Что с тобой?

Государь.

Поглядите на меня.

Вот как обходятся с друзьями вашего величества. Кто с тобой так обошелся?

Ваш народ.

Клянусь смерти Христовой.

Вернее, народ герцога Анжуйского.

Этот народ кричал, да здравствует Лига, да здравствует Месса, да здравствует

Дегиз, да здравствует Франсуа.

В общем, да здравствует все, кроме короля.

Что же ты сделал народу, что он с тобой так обошелся?

Да ровным счетом ничего.

Что может сделать народу один человек?

Народ признал во мне друга, вашего величества, и этого было ему

достаточно.

А Шумберт?

Что Шамберг?

Он не пришел к тебе на помощь?

Он не пришел тебя защитить?

Клянусь у Шамберга, и без меня забот хватало.

Он сорвал чипет жены красильщика и попался в руки ее мужа. И пятерых его

подмастерил. Проклятие!

Я сам приду к нему на помощь.

Пускай друзья покидают меня, но никто не упрекнет меня в том, что я покидаю своих

друзей. Благодарю вас, государь.

Не надо.

Я справился с ними сам.

Шамберг?

Что с тобой? Почему ты такого цвета?

Они окунули меня в чан с индиго.

Как?

Подумаешь, какое событие.

Ущипнули его жену.

Другой был бы счастлив.

Все произошло в одну секунду.

Я дрался как лев.

Но они меня схватили, подняли, окунули в чан и чуть не утопили.

И сами себя наказали, потому что Индига на инчерцене, а он питал в себя краски

не менее чем на 20 IQ.

Смейся, смейся, Келюс.

Хотел бы я посмотреть на тебя.

на моем месте.

Ну хорошо, как-то от них вырвался.

У меня хватило смелости решиться на трусливый поступок, государь.

Что же ты сделал?

Я крикнул, да здравствует Лика. И все.

Нет, к этому они меня заставили добавить.

Да здравствует герцог Анжуйский!

Но и это еще не все, государь.

В тот самый момент, когда я кричал, да здравствует

герцог Анжуйский, мимо прошел

Пюси.

Этот проклятый Бюсси, он слышал и видел, как я славил его господина. Я думаю,

что, скорее всего, он просто не понял, что происходит.

Да, черт возьми, как трудно было понять, что происходит.

И он не пришел к тебе на выручку?

Однако это долг дворянина по отношению к другому дворянину.

Ну, а впрочем, он мог тебя не узнать, ведь ты уже был синий.

Ну, синий. О, тогда его поведение простительно.

По правде сказать, мой бедный Шамберг, я и сам тебя с трудом узнаю. Ничего,

ничего. Мы с ним еще встретимся в другой день и в другой час, когда я не буду

торчать в чане.

Что касается меня, то я обижен не на слугу, а на хозяина.

И хотел бы встретиться не с Бюсси, а с мансиньором герцогом Анжуйским.

Да, да, да, государь, это герцогу Анжуйскому пели хвалы на улицах, и вы

сами их слышали, государь. Да, по правде говоря...

Сегодня хозяин Парижа, герцог Анжуйский, а не король.

Вы попробуйте выйти из Лувра, государь, и увидите, отнесутся ли к вам с большим

почтением, чем к нам. Почему вы не примете никаких мер против вашего брата?

Я заявляю, что для меня совершенно ясно, ваш брат стоит во главе какого-то

заговора.

Государь, завтра в Лувр явится господин Дегис.

Завтра он потребует, чтобы вы назначили главу лиги.

Завтра вы назовете имя герца Ганжуйского, как вы обещали это сделать.

Лишь только герца Ганжуйский окажется во главе лиги, то есть во главе ста тысяч

парижан, распаленных бесчинствами сегодняшнего вечера.

Вы полностью окажетесь в его руках, государь.

Ну, а если я приму решение?

Вы согласны меня поддержать? Да, государь.

Но сначала, государь, позвольте мне переодеться. А мне, государь, для начала

позвольте помыться.

Вступайте.

Ваше величество, значит, мы можем надеяться, что это оскорбление не

останется неотмщенным.

Филюс, узнайте, вернулся ли в Лувр герцог Анжуйский?

Значит, ваше величество решились?

Скоро увидите.

Допернон,

пойдите смените ваше платье. Шумберг, смените ваш цвет.

Мажерон. Да, сир.

Прикажите запереть все ворота Лувра. Слушаюсь, государь.

Ступайте.

Да здравствует король! Да здравствует король!

Прекрасно, государь. Аминь.

Простите, ваше величество.

Государь, герцог в Лувре.

Кто с ним?

Господин де Монсоро.

А господин де Бюсси?

Господина де Бюсси с ним нет.

Отлично.

Шомберг и де Пернон уже привели себя в порядок?

Да, государь.

Скажите господину де Монсоро,

что я желаю с ним говорить.

Господин Декилюс уведомил меня, что вы призываете меня к себе, Ваше Величество.

Да, сударь.

Прогуливаясь сегодня вечером, я подумал, что завтра мы могли бы отменно

поохотиться.

Так что отправляйтесь тотчас в Винсен и прикажите выставить для меня ланю, а

завтра мы ее затравим.

Я полагал, что завтра вы удостоите аудиенции монсеньера Анжуйского и

герцога Дегиза, для того, чтобы выбрать, вернее, назначить главу лиги.

Ну и что из того, сударь?

Вам может не достать времени.

Тот, кто правильно употребляет время, никогда не ощущает в нем

недостатка.

Отправляйтесь немедленно.

Сегодня ночью у вас будет время выставить лань.

Шомберг, Келюс, прикажите от моего имени открыть ворота Лувра

для господина главного ловчего.

И от имени короля запереть их, когда он уедет.

Это что же, прихоть короля? Да.

Но в таком случае я должен непременно предупредить монсеньера герцога

Анжуйского о своем отъезде.

Мы сообщим герцогу. Не тратьте на это драгоценное время, господин главный.

Вы уже слышали.

Король приказал выехать немедленно.

Жирон, зажгите фонарь.

Келес еще не пришел? Мы здесь, Ваше Величество.

Все в порядке?

Да, Государь.

Правда, главный ловчий несколько неохотно покидал лову.

Следуйте за мной.

Куда мы направляемся, государь?

Кто дойдет, узнает.

И ни звука.

Что это значит?

О, Господи!

А будьте с ним до пернона.

Государь, честь, которую вы мне удостаиваете, так неожиданна, что она...

Что она пугает, не так ли?

Нет-нет-нет, брат.

Оставайтесь в постели, не вставайте.

Да, но, государь, все же позвольте мне... Вы читали?

Да, ваше величество.

Ничего заслуживающего внимания.

Вечерняя корреспонденция.

Вечерняя... Корреспонденция, разумеется, корреспонденция Венеры.

Ваше Величество желает поговорить со мной наедине?

Все, что я имею сказать вам наедине, вам придется выслушать при свидетелях.

Господа, слушайте хорошенько. Король разрешает вам.

Государь!

Прежде чем оскорблять человека моего положения, вы должны были бы отказать

мне в гостеприимстве в Лувре.

У себя во дворце я смог бы ответить вам подобающим образом.

Вы забываете, что где бы вы ни находились, вы являетесь моим подданным,

потому что, слава Богу, король этой земли я.

Однако, ближе к делу, дайте мне это письмо.

Какое?

Да то, что вы читали.

То, что лежало у вас на постели. И то, что вы спрятали, увидев меня.

Подумайте, государь. О чем?

О том, что ваши требования недостойны дворянина. Дайте мне письмо.

Государь, подумайте, это письмо от женщин. Есть письма женщин, которые

следует читать обязательно. И очень опасно оставлять их непрочитанными.

Пример?

Письма нашей матушки. Брат.

Письмо.

Это письмо не от женщины, а от одного из ваших сообщников, латалинских принцев. Я

видел печать.

Дайте мне это письмо, иначе я прикажу, и вас вырвут его силой.

Помогите!

Помогите! Стража, ко мне!

Хочет убить меня!

Нет, я не собираюсь убивать вас, брат.

Вы пытались бороться, вы проиграли.

Так признайте себя побежденным.

Теперь вы поняли, что господин здесь король.

Ну так скажите это не шепотом, а во весь голос.

Я говорю это, брат.

Я объявляю об этом.

Ну тогда дайте мне письмо, которое вы только что пытались сжечь.

Вы слышите?

Король!

Приказывает вам дать ему письмо.

Это все, государь?

Нет, сударь.

Из-за сегодняшних беспорядков, к счастью, они не имели пагубных

последствий, Вам придется посидеть в этой комнате до тех пор, пока мои

подозрения на ваш счет не развеются окончательно.

Помещение вам знакомо.

Оно удобно и не особенно напоминает тюрьму.

Да и общество у вас будет приятным, поскольку эти господа будут охранять

вас.

А мои друзья?

Могу я видеть моих друзей?

А кого вы называете своими друзьями?

Господин де Монсоро, например.

Господин де Риберрака, господин де Антроге, господин де Беси.

Конечно.

И этого.

Разве он имел несчастье чем-нибудь не угодить вашему величеству? Да.

Сегодня вечером он нанес мне оскорбление на улицах Парижа.

Государь? Да, мне или моим преданным людям, что одно и то же.

Вас ввели в заблуждение, государь.

Господин де Бюсси уже два дня не выходит из своего дворца.

Он лежит больной, его мучает лихорадка. Если его и мучает лихорадка,

то уж во всяком случае никак не дома, а на улице Кокьер.

Кто вам сказал, что Бюсси был на улице Кокьер?

Я сам его видел.

Вы видели Бюси на улице? Да, Бюси.

Веселого, беззаботного. В сопровождении этого Рэми.

Уж не знаю, лекаря его или там оруженосца.

В таком случае я ничего не понимаю. Я сегодня был у Бюси.

Он лежал в постели и говорил, что тяжело болен.

Значит, он меня обманул.

Вот видите?

Хорошо, когда все выяснится, Дебюси будет наказан, как и другие.

Или вместе с другими.

Если, господин Дебюси, меня обманул, значит, у него были какие-то намерения,

в которых он не мог признаться мне, зная мою преданность вашему величеству.

Господа, вы слышите, мой брат утверждает, что господин Дебюси сделал

это без его ведомства. Тем лучше.

Почему?

Потому что тогда ваше величество...

позволит нам поступить по нашему усмотрению. Да. Ну, хорошо, хорошо.

Там посмотрим.

Ну что ж, господа, я припручаю вам и вашим заботам моего брата оказывать

ему все почести, подобающие принцу крови. О, государь, будьте спокойны.

Мы помним, скольким мы обязаны его высочеству.

Прекрасно.

Прощайте, господа. Государь.

Неужели я действительно арестован?

Позвольте мне хотя бы завтра быть рядом с вашим величеством.

Брат,

окажите мне эту милость быть при вас.

Нет, сударь.

Мне угодно, чтобы вы остались здесь.

Государь! Такова воля короля.

И этого для вас должно быть достаточно.

Я же говорил, что настоящий король Франции это

я.

Девочка моя, что ты все время останавливаешься?

Уж не боишься ли чего-нибудь?

Боюсь? Да чего же, отец?

А мне кажется, ты боишься одни преследователи нас, господин Д'Амонсеро.

Да, это так.

Диана, ты не должна его бояться, дорогая.

Пора привыкать к тому, что он твой муж.

Ах ты мой красавец.

Ай, красивая птица. Ну-ка, возьми.

Хорошо.

Хорошо.

Хорошо.

Ах, хорошо.

Хорошо, хорошо.

И все.

Возьми.

Господин граф, там какой-то дворянин хочет видеть вас.

Пусть войдет.

О, господин Шипко.

Чем я газом?

Нам нужно поговорить, сударь.

Оставьте нас.

Я вас слушаю.

Вы не удостаиваете меня приглашением сесть?

Хорошо.

Ну тогда...

Я усажу себя сам.

Итак, вы знакомы с Лигой, сударь?

Я о ней много слышал, господин Шико.

Тогда вы должны знать, что это объединение честных христиан, которые

собрались для того, чтобы благочестиво уничтожить своих ближних гугенотов.

Вы состоите в Лиге, сударь? Я – да.

Сударь, я имел честь спросить вас, состоите ли вы в лиге.

Вы меня понимаете?

Господин Шико, я очень не люблю вопросов, смысл которых я не понимаю.

Естественно, не люблю людей, их задающих.

Поэтому будьте любезны, перемените тему разговора, и ради приличия я подожду

несколько минут.

За несколько минут можно наболтать с три короба.

Если герцог Анжуйский принадлежит к Лиге, сударь, то вам этой участи не

избежать. Вы его правая рука, черт побери. Нет, Лиге не понравится, чтобы

ее главарь была одна руки.

Ну и что дальше, господин Шико? Дальше? Дальше.

А дальше, господин Дебеси, вас ждет та же участь, что его высочество.

Да. И что же произошло с герцогом Анжуйским? Ближе к делу.

А ближе некуда.

Что вы думаете по поводу Бастилии, господин Дебиси?

Прекрасное место для размышлений.

Бастилия?

А почему вы говорите о Бастилии? Потому что в данную минуту, сударь, вас должны

были арестовать.

У меня даже где-то был приказ, чтобы припроводить вас туда.

Хотите поглядеть?

Меня в Бастилию?

За что?

Сударь, я не люблю бессмысленных вопросов.

Если вы позволите мне продолжить, я не люблю людей, которые мне их задают.

Поэтому я с большим удовольствием позволю сделать с вами все то, что

сделали с вашим господином герцогом Анжуйским.

Где герцог, господин Шико?

В тюрьме. В Бастилии?

Нет, пока в Лувре.

И четверо моих доблестных друзей не спускают с него глаз.

Господин де Шамберг, которого окунули вчера, как вы знаете, в синюю краску.

Господин де Эпернон, желтый с перепугу.

Господин де Келюс, красный от гнева. И господин де Мажерон, бледный со скуки.

Прелестное зрелище, если еще учесть, что герцог Анжуйский начинает зеленеть от

страха.

Господин Шико, мне кажется, что вы все-таки хотите оказать мне небольшую

услугу.

Ну, я думаю, что да. А вы как думаете?

Но чем я обязан подобной милости?

Ведь вы любите короля, а король меня не любит.

Или вы спасаете меня сегодня, чтобы погубить когда-нибудь другой раз,

господин Шико?

Сударь, я вас спасаю, потому что спасаю. А вы можете думать о моем поступке все,

что хотите.

Поэтому седлайте лошадей и исчезайте, а я передам приказ тому, кто должен его

исполнить.

Значит, это не вы должны были арестовать меня? Что?

За кого вы меня принимаете?

Я дворянин, сударь.

И славный дворянин, господин Дашико.

Черт возьми, я тоже так думаю.

Рыми.

Рыми ко мне.

Слушаю, сударь.

Наших высадей. Аня, а что думает господин граф?

На редкость сообразительный молодой человек.

Черт побери, я и сам так думаю.

Так куда мы едем?

Что вы думаете о Нормандии, сударь?

Нет, это слишком близко.

А что вы думаете о Фландрии?

А это слишком далеко.

Сударь, я полагаю, что на подходящем расстоянии

находится Анжу.

Не так ли, господин граф?

Да.

Пожалуй, мы поедем в Анжу.

Сударь, после того, как вы сделали выбор и готовы выехать, я имею честь

приветствовать вас.

Вспоминайте меня в своих молитвах.

Это судьба, господин Карт.

Господин Орелье, герцог Дегис.

Орелье, насколько мне известно, вы не только лютнист, но еще и

наперсник принца.

И вам известны все его тайны?

Я хочу знать, где сейчас находится его высочество.

По-моему, его высочество в Лувре, младсеньор. Я трижды посылал гонца во

дворец и трижды получал ответ, что принц вернулся поздно и еще изволит почивать.

Спит.

В одиннадцать часов.

Совершенно непостижимо.

Меня, признаться, это тоже беспокоит, монсеньер.

Вчера, когда мы расстались, его королевское высочество не сказало мне о

том, что намерен заночевать в Лувре.

Вы должны немедленно отправиться в Лувр, Арилии.

Я отправлюсь немедленно, монсеньер.

Раз вы так желаете, что мне передать принцу?

Что не время спать!

Когда король собирается огласить главу лиги, церемония назначена на два часа.

Мы должны встретиться и переговорить до прихода короля.

Скажите, что я ждать его буду с нетерпением.

А если я не найду его высочество в Лувре? Что мне прикажете делать?

Тогда не имеет смысла искать его в другом месте.

В любом случае, без четверти два я буду в Луврим.

Ваше Высочество.

Монсеньор.

Вы невежливый.

Спасибо.

Позвольте пройти, господин Шико.

А, это вы, господин Арилии.

Что вы тут делаете?

Я играю в шахматы.

Комбинация, кажется, сложная.

Да.

Меня беспокоит мой король.

Вы знаете, господин Арилии, король в шахматах фигурник чумный и глупый.

Если у него нет хороших советников, он долго не продержится. Правда, у него

есть его шут, который приходит, уходит, имеет право стоять впереди него, позади

него или рядом с ним.

Как раз сейчас мой король и его шут находятся в

наиопаснейшем положении.

Какого черта вы, Шико, разбираете вашу комбинацию в покоях Монсеньера?

Я жду господина Дешенберга. Он у его высочества.

Интересно. Но что делает господин Дешенберг у герцога Анжуйского?

Я не знал, что они друзья. Он просит прощения у принца за дерзость, которую

позволил себе вчера.

В самом деле?

Да.

И ему велел это сделать король.

Ах ты мой хороший, мой мальчик, нарцисс.

Ну, съешь еще кусочек. Ну, не стесняйся. Ой, как вкусно.

Это вы, любезный господин Арелий?

Что вы тут делаете, господин Дэшумберг?

Я?

Дрессирую волкодава.

А почему вы, Дэшумберг?

Гритируйте вашего волкодава в покоях его королевского высочества.

А потому что его королевское высочество назначило мне аудиенцию, но

Келюс Канале обошел меня.

Как?

Господин-то Келюс тоже здесь?

Да. Да вы проходите, любезный господин Орель, и проходите. Вы же здесь свой

человек, вас никто тут не обидит.

И тебя никто не обидит, нарцисс. Это друг герцога Анжуйского.

Вот видишь, это и есть тот самый господин Орелье. Он сам пришел. Как

хорошо, а ты волновался. Все хорошо, нарцисс, идет по плану.

Здравствуйте, любезный господин Орелье.

Здравствуйте. А что вы здесь делаете?

Господин Дакирус. Я разбираю свою корреспонденцию и, признаться, нахожусь

в весьма затруднительном положении.

Если бы я мог так же владеть пером, как вы, людьми

Орелии.

Забавно. А почему вы разбираете свою корреспонденцию в покоях его

королевского высочества? Его высочество назначил мне аудиенцию.

Я ожидаю.

А чем занимается его высочество?

Монсеньер очень занят.

Он принимает извинения у господа Пернона и Мажерона, но вы, господин Орелье,

можете пройти, вы ведь свой человек у принца.

Да, но может быть это несколько нескромно с моей стороны. Помните,

помните, проходите, нет, проходите.

Проходите, господин Орельев.

Ну что же, восстановились, господин Орельев.

Проходите, я прошу вас.

Господа, что все это значит?

Любезный Арельей, окажите мне дружескую услугу.

Отдайте мне вашу шпагу.

Арельей, неужели ты не понимаешь, что я пленник?

Чей короля?

Ваше высочество.

Я.

Я вам клянусь, если бы я подозревал, то вы бы захватили

вашу лютню, чтобы развлечь его высочество.

Но я позаботился об этом.

Господин Орелеев, отдайте нам вашу шпагу, а мы вам взамен лютню.

Негодяи!

Вот и сменялись.

Так, но так.

Один уже в мучилу, а ждет других.

Кто с ним?

Все в порядке, государь. Нас сменили 10 швейцарцев.

Что в Париже?

Толпы людей стоят у стен Лувра.

Ждут вашего решения.

Подойдите сюда, господин главный ловчий.

А почему вы в лувре, сударь?

Я полагал, что вы в Винсене и готовитесь выставить для нас оленя. Олень был

выставлен в семь часов, но в полдень у меня не было никаких сведений от вас. Я

испугался.

Бросил все и примчался сюда. Я подумал, не случилось ли чего.

Ваше Величество, если я нарушил свой долг, то это лишь из

безграничной преданности вам.

Будьте уверены, граф, я ценю вашу заботу.

Благодарю вас.

Если...

Ваше Величество позволит мне, то теперь, когда я спокоен и убежден в том, что все

в порядке, я готов вернуться в Менсен.

Нет, нет, господин главный, ловче оставайтесь. Я нуждаюсь в том, чтобы

меня окружали верные люди, на чью преданность я могу рассчитывать.

Благодарю вас.

Где вы позволите мне стать, Ваше Величество?

Где пожелаете.

Например, рядом.

Здесь я обычно помещаю своих...

Друзей, пожалуйте сюда, господин главный ловчий.

Знаешь, на кого охотится в данную минуту твой главный ловчий?

Нет.

А на кого?

На твоего брата Анжуйского.

Пусть охотятся.

Своей дичи он здесь не увидит.

Послушай, дай мне его на полчасика.

Зачем? Чтобы немножко помочь. Ну, что тебе стоит?

Ты и так меня в долгу заставил присутствовать у меня на этой скучной

церемонии.

Ладно.

Бери.

Да, вы направили его по ложным следам.

Не возражал бы.

Она спросила, где графиня.

Господин граф, а куда вы дели госпожу де Монсоров?

Я не вижу ее среди дам.

Воздух Парижа оказался в рейтинге графини.

Получив разрешение королевы, она уехала в Анжу на свою родину.

Дело в том, Генрих, что воздух Парижа неблагоприятен

для беременных женщин. Я, между прочим, советую тебе тоже отправить куда-нибудь

подальше королеву, когда она внесет. Кто вам сказал, что графиня тяжела,

господин наглец?

А разве не так?

Я полагаю, что предположить обратное было бы большей наглостью с моей

стороны. Так вот, запомните, графине не тяжела.

Но все равно бедная графиня. В провинции она умрет от скуки, но к счастью... Что

к счастью? К счастью, туда же отправились кое-кто из наших

друзей. И если они ее встретят, что весьма вероятно, Конечно же, они ее

развлекут. Но никто же из ваших друзей отправился в Анжу?

Но вы их прекрасно знаете, господин Крамп, потому что это больше ваши

друзья, чем мои.

Вот как?

Соблаговолите назвать имена этих друзей, господин Болтун.

Ищите, господин главный лодчий, ищите.

Выслеживать дичь.

Это ваше ремесло.

Уехал в Анжу?

Вполне возможно.

Спросите об этом короля.

Генрих, где твой брат?

Я не утверждаю, что он уехал в Анжу.

Я говорю только, что он исчез.

И даже самые близкие его друзья не знают, где его искать.

Возьмите себя в руки.

Черт побери.

Неприлично. Давайте пользуем чувства.

Господа, я с огромным вниманием прислушиваюсь к тому, что требует от

меня Бог и к тому, что требует от меня народ.

Всплочение всех сил в единый союз во имя защиты веры является залогом

благополучия моих подданных.

Я это прекрасно понимаю, поэтому мне по душе совет, который дал мне мой

кузен Дегиз.

Отныне я провозглашаю Святую Лигу дозволенной и

учрежденной.

А поскольку необходимо, чтобы главой Лиги стал один из самых ревностных сынов

Церкви, я остановил свой выбор на человеке высокородном и добром

христиане.

Я объявляю...

что главой лиги будет... главой лиги будет

Генрих Третий Валуа, король Франции.

Да здравствует король!

Да здравствует король! Да здравствует король!

Что это значит?

А народ невозможно понять.

Вчера они ненавидели короля, а сегодня готовы сделать из него мир.

Я думаю, оставаться здесь небезопасно.

По-моему, надо уходить.

Да, подождем брата в другом месте.

Вот там, подо мной.

Ну, а теперь передайте это господину Дешеврезу и герцогу Майенску.

Их уже нет?

Тогда господину де Монсоро.

Подождите, дорогой кузен.

Вы считали, что нужно создать хорошую армию из всех сил Лиги.

Армия создана.

И естественный ее полководец король.

Пока я тут буду командовать Лигой, вы, как первый

воин королевства, отправляйтесь командовать армией регулярно.

Возьмите патент.

Когда я должен отбыть?

Немедленно.

Какой ты просто фигня.

Не отставайте, сестра. А по дорогам все. Король может передумать.

Как бы там ни было, я решил трудную задачу, матушка.

Прекрасно, дитя мое.

Я надеюсь, вы...

Искренне одобряете меня.

Они воображают, что завтра на них посыпется золото, как манна небесная.

Клянусь смерти Христовой, Генри, эти вопли восхищения тебя развратят. И ты

забудешь, что короля отличает от остальных только высота его шляпы. Я

хотел сказать корону. А когда его голова не покрыта, он такого же роста, как все

остальные.

Ты когда-нибудь бываешь доволен, господин хулитель?

Я не прошу восхищения, я требую лишь одного, здравого смысла. Ты прав.

Вот именно этого тебе не хватает.

Ну, ты же не можешь не согласиться, что удар нанесен в мастерский. Как раз с

этим я соглашаться не собираюсь.

Но не я ли король лиги?

Ты ее король.

Но ты больше не король Франции.

А кто же ее король?

Все, кроме тебя.

И прежде всего, твой брат.

Мой брат.

Мой брат, которого я держу под стражей.

Ты дурак, Шико.

Это моя должность?

Сын мой, займись своей тайной полицией.

В Париже в присутствии 30 человек совершается помазание на

престол герцога Анжуйского.

А ты об этом ничего не знаешь.

Господи, боже мой, а ты откуда об этом знаешь?

Потому что моя полиция, это я сам.

Итак, один король Франции у нас уже есть. Не считая Генриха Валуа, это

Франсуа Анжуйский.

А кроме него у нас еще есть герцог Дегиз.

Хорош король.

Король, которого я изгнал, король, которого я сослал в армию. Вот-вот в

армию. И в какую? Ты вручил Дегизу армию из выносливых, закаленных в боях солдат.

Армию, способную уничтожить 20 армий Лиги. И если однажды Дегизу взбредет в

голову стать королем Франции, ему стоит только развернуть своих трубачей на

Париж и скомандовать вперед.

И он это сделает. Я его знаю.

Ты позабыл об одном.

Мой великий политик.

Как? Разве есть еще четвертый король?

Нет.

Но ты забыл, что прежде чем мечтать о французском троне, надо бы

оглянуться назад и посчитать своих предков.

Когда такая мысль приходит в голову моему родному брату, это куда ни шло,

потому что речь идет только лишь о первородстве.

Но герцог Дегиз, мой дорогой друг,

подзаймись-ка Геральдикой и вспомни, чей род

древнее французские лилии или лотаринские дрозды. Вот тут

как раз и заключается.

Ошибка. Потому что эти дрозды хотят взлететь так же высоко,

как орел Цезаря.

Посмотри это.

Что скажешь, Генрих?

Нас, кажется, с нашими лилиями малость обскакали.

Продолжение следует...

Продолжение следует...