Original subtitles

Морг слушает.

Наумов, мне твои шутки никогда не нравились.

Да, я помню. Мы же из-за этого развелись.

Помнишь, в суде так и сказали: «Не сошлись чувствами юмора»?

Помню, конечно. Сын с тобой хочет поговорить.

Сынок, иди с папой поговори.

- Пап! - Привет, сынок.

Папа, представляешь, вчера у Нины на дне рождения мы все прыгали на батутах!

А потом мы ели пиццу.

А потом все вместе играли в прятки! Мне очень понравилось.

Пап, ты меня слышишь?

Да-да, я слушаю, сынок.

Ты рассказывай, мне очень интересно.

Пап, я по тебе скучаю.

Иногда я думаю, что хирургия - это не просто работа.

Это состояние души.

Когда ты видишь, как люди болеют,

когда от твоих решений зависят жизни, это не каждый выдержит.

И вся жизнь как-то сама подстраивается под этот бешеный ритм.

Хотя, может, это просто оправдание моей неспособности быть обычной женщиной

и выбирать правильных мужчин?

Тебе.

Вчера сладости, сегодня цветы.

Думаешь, я настолько банальна?

Иди еще кого-нибудь найди и подари.

Какие красивые! Это кому и в честь чего?

Кому?

Да для всех дам нашего прекрасного отделения!

Только поставьте в воду.

Хорошо, спасибо.

Девчонки!

Какой у вас муж заботливый.

Сидит в коридоре, ждет.

Заботливый?

Голова дырявая у него.

Вчера просила: «Купи компрессионные чулки, привези».

Три раза повторила.

Он кивал, обещал.

- И где? - Забыл?

Ну, конечно, забыл.

А они мне после операции нужны, чтоб тромбы не пошли.

Ничего страшного, через час наденете.

Вот всегда так.

10 лет замужем, а все клещами вытягивать приходится.

Ну, зря вы так строго.

Ой, девочка, мужика в ежовых рукавицах держать надо.

А то на шею сядет и ноги свесит.

Путь к сердцу мужчины лежит через нагоняй.

А я думала через желудок.

Ну что, мы закончили. Сейчас вас переведут в палату. Операция прошла успешно.

Продолжим медикаментозную терапию.

Повязки менять каждый день.

Спасибо вам, доктор.

И вам, девочки, спасибо.

Мужу мою просьбу передайте.

Обязательно передадим.

- Копылов. - Спасибо.

Вы уже здесь?

Отдохнули хоть немного?

Вы хоть поужинали ночью?

Или завтракали?

В обед поужинаю и позавтракаю. Хорошего дня.

- Спасибо. - Спасибо.

Доброе утро.

Как себя чувствуете?

Гораздо лучше.

Так…

Задыхаюсь немного.

В чем дело, Копылов?

Я задыхаюсь…

от любви к вам.

Значит, идете на поправку?

Одиноко здесь.

Температура вечером была?

Заработалась совсем здесь.

Глаза уставшие.

Поехали после выписки со мной.

На реабилитацию.

Я все оплачу.

Море, свежий воздух.

Копылов, я смотрю, у вас много жалоб было.

Сейчас все в порядке?

Нет, не в порядке.

Я тут такой стресс испытал во время процедуры.

Тут инструменты падали, трубки не туда втыкали.

А я молодец, не пожаловался.

Хотя я имел полное право.

Мне нужна…

реабилитация.

Психологическая поддержка.

Значит, жаловаться хочешь?

Ну, вперед, иди жалуйся.

Копылов, я хирург.

Мне отдых не нужен.

Мне нужно, чтобы пациенты выполняли мои рекомендации и не мешали моей работе.

Это понятно?

Выздоравливайте.

Ну как?

- Все хорошо? - Операция прошла успешно.

Жену вашу переводят в палату, и в часы приема можете ее навещать.

Слава Богу.

Я так волновался.

«Кроссэктомия». Слово-то какое-то страшное.

Понимаю ваше волнение.

На самом деле это - профилактика тромбообразования.

Да, было осложнение в виде гноя. В связи с этим была температура.

Мы все убрали, так что ничего страшного.

Года три назад у нее голова кружилась.

Анемия.

Думал, ерунда.

Полежит там, пройдет.

А у нее прединсульт оказался.

До больницы еле успели довезти.

Я с тех пор сплю плохо.

Постоянно прислушиваюсь, дышит ли.

Сами какой-то бледный. Можно?

- Позволите? - Да.

Так у вас температура.

Да нет.

Нормально. Ну, может, устал немного.

Я не спал всю ночь. Переживал.

Ваша жена просила передать, чтобы вы не забыли привезти компрессионные чулки.

Ай, точно, забыл.

Из головы вылетело совсем.

Они дома остались.

Все, бегу. Я быстро вернусь.

А почему у него такая странная походка?

Подождите, у вас не болит ничего?

Да нет, все нормально.

А почему за правый бок держитесь?

Ну, так. Немного.

Да засиделся, может. Спина затекла.

Спина? А сами за бок держитесь.

Пойдемте, я вас осмотрю.

Я не могу, я обещал жене выполнить свою просьбу.

Хорошо. Смотрите, у вас температура. Это - признак воспаления.

Я вас осмотрю и отпущу, хорошо?

- Хорошо. - Пойдемте.

Ну, я не знаю, что вам сказать. Я вас услышал.

Мы обязательно примем меры.

Вы же понимаете, что это очень серьезно?

Конечно.

В конце концов, вы давали клятву Гиппократа.

Я вам обещаю, мы примем самые строгие меры.

Спасибо, доктор.

Всего доброго.

Алло.

Сергей Михайлович, ты почему до сих пор не на работе?

Мне с тобой очень нужно посоветоваться.

Петр Андреевич, да я уже в пути. Только не своим ходом. На скорой.

- Подъезжаем уже. - Что?

Уже выхожу.

Сергей Михайлович, что случилось?

Да вот решил проверить, как наши фельдшеры вызовы отрабатывают.

- На рентген давай. - Ага.

- Быстро. - Петр Андреевич, не надо так волноваться.

Ну просто упал.

- Где упал-то? - Да возле подъезда.

- Руку, руку. - На работу торопился.

Сергей Михайлович, я держу вас. Руку.

- Зато с ветерком долетел, слушай. - Тихо-тихо.

Так, когда боль почувствовали?

Часа в четыре-пять.

Ай!

- У вас грыжа, вы знали? - Ну…

Лет пять назад мне врачи говорили, что надо оперировать.

- Но я откладывал. - Ну-ну.

Обычно она меня не беспокоила.

А сегодня утром прямо хуже стало.

Так, грыжа невправляемая, защемилась.

Кишка сдавлена. Возможно, нарушен кровообмен.

И что это значит?

В кишку не поступает кровь.

Она отмирает.

Начинается некроз.

Я ничего не понимаю в этих ваших словечках.

Можно как-то попроще?

Да.

Вы можете умереть уже сегодня.

Если мы не прооперируем.

Сегодня умирать мне нельзя.

А то жена выпишется из больницы,

узнает и прибьет меня просто.

Давайте сделаем так.

Я быстро сбегаю за чулками и вернусь.

- Хорошо? - Нет, оперировать надо прямо сейчас.

Я обещал жене.

Постарайтесь не двигаться. Маруся, готовь операционную.

- Осторожно. - Сергей Михайлович, что случилось?

Да споткнулся возле дома.

Ногу подвернул или сломал.

Сейчас узнаем.

- Так, а себя сейчас как чувствуете? - Да живой пока.

Сергей Михайлович, что случилось?

Лариса, срочно в перевязочную и сделай рентген.

- Я сейчас подойду. - Хорошо.

Вася.

- Не скучайте тут без меня. - Нам не придется.

Спасибо, спасибо.

Подожди, Кира.

Есть серьезный разговор. Пойдем ко мне в кабинет.

Я сейчас не могу. У меня обход. Давай я потом зайду.

Ну, или можем прямо здесь.

Ну хорошо, здесь так здесь.

На тебя поступила жалоба.

Так, и в чем меня обвиняют?

Халатности, некомпетентности и грубом обращении.

Если ты уже срываешься на пациентах, то или бери отпуск,

или я тебя сам уволю.

Ты серьезно?

Абсолютно.

Я хорошо знаю, чем чреват хронический недосып и выгорание.

Я знаю, от кого жалоба поступила.

Скорее всего, пациент по фамилии Копылов, так?

Да, он.

Он собирается выше жаловаться.

Нам это совсем не нужно.

Так что иди к нему

и уладь ситуацию.

Включи все свое женское обаяние.

Чего такие грустные?

Кто-то умер?

Я надеюсь, Кира Петровна, вы меня поняли.

Согласен, шутка была не очень.

Что случилось?

Помощь нужна?

Слетаешь с Копыловым на море вместо меня?

Не понял.

Здравствуйте, Игорь Викторович. Как себя чувствуете?

- Чувствую, будто лет на 10 состарился. - Правда?

А по анализам все прекрасно. Сегодня же вас выписываем.

- Выписываете? - Конечно.

Мне же еще 3 дня лежать?

Ничего не знаю. Вам пора домой.

Это ты от меня так избавиться захотела?

Нет, это - рекомендация вашего лечащего врача.

У вас все в порядке.

У вас же есть силы, чтобы катать жалобы на ровном месте, к женщинам приставать.

Зачем отнимать время у тех, кому действительно нужна помощь?

Кто к вам пристает?

Я жалуюсь, что во время процедуры инструменты падали, что-то там путали.

Я такой стресс испытал.

Да, я слышала про стресс. Дальше что?

Медсестра уронила инструмент. Да вас с такой жалобой только осмеют.

А это мы посмотрим.

Выписка раньше времени из-за личной неприязни - тоже повод.

Ну, что я могу вам сказать?

Ваше право.

Петр Андреевич, я серьезно.

Я ухожу на больничный и сразу подаю заявление на пенсию.

Ты, главное, не торопись с решениями, хорошо?

Да какие решения? Лет-то мне уже сколько?

Нога вот сломана.

Недель шесть в гипсе - минимум.

Да и последние полгода я больше мешал, чем помогал.

- Сергей Михайлович, ты это брось. - Петр Андреевич, я устал.

Ну пойми, я хочу с внуками нянчиться.

На рыбалку ездить, а не эти бумажки подписывать.

Да ладно. Все у тебя будет хорошо.

Ты не волнуйся. У тебя прекрасная есть команда. У тебя есть Кира.

У тебя есть Игнат.

Да, кстати, молодые подтянулись опять же.

Сам же говоришь, толковые ребята.

Я тебя не отпускаю.

Заменить тебя некем.

Вот давай выздоровеешь, а там посмотрим.

Сергей Михайлович, ну как вы?

Да все обошлось. Без смещения.

Ты-то чего? Случилось что?

Да нет. Ничего не случилось.

Все хорошо, собственно говоря, как и у моих пациентов.

Копылов здоров как бык, поэтому сегодня же его выписываю.

Ну что, ты исправила ситуацию?

Извинилась?

Что?

Орешь во время процедур, выписываешь раньше срока.

Кира, я официально делаю тебе выговор по жалобе Копылова.

С завтрашнего дня ты идешь на отдых.

Это не просьба. Это приказ.

- Серьезно? - Абсолютно. Так для тебя будет лучше.

Может, я сама знаю, что для меня лучше?

С завтрашнего дня ты отстранена.

Не слишком ты с ней строг, а?

Я ж как лучше хочу.

Сергей Михайлович, всю жизнь в этой больнице она.

Ни ребенка, ни котенка.

Ну, новая кровь пришла.

Кире можно и выдохнуть.

Ладно, друзья, вызывайте мне карету.

Кишка такая темная.

Ишемия. Кровообращение нарушено.

Проверим, живая ли.

Так, извлекаю петлю кишки из грыжевого мешка.

Вправляю обратно в брюшную полость.

Розовеет.

Кровообращение восстанавливается. Успели.

Слава Богу.

Да.

Был бы некроз, пришлось бы резецировать.

Проверим пульсацию сосудов.

И цвет.

Тонус.

Все хорошо, жизнеспособная.

Ушиваем грыжевые ворота.

Сетку.

Хорошо, что заметила.

Что?

Походку.

Не обратили бы внимания, ушел бы, через 2 часа вернулся бы трупом.

Вот так.

- Молодец. - Спасибо.

Егор Алексеевич,

а вы тоже считаете, что мужчинам нравятся такие деспотичные, самовлюблённые женщины?

Ну, конечно, нет.

На Руси вообще не говорили «я тебя люблю», а говорили «я тебя жалею».

Всем нравится, когда за ними ухаживают, заботятся о них, жалеют.

Все.

Готово.

Можно переводить в палату.

- Егор Алексеевич. - Да?

Вам чулки передали. Компрессионные.

Это не мне, это пациентке с кроссэктомией в 105-ой. Передай, пожалуйста.

Хорошо.

Вы заказали?

Мужская солидарность.

Вот что значит старая школа.

Мхм, хотя бы не нервный, как некоторые.

Да, добрый дядечка.

Глеб, что за слова? «Дядечка»? Ничего, что он главврач?

Ну, тебе, понятно, слово «шугар дэдди» ближе.

Всем приветики.

Я пирог принесла.

Марусь, ты прямо сегодня расцвела.

Спасибо. Я просто пораньше встала,

поймала вдохновение и испекла пирог.

Очень вкусно пахнет.

Я так давно не ел домашней еды.

Ты просто хозяюшка.

Да, Марусь, выглядит роскошно.

- Что? - Филипп, а ты попробуешь?

Это мой лучший пирог.

Извини, Марусь. У меня аллергия на яблоки.

И вообще я на ПП.

А я тоже на ПП.

И я вообще только овощи и фрукты ем.

И поэтому и пирог яблочный.

- Но… - Оставь его.

Оставь его, нам больше достанется.

Все, хоро…

Ну, я-я вспомнила, что у меня там дела.

Всего… приятного.

- Спасибо. - Мхм.

Кажется, кто-то подкатывает к Филиппу.

Н-да, она странная какая-то.

Да нормальная.

И пироги вкусные печет.

И симпатичная.

Ага, а еще в обморок падает во время операций.

Серьезно?

Да.

Вы не слышали?

Мы все это обсуждали, когда мы пришли.

Вообще странно, она тут 2 года и ни разу не провела самостоятельной операции.

Да мало ли может быть причин?

И вообще, только хороший человек может испечь такой пирог.

Хороший человек не профессия.

Егор.

Предложение в силе?

Так ты же хотела сама разобраться.

- Ладно. - Ну хорошо.

Когда его выписывают?

Сегодня.

Вызов принят.

Беру Копылова на себя.

Ну, хорошо, только без рукоприкладства.

Да ладно, зачем его трогать, когда холодное оружие мой рабочий инструмент?

Не пугай меня.

Мэм.

Марусь, пироги - это прошлый век.

Что?

Я говорю, пироги - это, конечно, очень мило,

но мужчину таким путем ты не привлечешь.

Ну а каким путем привлечешь?

Ну, общаться с ними о том, что им интересно.

Их работа, их хобби.

И постоянно, обязательно им нужно восхищаться.

Не очень понимаю.

А что конкретно делать?

Ну смотри, ты знаешь, что Филиппу интересна научная работа Петра Андреевича,

а ты с Петром Андреевичем близко работаешь и наверняка много о нем знаешь.

Да, знаю. Я помогаю ему с научными статьями.

Ну вот, видишь, смотри - прекрасная тема для разговора.

Марусь, мужчин надо привлекать своими знаниями, а не пирогами.

- Может, ты права. - Конечно, насчет мужчин я всегда права.

Кстати, про мужчин.

А Петр Андреевич и Кира? Она мутит и с Игнатом, и с ним?

Ты что такое говоришь?

Кира - единственная дочка Петра Андреевича,

а их отношения с Игнатом мы тут не обсуждаем, они же не афишируют.

Как интересно. Слушай,

а чего они тогда комедию разыгрывают? Ну, официальный тон, фамилии разные?

Да там какая-то семейная драма, я сама не знаю, честно.

Маруся,

я так люблю драму!

Поэтому если что-то узнаешь, обязательно мне рассказывай, хорошо?

Хорошо.

- Здравствуйте. - Здравствуйте.

Покажите язык.

Угу, понятно.

Что, доктор? Что случилось?

Провожу визуальную диагностику.

Вы теперь мой пациент.

А где Кира Гаранина?

Мою жену отстранили.

Сделали строгий выговор, оштрафовали.

Я думаю, еще одна жалоба, и ее уволят.

Она ваша супруга?

Да, а что?

Извините, я не знал, что она замужем.

Вроде без обручалки.

Кольцо она не носит, ей в нем жарко.

Ну что, я теперь, как ваш новый лечащий врач, обещаю вам вылечить все.

Близорукость, сколиоз, косолапость, пневмоторакс,

слабоумие, возможно, даже импотенцию.

Ну и, конечно же, мы начнем с застоя желчи.

С какого еще застоя желчи?

Ну, как?

Жалобы, они же просто так не пишутся, значит, вы испытали огромный стресс.

Это всегда ведет к застою желчи.

Я здоров, мне сказали, что меня сегодня выписывают.

Кто вам это сказал?

Ваш предыдущий лечащий врач.

А теперь я, как новый, обязан увидеть полную картину.

Мне нужно сделать анализы.

Придется сдать флюорографию,

анализ крови,

к сожалению, колоноскопию.

Ну и, конечно же, в конечном итоге придется делать слепое зондирование

труднодоступных мест.

Слепое зондирование не надо, пожалуйста.

Надо, Федь, надо. Желчь сама по себе не выходит.

Я исправлю все недочёты своей жены.

И когда вы станете самым здоровым человеком на планете Земля,

тогда мы уже с вами встретимся вне стен этой больницы

и обсудим с вами

поездку на море, совместный отдых,

голубые глазки и все, что вы захотите.

Я понял.

Извините, пожалуйста.

Мне правда уже лучше, и я думаю, что дополнительное обследование - это лишнее.

Спасибо вам и Кире.

Меня же выпишут сегодня?

Ну, если вы зафиксируете свою благодарность на бумаге

и отправите на имя главврача, я не вижу препятствий.

Алина, мама уже едет. Все будет хорошо.

Зачем вы ей сказали? Я же просила. Я через час уже буду в зале.

Алина, я очень восхищена твоим мужеством,

но давай все-таки помнить, что жизнь и здоровье на первом месте.

А это важно!

Я Игнат Валерьевич, завотделением хирургии.

- Здравствуйте. - Зачем мне хирург?

Это мы сейчас выясним. В смотровую ее.

Не переживай, сейчас доктор осмотрит тебя.

А вы разве не доктор?

Я - доктор, но тебя осмотрит лучший в городе.

Сюда?

Давайте, ребята. На меня, на меня.

- А вы кто? - Тренер.

- Что с ней случилось? - Живот сильно свело, разогнуться не может.

Ага. Подождите там.

Мхм. Спасибо.

Так, ну что у нас там? Как зовут?

Зовут Алина. Сильные забрюшинные боли, повышенная температура и тошнота.

Алиночка, мне надо сейчас тебя осмотреть.

Приподними, пожалуйста, свитер.

Я стесняюсь.

Можно моим доктором будет девочка?

Ну, девочка так девочка.

Анастасия, прошу.

Сейчас аккуратно. Давай.

Алина, смотри, я сейчас буду нажимать, а ты говори, где больно, а где нет, хорошо?

Больно, больно.

- Тут? - Больно.

Ну, что там?

- Игнат Валерьевич, все. - Очень холодно.

Можно одеяло?

Здесь тепло. У тебя просто повышенная температура.

Я обещала через час быть на тренировке.

Алиночка, тренировки - это, конечно, хорошо.

Но нам надо разобраться, что с тобой.

Филипп, ты же читал статьи Петра Андреевича?

Я тут подумала.

Ты же читал статьи Петра Андреевича?

А я много с ним работала.

Может быть, я бы могла как-нибудь тебе помочь?

Да, статьи очень крутые.

Петр Андреевич - настоящий спец.

Ну и чем ты можешь мне помочь?

Ну, я редактировала некоторые. Я знаю, как он думает.

Могу рассказать тебе про пару его интересных идей из исследований.

Правда?

Ты помогала ему с исследованиями?

Как, помогала? Как стенографистка.

Но это было очень интересно и полезно.

И…

клиническое мышление Петра Андреевича, вот что невероятно.

Да, клиническое мышление Петра Андреевича интересует меня больше всего на свете.

А давай я тебе расскажу про его наработки.

У него есть удивительно интересная теория по поводу…

Нет, Маруся, ты мне лучше на почту отправь. Я сам почитаю. Ладненько?

На почту? Может, я сама расскажу?

На почту, так на почту.

Скоро приедет Оксана Павловна, мать Алины.

Мне уже бежать в зал надо. Ученики ждут.

Скоро соревнования.

Хорошо. Тогда оставьте телефон в регистратуре. Если что, я вам позвоню.

Спасибо. Главное, чтобы все было хорошо.

Она так бредит этими соревнованиями.

Всю неделю серая ходила, занималась через силу. И вот до чего себя довела.

Вы не переживайте. Все будет хорошо.

Спасибо.

Здравствуйте. Где Алина? Что с ней? Она упала?

Здравствуйте. Алина вся серая.

Живот сильно болит. Разогнуться не может.

Да у нее это вечно перед соревнованиями, поменьше с ней сюсюкаться надо.

Та еще актриса.

Оксана Павловна, вы только не переживайте,

но, возможно, вашей дочери понадобится экстренная операция.

В смысле?

У нее завтра городской чемпионат.

Значит, придется пропустить.

В смысле? Мы уже костюм купили. Она так долго готовилась.

Если после каждой ее жалобы ее в больницу отправлять…

Послушайте, я не сомневаюсь, что вы лучше знаете своего ребенка.

Но Алина уже не первый день плохо себя чувствует.

Что же вы тянули-то? Надо было раньше обращаться.

Да почему? Что с ней?

Я пока вам не могу сказать.

Ее осматривает Игнат Валерьевич, завотделением.

А вы кто?

Кира Гаранина, хирург.

Понятно. Вам лишь бы резать. Придумали срочную операцию.

Где моя дочь? Какой она в палате?

Она сейчас в смотровой.

Вам придется дождаться ее здесь.

Где смотровая? Мне нужно забрать свою дочь.

Хорошо, пойдемте.

Скорее всего, у нее перитонит. Мы сейчас насчет УЗИ узнаем.

- Хорошо. - Глеб, за мной.

Алина, что опять не слава Богу?

У меня очень живот болит.

Сильно тошнит.

У тебя всегда что-нибудь перед соревнованиями.

Давай, собирайся. Мы поедем.

Я не могу.

Ну что вы стоите? Дайте какое-нибудь обезболивающее, и мы пойдем.

Вы в своем уме?

- Это вы мне? - Это вам.

У нее подозрение на перитонит. Она никуда не поедет.

- Коленочки подними. - Как вы вообще со мной разговариваете?

Так, давайте мы все успокоимся. Мы сейчас сделаем УЗИ и получим результаты.

Мы не будем ничего ждать.

Алина, собирайся, мы уезжаем. В частную.

Не факт, что вы до нее доедете.

80 на 50.

Так, во-первых, я - мать, и я лучше знаю своего ребенка.

А во-вторых, что-то, доктор, вы слишком чувствительны,

если эти острые приступы симуляции вас настолько впечатляют.

Не мешайте осмотру, пожалуйста.

Ну хорошо.

В каком кабинете у вас главный врач сидит?

Пятнадцатый кабинет.

Только он тоже врач, а не волшебник, и прикосновением рук не лечит.

Напомните ваше имя.

Кира Гаранина.

В операционной я чувствую себя на своем месте.

Здесь нет места сомнениям и слабостям.

Каждый разрез, каждый шов - это ответственность.

Но за пределами этих стен я часто ловлю себя на мысли, что теряюсь.

Может, именно поэтому я так много работаю, чтобы не думать о том, чего у меня нет?

Да, прошу вас, проходите.

- Здравствуйте. - Здравствуйте.

Я - мама Алины Зориной, и я настаиваю, чтобы мою дочь немедленно отпустили домой.

Если ваши протоколы так того требуют,

я обязуюсь завтра вечером ее вернуть сразу после того, как она выступит.

Простите, а когда ваша дочь поступила к нам?

Ну, сегодня, вот где-то час назад.

Я говорю, что я ее мать, и я очень хорошо знаю своего ребенка.

Она в порядке.

А вашим хирургам, им бы только резать.

Еще и грубит хамка.

Простите, а кто вас принял?

Кира или как ее там?

Гаранина?

Учтите, я просто так свою дочь под нож не отправлю.

Я хочу написать отказную и буду жаловаться.

Простите, я вас оставлю буквально на одну минуту.

Прошу вас, вы присаживайтесь пока.

Присаживайтесь.

Да, Петр Андреевич.

К нам поступила пациентка, около часа назад?

Алина Зорина?

Зорина? А, да.

Кира ей занимается.

Пациентка попросила доктора женского пола.

Понятно. Ну, я сейчас разговариваю с ее матерью.

Пытаюсь успокоить. А вы пока обследуйте.

И скажи Кире, что выходной у нее уже начался,

чтобы ни к родственникам, ни к пациентам даже не приближалась.

Все.

- Простите. - На чье…

На чье имя писать отказную?

Или вам уже удалось решить вопрос?

Извините, как вас звать-величать?

- Оксана. - Оксан.

Понимаете, пациент поступил, и нам нужно выполнить свою работу.

Я могу узнать, что болит у вашей дочери?

Это - симуляция. Очередная.

Кажется, живот.

Живот - это серьезно.

Да у нее все серьезно.

Сколько денег я потратила на эти ее псевдоболячки?

Ей лишь бы гулять, а не делом заниматься.

Ох уж эти детки.

Вы не представляете, но у меня такая же. Только наоборот.

Тоже дочь?

Да.

И сколько ей?

Не поверите. Уже за 30.

То есть это никогда не кончится?

Видимо, нет.

От операции я все равно откажусь. Имейте это в виду.

Вот выступит, потом будем лечить ее планово.

Если у нее вообще там что-то болит.

Хорошо.

А сейчас давайте с вами пойдем просто чай попьем.

Но в любом случае,

нашим врачам нужно какое-то время, чтобы осмотреть вашу дочь.

После я вас сразу отпущу.

Пойдемте.

Прошу.

Вы только не думайте плохо про мою маму.

Она не злая. Это я сама виновата.

Не переживай, солнышко.

У нас нет времени думать о личных качествах мам наших пациентов.

Ну, вдохни.

Это я достала придуманными болячками.

Она в прошлом году из-за меня очень хорошую работу потеряла.

Не переживай. Люди болеют.

У нее губы синеют. Надь, давай быстрее. Дыхание учащается.

Я сейчас, кажется, умру.

Тихо, тихо. Потерпи, потерпи.

Посмотри-ка, что там в малом тазу.

Да, вижу. Развивается воспалительный процесс.

Можно, пожалуйста, обезболивающего? Вколите в меня что-нибудь!

Потерпи, потерпи чуть-чуть. А вот это что такое? Посмотри.

Мама меня сейчас прибьет.

Мама тебя не прибьет. Мама тебя очень любит.

Все будет хорошо. Слышишь меня?

Кира Петровна.

С сегодняшнего дня вы в отпуске.

Игнат Валерьевич, я разберусь.

Ну, меня попросили, я передал.

Кира! Кира, она теряет сознание.

Кира! Кира!

Глеб, зови операционную бригаду. Срочно!

- Так мать же отказную собиралась писать. - Быстрее, я сказала!

Тихо, тихо, тихо, тихо, тихо.

Знаете, я ее одна воспитываю.

Без мужа, без помощи.

Впахиваю на двух работах, как лошадь. Хочу, чтобы она ни в чем не нуждалась.

Чтобы у нее было будущее.

Спорт - это

характер, это имя, это дисциплина.

Она постоянно что-то выкидывает. То у нее живот болит, то голова болит.

Столько раз это было. У нее талант такой.

Она врачам так голову заморочит, что они что угодно найдут.

А может, она просто не хочет заниматься спортом?

Может быть, соревнования ее пугают?

Конечно, не хочет.

Это понятно.

А кто сейчас хочет напрягаться?

Я мать, я не враг.

Я, наверное, как-то побольше понимаю в жизни.

Быть гимнасткой - это социальный лифт.

Ну, посмотрите на других гимнасток.

Каких-то невероятных высот добились обычные девочки.

Но иногда дети чувствуют давление.

И тогда это проявляется вот так, через болезни.

Тело может реагировать на то, чего она боится.

Ой, да бросьте, она просто не хочет трудиться.

Конечно, проще же в телефоне посидеть,

на диване полежать, погулять, чем в зале пахать.

Подождите.

Но ведь случается и так, что

дети сопротивляются не от того, что они ленятся,

а от того, что это им не по душе.

Может быть, спорт - это не ее путь?

- Понимаете? - Ну вот бросит она сейчас все.

И что, вот эти все силы, нервы, время потраченное, все зря?

Я понимаю, вы хотите, чтобы она обязательно добилась успеха.

Но очень важно спросить ребенка самого, чего он хочет.

Дети ничего не хотят.

Ну вот пойду я у нее сейчас на поводу.

Она же первая, кто меня обвинит в том, что я не настояла на ее успехе.

Да, наверное, вы правы.

Петр Андреевич, простите.

Вы мама Алины Зориной?

Да.

Диагноз перитонит подтвердился, ее в срочном порядке повезли в операционную.

Кто проводит операцию?

Кира.

Спасибо.

Перитонит - это опасно?

Очень.

Состояние критическое.

Где Игнат Валерьевич?

Я не знаю.

Егор Алексеевич?

На плановой операции.

Мать отказную написала?

Кажется, да. Там Петр Андреевич с ней.

А меня Петр Андреевич отстранил от работы.

То есть я не имею права оперировать,

но ни одного хирурга больше нет.

Можно.

Начинаем операцию.

Скальпель.

Давление 90 на 70, пульс 40.

Готовимся к санации брюшной полости.

- Аспиратор. - Сегодняшний день заставил меня

задуматься о том, что значит быть хорошим врачом.

Это ведь не только профессиональные навыки, но и умение оставаться человеком.

Может, именно поэтому я так реагирую на несправедливость?

Потому что привыкла бороться за каждую жизнь,

даже когда все вокруг говорят, что это бесполезно.

Нашла.

Перфорация кишечника.

Откуда она?

Придется делать резекцию. Зажимы, быстро.

Придержи.

Скальпель.

- Сильная кровопотеря, давление падает. - Да вижу я.

И пусть личная жизнь пока остается за кадром.

Главное, я спасаю жизни.

Свою личную жизнь я спасу когда-нибудь потом.