Original subtitles

Здравствуйте, Петр Андреевич.

- Доброе утро, Александра Николаевна. - Утро совсем не доброе.

А что случилось?

Петр Андреевич, я многое видела за свою профессиональную деятельность,

но такой вопиющий бардак, халатность и прочее вижу в первый раз.

То, что у вас здесь происходит, ни в какие ворота не лезет.

Александра Николаевна, сейчас уже летучка начнется.

Пойдемте в конференц-зал. Я только переоденусь быстро.

И вы по пути мне расскажете, что произошло.

- Хорошо. - Пойдемте.

Да и тебе спасибо.

Я очень оценил дружескую атмосферу свидания.

Вообще всё классно было.

Еда, сервис, музыка.

Сколько я тебе должен?

Свои люди, сочтёмся.

Спасибо.

Ну, даже если переходишь дорогу на зеленый свет, смотри по сторонам.

- Хорошо? - Не все такие умные, как ты.

Надо еще повязки менять, антисептиками обрабатывать,

ну и наблюдаться в поликлинике по месту жительства.

Запомнила?

Ладно, пошли. Нас ждут великие дела.

Пока.

- Видела, мне лапу подала? - Да.

Пойдем?

- Да. - Я понимаю, что со своим уставом

в чужой монастырь не лезут, но, Петр Андреевич,

произошедшее за последние сутки

непозволительно ни в одном медучреждении.

Я абсолютно с вами согласен, Александра Николаевна.

- Здравствуйте. - Доброе утро.

Александра Николаевна, прекрасно выглядите.

Здравствуйте.

Петр Андреевич, только не ругайтесь, пожалуйста.

Я завтра точно всё принесу. Всё будет готово.

Вы почему еще здесь?

Все в конференц-зал, бегом!

Кто-то попадет?

Мне кажется, кто-то - это я.

Я уже столько времени ему хотела работу принести,

а Филипп меня все еще завтраками кормит.

Классический представитель мужского пола -

кормит завтраками.

И что мне теперь делать?

Ну, если гора не идет к Магомеду, то тогда, ну…

Сечешь?

Раз, два, три, четыре, пять…

Доброе утро.

- Всё знает. - Мхм.

Ну, кто начнет?

Кира? Егор? Игнат?

А что случилось, Петр Андреевич?

Больница на месте, пациенты на лечении.

Никаких эксцессов не было.

А почему в моей больнице в мой выходной происходит бог знает что?

Один покидает свое рабочее место по личным делам,

в то время как в его отделении пациенты устраивают разборки!

И вишенка на торте -

это то, что, оказывается, в нашей больнице

можно теперь оперировать собак!

Как такое вообще может быть?

Это ни в какие ворота не лезет!

Что мне завтра от вас ждать?

И как мы могли пропустить столько интересного?

Кира, а вы спасли собаку?

Спасли.

Вы что сейчас, ёрничаете?

Петр Андреевич,

позвольте объяснить, как всё было на самом деле?

Кто принес собаку в больницу?

- Я. - Сядьте. И не защищайте.

Это я принесла раненую собаку в больницу.

Ее сбила машина на моих глазах.

Операцию проводили в кабинете реабилитации.

Использованы были списанные инструменты.

Медикаментозную поддержку прошу вычесть из моей зарплаты.

Нет-нет, Пётр Андреевич, из моей.

Из нашей.

Коллеги, давайте разберемся в происходящем,

исходя из профессиональных норм и обязательств.

Что касается заведующего отделением,

его отлучка с рабочего места может вызвать хаос среди персонала и пациентов.

Что, собственно, и произошло.

Согласен.

А нахождение животного в больнице

является очень серьезным нарушением санитарных норм.

Спасибо, Александра Николаевна.

Мне очень…

Мне очень стыдно,

что подобное могло произойти в нашей с вами больнице.

Собрание окончено. Все свободны.

- Кира! - Сейчас про собаку спросит.

Особенно за тебя стыдно.

Какой ты пример подаёшь другим?

Кира, не переживай. Он отойдет.

Знаешь, мой профессор всегда говорил:

«Между здравым смыслом и протоколом надо выбирать здравый смысл».

Ну не могли же мы ее на дороге оставить.

Да как-то не так я живу, Егор.

Как будто всё время что-то не так делаю.

Папе, Петру Андреевичу, за меня стыдно.

Как будто во всех его проблемах одна я виновата.

- Так не бывает. - Кира Петровна!

Принимайте. Острый живот.

- Температура? - Температура 38,5.

- Рвота была у тебя? - Да.

- Сколько раз? - Я не знаю.

Я с утра встаю, она за живот держится, разогнуться не может.

- Вы мама? - Да.

Ладно, Егор. Спасибо тебе за поддержку.

- Так больно? - Да.

Вдохни.

Выдох.

А вот так?

Так тоже.

Когда в последний раз боли начались? Утром, ночью?

Не помню.

Вроде утром.

Дыши.

Алло?

Я же написала тебе, что мы с Кристиной в больнице.

Значит, перенеси заседание.

Разведемся через месяц, ничего страшного.

Не понимаю. На аппендицит не похоже.

При пальпации боль есть,

при перкуссии все в норме.

Скорее всего, метеоризм у тебя.

Но ты не переживай, такое бывает.

Извините, вы

можете сказать моей маме, что

у меня наоборот что-то серьезное и мне нужна операция?

Я просто пару дней полежу и выздоровею.

У меня цепочка есть.

Сама купила.

Возьмите, пожалуйста.

Тебе так сильно в школу не хочется?

У меня родители разводятся.

У них суд сегодня. Если я попаду в больницу, то,

может быть, они помирятся и все будет хорошо?

Пожалуйста.

Кристиночка, я не могу так поступить.

Ну почему?

Что вам стоит?

Я могу вам еще планшет отдать. Он новый.

Ты температуру-то как вызвала?

Сахар с йодом.

Кристиночка…

Я как человек, в первую очередь как врач,

не имею права врать родителям пациента.

Тем более врать маме.

Я понимаю, как тебе тяжело.

Но мы, к сожалению, никак не можем повлиять на выбор наших родителей.

Как дела?

Всё хорошо.

Это просто спазм.

Почему ты плачешь?

Всё нормально.

Доктор сказал, что скоро пройдет.

Да, в целом ничего страшного.

Обезболивающее не нужно. Это - метеоризм.

Можно просто сорбенты попить.

Слава богу, я уже испугалась.

Значит, мы можем ехать домой?

Да, сейчас полегче станет и можете идти.

Спасибо большое.

Так вот, там главный герой, хирург, жонглирует скальпелями.

Все медсестры от него без ума.

Дурка полная.

Рейтинги бешеные.

Давид, мне и на работе хирургов хватает.

Ну ладно.

Я подумал, вдруг кому-то интересно будет.

Алена, можно выписку на Корнеева и Штыкова, пожалуйста?

Секунду, Егор Алексеевич. А, вот они.

Давид, а ты что-то рассказывал про хирургов?

Это фильм какой-то?

Да, комедия новая.

Хирург чудит, пациенты чудят, все кругом чудят.

Говорят, смешно.

Всё как у нас.

Что, в прокате уже?

Да, сегодня вечером есть сеанс.

Ух ты, я бы сходил.

Давно в кино не был.

А знаете, я бы тоже пошла.

Давид так интересно рассказывает, так любопытно стало.

Алена, я тебе 5 минут рассказываю, а ты даже не слушаешь.

До меня просто только сейчас дошло.

Ну что, идем втроем?

Втроем?

Вообще, я думал Киру позвать еще.

Отличная идея.

Тогда после смены не расходимся.

Договорились.

Спасибо.

Только Киры нам не хватало.

А что? Сразу двойное свидание получается.

- Рубец - это фиброзная ткань, которая - До свидания.

- До свидания. - заменяет нормальную кожу после травмы.

По структуре она плотнее.

Снаружи все выглядит зажившим, но функционально эта ткань уже другая.

И восстановить оригинал невозможно.

Организм не умеет производить копию.

Он умеет только ставить заплатку.

Филипп,

нам нужно очень серьезно поговорить.

Марусь, после работы.

Мне нужно еще успеть все это перепечатать

и отнести Петру Андреевичу.

Марусь, какая же ты все-таки настырная, а.

Мне кажется, если я тумбочку открою, ты там будешь сидеть:

«Филипп, где рукописи?»

Не переживай, они у меня в ординаторской в сумке.

Закончу прием, всё тебе отдам.

Окей?

Пойдемте на рентген.

Марусь,

а ты сегодня после работы что делаешь?

Работаю.

Мне нужно столько дел сделать, на которые у меня был целый месяц.

Иначе Петр Андреевич…

Я даже не знаю, что он обо мне подумает.

Понял.

Ну, ты скажи, как у тебя будет свободное время.

У меня свободное время появится через несколько лет.

Кира, как дела?

Хорошо. Я работаю.

Что делаешь после работы?

Петр Андреевич, если что-то конкретное, пожалуйста.

Если надо на дежурство остаться, я останусь.

Нет.

Кира, давно мы вместе не собирались за одним столом.

Я хочу пригласить вас с Егором

сегодня к себе домой.

Это в честь чего?

В честь того, что мы не чужие люди.

Я с утра

немного резко выразился.

Ты об этом?

Ну, так за это можешь не переживать.

Больше такого не повторится.

Не верю.

Ты что, в детстве всех вокруг спасала и лечила?

Что теперь?

Как собака-то, жива?

Ее забрал наш выписавшийся пациент.

Вот теперь будет ветклинику посещать.

Хорошо, я рад.

Да, Кира.

Как главврач я был вынужден тебе сделать дисциплинарное замечание.

А как отец, я горжусь тобой.

Приходите с Егором сегодня ко мне вечером.

Буду очень ждать. Возражения не принимаются.

Кира, там девочку привезли, которую утром осматривали.

Кристину?

Опять?

Ну, пойдем.

А ведь я говорил, что защиту нужно надевать.

Так, может быть, расскажешь, почему ты ее не надела?

Это всё - твое воспитание, между прочим.

Ты такой же родитель, как и я. Объясни ребенку правила.

При чем здесь защита и наколенники?

Я просто поскользнулась.

Давайте не будем ссориться, а?

- Здравствуйте еще раз. - Здравствуйте.

Ну, что случилось?

На коньках каталась, упала.

С больным животом пошла кататься на коньках.

Она хотела гулять, я ее не отпускала.

Она сбежала.

За ребенком следить нужно.

Так, покажи мне, что болит.

Теперь живот не болит, только рука.

Мы к пяти успеем провести осмотр?

Я договорился, нам на 5 переназначили.

Да, когда тебе надо, ты обо всем можешь договориться.

Слушайте, вы, конечно, меня извините, но мне нужно провести осмотр.

Давайте кто-нибудь один останется?

- Да. Я останусь. - Я останусь.

Мам, пап, давайте вы оба выйдете, а?

У меня рука и голова болят.

Ну,

рассказывай теперь правду. Что случилось?

- Да? - Петр Андреевич вызывали?

Да. Проходи, садись.

Ты сегодня вечером свободен?

Да.

Хочу пригласить тебя домой к себе на ужин.

Кира тоже будет.

Ужин буду готовить сам, поэтому отказ не принимается.

Спасибо, я с удовольствием.

А вы еще и готовите?

Жизнь заставила.

Столько лет уже живу один.

Хочешь, не хочешь, научишься.

А ты что ж, не умеешь?

Да я так, ну, базово там…

Макарошки, яичницы, пельмени.

Не густо. Но ничего, научим.

Егор, я тут хотел тебя спросить.

Ты человек серьезный?

Ну, смотря в каком смысле.

В прямом.

Намерения у тебя серьезные?

Намерения относительно чего?

Относительно карьеры в нашей больнице.

А ты о чем подумал?

Молодой, перспективный, серьезный.

Такого зятя поискать надо.

Для кого на этот раз зятя ищете, Пётр Андреевич?

Себе, Игнат, себе.

Старею.

О будущем подумать надо.

Выписку Остапенко подпишете?

Конечно.

Пётр Андреевич, тогда до вечера?

Да, идите работайте.

Это он про тебя что ли?

Пётр Андреевич шутит.

Понятно, зятек.

На коньках каталась, поскользнулась и упала.

Сейчас вот так сделала - больно?

Да.

Ты знаешь, я в твоем возрасте тоже столько приключений придумывала,

чтобы папино внимание заполучить.

И ты знаешь, ничем хорошим это не закончилось.

Нарочно упала?

Нет.

Что вы? Я быстро ехала, была расстроена и…

Ну, и плакала.

Я тебя понимаю.

Поверь мне, как никто понимаю.

Но, увы, никак мы не можем повлиять на мнение

двух взрослых людей.

Я правда случайно упала.

Слушайте, вы меня, конечно, извините, что вмешиваюсь,

но может, кататься в таком состоянии не лучшая идея?

Может, у тебя есть занятия поспокойнее?

Я люблю по крышам лазать.

Там тихо, птиц можно покормить.

Людей нет, никто не лезет.

Ты, главное, в коньках не катайся на крыше, ладно?

Да уж, ладно, давай на рентген ее.

Филипп, я жду.

Вот ты приставучая, а.

Филипп, хватит испытывать мое терпение.

Марусь, я твою папку оставил в другой сумке.

Но вот завтра точно-точно принесу тебе.

И в качестве моральной компенсации еще куплю торт и цветы.

Договорились?

Торт и цветы?

Ну да.

Бисквит или медовик? Какой тебе больше нравится?

На твой вкус, Филипп. И цветы не забудь.

Не забуду.

А я тебя везде ищу.

А я кофе пью.

Я вижу.

Тебе купить?

Нет. Я пришла сказать, что совершенно неожиданным образом

у меня сегодня освободился вечер, и я готова принять твое предложение.

Что?

Пойдем к тебе?

Так сразу?

Да.

Ну хорошо.

Когда?

Можно после смены.

Супер.

Вы еще здесь?

У меня ничего серьезного. Езжайте на свое заседание.

Так. Значит, здесь у нас закрытый перелом лучевой кости без смещения.

Да.

Но я не исключаю легкое сотрясение мозга,

поэтому придется пару дней в стационаре полежать.

Да, хорошо. Если надо, конечно.

Доктор, может быть, что-то привезти?

Лекарства, бинты? Я не знаю.

Да нет, этого ничего не нужно.

Просто сменная одежда и предметы личной гигиены.

Хорошо, я понял. Сейчас всё организую.

Кристина, что поесть привезти?

Всё равно.

Вы за меня не переживайте. У вас же дела.

Езжайте, я подожду.

Да какие там дела, Крис?

Подождут дела.

Кристина, пойдем, провожу тебя на гипс.

- Да. Держи. - Спасибо.

Всё, пойдемте.

Пошли.

Кира.

До свидания, Игнат Валерьевич.

Я подал на развод.

Это - ваше личное дело, меня оно не касается.

Ты что, мне не веришь?

Я давно уже тебе не верю.

Вау, Давид!

Роскошно выглядишь.

Спасибо.

- Это тебе. - Красота.

Через полчаса сеанс.

Я билеты купил. Ты готова?

Ой, мне Егор Алексеевич только что написал.

У него поменялись планы, он не сможет пойти.

О, отлично.

Вдвоем пойдем.

Третий лишний.

К сожалению, я тоже не смогу пойти.

Мне мама 5 минут назад позвонила,

сказала, что мне надо обязательно быть дома.

Мама?

Да. Сказала, что нужна помощь.

Ты прости меня, пожалуйста.

А за букетик спасибо.

До завтра.

Здравствуйте.

Проходите.

Почти всё готово.

Спасибо.

Пётр Андреевич, простите за опоздание.

Брось, Егор, мы же не на работе.

А приходить в гости вовремя даже неприлично.

Проходите, раздевайтесь.

Спасибо.

Спасибо.

А ты чего такой нарядный и грустный?

Да так…

Что-то у меня в жизни совсем не клеится.

Что именно?

Всё.

Ну, тогда это надо жениться.

Не так-то это просто, Настя.

Почему?

До сих пор не женат.

Мне начинает казаться, что проблемы у меня.

Ну, может, это детские травмы?

У меня родители 35 лет женаты.

Папа маме каждое утро завтрак готовит.

Они под ручку вместе ходят.

Ну и разве это плохо?

Да это хорошо.

Я смотрю на них и думаю: «Хочу так же».

Но я не могу найти.

А если и нахожу, то я не подхожу.

Н-да…

У меня с точностью до наоборот.

В смысле?

Ну, у меня у родителей…

Короче, все не очень хорошо было. И вот отсюда проблемы, травмы.

Ну, или как сказал один психолог, у меня «избегающий тип привязанности».

- Ты ходишь к психологу? - Нет, я ходила на свидание вслепую.

А там оказался тип - ужасный зануда.

Ты была на свидании, тебе еще и диагноз поставили?

Ага.

- А что потом с этим типом? - Да ничего, я же «избегающая».

Но я думаю, что он прав.

Все наши проблемы, они из детства, от родителей.

Я думаю, если у тебя есть родители, начинай копить на психологов.

А если у тебя идеальные, то копи в два раза больше.

Точно.

Слушай, Давид, я…

я что тебе скажу. У меня книжка есть по психологии интересная.

Могу тебе дать ее почитать? Она там, в ординаторской.

Снова книжка?

А что не так с книжками?

Да так, это у меня филологическая травма.

- Пойдем? - Пойдем.

Пап, тебе помочь?

Да нет, спасибо, сиди.

Так, хлеб, салфетки, вилки, соус.

Еще соль и перец.

Отлично.

Давайте-ка по бокальчику.

У меня есть тост.

За семью и дом, где тебя всегда ждут.

Здесь Кира такая смешная.

Еще сама себе чёлку почти под корень отрезала.

Я помню, мама увидела чёлку.

Говорила, что я на Жанну д'Арк похожа.

Я тогда так обрадовалась, мне казалось, что это актриса какая-то.

Ладно, потом посмотрите. Пойдемте в зал.

К столу.

Значит, ты живешь вон там, наверху?

А Филипп вот в той комнате, да?

Нет, это - кладовка. Филипп вон там.

Ой, Марусь,

лучше не надо.

Я как-то зарядку потерял,

зашел к нему.

Потом столько возмущений было.

А он когда домой вернется?

Не знаю, он мне не отчитывается.

Так, ну, всё готово. Прошу к столу.

Какое кино смотреть будем?

Слушай, я вообще научно-популярное смотрю,

так что давай, может, вообще музыку послушаем?

Не хочу кино.

Хорошо, давай.

А это что?

Вино красное, сухое.

Дорогое.

А я и не пью красное вино.

Потом губы и зубы фиолетовые.

Так что придется тебе идти в магазин за белым.

Нет, никуда я не пойду.

Почему?

Потому что у нас есть всё дома.

У тебя было прям счастливое детство.

Да, до 6 лет я была самым счастливым ребенком на свете.

Вот, смотри, звездочка.

Чего так мало?

Мамы в 6 лет не стало.

Папа меня потом в интернат отправил.

Я помню, я каждый день так сидела, в окно смотрела, на дорогу, папу ждала.

Меня даже ребята в интернате «гляделкой» стали дразнить.

Но

папе тоже тяжело было.

На работе был постоянно, не до меня.

Вот, получается, 3 года я его так и прождала.

А потом…

потом у меня бабушка приехала из Армении, забрала меня домой.

Вот это она?

Папа, ты куда? Мы же не закончили.

Ну, вот так и живем.

Что мне оставалось делать?

Я был единственный оперирующий хирург на четыре района!

Я работал без выходных!

Каждую ночь срочные вызовы!

Ты боялась темноты, ты помнишь?

Постоянно сбегала из дома ко мне в больницу!

Я вынужден был отдать тебя в интернат ради твоей же безопасности!

Спасибо большое, я это очень ценю.

У меня не было, слышишь?

У меня не было другого выхода.

Давай не будем, ладно?

Разговор всё равно ни к чему не приведет.

А ты сейчас сама стала взрослой.

Врач, хирург.

- Часто бываешь дома? - Я говорю, хватит.

И семьи до сих пор нет.

Поэтому ты не можешь рассуждать о том, чего не знаешь.

Ты меня целый год не навещал.

Один раз в месяц можно найти несколько часов,

чтобы собственного ребенка увидеть, м-м?

Значит, так хотел, пап?

Отойду на минутку.

Ты меня не учи.

Заведи своих, поставь их на ноги, потом поговорим.

Каждый день какие-то фокусы, что краснеть из-за тебя!

Это ты-то меня на ноги поставил?

Да ты меня бросил в самый трудный момент в моей жизни.

Я как ковыль на дороге росла, а тебе теперь еще стыдно за меня?

Ну, так значит, лучше воспитывать надо было, папа.

Заведёшь своих,

станешь для них идеальным родителем.

Потом меня научишь.

Идите домой, Кира.

Я устал.

Тебе пора?

Куда?

Не знаю. Ты просто постоянно на часы смотришь.

Нет, всё в порядке.

Просто, ты знаешь, меня вино совсем не берёт.

Может, у тебя есть что покрепче?

Коньяк есть.

А я коньяк не люблю.

Может, виски?

Кажется, был.

Ну вот, Филипп почти всё выпил.

Ну, тогда тебе точно придется идти в магазин.

И еще купи горький шоколад к виски.

Хорошо.

Я быстро.

Наконец-то.

Поужинали, называется.

Н-да.

До свидания, Петр Андреевич.

Папа?

Кира, иди спать. Ты чего вскочила?

Я в больницу. Я вернусь.

Иди спать, пожалуйста.

Нет, не уходи!

Мне одной страшно оставаться!

Доченька хорошая моя, ну, мне надо идти.

Там срочно нужна моя помощь. Человек в беде.

Тогда я с тобой!

Я быстро оденусь.

Я за одну минуту соберусь.

Тебе надо спать.

Потом посплю.

Я быстро.

Папа!

Папочка!

Возьми меня с собой!

Я буду тихо сидеть.

Только не оставляй меня одну!

Прости, пожалуйста.

За что?

Ну, ты мне такой прекрасный ужин, а я -

семейные разборки и детские травмы.

Да всё нормально.

Я правда стараюсь папу полюбить.

Простить не получается.

Но, безусловно, я его уважаю как врача.

Он гений.

Ну вот как человек, как отец…

Ну, я нашла ключи, открыла дверь и пошла к папе в больницу.

Можешь себе представить?

Ночь, операционная, и я захожу в пижаме.

Парадоксальная детская логика.

То есть, дома одной страшно, а через весь город идти не страшно?

Ну, спасибо тебе еще раз.

И…

извини, что так получилось.

Да нормально. Я всё понимаю.

Зато с каждым днем я узнаю тебя все лучше и лучше.

Да.

Ну, я пойду.

Пока.

Пока.

Вот так, значит.

Глеб?

Ты дома?

А у нас гости?

Фиброзная ткань со временем стягивается.

Это называется «контрактура».

Кажется, все зажило, можно жить дальше.

Но рубец натягивает кожу, ограничивает движение.

Только не оставляй меня одну!

Папа!

И стягивает то, что раньше было свободным.

Старые рубцы не дают поднять руку, чтобы обнять.

Не дают произнести простые слова.

Каждое движение где-то глубоко отдает тянущей болью.

Рана зажила давно, а шрам продолжает работать.

Но двух одинаковых шрамов не бывает.

Как не бывает двух одинаковых историй.

Проголодались, головастики?

Хорошо, что ты не уехал.

Да, Петр Андреевич.

Нет, далеко не уехал.

Да, через 10 минут буду в больнице.

Пациентка из хирургии пропала.

Несовершеннолетняя.

Кристина?

Кажется, да.

Почему он тебе звонит, а не мне? Это - моя пациентка.

Поехали.

Ну вот я тебя один раз в жизни попросил прийти попозже.

Просил? А-а…

Забыл, извини.

А у тебя что, свидание, что ли?

Тихо ты.

А где Маруся?

Маруся?

Ты ее закадрил все-таки.

Молодец.

Но когда я вошел, ее уже здесь не было.

Странно.

Не могла же она без обуви уйти?

Слушай, если ее в ванной нет, пойду тогда душ приму.

Почему у вас нет охраны в больнице?

Ребенок может просто взять вот так и выйти, да?

Да при чем здесь больница?

Она постоянно сбегает. Не уследишь!

Не надо было вдвоем за вещами ехать.

Это я во всем виновата.

А что, если с ней что-нибудь случилось?

Давайте лучше подумаем, куда она могла пойти.

Петр Андреевич, есть хорошая новость.

Судя по камерам, пределы больницы девочка не покидала.

Значит, надо еще раз внимательно всё осмотреть.

Родители, не волнуйтесь.

Мы обзвонили всех друзей. Полиция работает. Всё будет хорошо.

Родители, вы лучше знаете своего ребенка.

Подумайте, где она могла спрятаться?

Спрятаться?

Да мы понятия не имеем, да?

Кажется, я знаю, где она.

- Думаешь, о том же, о чем и я? - Да.

Черт, Марусь, ты что тут делаешь?

Где рукопись, Филипп?

Она в моем шкафу сидела.

Я до завтра должна распечатать работу Петра Андреевича.

А он меня уже который день завтраками кормит!

Филипп, то, что ей нужно, у тебя в сумке.

Держи.

Марусь, вот ты правда всё же с приветом.

Я начинаю тебя побаиваться.

Ты уже домой?

Да.

Мне надо еще всё это за одну ночь перепечатать.

Может, тебе помочь?

Нет, спасибо. Я сама как-нибудь.

Извини.

Я знаю, это глупо.

Звезды не умеют исполнять желания, но

может быть,

вы сделаете так, чтобы мои родители помирились?

- Кристина! - Нашлась!

Мам!

Кристина.

Ну, куда ты пропадала, а? Мы тебя всюду искали.

Каждый рубец - это роспись жизни на твоей коже.

То, что делает тебя собой.

Рубцы нельзя убрать полностью.

Их можно только сделать незаметнее.

Ткань все равно останется другой.

Это - цена любого заживления.

У психологических рубцов реабилитация одна:

честный разговор.

Ну и напугала же она их, да?

Когда ты наконец произносишь вслух то, что болело годами.

Ты как себя чувствуешь?

Нормально.

Я-то чего? Главное, ребенок нашелся. Идем.

Контрактура не уходит, но перестает ограничивать.

Ты снова можешь поднять руку, можешь обнять,

можешь дышать полной грудью.