Original subtitles

Привет, ублюдки.

Знакомьтесь, Игорь Жабенко, ваш зайчик.

Моя бывшая жена любит говорить, что все, к чему я прикасаюсь, превращается в

дерьмо. И она, сука, права.

Так что удивляться тут нечему.

А мог бы стать.

Наталился.

А!

Вот и вкуснотища.

Сладенькое я люблю.

ты пойдешь, сначала проспишься. Это обязательно, но сначала тост.

Хаченок, ты молодец.

С такой жопой, как у тебя, ты давно могла найти себе какого-нибудь популя из

советных директоров и больше вообще ни о чем в жизни не думать. Что, мне не

нравится уже твой тост, Жабин? Но, но, ты же здесь с нами работаешь и ждешь

настоящей любовь, а это не может не вызывать уважения. Спасибо, ура. Не за

что, потому что В итоге ты все равно капитализируешь и жопу за и сиськи.

Потому что больше ни на что не способна.

Сука, тварь какая.

Но твоя нынешняя чистота и романтизм никак не теряют своей ценности.

Наоборот, да, казенок потом продашь дороже.

Этот ублюдок ударил Катю! Жабенко, я тебя уволю нахрен! Да ни хрена ты его не

уволишь, я же знаю!

Я сегодня ударил женщину в лицо.

Кого?

Катю Морозову, риэлторшу.

Ну, это в твоем стиле.

А почему?

Разве я тебя бил? Меня ты боишься ударить.

Поэтому ударил ее.

Интересная теория. Очень.

Останешься сегодня?

Нет. Домой поеду.

Тогда доедай и раздевайся. У меня сегодня еще работа.

Конечно, все началось с авиакатастрофы. То, что произошло, оказалось за

границами моего понимания.

Я начал сходить с ума.

Лучше бы я все-таки оказался на борту. Хотите верьте, хотите нет. Но я не

кокетничаю, когда говорю об этом.

Как ты думаешь, почему они

все погибли?

А я живу.

Потому что ты опоздал на самолет.

И все.

А что еще?

Ну, как?

Ну, ты меня понимаешь.

А справедливости?

Ну, конечно, это несправедливо. Но в мире нет справедливости. Это я тебе как

судья говорю.

И все.

А вдруг это...

Что-нибудь значит?

Это значит только, что такие, как ты, очень живучи.

И это несправедливо.

Зайчики мои!

Зайцы!

Зайчишки, слушайте, что я вам скажу. Я открыл секрет жизни. Что, опять? Пойдем,

я тебя сразу домой отведу. Погодь!

Вот ответьте мне на вопрос, кто летел на том самолете?

Вот тебя лично я спрашиваю, кто летел на том самолете?

Люди. Люди?

Прости, но это слишком общо. Мне нужна конкретика. Я конкретизирую, ладно.

Хорошо, конкретизирую. На том самолете летели женщины-мужчины, чьи

-то мужья, чьи-то братья, старики, самое главное.

Невинные дети.

Убери это животное. Почему животное?

Почему именно животное? Почему обязательно животное? Итак, настало

время задать главный, я бы даже сказал принципиальный вопрос.

Почему эти невинные детишки мертвы,

а такой сука человек, как я, жив? В них жила надежда. В них жила

любовь. А вам где?

больше ничего не живет, кроме водки и триппера.

Так я спрашиваю, почему?

А я вам отвечу.

Потому что Бог меня любит больше. Бог меня любит больше, чем

этих милых, златокудрых ангелочков. Понятно?

Меня. Что?

Меня.

Я говорю, меня. Он любит больше. Понятно?

Умоляю, ну пожалуйста, ну только не сегодня. У меня голова раскалывается, я

не выдержу, Игорь.

Игорь, пожалуйста, не юродствуй.

Я тебя прощаю.

Поехали.

У тебя все?

Нет, я ухожу.

Монастырь? На Афон? Опять?

Нет.

Увольняюсь.

Игорь, ну это же глупо. Меня повысит. С удовольствием выпью за тебя аренку чая.

Это наш общий успех. Нет.

Ты все это сделал сам, и я теперь только мешаю тебе. Это неправда. Правда.

Правда, Дим.

Ты сумеешь. Я в тебя очень-очень верю.

Ты же мне как сын. Ну, серьезно.

Дим, я старый уже.

Мне 55, а чувствую себя на 89.

Если хотя бы до пенсии доживу, то хочется понять что-нибудь другое.

Не взятки же таскать до самой смерти.

Хорошо.

А что дальше?

Устроюсь нотариусом. О, Боже.

Ты что, работа мечты.

Деньги сами плывут к тебе в руки, не надо делать ничего.

И вернусь в институт.

Игорь Александрович, а ты случайно сам себя не обманываешь?

Оля!

Олька! Я только что уволился.

Знаю, что в водах. А что делать?

Щедро. Молодцы. По первым результатам расследования становится очевидно, что

аэробус разрушился еще в воздухе.

Может быть, было бы, но эксперты не нашли следов взрывчатки ни на обломках

фюзеляжа, ни на телах погибших.

Уже обнаружен и изъят бортовой самописец. В аэропорту изъяты записи

переговоров наземных служб с экипажем самолета. Заброшены также данные

метеоусловий.

Вы, вероятно, скажете, что у меня просто поехала крыша на фоне систематического

употребления алкоголя и наркотиков.

А я вам отвечу, зайчики, вы совершенно правы.

Наверное, так оно и было.

Но дело же совсем не в этом, не в этом цимес.

А цимес в том, как красиво, как изящно, я бы даже сказал, изощренно.

Я начал сходить с ума.

Извините, а вы кто?

Игорь Жебенко.

Светка, я что сказать хочу.

Володька мне был как родной.

Вместе учились, вместе челночничали. Потом он в фирму к нам пришел. Все

вместе. Это же он за меня полетел, понимаешь? Это я должна была полететь.

У меня у дочки экзамены.

Это я его попросила. Свет, я сволочь, понимаешь? Прости меня, пожалуйста.

Короче, если вас выгонят, вы ко мне переезжайте.

В тесноте, да не в обиде, вы мне как родные.

Спасибо, Вика.

А у вас проблемы с квартирой?

Не с квартирой, а с домом.

Мы скоро станем бездомными.

Лина!

Простите, не могу никак вас вспомнить. Вы кто?

Я адвокат, специалист по недвижимости.

Я могу помочь.

А у вас кто разбился?

Жена и сын.

Прикол.

Ну как там?

Все плохо, да?

Вот так бы я не сказал.

Вдруг тут появляется водоохранная зона.

Акт подписан самим губернатором вашим, подмосковным.

В общем, дом снесут, план микрорайона уже утверден, дом мешается, а ставки

слишком высоки.

Но... Но?

Но компенсация, которую вам пообещали, она смехотворно мала.

Боже, скажите, что вы нам поможете, пожалуйста.

Я попробую.

Мы очень благодарны вам за помощь. Но если вы вдруг хоть как-то решили нас

обмануть, то знайте, мать не одна.

Разбылся в самолете.

Звони с любыми вопросами.

Да, Русланчик.

Здравствуй, юрист.

Я тебя не отвлекаю?

Ну, я много времени у тебя не займу.

Просто хочу тебе напомнить, если ты мне долг не отдашь, я тебе ноги нахер

повыдергиваю.

Руслан, я к тебе сегодня заеду.

А знаете, мне давно хотелось, чтобы Руслан переломал мне ноги, а лучше

просто грохнул. Самому мне бы никогда не хватило духу. А тут есть Руслан, удобно.

Но тогда уже не хотелось.

Вечно так.

Сначала хочешь одного, потом другого.

О, юрист!

Неужели деньги нашел? Да нет.

Отыграться пришел.

О, Господи.

Ну, садись.

Фигурист.

Ну, ты же можешь пойти в банк, взять кредит.

Я не бандит какой-то, я тебе время могу дать. Ну, ты же с прокурорской.

Лучше ты бандитом был.

Ты прав.

Ну, ты сейчас еще больше проебешь. Как отдавать-то будешь?

Ты знаешь...

Я должен был разбиться в том самолете. Я когда на тот рейс не

попал, я снова жить начал.

Вот сижу с твоей небритой мордой, пиво пью.

Вскроемся?

Давай.

Свет?

Я вот еще пару раз все запрыгну и все отыграю. Я еще тебя раздену, вот

увидишь. А знаешь почему?

Потому что меня выбрали.

Олечка. Короче, я поговорила по поводу твоих Родионовых. Ну, конечно, их хотели

кинуть. Как мне сказал один из адвокатов без застройщика, такие кинуть это святое

дело. Но я попросила.

Им, оказалось, не западло. В общем, они готовы дать им квартиру. Да, трешку там

же. Или деньгами, но не по рыночной цене. Так что пусть лучше берут

квартиру.

Оля, ты золото! Просто скажи спасибо.

Спасибо, Ольга.

Когда приедешь? Может, сегодня?

Блин, Оль, я сегодня никак.

Ну, Юрий, загрузил по самые гланды.

Ну, свей с увольнением, ты же его знаешь, юное дарование.

Ладно, звони.

Я, в общем, что хотел сказать?

Вы знаете,

мне всегда казалось, что кто-то такой сел за комп и написал прогу.

Жизнь нашей семьи. Что денег никогда не будет. Что отец погибнет. Что нас

выгонят из дома, и мы останемся на улице. Что мечты не сбудутся.

Это все не потому, что мы хуже других.

Мы не хуже, поверьте.

Просто программа уже написана, и с этим ничего не поделаешь.

И вдруг появляется вы.

Игорь, вы баг.

Ошибка в программе.

Даня. Ничего, ничего.

Кажется, это комплимент.

Ну, в принципе, да.

Я, на самом деле, не знаю еще, что сказать.

Слушай, скажи спасибо, и все.

Он же все сказал.

За баг.

Забак.

Забак.

Забак.

Я тогда зачем-то перепридумал себя.

Таким, каким я никогда не был. И жизнь свою перепридумал.

Вытеснил реальность.

Но вы же понимаете, это был всего лишь баг.

Ошибка в программе. Программист быстро обнаружил ошибку и стал усердно ее

исправлять.

Дима. Игорь.

Привет. Приезжай, пожалуйста.

Мне надо тебе кое-что сказать.

Сейчас? Да, прямо сейчас.

Ты

совсем

ебнулся?

Они меня кинули. Ну почему я не могу кинуть их в ответ? Они тебя не кидали.

Это ты сам облажался.

Ты хотел жениться на дочке хозяина, взять всё и сразу. Но если следовать

этому пути, то надо было свой кукан держать, сука, в узле.

Или, по крайней мере, быть очень-очень-очень осторожным.

Какая теперь разница, облажался я, не облажался?

Они меня списали. И это им так с рук не сойдёт.

Послушай, ну это проще парень вернёт.

Пойми, продажи. Мы продадим этот чертов бизнес-центр пять или, если повезет,

десять раз.

Игорь, это миллионов двадцать. Это вообще, это другая жизнь.

Другой мир.

Уедем в теплые края. Море, всегда хорошая погода.

Свобода.

Помнишь, ты мне говорил, что у тебя есть мечта? Ни от кого не зависеть, никого не

слышать, никого не видеть. Читать книжки по истории.

Самому что-нибудь пописывать.

Они нас найдут и умьют. Ой, да ладно.

Времена другие.

Я слышал, в Таиланде целая коммуна таких, как мы. Что-то их никто не убил.

Как они нас найдут? Они когда очухают, нас уже месяц в стране не будет.

Вот скажи мне, тебе-то что терять?

Вот.

И мне нечего.

Боятся те, кто с прицепом.

Это же не про нас, слава Богу.

Тебе надо наконец-то покончить со своим прошлым.

А здесь это сделать просто невозможно.

Скажи, Игорь Александрович, а неудачник это же судьба, правда?

Хочешь, не хочешь, все равно все просрешь.

Тебе сложно?

Нет, нет. Ничего, ничего. Терпимо, терпимо.

Дала ему много обезболивающего. Должна помочь. Ты не волнуйся.

Мне уже лучше. Я в норме.

Мы выберемся. Я тебе обещаю. Все будет хорошо.

Катя! А ты что делаешь?

Отсчитываю свою долю.

Ты думаешь, сейчас время?

Самое время.

Жабенка, у тебя все?

Нет, пойду еще поросать скажу.

Самое удивительное, что мне тогда везло.

Наверное, впервые в жизни.

Я был уверен, что это знак, что кто-то указывает мне путь и дарит удачу. Вдруг

пришло какое-то детское совершенно чувство, тебе становится все ясно, все

понятно, где добро, где зло.

Игорь Александрович, здравствуйте, это Даня. Это вообще не ваше дело.

Я просто не знал, к кому еще обратиться.

И что с парнем?

Я бы, может, поход сломал.

Таньку шлюхой назвал. Что мне еще осталось сделать?

Ну, а Танька-то хоть ничего?

Игорь Александрович, вот вещи с правами не мешают.

Они же меня исключают.

Я же теперь не преступлен.

Что я матери скажу?

Ну и кому идти?

Давай по-быстренькому. А то мы с Ленкой договорились на спорт сходить.

А чего стоишь?

Устал? Давай я тебе помогу.

Оля. Чего?

Оля, ну погоди.

Ну погоди, я тебе говорю.

Так.

Что с тобой случилось?

Я сам не знаю, что со мной случилось. Вот нет, мам.

Господи, неужели это произошло? Ты что, влюбился в эту свою Светлану, что ли? Я

думала, ты не способен уже больше на это. Ни в кого я не влюбился.

А что, таракнул ее, что ли? Так я ж не против.

Дорогой, я ж только за. Чего ты переживаешь? Я не влюбился!

Это вообще другое!

Слушай, я тебя умоляю, давай мы завершим это все раз и навсегда.

Я тебе напоминаю, мы в разводе уже шесть лет, и ты меня ненавидишь люто. Больше

всех на свете ненавидишь ты меня.

На кой я тебе сдался, а?

Если я сдохну где-нибудь под забором от передоза или перепоя, так ты же неделю

праздновать будешь.

И мы еще при этом почему-то спим вместе.

Это чего за дичь, мать твою?

Ты чего мне мстишь тогда?

Ты мне вот так вот мстишь, так вот все, Оля, отомстила.

Я больше не могу, хватит, поняла?

Давай сделаем вид, что этого разговора не было.

Этот разговор был.

Был.

И это счастье, черт, это свобода. Пусть я говно, пусть я ничтожество, но этот

разговор был.

Приходи ко мне в пятницу, часом к восьми. У меня заседание на этом.

Прощай, Олька.

Какое счастье, что это наконец закончилось.

Нет, ну знаешь, лучше к девяти, потому что к восьми, я боюсь, не успею.

Ремонтик, конечно, муниципальный.

Ламинат положили на песок.

Скоты.

Дверь из опилок.

Окна краской заляпаны, как всегда.

Да их, конечно, надо поменять к зиме.

У меня с Володькой год ничего не было.

Ты что, оправдываешься, что ли?

Наверное, да.

Нашла перед кем. Знаешь, не мне тебя судить.

Почему не тебе?

Ну, потому что я вообще-то человек не очень.

Бывает и получше.

И потом, я алкоголик.

Ну, это само собой.

Но я это не из-за квартиры.

Честно. Кто вообще здесь разберет? Из-за квартиры.

Не из-за квартиры.

Человеческая душа в отемке.

Захотелось и ладно.

Вообще со мной можно быть проще.

Скажи, что ты почувствовал,

когда

твои разбились?

Боль, страх.

Это да, да. Но главное не это.

Главное это понимание.

что жизнь больше никогда не будет прежней.

Ольга, конечно, была права, как всегда, я не влюбился.

И да, наверное, я уже на это не способен давно.

Но что же тогда это за чувство?

Что это такое?

Что со мной произошло? Как вам его описать?

Совесть, старость, религиозное чувство.

Все да, и все-таки нет.

Что-то другое.

Печально. Кажется, я так и сдохну, не узнав, кто я и кем стал.

Он еще спрашивает. Говорят, Джай Бенк уволился.

Неужели это правда?

Вы будете по мне скучать.

Ну, это навряд ли. У меня есть тост. Валяй.

За освобождение.

За то, что нам всем больше не придется работать с этим ничтожнейшим человеком,

которого я знала в своей жизни.

Хам, извращенец, алкаш, пиздобол. В общем, законченный подонок. Спасибо тебе

большое, что ты нас наконец-таки покидаешь. И желаю тебе сдохнуть в

ближайшей канаве.

Хотя, к сожалению, такие мрази, как ты, живут долго и умирают во сне. Жизнь

говно! За свободу!

Ура!

А чё не открываете-то, а?

У меня руки-то заняты!

Слезь, ублюдок! Ты врал, что у тебя родные разбились!

Ты сам спасся, тварь! Спас свою задницу!

Как вообще так можно с людьми?

Вон жена твоя сидит!

Вон! За Лехонька!

А сын, откуда ты фотку взял, гандон? С интернета?

Зачем ты нам врал?

Ну, соврал. Какая к чему разница? Я же вам помог.

Уходите, пожалуйста.

Уходите? После того, что я вам сделал?

Только потому, что пришла эта сука и что-то вам наплела?

У меня правда сын погиб! Убирайся отсюда в контору!

Жабенко!

Игорь! Да подожди ты!

Игорь!

Игорь! Ну что, ты меня ударишь?

Хочется быть хорошим, да?

Семейку надыбать, прийти на все готовенькое, добреньким быть хочется.

Повторяй за мной слово в слово.

Я убил нашего сына.

Не надо.

Повторяй, я сказала!

Тварь! Сука, животное! Повторяй!

Я убил нашего сына. Я, тварь, ничтожество,

сел на жраты за руль.

И поэтому наш десятилетний сын погиб.

Вадь, ничтожество. Я виноват в том.

Что наш десятилетний сын лежит в земле и кормит червей.

В том, что он умер в мучениях.

И в том, что он больше никогда не вырастет. Повторяй.

Оль, не надо.

Зачем я тебе?

Ты хочешь, чтобы я умер? Ну, только скажи.

Приезжай в среду, я буду дома после двух, купи коньяк, у меня кончился,

а я мясо приготовлю.

Че, какие 200?

Да нет, ничего, ты все просрал. В долг? В какой долг? Ты не платишь по долгам. В

долг!

Или ты боишься меня, как соска?

Ну хорошо, скрываемся.

У тебя пусто.

Как возвращать будешь?

А я тебе скажу.

Завтра в обед привезешь мне все до копеек. Я предпочитаю Ева.

А я предпочитаю иметь тебя в рот,

прокурор.

Блять, во двор его.

Что такое-то, я не пойму.

Руку убери, мы.

Ребята, что ты толкаешь-то?

Что, смелый, да?

Крутой? Сейчас посмотрим, какой ты крутой.

Знаешь, сколько я в жизни таких крутых повидал, которым, типа, жить надоело?

Все это фуфло.

Все жить хотят.

И ты хочешь жить.

Пацаны, вот я не понимаю, где справедливость в жизни? В этом грёбаном

самолёте, я уверен, летели достойные люди, дети, которым жить и жить. А

выжила вот эта вонючая чмо, которому сейчас пробьют голову за карточный

долг.

Господи, я не понимаю твоего юмора.

Я отдам тебе.

Безо всякого кредита.

Я знаю способ лучше.

Я отдам тебе все.

С процентами.

Двойную сумму, тройную сумму.

Наличными.

Мне нужно время.

Пожалуйста, не стреляй.

Ну, я так и думал.

Такий как ты живучий.

Вот вам и религиозное чувство.

Когда мы Ваньку отпевали, батюшка наш пьяненький все повторял, не мог

успокоиться. Сыночек ваш будет вас ждать, вы обязательно встретитесь,

обязательно, обязательно.

И он простит вас, поцелует, и вы будете вместе есть мороженое из облаков.

Батюшка пьяный был, любил сладкое, ему хотелось мороженого, а все съели.

Я в деле.

А как же мечта стать нотариусом?

Ты знаешь, все хорошо, но слишком много писанины.

Тысячи бумажек приходится заполнять от руки, а я ночью выпил литр виски. У меня

руки-то трясутся, это все летает.

Значит, теперь я на проекте начальника отдела оформления.

Как прежде можешь называть меня.

Игорь Александрович.

Игорь Александрович? Ну что, трахнем контору? Конечно, трахнем, Игорь

Александрович.

Если бы я точно знал, что вижу сына, я давно бы жил на том свете.

Но я не уверен.

Как можно быть уверенным, если программист...

не дал мне сесть на тот рейс.

Ну что, не хотел, чтобы мы встретились?

Жизнь никогда не будет прежней.

Кто следующий?

Давай я.

Я был очень-очень хорошим мальчиком.

Как же мне это надоело.