Original subtitles

-Не могу.

-Но мне очень надо.

-Уходи, я надзирателя позову.

-Мне же больно!

-Нельзя мне.

Я бы помогла - нельзя, понимаешь? Запретили.

Не могу я теперь, меня уволить могут.

Ты терпи. Терпи.

-Закончила! Ещё крой!

-Пропитка содой усилит жаростойкий эффект брезента.

Вода испарится, а сода проникнет глубоко в ткань.

-И что?

-Берёшь губку.

И вот так протираешь, ничего не пропуская.

Поняла? -Угу.

-Всё, дальше сама. Меня ждут, мне надо к Яне.

-Не оставляй меня здесь одну. -Постарайся не спалиться. Осталось два дня.

-Не-не, погоди, дорогая. Больше её мыть не надо.

Хватит. А то тебя ещё потом мыть придётся.

Двигай к третьему корпусу.

Ну что замерла-то, ущербная?

Плотникова!

-Что смотришь?

Иди!

-Что встала-то, дурочка?

Больше ничего не нужно?

О! Родственники кофе прислали!

-Э-э, куда? -Чего "э-э"?

Говорю, мне родственники кофе прислали.

Давайте, смотрим телевизор, наслаждаемся.

Ты что делаешь? -А зачем мне кофе?

-Откуда я знаю зачем. -Дырявь.

-Может, чтобы не забалдеть от дыма. Хер поймёшь твои премудрости.

Вот так? -Так.

-Ещё? -Ещё.

-Что за херню мы делаем? -Сейчас увидишь, давай банку.

-Может, достаточно? -Вырезай вот так.

-Вот так? -Угу.

-Это что такое? -Противогаз.

Ты обещала показать, как забрать Яну.

-Да поймают нас.

-Без Яны я не побегу.

-Блин, ты реально долбанутая.

А наши цирики и не знали, что мы крышку с вентиляции скрутили.

Кстати, когда девки твоей подружке пальцы переломали - так же забрались.

-Так ты знала? -Конечно, знала.

Хорошие бабы были. Жалко, что перевели всех.

Дальше молча. Поняла?

-Зачем она здесь?

Она бежит с нами, так получилось.

Завтра вечером, во время концерта.

-Я ходить не могу.

-Значит, понесу тебя на себе.

-Нет. Я буду мешать.

Ты обещала спасти Веру. -Я спасу.

Сначала тебя. Потом ты - её.

-Девки, сейчас обход будет, я чувствую. -Иду.

-Помнишь, я рассказывала, как мать Антона подарила нам икону?

Антон завёл три криптокошелька.

Короче, я пошла. Меня тут не было.

-Завтра вечером.

Я приду за тобой.

-Ты не слушаешь меня!

Икона у Цапковой в доме.

Ключи доступа прямо на обороте.

Ты не представляешь, сколько там денег. Ты должна её найти.

Для Веры. Для моей дочери. Для себя.

-Я не могу тебя так оставить здесь.

-Не можешь.

Помоги мне

уйти без боли.

Это будет последний урок.

-Нет.

-Пожалуйста.

Пожалуйста. -Нет, я не буду.

-Пожалуйста!

Раньше марта бутоны не показывались.

Перемены климата замечают здесь во всём.

В республике который год на зимовку остаются фламинго...

-Достань мне большую дозу. -Что?

-Мне надо.

Ты действительно этого хочешь?

-Спасибо.

Немка убьёт тебя, при первой же возможности.

Женя.

Ты не должна мстить.

Найди другой смысл.

-Напугала!

Ты что здесь?

-Что-что. Тишину слушаю.

-Что по завтра?

-Да что-что. Бабы праздника ждут.

-Да какой уж там праздник. Имитация одна.

-Ну отдай туфли.

Ну не лезут же на твои копыта.

-"Копыта"! Гуляй, малая.

Я пухнуть буду, но красота моя!

О-о-о!

-Ой, Женька!

Все не готовы, всё поют мимо нот.

Локти будем кусать друг другу.

-Эх, люблю праздники!

-Ты что, сука? Думала, я не знаю, что ты за моей спиной мутишь?

-Ты что, поехала? -Думаешь, я не знаю,

чем вы там в подсобке занимаетесь? К концерту они готовятся!

Ты что? Ты что, ***?

Ты что, сука?

-Разошлись! Петрова, угомонилась!

Угомонилась! Лена!

В карцере, что ли, давно не отдыхала?

-В карцер обеих. -Пожалей, начальница, ну не я начала.

Дай хоть девок глянуть, а потом хоть до лета закатывай.

Я тише травы, выше воды.

"Тише травы", дура!

Ладно, эту ведите. -Давай-давай, поднимай.

-Что вылупились? Шагаем, шагаем!

Тебе особое приглашение, что ли?

-Да я вон дурочку жду.

-Ну, миленькая моя, все тебя ждём! Без тебя всё никак не начнём!

-А сейчас перед вами выступит Оля Соколова

с песней про нашу улицу в три дома!

-Ольга!

-Как там наш малыш, растёт?

-Тихо! Тихо! Начинаем!

-Давай не жмись!

-Ах, как хочется вернуться,

Ах, как хочется ворваться в городок!

На нашу улицу в три дома,

Где всё просто и знакомо, на денёк.

Где без спроса ходят в гости,

Где нет зависти и злости, милый дом.

Где рождение справляют

И навеки провожают всем двором.

Время-время кружит снеги,

И разъехались соседи кто куда.

И когда дома сносили,

Мы с тобой, мой друг, шутили - не беда.

Раз в году письмо скупое,

Поздравленье с Рождеством и долгих лет.

Ровно восемь тихих строчек,

И другой какой-то почерк - всё, привет.

Ах, как хочется вернуться...

-Внимание! Внимание!

Соблюдаем спокойствие! На выход!

Спокойно!

Через обе двери!

Спокойно!

-Соколова, давай со сцены!

-Молча! Не толпимся!

Молча, я сказала!

Быстрей, бабуля! -Иду я, иду.

Дыши реже.

Пошли, пошли, наверху меньше дыма.

Стоять!

Снимай! -Ты не пройдёшь без меня.

-Я сказала, снимай маску!

Бирку давай. Бирку давай!

Крест надевай.

Я сказала, сука, надевай крест!

-Хорошо. -Быстро!

Быстро!

А-а-а!

А я Натахе говорю, там дорого всё.

Везде сейчас дорого.

Проще не жить, чем жить.

Вот как эти дуры - в огонь прыгнули, и нет проблем.

-Сами подожгли - сами сгорели.

Я завтра в ночную буду.

-Опять?

-Не-не, Серёга сказал, в другой бокс. Вон, в третий ставь.

Впервые с 1991 года

в российской женской колонии совершён побег.

Две заключённые устроили пожар и, пользуясь хаосом, попытались бежать.

В результате первая заключённая, Евгения Плотникова, 1995 года рождения,

не выбралась из огня и погибла.

Вторая заключённая, Юлия Дулова, 1972 года рождения, осуждённая за убийство,

в настоящий момент находится в федеральном розыске.

Если вы встретите эту женщину, немедленно сообщите в полицию.

Эй?

Ты кто?

-Подвинься чутка? -Конечно, садитесь.

-Спасибо.

-Здравствуйте. Ваши паспорта.

-Господи, что здесь так жарко? -Да, сломался у них кондей.

Если честно, тоже уже прифигел здесь.

-Вы что, давно сидите, да?

-Часик есть. -Господи, какой кошмар.

Так и умереть здесь можно.

-А что это у вас за книга такая?

-Это Коран. Арабский учу.

-Ого, ни фига себе! Зачем?

-Ну так, на всякий пожарный.

Да на работе новой просто надо.

Здесь очень удобно - на русском сразу, на арабском.

-Ну и как, выучили?

Это что такое? -Ой, да лучше не переводить.

А вы чего тут? Что-то оформляете?

-Ну да.

В наследство вступаем.

-Это дело хорошее.

А хочешь загадку арабскую?

-Давай.

-Короче.

Жила там одна царица.

И сын у неё, в общем, был ну прямо дурак.

И жалкое королевство.

Считай, ничего не было там. Полторы слуги и полдворца.

И царица сыну говорит.

Иди, мол, сын мой, в город.

В опасный город, там полно негодяев.

Найди там одного детоубийцу

и скажи, что если он нам своё сокровище,

которое там по легенде вообще облито кровью, отдаст...

-Господи, а что это у вас такие сказки дурацкие какие-то?

-Мам, ну подожди, человек рассказывает.

-В общем, нашёл он его и говорит...

-Ваша подпись. -Отдай, мол, своё сокровище.

А мы тебя за это пустим ко двору.

Будешь там под пальмой лежать, дев придворных нюхать.

Пахлаву хавать с мандаринами до конца жизни.

Вот. Сделаем тебе титул царского придворного.

В общем, полдня сын рассказывает ему, рассказывает, закончил.

И убийца ему ответил...

Вот.

Что было дальше?

-Арина, приглашай. -Проходите. Ольга Львовна вас ожидает.

-Здравствуйте. -Здравствуйте. Садитесь.

Плотниковы? -Да, мы Плотниковы.

Нам на 15 назначено. -Да, всё верно.

Я обязана вам огласить завещание Плотниковой Евгении Михайловны.

-Нет, подождите, какое завещание?

Прошло полгода после смерти. Мы вступили в права наследства.

Вот, и вы нам свидетельство должны.

-Сначала я должна вам прочитать завещание.

-Нет, ну какое завещание?

Нам квартира положена. -Мам, погоди.

-Перед смертью усопшая оставила завещание. Итак, читаю.

"Я, Плотникова Евгения Михайловна, находясь в здравом уме и твёрдой памяти,

в присутствии свидетелей завещаю свою квартиру по адресу:

город Москва, улица Братеевская, дом 9, корпус 4, квартира 77

в полное и безграничное владение без обременений

некоммерческому фонду "Женская воля".

-Нет, какому фонду?

Я не понимаю! Какому фонду?

Вы вообще не имеете права, потому что не было никакого завещания!

-Держите себя в руках, Светлана Борисовна.

-Нет, ну что за фонд, я не понимаю?

А кто это такой?

-Я Дима. Дмитрий то есть.

Малюков.

Представляю фонд "Женская воля".

-Так, подождите. Это незаконно. -Вы можете в судебном порядке оспорить,

но по вашему заявлению будет отказ - здесь всё в рамках закона.

С вашего позволения, я продолжу читать? -Нет, я просто ничего не понимаю.

Глеб, кто это вообще?

-А что за фонд?

-Фонд помощи женщинам - бывшим заключённым.

-Да вы что? Вы что, с ума, что ли, сошли?

Это наша квартира!

И как? Как там теперь будут жить какие-то заключённые? А?

-Как-то по-человечески.

-Ничего, мам.

Я тебе говорил, не надо было к ней ездить.

И просить её ни о чём не надо было. Только усугубили.

-Тварь она! В аду будет гореть!

-Здрасте ещё раз!

Я так, попрощаться просто захотел.

Ну вы извините, что так вышло.

Загадку-то отгадал?

Не отгадаешь ты, короче. Сейчас.

Там как было?

Он убийце, значит, девственниц, пахлаву, всё это обещает, обещает.

А убийца ему говорит:

"Живой осёл лучше мёртвого философа".

-Блин!

Прикинь, вот мёртвый философ!

Это вообще как?

Мусульмане замороченные! Ну, бывай.

Мы жили на восьмом этаже.

Там красивый вид.

-Угу. Ну пойдём.

-Нет. Я не пойду.

-В смысле? Что мы тогда сюда приехали и вообще это всё?

Понятно.

Ну что, мы теперь квиты?

-Квиты.

-Ой, Женька, подумал я,

мотану-ка я с тобой в Саудовскую Аравию.

Я уже арабский учу.

-Не боишься?

-Да я больше тут боюсь от скуки подохнуть.

-Не могу гарантировать, что для тебя это чем-то хорошим закончится.

-Опасности, интрига!

По десятибалльной шкале у меня вообще какие шансы на выживание?

-Кто это?

-Это, Вера, мама твоя.

Грех на ней.

-Не понимаю.

-Она отца твоего убила, а тебя предала.

Всю жизнь тебя от неё оберегала.

Теперь вон оно как, видишь. Давайте знакомьтесь.

Ну что глазами-то лупишь?

Говорю тебе, мать твоя. Здоровайся.

Ой, странно. Думала, легче станет.

Кровь в тебе её.

Тебе за неё грехи замаливать, поняла?

-Да. Поняла.