Original subtitles

Паспорт, билеты не забыл?

Нет, все на месте.

Ну, тогда счастливо.

Завтра будем за тебя болеть.

Спасибо за доверие, Пётр Андреевич.

Александра Николаевна?

Вы что-то хотели?

Я хочу с вами серьезно поговорить.

По какому вопросу?

Вы все-таки уверены насчет Филиппа?

Дело в том, что я навела справки о нем, о его учебе, и

там есть несколько фактов, которые могли бы вас заинтересовать.

Александра Николаевна, зачем вам все это?

Почему вы не позволяете соответствующим органам во всем разобраться?

Зачем вы лезете туда, куда вас не просят?

Вы меня простите, но мне нужно работать, как и вам.

По вашим прямым обязанностям.

Извините.

«Триаж» - французское слово. Значит «сортировка».

Это - протокол, по которому работают врачи при массовом поступлении.

Пациентов делят на категории по степени угрозы жизни.

Красные - критическое состояние, операционная немедленно.

Желтые - стабильны, но нужны вмешательства.

Зеленые - могут подождать.

Когда случается катастрофа, жизнь тоже проводит свой триаж.

Мелкие обиды становятся зелёными, старые конфликты - желтыми…

Евгений!

Хотел тихо проскочить.

Ну, у нас тут не метро.

Вы убежали из больницы.

Да, были дела.

Дела? У нас тут так не положено.

Захотел, ушел, захотел, пришел.

Были очень важные дела. А что, меня искали?

Конечно, вчера чуть скандал не случился.

Хорошо, что Егор Алексеевич предупредил, что вы уехали в интересах больницы.

Угу.

Так вы всё знаете.

Чего же вы тогда против?

Ну, чтобы вы не забывали предупреждать и меня.

Хорошо. Больше такого не повторится.

Как питание? Все понравилось?

Вы умеете удивлять.

А что было?

Рыба с овощами.

Дальше будет еще интереснее.

Вы мне скажите, вы откуда таких поваров откопали?

Ну, если честно, это не повара. Это мой рецепт.

- Серьезно? - Угу.

У меня бабушка живет во Владивостоке.

Она умеет готовить рыбу очень хорошо.

И вот я взял у нее рецепт.

Ну, честно говоря, доработал немножко.

И в чем фокус?

В правильной жарке.

Надо так жарить, чтобы сок в рыбе оставался и не выходил на сковородку.

- Интересно. - Угу.

Простите еще раз, пожалуйста.

Вы пока очень убедительно извиняетесь.

Алёна, вы мне поможете?

Помочь чем?

С Настей. Я всё хочу понять…

А, Настя.

Ну, там не всё так просто.

Вы мне сказали, что она может просто так меня избегать,

а не из-за этого, как его там…

Я так говорила?

Ну, мне показалось, что вы…

Знаете, Евгений, ну, вы же сами понимаете,

что в жизни просто ничего не бывает.

Она его любит?

Ну, я не знаю, но, наверное, да.

Давно?

Ну, с того момента, как он пришел сюда.

Интересно, что она в нем нашла.

Ну, сердцу не прикажешь.

Ну, да.

Филипп.

А давай я отпрошусь? Как же я так, тебя не провожу?

Нет, Марусь, в этом нет необходимости.

Хорошо.

Как прилетишь, позвони мне, пожалуйста, чтобы я не нервничала.

Нет, я все-таки с тобой полечу.

Марусь, пожалуйста.

Мне еще нужно собраться с мыслями перед конференцией.

- Это всего на пару дней. - Филипп?

Добрый день.

Куда-то собираешься?

Да, Кира Петровна.

А Пётр Андреевич разве вам не сказал,

что он отправил меня на конференцию выступить с его докладом вместо него?

Какие-то еще вопросы?

Нет, никаких.

Счастливого пути.

Всего хорошего.

Седьмая палата.

У нас какое-то мероприятие запланировано?

Мероприятие? Да вроде нет.

У нас аврал на работе. Вот это да.

Сюда идите.

Николай!

Давай, давай, проходи.

- Вперед, проходи! - Дамы, прошу вас.

- Не толпитесь, пожалуйста. - Николай!

- Господа, не толкайтесь, пожалуйста! - Николай!

- Можно взять личное интервью? - Разрешите?

Барышни, добрый день.

Вы не подскажете, как мне найти Игната Ва…

Игната Валерьевича?

Да. Как найти?

- Пойдемте. - Ну, пойдемте.

Николай, у вас здесь родня?

Кого вы навещаете?

Он?

Просто подтверди.

Я не крыса,

и сдавать никого не собираюсь.

Это - дело принципа.

Какой принципиальный барыга.

Еще бы таким же умным был.

Сам как думаешь,

вот этот Филипп,

человек с высшим образованием,

работающий в больнице, из хорошей семьи,

наверняка еще белоручка, изнеженный комфортом…

Ты посмотри на него.

Станет ли он тут так же сидеть и выгораживать тебя,

не испугавшись за свою комфортную жизнь?

Да он тут от страху так дрожать начнет,

что постарается максимально на тебя всё повесить.

Чтобы сократить себе срок

и побыстрее вернуться к той жизни, которой его лишают.

Вы с ним из разных миров, Толик.

Не до благородства.

Что, есть новости?

Ну, радоваться пока рано, но кое-что он уже рассказал.

И указал на Филиппа.

Филипп сегодня уехал на конференцию.

Ничего страшного.

Мы коллег неофициально уже предупредили.

Главное сейчас - собрать вещественные доказательства.

Деньги, переписку и сами препараты.

Тогда точно никто не отвертится.

Да, кстати, ребята, когда вернетесь в больницу, ведите себя как обычно.

Я думаю, день-два и этого Пабло Эскобара растрясем,

а там уже и произведём задержание.

Хорошо. Спасибо вам, Семён Максимович.

Да это вам спасибо, ребят.

Сработались прям с вами, как настоящие оперативники.

Ну, давайте, я пойду.

Ну, может, хватит уже?

Глеб, ты прекрасно знаешь ситуацию.

Во-первых, я ничего такого не сделала.

А во-вторых, это, ну, ради блага нашей больницы.

Ради всех нас. Нужно же было его как-то задобрить.

Ага.

Особенно ради меня.

Очень благородно.

А то, что ты вон там с Марусей обжимался,

это нормально, это правильно, да?

Я просто хотел ее поддержать и успокоить.

Ты же видела, в каком она состоянии?

Ну, давай тогда всех бедных-несчастных вот так утешать.

Ты же у нас такой благородный.

Настя, флиртовать с мужчинами и проявить к женщине сочувствие -

это абсолютно разные вещи.

Флирт - это практически уже маленькая измена.

Да, точно такая же, как и утешать женщину,

в которую ты был когда-то влюблен.

Это даже интимнее, чем какой-либо флирт.

Ты делаешь это постоянно, со всеми.

Что ж ты тогда со мной связался такой?

Может, вообще перестанешь со мной общаться,

раз я не вхожу в рамки каких-то твоих таких моральных ценностей?

Может, и перестану.

Я посмотрю, что там.

Николай, извините, а можно автограф?

Конечно, да.

Николай, можно и для мамы?

- Да, обязательно! - Классно! А можно видео с вами?

- Да, конечно. - Ух ты, спасибо вам большое!

Боже, такое нечасто бывает! Николай, пожалуйста!

А еще в видео помашете?

Жора, стоп!

Сделай мне зеленый свет!

Разойдитесь, пожалуйста.

- Прямо по коридору. - Угу.

Да?

Игнат Валерьевич, к вам тут…

Что?

Игнат Валерьевич?

Да, я.

Добрый день. Вы мне писали про моего учителя, Валерия Михайловича.

А, да!

- Я даже… - Да, даже не думали,

что вот я так могу приехать.

Но я приехал. Проводите меня к нему?

Да, конечно.

Только, знаете,

не говорите ему, что это я вас нашел.

Скажите, что вы сами хотели его найти.

А так будет даже лучше.

Прекрасно.

- Пойдемте. - Пойдемте.

Вот его палата.

Зуля, проводи.

Благодарю, Игнат.

Друзья, к нам в больницу приехал сам Николай Золотарев,

чтобы навестить своего учителя.

Валерий Михайлович,

я вас так долго искал.

Ну сколько лет, сколько зим!

Колянечка, дорогой мой!

Вы, пожалуйста, лежите, лежите, не вставайте.

- Лежите. - Снимай, снимай!

Да, да, да, да. Снимайте, снимайте.

Николай, а можно с вами одно фото? Одно!

- Да, конечно. - А можно в обнимку с вами?

- А можно и мне? - Дамы, не толкайтесь.

Да, конечно.

Егор,

я хотела сказать тебе спасибо.

За что?

За то, что ты помогаешь папе.

- И мне. - Можно фото, пожалуйста?

Ты же знаешь, я ради тебя…

Да что там происходит-то?

Благодаря Валерию Михайловичу я стал народным артистом.

Да, это было сколько, 20 лет назад?

20 лет назад. Боже мой, 20 лет назад.

Я еще зеленый, только окончил школу.

И вообще-то я мог стать железнодорожником.

Ну, у меня отец заводчанин.

И хотел отправить меня в железнодорожный колледж.

А я, знаете, вот эти все поезда, рельсы, шпалы, я терпеть их не мог.

Ну, и думаю, дай-ка втихаря

схожу-ка, ну так, между прочим,

на эстрадный факультет.

А там, как вы думаете, кто?

Валерий Михайлович.

«Мася, знаешь, а я из тебя сделаю известного артиста, да!»

«Да, да, да. Вот есть в тебе вот этот вот талант».

- Харизма. - Харизма, да.

Харизма. А я стою, я весь побледнел, думаю, что я сейчас там дома скажу отцу.

В общем, я во всем признался Валерию Михайловичу.

И знаете, что сделал этот уникальный человек?

Он все дела бросил.

Отпросился с работы. Пошел со мной на завод.

Я стою, думаю, ну, сейчас отец меня убьет.

Ну, нет, Валерий Михайлович - хитрец!

Он как-то моего отца так вот…

Конечно, конечно, да.

А я тогда готовился к пьесе Горького. Да, ну и проникся

простым работягой, как говорится. Да.

Узнал, о чем он думает, чем живет, о чем думает, ложась спать. Да.

Да что там происходит-то?

А помните, в студенческие годы мы с вами стихотворение перепевали?

Да, да, да, да, да.

Коле тогда очень понравилось стихотворение Симонова,

и он его репетировал день и ночь.

Да, да, да. Еще Есенина очень любил.

- Да, да, да, да. - Помните?

Давай, ты начинай, а я подхвачу.

Ну, давай.

- Коля! - Блин, точно не в этот раз.

Ну, Колька.

Кира Петровна, там мальчика привезли в тяжелом состоянии.

Подозрение на разрыв печени.

- Где он? - Только привезли.

Дима! Какой же ты дурак! Я же тебе говорила!

Ну, Лер, не плачь. Всё в порядке.

Что случилось?

Он хотел ко мне на балкон залезть.

Прямо на второй этаж.

Я ему говорила, не надо, опасно.

А он всё равно полез.

И сорвался.

Упал прямо под окном.

На руку, да?

- Угу. - Сейчас мы тебя осмотрим.

Потерпи, пожалуйста. Хорошо?

На меня посмотри.

Угу.

Хорошо.

Голова не кружится?

Нет, вроде.

Спать не хочешь?

Хорошо.

Так чего ты на балкон полез?

Мы проходим раздел зарубежной литературы в этой четверти.

Говорили о Шекспире.

Ромео и Джульетта, помните?

«Ромео, чего же ты Ромео?»

А учитель сказал, что сейчас все мужчины обмельчали.

А раньше и на дуэли вызывали, и на балкон к любимым залезали.

Вот он и полез.

Ну, судя по отёкам и покраснениям на предплечье,

скорее всего, закрытый перелом.

Надо проверить степень перелома.

Тань, забирай Ромео на рентген.

Готовь операционную. Репозиция.

Потерпи чуть-чуть.

Подожди, Зуль.

Кира, ты как? Всё нормально?

Нормально, да.

Просто что-то сильно хлорка сегодня воняет.

Не пожалели.

Да вроде как всегда, обычная обработка.

Хочешь, я сам операцию проведу?

Нет, нормально всё.

Точно?

Да.

- Тетя Света! - Лера!

Где он? Что с ним?

Его оперируют. Говорят, перелом руки.

- Господи. - Тетя Свет, простите меня, пожалуйста.

Я ему говорила не лезть, но он не слушал.

Скальпель.

Делаю надрез.

Давление стабильно.

Сушим.

Турунду.

Вижу глубокий разрыв связок.

Надо будет прошить, когда поставим спицу.

Спицу.

Кира.

Ты как?

Давление 80 на 50.

Кира, ты не в порядке. Давай я продолжу операцию.

Хорошо, давай.

Начинаю установку спицы.

Нашли, чему детей учить.

Вы же все буквально воспринимаете.

У вас еще мозг не сформировался для этих ваших «высоких отношений».

Да никто не подумал сначала, что Дима поймет слова учителя как вызов.

Дима сказал, что дуэль - это негуманно,

а балкон - прикольно.

Ты издеваешься?

Я - нет.

Я лично буду жаловаться.

И проконтролирую, чтобы его уволили!

Нашелся мне тут благодетель.

Валерий Михайлович, вы - уникальная личность.

Вы - мой мастер, мой любимый педагог.

Вы - моя душа. Вы - мой сенсей.

Вы - мое будущее, прошлое, настоящее.

Без меня нет вас. Вас нет без меня.

И, знаете, позвольте вам преподнести небольшой презент.

Жора, цветы!

О Боже мой!

Да. Это вам! Это вам, дорогой. Это вам!

Продукты, Жора! Жора, продукты!

Ну, тут так, всё по-скромному.

Мадагаскарский ананас.

Колечка, я всё не съем. Ну, вот…

Ну, ничего, ничего. Вы там разделите с соседями по палате.

Господа! Господа, а скажите, где главврач?

Николай, очень приятно.

Пётр Андреевич Вавилов.

Пётр Андреевич Вавилов?

Да, добрый день.

Вам спасибо большое

за то, что вы заботитесь о таком великом человеке.

Колечка, перестань, ну…

Вы даже не представляете,

какой уникальный человек у вас здесь лежит.

Мы представляем.

Я вам оставлю свой личный мобильный номер.

Пожалуйста, по любому поводу вы мне звоните.

Если вам нужен будет мэр либо министр, вы обязательно мне звоните.

Спасибо большое. Очень приятно с вашей стороны.

Да, мне тоже очень приятно.

Ну что, Валерий Михайлович, я вынужден откланяться.

Но я вас буду посещать обязательно!

- Спасибо тебе. - Да. Ну и напоследок обнимемся?

Подходим ближе-ближе! Уникальный случай.

Колечка, спасибо, что пришел!

Жора, отрабатывай давай!

Ну что, спица на перелом локтевой кости установлена.

Шить.

Начинаю сшивание связок.

Юра, давление, пульс?

Давление и пульс в норме.

Нужно будет отправить на повторный снимок.

Ножницы?

Давай сама, зашивай.

Спасибо.

Ну что, давайте заканчивать операцию.

Закрываем.

Доктор, как он?

Не волнуйтесь, с ним всё хорошо.

Слава Богу.

Через некоторое время его переведут в палату,

сможете его навестить.

Спасибо.

Я выйду на свежий воздух, ладно?

- Я к вам еще подойду, хорошо? - Спасибо.

Ты как, в порядке?

Да.

Просто неважно себя чувствую.

Видимо, надо отпроситься.

Слушай, я хотел утром тебе сказать, и…

Эти журналисты…

Я знаю, я, может, тороплюсь и

надо держать себя в руках…

Я сейчас как мальчишка какой-то.

Я знаю, у тебя сложный период, тебе не до этого, и…

Я тебя люблю.

Ну, вот сказал.

Я хочу быть с тобой.

А ты?

И я.

Надо ответить?

Это плановая. Ничего, подождут.

Ты должен идти.

Встретимся после операции.

- Алёна, возьмешь? - Угу.

Опять этот скользкий тип принес?

Ну, во-первых, не опять, а снова.

А во-вторых, ты что, Отелло?

Ты сказал, что больше не побеспокоишь.

Ему нравится Настя, я выполняю для него задания.

Рассказываешь ему всё про нее?

Я помогаю человеку добиться женщину.

Интересно.

А Глеб в курсе всей этой истории?

Ну, ты только не говори ему об этом, хорошо?

И то, что он за руку тебя так схватил, это тоже тебе нормально?

Мы с этим уже разобрались.

Он по ходу всех вас тут подкупил.

Давид, не усложняй, а?

Кира, постойте.

У меня много работы, Александра Николаевна.

Я по поводу Филиппа.

А что с Филиппом?

Я думаю, это он связан с пропажей лекарств.

Петру Андреевичу об этом сказали?

Он меня слышать не хочет.

Ну, это и понятно.

Я с ним солидарна в этом вопросе.

Я тоже вас больше не хочу слушать, Александра Николаевна.

Может, и с этим Филиппом заодно? Откуда мне знать?

С вашим появлением в коллективе стало много проблем.

Поэтому, если у вас больше нет вопросов, касающихся работы,

то мне пора идти.

Хорошего вечера.

Валерий Михайлович, не спится?

Давно у меня не было таких счастливых дней.

Спасибо вам.

Мне-то за что?

Да бросьте вы.

Может, вы хирург и хороший, но артист из вас никакой.

Думаете, я не понимаю, что вы сами его позвали?

Только дурак это не поймет.

Ну, спасибо.

Всё было очень торжественно, как я люблю.

Я сам не ожидал, что он с таким размахом приедет.

Ну, он же артист.

А для артиста,

что жизнь, что сцена - это одно и то же.

Да, наверное, для всех людей.

Только когда человек встает перед выбором о жизни или смерти,

мы перестаем притворяться.

Когда наши дни уже сочтены.

Перед лицом самой смерти.

Знаете, я вдруг вспомнил свою первую роль.

Это была роль смерти.

- Угу. - Я выходил…

в черном плаще.

Под гром музыки.

Так многозначительно смотрел в зрительный зал.

А потом понял, что всё это -

фальшь,

неправда.

Смерть, она другая.

Она приходит тихо,

незаметно.

Ты ее даже не услышишь.

А знаете, нужно обязательно поменять представление о ней.

Я напишу пьесу по этому поводу.

Ну, не забудьте тогда пригласить на премьеру.

Вы в первом ряду.

Завтра же я приступлю.

Начну

обдумывать, а потом будет текст.

Надеюсь, что ваша постановка будет хитом.

Ну, зайду к вам завтра утром.

Отдыхайте.

Спасибо, мой полуночный друг.

Спокойной ночи.

Да.

Чувствую, буду спать сегодня как младенец.

Доброе утро, Кира.

Я соскучился.

Вчера ушла, даже не предупредила.

Звоню, телефон не берешь. Всё хорошо?

Да, всё нормально.

Егор, подожди.

Что-то не так?

Мне кажется, мы слишком торопимся.

- Ты же вчера сказала… - Я знаю.

Всё равно надо притормозить.

Прости, у меня сейчас очень сложный период.

Ты скажи, что не так. Я же хочу помочь.

Давай потом поговорим, хорошо?

Прости.

Настя, у меня компьютер не включается.

Ты не видела? Его кто-то брал?

Марусь, да кому ты сдалась со своим компьютером?

Ну, только если Филиппу.

И то, я бы не обольщалась вниманием с его стороны.

Он же вокруг тебя крутится только потому, что ты блатная.

Если не ошибаюсь, Пётр Андреевич тебя взял только из уважения к твоему отцу.

Ну, по крайней мере, мне так Филипп рассказывал.

Ладно.

Возьму компьютер Филиппа.

Дамы, жду вас через 20 минут в конференц-зале.

Будем смотреть выступление Филиппа с моим докладом.

И предупредите всех.

Будет много фруктов, шампанского.

Правда, безалкогольного. Чисто символически.

- Жду. - Пётр Андреевич…

Марусь, давай всё потом. После выступления.

Валерий Михайлович, как самочувствие?

Игнат Валерьевич, он умер.

В смысле?

А чего ты сидишь-то? Давай бригаду.

Бригада только что ушла.

Может, мне сразу Петра Андреевича уведомить?

Не надо, после конференции сообщим.

Запиши время смерти в журнал и акт подготовь.

Поняла.

Так тихо ушел.

В реанимации тишина пугает больше, чем крики.

Пока монитор орет, у тебя есть работа.

Но когда наступает асистолия,

остается только пустота.

Ты информируешь родственников и понимаешь:

о самом важном с трибун не расскажут.

Игнат подарил человеку радостный день перед смертью.

Но об этом никогда не узнают живые.

Самое важное в работе врача

всегда остается незамеченным.

Привет.

Это папа.

Я очень по вам соскучился.

Когда освободишься, позвони мне.

Игнат Валерьевич, можно?

Да, заходи.

Кира повторно прооперировала Ирину Жданову.

У нее эхинококкэктомия, вторые сутки.

Позволь взять ведение послеоперационного периода на себя.

А с каких пор ты стал решать за Киру?

Я не решаю.

У пациентки муж очень нервный.

Я прошу твоего разрешения как заведующего отделением хирургии.

Валяй.

Отлично.

Пётр Андреевич в конференц-зале всех собирает через 10 минут.

Угу.

Всё нормально?

Да.

Валерий Михайлович, артист, умер во сне.

Легкая смерть.

Вчера еще

собирался начать писать пьесу.

А сегодня…

Ладно, все там будем.

Ну что, пошли?

А это ты Золотарева вчера вызвал?

С чего ты взял?

Ну, интуиция подсказывает.

Вчера вся больница гудела.

Ну, приехал и приехал.

Ведь напоследок старика порадовал.

Красиво сделал.

Что, не ожидал от меня?

Ну, если честно, нет.

А я сам, если честно, тоже.

Ну а что с Гараниной-то?

У нее проблемы со здоровьем?

Да не знаю, если честно.

Ладно.

Береги ее, раз уж взялся.

Еще какие-то установочки будут?

Ну, конечно, будут. Я всё-таки заведующий.

О, всё, давай, сейчас.

Да, дочь?

Да просто до вас не дозвониться.

Я начал переживать.

Ну, как экзамен?

Да? Всё хорошо?

Ага.

Рассаживайтесь, коллеги.

Побыстрее. Скоро начнется.

Получается?

Да-да. Уже почти всё, осталась пара моментов.

Отлично.

Скорее садитесь, садитесь.

Егор Алексеевич, вы тоже. Присаживайтесь.

Садитесь, садитесь.

Побыстрей.

Готово.

Вот, началось.

Звука нет.

Ага, секунду.

Следующий спикер - Филипп Антонович Кудлов

с докладом о методах малоинвазивного хирургического вмешательства

при комплексных абдоминальных патологиях.

Перед тем, как я зачитаю доклад,

я бы хотел выразить огромную благодарность человеку,

без которого я не оказался бы здесь.

Спасибо вам огромное, Пётр Андреевич Вавилов.

Ведь без вас…

Ведь без вас я бы никогда не смог сделать этого открытия.

Только его отцовское плечо,

его неоценимая забота помогли мне завершить тот труд,

благодаря которому я и сделал это открытие.

Подождите, а что происходит?

Пётр Андреевич, что он несет?

Спасибо вам огромное, Пётр Андреевич, за проявленное доверие.

Папа!

Каталку, быстро!

Блестящий доклад, очень новаторский подход.

- Поздравляю. - Спасибо большое.

- Спасибо. - Очень насыщенно.

- Спасибо. - Вам тоже спасибо.

Очень приятно. Спасибо.

Спасибо.

Филипп Антонович Кудлов?

Да, это я.

Пройдемте с нами.

- В чем, собственно, дело? - В отделении разберемся.

100 000 ударов в сутки.

Ты не слышишь собственное сердце, пока оно делает свою работу.

С людьми так же.

Мы не замечаем тех, кто нас любит.

Их преданность - как работа сердца.

Она кажется естественной и вечной.

А потом наступает остановка.

И ты вдруг понимаешь: этот тихий, привычный стук и был единственным,

что по-настоящему необходимо.

А всё остальное - просто шум.

Пульс слабый!

- Папа, держись, пожалуйста. - Разойдитесь!