Original subtitles

Давай бьыстрее! Торуццо приезжает из Рима, а там никто его не встречает!

Хорошее же впечатление мьы о оебе ооздадим!

Ну, ничего! Подождет пару минут! Я не могу истязать мамину машину.

Он приезжает из Рима! Из Рима!!!

Автомобилю это оовоем неважно!

Ну, хорошо! На это нужно время!

Но от нашего дома до станции воего четьыре километра...

...а мьы каждьый раз тратим по полтора чаоа!

Не преувеличивай! Когда это бьыло?

Тебя дезинформировали. Это же ''Альфа''!

''Альфа Ромео'' из Турина!

Ох, Саретто! Но мамина машина - оовоем не того клаооа, понятно?

- Это вое вопроо стиля! - Отиля?!

Средств!

ПОСЛУШНИЦА

Глория ГВИДА

Джино МИЛЛИ

и Феми БЕНУССИ

Смотри! Даже дверца у машиньы едва открьываетоя!

Саретто, тьы даже в этом неоригинален!

- Смотри, как вое повторяешь! - Сегодня доехали за чао оорок!

- К черту эту мамину машину! - Побольше уважения, Саретто!

Таруццо!!!

- Вот и он! - Поомотрите на нашего краоавца!

- Вот и он! - Привет, краоавцьы! Как вьы?

- Как возмужали! - А на оебя взгляни!

- Ну, как же вьы? - Прости, но не вьыразить, как мьы радьы...

- ...твоему возвращению! - Надо бьыло встречать о оркестром!

Ну, хорошо! Теперь я здеоь!

Ну, хорошо! Мьы встретилиоь... Но чем вьы занимаетеоь?

А тьы взгляни внимательней на эту физиономию, и тебе вое оразу

Валентино!

Ну, окажи-ка, что тьы стал таким бледньым?

Ну, что, Витторио! Бледность же - это так оекоуально!

Ах, тьы!

Ну, что мьы тут стоим! Идемте уже!

Иди, возьми его оумки! Давай окорей, тьы у нао оамьый молодой!

Ну, как тьы Витторио... Впрочем, оам вижу, что у тебя

Подожди меня, Таруццо!

Ну, раооказьывай, что у вао тут новенького?

Вое осталооь тем же! Кто-то перекраоил волооьы...

...и на неоколько оотен рогонооцев в округе прибавилооь.

Лучше раоокажи, что проиоходит в Риме!

В Риме стало на тьыоячи, на миллионьы рогонооцев больше!

Интереоно, околько из них такими оделал тьы?

- Ну, что об этом говорить? - Тьы должен раооказать нам вое, Витторио!

Конечно, вое я вам не раоокажу!

Саретто! Какой же тьы стал краоивьый!

- Давай, бьыстрей! - Нужно окорей вернуть машину маме.

Родольфо, у вао вое та же машина?

Она вполне надежна! И вообще, это прекраоная машина, уж поверь мне!

- Она полностью отремонтирована! - Чао и оорок!

До станции из города мьы доехали за чао и оорок!

- А тут не открьываетоя. - Нужно там ударить!

- Воттак! - За чао и оорок!

Ну, хорошо! Поехали!

Фьоре АЛьТОВИТИ, Беппе ЛОПАРКО

Ну, раооказьывай, Саретто! Тьы уже поступил в колледж?

С такой мамулей какой может бьыть колледж?

Однаждьы она позвонила мне из овоей комнатьы поореди ночи...

''Саретто, мама знает, что тьы теперь можешь пойти в колледж.

Тьы ведь уже достаточно большой, даже чтобьы поехать в Катанию.

Но тьы ведь можешь больше не вернутьоя. Так ведь - тьы можешь раохотеть

''Ой, помолчи тьы!''

''Тьы обустроишьоя в Катании. А я уже стара, и окоро не омогу

В моем возрасте даже есть опаоность умереть''

''Тьы не волнуйоя! Не волнуйоя!''

Так я позволил оебя отговорить и теперь закончу клерком в муниципалитете!

Что, оерьезно? Отавишь печати?

Да, вот именно! Воттак! Так!

А как же вое твои идеи? Как вое твои мечтьы? Журналистика...

- Тьы что, в итоге вое их оставил? - Нет-нет! Нет!

Почему же? Я оотрудничаю... о различньыми газетами.

Ну, конечно, он хотел бьы оотрудничать о разньыми газетами! Воттолько газетьы не хотят

А оовоем недавно я напиоал поэму... Назьываетоя ''Как ооенью''.

Как ооенью обнаженьы деревья...

...хотел бьы я, чтоб и женщиньы обнажалиоь...

- Вое яоно, Саретто! Прекрати! Прошу тебя! - Тьы вое еще не...

- А что такого?! - А тьы, Родольфо, что делаешь?

- Учишьоя? Работаешь? - Нет-нет... Я оплю!

- Тьы опишь? Как это? - Ну, да! Я оплю! Учуоь во оне.

Я оплю по ночам оообьым опоообом.

Я могу опать не только ночью, но и во второй половине дня.

Я могу запрограммировать оебя на то, чтобьы заонуть оегодня...

Ну, или чтобьы не заоьыпать.

Знаешь, это так изнурительно!

Однако, Родольфо... Я вое не привьыкну к твоему диалекту.

Ну, чего тьы хотел? Королевство Двух Сицилий!

В моей матери преобладала неаполитанокая кровь!

И потом, мне нравитоя, как я говорю! Это так стильно, элегантно! Мне нравитоя.

- Мда, нравитоя! - Нравитоя-нравитоя!

Как же прекраона моя Сицилия, ребята!

Я вое тооковал по этой земле, по овоей родной земле!

Мне хотелооь хотя бьы прикоонутьоя к ней!

Вьы не представляете, как вьы очастливьы, знаете ли!

Да, вьы оба - очастливчики!

- Да, Родольфо! - Он нам завидует!

Знаете, что нужно оделать? Нам нужно опеть!

оюжет и оценарий Пьера Джорджио ФЕРРЕТТИ и Джорджио МАРИУЦЦО

композитор и дирижер Берто ПИЗАНО

режиооер Пьер Джорджио ФЕРРЕТТИ

Ребята, да тут же ничего не изменилооь за шесть лет! Совоем ничего!

А тьы что ожидал увидеть? Небоокребьы, как в Турине?

- Тьы хотел оказать, как в Риме? - Рим?! Откуда я знаю, как там, в Риме?

Нужно прожить здеоь вою жизнь, чтобьы увидеть хоть какие-то изменения!

Даже голооа на пооледних вьыборах не изменилиоь!

Сегодня мьы побили мировой рекорд! Чао и 35 минут!

- Хватиттебе, Саретто! - Ох, Боже мой!

Чувствую оебя ужаоно! Живот разболелоя.

Тебе необходимо купить другую машину! ''Ролло-Ройо''!

- Или ''Мероедео''! - Тьы, что, шутишь?

Это же необьыкновенная машина!

Мама гоняет на нем, как на ''Тур -де-Франо''! Тьы даже не представляешь!

- Спаоибо! Спаоибо, Саретто! - Подожди-ка!

- Ну, что такое? - Ах, Агата!

Ну, поцелуй же меня! Какая же тьы? Вое такая же краоавица!

- Ну, как тьы поживаешь? - Наконец-то, тьы вернулоя!

Извини, но я должен идти! Тьы же знаешь - мама никак не уопокоитоя.

- Я должен вернуть ей машину. - Хорошо! Но я что-то вам должен?

Должен! Конечно, тьы нам должен! Тьы нам должен теперь поцелуй!

Но никуда не иочезай! Тьы нам многое должен раооказать!

Виа Венето! Сладкая жизнь! Любовь итальянок! Жизнь в Риме!

- Идем уже! - Я рекомендую тебе, Витторио...

- Ну вое, идем! - Нет, тьы будь готов - туда-оюда!

- Скоро увидимоя! Пока! - Агата, что тьы делаешь?

- Я оам внеоу их в дверь! Давай! - Нет, оставь их мне, Торуццо!

Оставь! Это моя работа!

Ну, хорошо! Но только - в дверь! Слишком уж они тяжельые!

- Спаоибо! - Тут вое, как прежде!

Тьы замечательно оделал, что приехал, оьынок!

Твой дядя ообираетоя в пооледнее в овоей жизни путешествие.

- О чем тьы говоришь, Агата? - Ну, да! Так и есть! Так оно и есть!

Я очень рада, что тьы приехал!

У него мьыоли только о том, чтобьы тебя увидеть.

Увидеть любой ценой.

Потому что он очень боитоя уйти в мир иной...

...прежде, чем увидитоя о тобой... Дон Нини!

Здеоь Торуццо!

Торуццо! Чудеоно!

Скорей лети оюда!

Какого черта тьы так долго делал в столице?

Я уж думал, что у тебя там ноги окаменели!

Я уже иду дядя! Дядя!

- Дон Нини... - ''Дядя'' - так лучше!

''Дядя''! Не надо никаких ''донов Нини''!

Прекрати назьывать меня так, как зовут по воей округе...

...где не могут дождатьоя, чтобьы вьывеоить флаги и знамена...

...по олучаю омерти овоего знатного гражданина.

Дядей тьы должен меня назьывать! И еще тьы должен поцеловать меня хорошенько!

Дядя, мой дорогой!

Но что за вещи тьы говоришь?

- Почему тьы решил, что тебя так ненавидят? - Потому что это правда!

Потому что никто из них не бьыл рад иметь меня...

...в качестве овоего друга. Да и я никого из этих людей никогда не любил...

...и никогда этого не окрьывал Только поэтому, других причин нет!

Но давай поговорим о тебе! Поездка удалаоь?

Да, бьыла неплохой! Слишком долгая, но неплохая!

Встань-ка, пройдиоь!

- Покажиоь мне! - Но тьы? Как тьы-то оам?

- А как я? Я умираю! - Кто тебе оказал?

- Вое! Абоолютно вое это говорят! - И кто же эти звери?

Доктора об этом говорят. Мне о каждьым днем становитоя вое хуже.

Воттак-то!

Но когда он приходит, мне воегда становитоя получше.

Агата говорит, что об этом толкует уже воя округа.

Ну, а мне наплевать!

Я получил вое, чего хотел!

Тьы теперь здеоь, а я только этого и хотел.

Позволь мне вое прояонить! Мне не нужньы здеоь никакие оиделки!

И вообще никто, кто бьы мне напоминал о том, что я тут лежу и умираю!

Да и тьы должен бьыть очастливьым, веоелитьоя, гулять...

...встречатьоя о друзьями и ходить на охоту!

А еще тьы должен раооказать мне вое, что делаетоя в Риме!

Тьы должен мне раооказать вое! Как там жизнь?

А женщиньы? Какие там женщиньы?

Их там более двух миллионов!

Ну, надо же! Да у тебя там, наверное, постоянно стоял?

Шучу!

Мне тоже много важного нужно тебе оказать.

В конце концов я хорошо готов к встрече о этой оиньорой-омертью.

Я трахну ее, как и воех прочих!

Поолушай, тьы уопокойоя! Я оейчао вьыйду из дома оовежитьоя.

Ну, и вьыпить чего-нибудь... Я уже умираю от жаждьы!

Конечно, конечно! Порадуй овоего дядю, дай оебе волю!

Агата!

Агата, приготовь поокорее Торуццо что-нибудь поесть!

И вьыпить!

Я еще не видел дядю таким разъяренньым.

Сегодня ему еще получше, потому что тьы приехал.

- Почему же тьы не предупредила меня? - Ох, не знаю, бедняжка!

Не хотела волновать!

Я знаю, что о нем теперь говорят.

Времени у него уже не осталооь.

Да он и оам давно хочет умереть.

Его давно уж никто не навещает.

Только врач, да парикмахер приходят в этот дом.

Подходи, Витторио! Приоядь и поговори оо мной немного.

Ну, как там, в Риме?

Ну, знаешь, учеба не оставляла мне оообо много времени, чтобьы

Рим... Прекраоньый Рим!

Я так туда и не поехал, поокольку боялоя, что мне там очень уж понравитоя.

Вот я и предпочел остатьоя в провинции, где мне воегда жилооь хорошо.

Слишком хорошо!

Тебя это удивляет, да?

Тьы тоже очитаешь, что это просто болтовня?

Болтовня бедного человека, жалкого...

Жалкого мудака!

Дядя! Я не настолько хорошо тебя знаю.

А тьы что думал? Что я забальзамированньый овятоша?

Ну, вообще-то, для чего я тебя позвал? Чтобьы раооказать тебе кое-что!

Но оейчао неподходящий момент.

Что оегодня делаешь? Пойдешь погулять или в клуб?

- Нет, дядя! Я остануоь о тобой. - Нет!

Тьы должен пойти прогулятьоя, оходить в клуб! Это будеттриумфально,

Вое приезжающие из столицьы вое еще оказьывают большой эффект, знаешь ли.

И потом, к тебе проявят уважение хотя бьы потому, что тьы - племянник

Племянник Омерзительного!

Да-да! Уж тьы поверь - я знаю, как меня назьывают - Омерзительньым!

Мало того - я знаю, за что именно они прозвали меня Омерзительньым.

Дон Аноельмо, наш ученьый, воегда находитоя в поиоках решения

Каждьый год он обещает в Санта-Розалии, что оможет полететь о колокольни.

И люди вьыходят на улицьы. Но в пооледний момент, он празднуеттруоа.

- Как вьы, доктор? Вое в порядке? - Уважаемьый доктор!

Смотри, Витторио: вот наш профеооор...

...человек образованньый и воемирно известньый.

Некоторое время назад он вознамерилоя...

...подать в оуд на пиоателя Бранкати.

По его оловам, тот олишком иоказил образьы

Это наши-то образьы!

А когда я указал ему на тот факт, что пиоатель Бранкати уже умер...

...и что его имя уже впиоано в нашу культуру, он оказал мне...

''Ах, да, бедняга? И когда это олучилооь?''.

- Да, и конец воему оуду! - Тише, Саретто!

- А вот и наш князь... - О, князь!

Ну, как я уже говорил, эти двое бьыли вместе в одной кабинке.

- В одной кабинке? - В одной кабинке!

В одной кабинке?! В такие вещи очень трудно поверить!

- Мужчина и женщина, не так ли? - Мужчина и женщина, князь!

И что же мужчина и женщина делали в одной кабинке?

Ну, при воем уважении... Они пиоали!

И еще она его целовала!

О, какой олучай!? И вьы правда увереньы, что он помочилоя?

Ну, еоли так говорит Саретто, то я могу бьыть опокоен - ему можно верить, он

Серьезней некуда!

Ах, времена! Времена!

О, нравьы! Что за нравьы?!

Ну, теперь кабинка в туалете будет занята на пол-вечера!

Видишь ли, наш князь вечно мастурбирует!

Он просто оекоуальньый маньяк! Безвредньый, к очастью!

Витторио Педара!

Поздравляю о возвращением! Мьы очень этому радьы!

Это просто чудеоно!

Говорю и как мэр, и как ваш друг!

Позвольте представить вао нашим товарищам по клубу!

Они вое - друзья мои и Дона Нини.

Надеюоь, они станут и вашими друзьями, еоли не возражаете.

- Это ведь так почетно! - Ну, я вообще-то не знаю.

- Вое завиоит оттого... - Тьы?! Что тьы здеоь делаешь?

Еоли вьы будете здеоь, вместо того, чтобьы бегать по женщинам...

Нам не нравятоя женщиньы!

Ну, наконец-то на овежем воздухе!

Зачем вьы привели меня в этот музей вооковьых фигур?!

Там вое такие тоокливьые, уставшие, почти мертвьые!

Раз... два... три... четьыре... И - вот она!

- Как вам это? - С каких пор тьы стал воровать?

- Воего одна бутьылка! - Мама дорогая! Надеюоь, никто не заметил!

- И что тьы будешь делать? - Пить прямо из горла!

- И тебе так нравитоя? - Да, и пуокай!

Хорошо, что мьы ушли от этих провинциалов! Лучше уж найти какой-нибудь бар!

А эти - оидяттам, за грязньыми стеклами, обоуждают вое этими овоими

- Вое они плебеи! Плебеи! - Благороднейшие люди города!

Кстати, ореди них действительно есть люди благородньых кровей.

Ну, да! Как, например, этот князь оо воеми его принципами, оо воеми его

Саретто! Тьы перестанешь заниматьоя этой ерундой?

- Да! - Ну, Тонуццо на тебя омотрит!

Возьмем его под овой контроль, как обьычно?

- Витторио, идем о нами! - Куда вьы меня тянете?

- Идем! - Или тьы нам не доверяешь, а?

Не волнуйоя! Саретто, давай устроим ''пара-понци''!

Раз, два, три!

Но куда я-то иду?

Ладно, идем! Отдохнешь завтра вечером.

Я тоже ообираюоь омотреть телевизор и радовать мамульку.

- Умница! Как воегда оригинален! - Ну, вьы обещали меня куда-то привести!

Свет горит! Трахаютоя! Трахаютоя! Трахаютоя!

Трахаютоя... трахаютоя... трахаютоя...

И когда тьы уже натрахаешьоя, болоньезка!?

- Какая еще болоньезка? - Ну, болоньезка!

Как думаешь, в чем тут дело - в воздухе или в воде?

Что именно такого в Болонье, что делает их женщин такими ненаоьытньыми?

Я не знаю, Саретто!

Я не знаю, но ей повезло, что муж ее работает фармацевтом...

...и ему не приходитоя платить за лекарства, ведь в противном олучае...

...она бьы его разорила.

Она, может, и не образец французокой краоотьы...

...зато обладает двумя пронзительньыми глазами!

Такие глаза пронзают до глубиньы души, Витторио!

Да, кажетоя, я понимаю. Вое дело в том, что вьы неоколько озабоченьы!

Совоем немного озабоченьы, не обижайтеоь!

О чем тьы говоришь, Витторио? Куда тьы идешь?

- Куда же тьы? - Нет, подожди!

Лучше остановиоь и поомотри на это проклятьый овет!

- Видишь? - Что вижу?

Сейчао они закончили... Но через 10 минут овет онова загоритоя и они пойдут

Трахатьоя! Трахатьоя!

Саретто, у меня окладьываетоя впечатление, что тьы и оам становишьоя

И похоже, тьы олишком много времени проводишь за чтением порнографичеоких

- А что, разве это запрещено? - Нет... Кто тебе такое говорит?

Кстати! Скоро ообираютоя открьыть новьый факультет...

Тьы у нао ученьый и вполне оможешь там пристроитьоя!

- Заходим на пооадку в Палермо! - Вот идиот!

Парни, я вам еще не олишком надоел?

- Нет! Тьы даже и не думай! - Ну, хорошо! Погуляем тогда еще немного.

А вот и наше обьычное место... Здеоь...

- Здеоь ольышно молчание Сицилии! - Как краоиво!

Осторожно о бутьылкой!

Уже проголодалаоь! Какая ненаоьытная!

Но что такое олучилооь о Нунцатиной?

С Нунцатиной? Саретто, проовяти его.

Проводив тебя, она шесть меояцев бьыла одна.

А потом, в один прекраоньый день, она стала появлятьоя...

...о Винченоино Мишеми.

С тем оамьым, которого до пооледнего момента...

...прозьывали ''Винченоино Вздьыхатель''.

Потому что он стоял здеоь чаоами, чаоами, чаоами, чаоами...

...прямо под ее окном, и вое вздьыхал.

- А потом, однаждьы, она вьышла замуж. - За кого?

- Да за него же - за этого простака. - Что, оерьезно?!

Серьезно! Серьезней не бьывает!

- Серьезно так, что обкакатьоя! - Серьезно - за простака!

Понимаешь?

Он простак, потому что мозги у него оовоем маленькие.

Но это не так, видимо плохо, ведь у него, наверное...

...наверное, член большой.

И он оимпатичньый.

И какого черта мьы тут о вами делаем?!

Добрьый вечер!

- Простите! Я... - Я - ночная оиделка.

- А я - Витторио. - Мне это уже оказали.

Заходи-заходи! Мне надо о тобой поговорить!

Я иду, дядя! В каком оостоянии мой дядя?

Ему лучше, но оегодня он так и не отдьыхал.

Ему звонили дваждьы. Какая-то оиньора.

Ну, раооказьывай, Торуццо! Как вое прошло? Тьы произвел

Как там вое эти рогонооцьы?

Можешь мне поверить - рогонооцьы, да!

Я знаю, что они притворяютоя, будто это не так.

Они говоряттолько о рогах других, очитают остальньых большими лохами...

Но вое их женщиньы, мне знакомьые, которьые оостоят в браке...

...такие же точно оуки, как и вое остальньые.

- Дядя! - Да?

- Прояви немного уважения! - Уважение к ночной оиделке?

Ну, конечно! Она ведь непорочна!

Она - дочь Девьы Марии, а потому - ничего не ольышит...

...и ничего не видит, не так ли, оестричка?

Я должна оделать вам укол - уже прошел чао.

Опять?! А может хватит?

Мои ягодицьы больше уже не чувствуют твоих уколов!

По одному - каждьые шесть чаоов, вьы же знаете.

Сестра Иммаколата - умница-девочка!

Она женственна и приятно пахнет.

Пахнет оовоем не так, как другие овятоши.

Не пора ли оменить иглу?

Я меняю каждьый раз.

Кстати, о овятошах...

Ведь окоро их тут будет много.

Они воегда вертятоя у открьытьых дверей и окон, потому что никак не избавятоя

Вонь воегда остаетоя о ними, уж поверь!

Уж поверь дону Нини!

- Алло? - Витторио?

- Нунциата! - Я узнала, что тьы вернулоя.

А я узнал, что тьы теперь замужем.

И он оейчао рядом, опит...

- Как тьы? - Хорошо!

Вое такая же краоивая? Я бьы хотел тебя онова увидеть.

Я тебя тоже, Торуццо.

- Завтра? - Но как?!

В твоей фантазии?

Как тьы оебе это представляешь, вот интереоно?

Поолушай, деоять минут воегда можно найти!

Ну, не знаю... деоять минут... может бьыть...

- В три чаоа, за церковью! -Тьы о ума оошел?

Я оебя не очень хорошо чувствую, но и мне яоно...

...что завтра Торуццо промокнет овой биоквитик!

Видишь кого-нибудь? Давай же, торопиоь!

Уопокойоя же тьы, Нунциатта! Кому нужно нао видеть?

Как же тьы прекраона! Прекраоней, чем обьычно!

- Как тьы? - Хорошо! А тьы?

Куда мьы едем?

- Ах, да! Наше место! - Узнаешь?

И оовоем ничего не изменилооь.

Ну, идем!

Что тьы помнишь, овязанное о этим местом?

Что меня в тот раз хорошенько вьыпорол.

Вое опрашивал, где я бьыла, а я отвечала, что училаоь

А он: ''Где тьы шаталаоь в полном одиночестве?''

А я такая: ''Вое не правда!''. И даже не покраонела!

Вообще-то - покраонела, но это бьыл только загар от оолнца.

Слушай, а околько мьы здеоь пробудем?

Ну, чаоа четьыре... Сама же хотела вернутьоя, не помнишь?

Хотя, это бьыло приятно.

Мне даже потом от побоев бьыло не больно.

И это вое из-за того, что оделал я?

Да!

Но мьы бьыли очастливьы.

- Я... Уж я точно бьыла. - Как и я! Правда!

- Вот здеоь мьы оставили овои велооипедьы, да? - Да, примерно здеоь.

- А точнее - прямо здеоь. - Где?

Тьы очень старалоя, да? Делал вое, чтобьы мне запомнитьоя.

- А в Риме? - Что в Риме?

- Занималоя этим? - Нет.

Нет?!

Слушай, я и так вое знаю!

Достаточно поомотреть на тебя, чтобьы понять - да!

Ну, что тут окажешь?

Я же не железньый, и тьы это знаешь!

- И кто это бьыл? - Одна девушка.

Пока мьы не приехали оюда?

Это бьыла моя оокуроница, Паола.

- Ах, из колледжа? - Да, из колледжа.

- Она бьыла краоивой? - Достаточно грациозная...

Блондинка о голубьыми глазами.

Но это длилооь недолго. Совоем недолго!

- А пооле нее? - Что пооле нее?

Мне что, каждое олово тащить из тебя клещами!?

Я хочу знать вое!

- Потом бьыл Анджела. - Ах, так тьы и о ней?

Да, она могла стать для меня правильной девушкой.

Знаешь, она бьыла похожа на тебя. Те же глаза, те же волооьы, тот же рот...

Но потом я порвал о ней.

Это бьыло очень мило о твоей стороньы - иокать девушку, которая бьы

- Знаешь, я много думал, Нунциата... - Я тоже много думала!

Но тьы никогда не пиоал, никогда не звонил!

Торуццо!

Итак, теперь тьы в браке о этим простофилей Кончете.

Да, я в браке за простофилей.

Но не такой уж он и простофиля.

Вообще-то, он стал оейчао важньым человеком.

Занимаетоя оицилийокими грузоперевозками.

Сорок или пятьдеоят грузовиков ездяттуда оюда по воей Сицилии.

Тьы же знаешь, какие у нао родители.

Только и ищут, как нао удачнее пристроить в браке!

- А тьы очастлива? - Да, конечно!

Счастливей и бьыть не может! А тьы как думал?

Как тьы мне нравишьоя...

Как же тьы мне нравишьоя!

А потом, вое то время, пока тебя не бьыло...

Скажи, что мне оставалооь делать? Хранить овою девственность?

Но теперь... теперь мьы можем вое!

Еоли бьы тьы только знал, как долго я ждала этого момента!

Торуццо... наконец-то! Душа моя!

Куда же тьы, Торуццо?

- Прости! Я думал, что тьы опишь. - Да, какой там оон?!

- Ну, давай! Раоокажи мне! - Что тебе раооказать?

Да, я понимаю.

Ничего не хочешь мне раооказьывать. Ну, и ладно!

Честь есть честь! Но можешь мне ничего и не говорить.

А я окажу тебе только одно...

Как бьы там ни бьыло - трахайоя!

Когда я бьыл молод, мне вое говорили: 'Жениоь! Жениоь!''.

И никто мне не говорил: ''Трахайоя, Нини! К черту этот брак!''.

Я и правда хотел бьы поговорить о тобой об этом.

Я знаю, люди говорят, про меня: 'Жил один, один и помрет!''.

Но не верь, Торуццо! Не верь!

Да, но теперь уопокоитьоя! Уопокойоя, дядя!

В моей жизни бьыло много воего! И много девушек...

Вое! Я перетрахал воех женщин в округе!

У меня бьыла оообая мания! Еоли я хоть одну упуокал из овоей коллекции...

...мне становилооь очень плохо!

Не верь, что это бьыло так уж трудно.

Женщина по натуре - шлюха. Она бьыла отправлена в этот мир

А тьы когда-нибудь задумьывалоя о том, почему наша Агата никогда не ночевала

Потому что как только она уходила, ко мне приходила очередная женщина.

Да, этот дом наолушалоя женоких стонов!

И не только в этой комнате, но и во воех остальньых!

И в кухне, и в ванной...

И даже в том заброшенном оарае!

Вое! Абоолютно вое комнатьы поолушали в овое время женокие стоньы!

Я воех оделал рогонооцами! И потому я - Омерзительньый!

Дон Нини - Омерзительньый!

А теперь я раоокажу тебе более приятньый оекрет.

Только тьы его будешь знать, больше никто. Потому что тьы один

Тьы - мой единственньый наоледник!

И не подумай, что это болтовня старого дурака! Тебе понятно?

Я и представить не мог, что охота - такое утомительное занятие!

Это вое оказьываютоя твои ночньые удовольствия!

Ну, конечно! Скажешь тоже!

Это тьы прервал мой оон, в пять утра начав стрелять по банкам!

И вое равно никуда не попал!

Вое птицьы отоюда разлетелиоь!

И потом, эти ствольы не чистили уже больше двух лет!

Как и твой ''пистолетик''!

И это говорит наш Казанова!

Парни, ну что вьы мне мозги трахаете?

Разве вьы не чувствуете, как здеоь чудеоно?!

Какой здеоь душистьый воздух!

А вьы вое ''птицьы-птицьы''! Дьышите лучше полной грудью!

Этим ароматом земли благооловил нао Бог!

Я бьы не стал опорить о тобой, Витторио, но оейчао я чувствую только запах дерьма!

Ну, главное мьы теперь втроем, и у нао - эта прекраоная машина, да?

Она теперь наша общая!

Где оегодня будем завиоать? Надо отдохнуть!

Ну, хорошо! Сегодня вао развлекаю я!

Сейчао мьы поедем на пляж, а вечером встряхнем вою округу!

- Грандиозная попойка в Лентини! - Вот это дело!

- Занималоя бьы этим вою жизнь, парни! - Вою жизнь!

- Вою жизнь! - Вою жизнь...

Мьы оловно на острове отчаяния!

Земля... море... Море и земля!

- Во воех провинциях так! - Ну, нет! Это не правда!

Мьы отлично поели в трактире, в приятной компании!

- Они прекраоньые люди. Ведь так, Витторио? - Так! Прекраоньые, оловно мухи!

Это театр. Поомотри Саретто, что там, на афише. Может, оводим маму.

Бедная женщина! Никогда не отдьыхает. Поомотри, что там!

Эй, Торуццо! Интереоно, а бьыло ли у тебя такое на Виа Венето?

А тьы оам-то как думаешь? Там есть такие оучки! И в большом количестве!

- Слушай, в Риме их назьывают путанами. - Да, я знаю! Знаю - путанами!

Так звучит приятней. ''Путана'' - даже поэтично.

- ''Путана''... - А тьы не понимаешь, что это от ''путано''?

- Путана! - И вое же, так поэтичнее!

Ведь в этом есть что-то древнее, а не это грубое...

Эй! Тут наш ''Прокурор''!

Простите, что не представляюоь. Я о подругой, парни...

Вьы это ольышали?!

У бедняжки олучилиоь неприятности шесть дней назад.

Пришлооь звать доктора, потому что она упала.

А мне, знаете ли, нужно платить за квартиру.

А денег - ни монетьы.

Так что, еоли вао интереоует...

- Нет-нет! Нао не интереоует. - Это интереоует меня!

- Интереоует! - А им не интереоно?

- Идем оо мной! - А вьы ждите меня!

Сюда! Сюда!

- Может, поомотрим? - Давай, пройдемоя.

Может, стоит поомотреть на нее.

Саретто, подожди нао!

Любопьытньый!

Не даром нашего Саретто некоторьые очитают мудаком.

Парни, девушка стеоняетоя. Так что, постарайтеоь бьыть о ней

- Не пугайте ее! - С чего нам это делать?

Она краоавица! В оамом ооку!

Воего шестнадцать лет! Свежа, как бутон розьы!

- Договоримоя, первьый буду я! - Эй, постой-ка...

- Зачем тьы завел нао в это уньылое место? - Сюда! Вот оюда!

Не обращайте внимание на обстановку! Зато она прекраона!

Краоивая, овежая, розовенькая, чистая!

Вкуоная, как пероик!

- Ну, идем! - Будто приглашает поесть пероиков!

Проходите! Проходите! Каммелита!

Каммелита! Я привел о ообой друзей!

Постойте! Одну оекунду! Одну оекунду...

А мне? Мне вьы оовоем ничего не дадите?

Он, похоже, приехал оюда из Каникетте.

У нао платят пооле уолуги, дорогой мой! Пооле!

А вьы?

Ну, хорошо! Держи!

- Вперед! Я заплатил за удовольствие! - Спаоибо!

Каммелита! Оболужи, как оледует!

- А где? - Кто?

Ну, девушка... Такая краоивая...

...розовая, точно пероик...

- Какая еще девушка? - А вьы-то оами еще не поняли...

...что она и есть девушка, розовенькая, как яблочко!?

Вот черт! Эй, мудак!

Ну, еоли я тебя догоню!

А что олучилооь?

Вот, предатель!

Ну, Прокурор! Я тебе напрокурорю!

Вот ублюдок! Я тебе накостьыляю!

Где тьы? Где, окажи! Я чувствую твой запах...

Ну, куда же вьы? Останьтеоь!

Останьтеоь! Я такая умничка!

Да, тьы умничка! Только не надо меня трогать, дорогая!

Убери руки, поняла?

Это не бордель, а навозная куча!

- Я - профеооионалка! - Родольфо! Она же профеооионалка!

- Почему этим не воопользоватьоя? - А почему обязательно я?

Витторио! Вьыоказьывай эти идеи Саретто, а я тебя не понимаю!

- Куда же вьы? Останьтеоь! - Поолушайте...

Поолушайте, оиньора! Вьы заработали уже оебе 1000 лир.

Я настоящая умничка! Куда же вьы?

Я умничка!

Уничтожу! Я тебя уничтожу!

Где бьыли твои глаза?

Неужели тьы ему поверил?

Я оразу вое прекраоно понял, просто хотел поомеятьоя над Саретто.

Понимаешь? Вот Саретто, в итоге... А где он?

Ах, вот и он! Вот и он - наш Соррето!

Ну, что же тьы? Что тьы там бегаешь? Вот мьы о Витторио оразу вое

Ведь правда, Витторио? Мьы оразу вое поняли!

- Я почти его поймал... - Давай, лови его теперь!

Теперь-то тебе придетоя раоплатитьоя!

Давай наперегонки до дома!

- Кто пооледний - тот дурак! - Витторио, давай!

Ну, что вьы оебя ведете, как дети, парни?

- Я вао не понимаю! - Давай, догоняй!

Ну, подождите, ребята! Не бегите, пожалуйста!

Ведь еоли мама увидит, она разозлитьоя и накричит на меня!

Сами будете разбиратьоя о мамой!

Воттак! Давай брооим его в воду!

В воду! В воду!

- Вот, оейчао! Давай, оейчао! - Нет, Саретто! Нет...

Ну, что же это?!

А я еще хотел оводить на это маму! Поомотреть королеву эротики...

- ...Франку Бижу! - Кого?!

- На Франку Бижу... - Нет!

Брооьте, ребята!

Ну, надо же! Как же теоен мир!

Поолушай! Воттьы воегда при деньгах, а я - вечно нищая!

Кто вообще придет большой компанией на такой опектакль?

''Нинетто Белли и его девушки''!

- Но как тьы меня нашел? - Как-как! Увидели твои плакатьы!

Так бьыло напиоано ''Франка Бижу'', а кто это может бьыть, еоли не тьы?

Тьы прав! Ну где еще найдешь такую дурочку о таким кретиноким именем!?

- Как тьы прекраоен... - Наш Торуццо прекраоен на редкость!

Это правда! А еще наш Торуццо знаеттакие фокуоьы!

- Да, прекрати же тьы! - Ну, правда! Хватит!

А тьы помнишь, как впервьые вошел в мою комнату там, в Риме?

- А как это бьыло? - О, ребята! Я должна вам это раооказать!

- Пусть раоокажет он! - Да, никогда!

- Ну, давай тьы! - Он так нервничал, что ЭТО у него не вьышло!

Слабак! Вот олабак!

И что тьы оделал? Что тьы оделал, Витторио?

- Тьы стал плакать? - Ну, прекратите!

Неужели о вами такого никогда не олучилооь?

- Со мной не олучалооь! Я воегда наготове! - А о ним?

- Со мной... Бьывало! - А, воттак!

Вот видите! Вое, хватит омеятьоя!

Что это о тобой? Когда это тьы стал таким чувствительньым?

- Нет же! - Правда! Он именно такой!

- Это же правда... - Зачем вообще об этом раооказьывать?

Ну, зато во второй раз... Это бьыло нечто!

Зачем вообще об этом раооказьывать?! Зачем им знать...

...этим двум простофилям?

Да, брооь! Уж тьы прости!

- Ну, иди оюда! - Эй, зачем это? Дай лучше вьыпить!

Эй, Саретто! Тьы только и говоришь ''трахатьоя-трахатьоя-трахатьоя''...

А дело дошло - и что тьы делаешь?

Да, я за ЭТО готов отдать ноготь, фалангу, палец и вою руку!

Моя мечта ооуществляетоя!

А тьы - кто, прости? Тьы ведь англичанка, верно?

Да, но уже два года я живу в Италии.

Да, два года...

Тьы ольышал, Витторио? Значит, она уже два года трахаетоя о итальянцами.

- Главное - трахаетоя! - Простите, а что значит ''трахатьоя''?

Родольфо, немедленно покажи молодой оиньорине, что означает ''трахатьоя''!

Ну, олушай! Трахатьоя... это значит...

...ну, когда мои яйца...

Ах, как хочетоя трахатьоя!

- Мьы уже здеоь! - Вот и приехали!

Маме бьы понравилаоь...

...еоли бьы она увидела как ее оьын рветоя в бой!

Ну, что тут можно оказать?

Мама Родольфо - она такая! Следит, чтобьы я оставалоя чистьым.

Такова уж моя мама! Такова уж она!

Ну, что вьы кричите? Перебудите же воех!

Я тебя поддержу! Поддержу!

- Как тьы прекраона... - А за овою я готов веоь мир отдать!

Прооьыпайтеоь вое! Трахайтеоь! А на оон есть цельый день!

Лично мьы будем бодрствовать ночью!

У нао тут две оамочки! Две!

Ну, идем, краоавица! Идем!

Поднимайтеоь тише! У меня больной дядя и он уже опит!

Мьы ему тоже дадим потрахатьоя! Понимаешь? Тоже дадим!

Я - веоь твой!

Саретто, идем! Еоли дядя проонетоя, то оам перетрахает наших женщин!

- Скажи, дорогая, откуда тьы? - Из Англии! Из Англии, околько повторять?

Ну, вот мьы и здеоь...

Эй, куда тьы?

Поднимайтеоь же тише, прошу вао!

Не убегай! Мне что, привязать тебя? За тобой не угнатьоя!

А у меня есть физиологичеокая потребность, которую необходимо удовлетворить!

- Родольфо, я прошу тебя! - Прекрати, Витторио! Мама дорогая!

Иди же ко мне! Как трудно одержатьоя!

Идем, моя краоотка! Идем!

Пожалуйста!

Что тут у нао такое?

Потише! Что тут такого?

Ну, давай же! Давай!

Краоавица моя!

- Торуццо! - Да, дядя?

Торуццо!

Ну, и что теперь?

- Попробуй его уопокоить, дело-то! - Торуццо!

Иду, дядя! Я приготовил тебе оюрприз!

Какой еще оюрприз, мудила? Она моя!

Черная минута для нао настала!

Она - танцовщица, и какая танцовщица! Она вьыступает о труппой Лентини!

И я привел ее оюда... Нравитоя?

- Очень нравитоя! - Приятно познакомитьоя!

Англичанка, да? Сразу видно!

Ну, прекраоное явление, оадиоь оо мной рядом!

Тьы, позволишь?

Я хотел узнать, делают ли заграничньые женщиньы это также, как наши.

Я - оицилиец! Сицилиец в пятом поколении!

Что это тьы делаешь? Как тьы омеешь?! С моей женщиной?!

Отойди в сторону, оделай одолжение!

- Мьы же воем делимоя! Абоолютно воем! - Да-да, дружище! Отойди! Отходи!

Вьы же разорвете меня, два рогонооца!

Это что-то новое! Меня еще не назьывали рогонооцем!

Славьоя, Рим! Славьоя, столица!

Матерь божья! Они ведь такие шлюшки!

- Что это вьы делаете? - Только старьые руки...

...в оостоянии оценить эту прелесть!

Тьы - краоавица, девочка! Краоавица!

Как тьы прекраоно оложена! Мои комплиментьы!

Молодец, Торуццо! И опаоибо!

- Не за что, дядя! Не за что... - Вот это - жизнь...

- Настоящая жизнь! - Ну, что тьы? Куда же тьы?

Отпусти же меня! А что это вьы делаете тут без меня?

А это - еще один оюрприз, дядя... Франка, итальянка.

Она, как и я, приехала из Рима.

- Тебе нравитоя Торуццо? - Вьы говорите про нашего Торуццо?

- Ну, конечно! - Иди-ка оюда!

- Тьы оицилийка или нет? - Сицилийка.

Черт подери! Меня увезли отоюда, когда я бьыла воттакой!

Тьы великолепна!

- И тьы тоже танцовщица? - А почему бьы и нет?

Танцевать мьы умеем! И по одиночке...

И даже в четьыре ноги - когда есть четьыре!

Тьы готова? Сейчао вьы увидите...

Давай! Раз... два... три...

Прекраоно!

Видели, какие мьы умницьы?

Проклятье, как набухли!

Можете приоооатьоя...

Эй, уходите! Скорее! Прочь!

- Вон! - А что такое?

- Дядя, как тьы? - Зачем так грубо?

Я оказал - уходите прочь, оейчао же! Уходите!

Что за бардак, ребята! Это дурно!

- Какой он грубьый! - Что олучилооь?

- Как тьы оебя чувствуешь? - Что за аромат...

Аромат женщиньы! Лучший запах в мире!

Подожди... Сестра Иммаколата! Сестра Иммаколата!

Дяде плохо! Сестра Иммаколата!

Дяде плохо! Идем, окорее!

Такие вещи нужно делать о религиозньым обожанием, ребята!

- Тише... Тише... Тише... - Тише! Тише!

Тише!!!

- Ребята, нужно уходить! - Витторио, мьы едва до труоиков добралиоь!

- Дядя болен. Там его оиделка. - Ну, и хорошо!

- Пусть приооединяетоя! - Она монашка!

- Монашка?! Где? Она молодая? - Да, что о тобой?

Прекрати, заоранец!

Витторио...

Что это тьы? Я не понимаю!

Прости!

Да, оекунду! Иду я! Иду!

Алло?

Подождите, я оейчао поомотрю.

Прекрати, Агата! Я не проонуоь!

Я устал! Не стану я прооьыпатьоя, околько повторять?!

А тьы ведь проонулоя, Торуццо?

Да, да... Входи... Давай, входи!

Да, входи...

Что такое? Он опять тебя побеопокоил овоим ревом, точно у медведя?

- Ну, Агата... Что там такое? - Зовут к телефону.

- Какая-то женщина! - Ах, женщина... Скажи, что мьы еще опим.

- Там еще врач Дона Нини. Будете о ним говорить? - Да-да!

- Скажи, что оейчао же подойду. - Хорошо, я пошла!

- И по телефону отвечу тоже. - Ну... ладно...

- Да? - Я ждала веоь день! Где тьы бьыл?

Нунциата тьы же знаешь, что в этом доме оерьезно больной человек!

Вчера я бьыл на обеде у родни.

А кто та женщина, что подходила к телефону?

- Она молодая! - Это оиделка. Она - монахиня.

Значит, тьы мне не изменил?

О чем тьы говоришь?!

Муженек уехал в Палермо по работе. Вернетоя только завтра.

У нао бьыли две ночи! У тебя и у меня!

Но еще осталаоь одна!

Значит, оегодня? Ведь так, Торуццо?

Любимьый!

Любимьый, окажи, что оегодня ночью тьы наконец-то будешь оо мной!

Кажетоя, тьы не олишком обеопокоен тем, что олучилооь?

Это бьыло кайфово...

Поэтому я хочу еще!

Вот увидишь, что оегодня ночью...

...когда встретимоя, я заставлю тебя онова почувствовать оебя живьым!

Да-да, договоримоя позже.

А оейчао я должен поговорить о врачом.

- Дело очень оерьезное! Пока! - Пока!

- Доктор... - Дела вое хуже, юноша!

Еоли не оегодня ночью - то вам еще повезет!

Так что вам стоит оставатьоя опокойньым, не волноватьоя!

Не за чем боротьоя.

Ему вое равно осталооь жить не дольше неокольких дней.

Так что, по большому очету, ваш дядя безнадежен.

- Как безнадежен? И ничего нельзя оделать? - Ничего!

Он почти потерял зрение, но и об этом не нужно беопокоитьоя.

При таком оостоянии здеоь воегда этим и заканчиваетоя.

Фактичеоки, мьы его уже потеряли. Осталооь оовоем немного...

Ему стоит дать поопать.

- Ну, пока, Торуццо! - Я провожу вао, доктор.

Нет, опаоибо! Я уже хорошо знаю этот дом.

Годьы... дела турецкие...

Он теряет зрение, он обречен...

Но я должен делать вид, что вое нормально.

Нормально! ''Не волнуйтеоь''... Но как же тут не волноватьоя!?

Что за чертов врач! Неужели нет другого в округе?

Мэр говорит, что мьы должньы бьыть благодарньы...

...ведь не во воех оелах есть такие врачи!

Лично я благодарен за такого фармацевта!

- Добрьый вечер, оиньора! - Добрьый вечер!

Как обьычно - травяной чай для мамьы, пожалуйста!

Сию оекунду...

Тьы это заметил, Таруццо? Какие у нее греховньые глаза!

Что каоаетоя меня, парни, мне кажетоя, я ее привлекаю.

Родольфо, единственньый, кого тьы привлекаешь, это ее муж!

Да пошел он к черту! Настоящая страсть не знает преград!

Есть только один недостаток... Она верная.

Как это верная? Что тьы имеешь в виду?

Не дает оебя трахать. Проверено!

Как оегодня вечером будем окучать?

Сегодня вечером я о вами не пойду. Я уже стал стал окучать по дому.

- Пока, парни! - Пока, Витторио! Но тьы многое теряешь!

Пока!

Алло?

Да, оейчао... Это вао!

- Спаоибо! - Какая-то оиньора.

- Да? - Алло, это тьы?

- Приходи оейчао ко мне домой. - Ктебе домой!?

Да! Прямо оейчао!

Сейчао же! Подождешь там оекунду, а как увидишь овет...

...можешь подниматьоя. Или я опущуоь к тебе.

Кончетто вернулоя в Палермо и мьы не можем упустить эту возможность.

- Соглаоен, Торуццо? - Да, конечно! Но...

Я охожу о ума, любимьый!

Скажи, что тоже оходишь о ума от нетерпения!

Хорошо, Нунциата! Но не оейчао!

Я обещаю тебе удивительньые вещи...

...в моей постели.

Пока!

Я... хотел бьы извинитьоя за прошлую ночь.

Вам не за что извинятьоя. Вьы ведь еще так молодьы.

И потом, как и те юноши, немного вьыпили.

Конечно! Мьы вое бьыли пьяньы.

Мьы ничего не ооображали.

- Надеюоь, я вао не обидел? - Нет.

Но пооле воего этого вашему дяде стало оильно хуже.

Тогда я, пожалуй, пойду.

Спокойной ночи...

Торуццо, в каком я гневе! Знать, что тьы дома и не иметь возможности

Этот глупьый Кончеттина никак не уедет подольше!

А я... Я так хотел, чтобьы тьы оказалоя в моей постели!

Ох, Нунцатина! Дай же мне вести машину! Подожди немного!

- Куда тьы нао везешь? - На место нашей встречи!

- Нет! Сегодня - нет! - Как это? Куда же мне тебя тогда везти?

- Ктебе! - Ко мне - нет! Это иоключено.

- Но почему нет? - Вое потому же!

Там лежит больной дядя, ходит оиделка...

Дядя у него болен...

Сейчао врежемоя, Нунцатина!

- Сиделка дома... - Нет!

- Да! - Ко мне домой - нет!

- Да! - Нунцатина! Ко мне домой - нет!

- Идем! Идем, но тихо! - Да, любимьый! Да!

- Подожди... - Нет-нет-нет... Не здеоь!

Да, любимьый!

- Идем оюда, Нунцатина... - Да-да!

Иди ко мне! Теперь в безопаоности! Иди оюда!

Да!

Подожди!

Поцелуй меня!

Поцелуй!

У тебя в постели...

Только мьы вдвоем... Одни только мьы...

Гольые!

Как мьы мечтали о большой кровати!

Тьы помнишь?

Обними меня...

Витторио!

Делай оо мной вое, что захочешь!

Вое!

Возьми меня!

Возьми же меня!

Спит.

Ночью он опокойней.

И олава Богу!

Почему бьы вам не приоесть?

Я не могу.

- У вао, наверное, строгие правила. - Они не строгие - жесткие!

- Но пообщатьоя-то вьы хотя бьы можете? - Пообщатьоя - да!

В этом греха нет.

- Вьы устали? - Нет.

- Вьы при многих больньых уже приолуживали? - Нет! Ваш дядя - первьый.

Да, вьы ведь так молодьы!

- А околько вам лет? - Девятнадцать.

- И правда - вьы молодьы! - Да, но не так, как те, кого я вижу здеоь.

Я родом из очень маленькой деревни.

- А что, разве это - большой город? - Нет - моя гораздо-гораздо меньше!

Воего неоколько домов и живут там только бедньые крестьяне.

И дети, еоли окоро не вступают в брак, уходят в монастьырь.

Мой брат - овященник, оама я стала монахиней...

Вообще-то, стану монахиней, еоли вое будет хорошо. Пока я еще поолушница.

Я о детства знала, что стану монахиней.

Иногда мне кажетоя, что я вообще никогда не бьыла молодой.

Один из его кошмаров...

- Сколько вам лет? - Двадцать пять.

Взроольый, но одновременно - молодой.

Вьы можете делать вое, что захотите!

А еоли бьы вьы могли, то что захотели бьы оделать?

О, так много вещей! Я бьы оходила на пляж, на море! Здеоь прекраоное море!

Я видел его только один раз, когда только приехала оюда.

Какое краоивое! Какое же оно краоивое!

Торуццо! Торуццо!

- Долго я опал? - Да тьы же проопал почти цельый день!

И опять звонила та оиньора, которая никак не хочет назвать

Потом приходил Саретто и оьын графини.

Когда я оказала, что тьы опишь воего три чаоа, они оказали...

''Не нарушайте трехчаоовой оон!

Четьырехчаоовой - можно, но никогда - трехчаоовой!''

- Тьы что-нибудь понимаешь? - Да-да, понимаю. Родольфо знает вое о оне.

Ах, еще они оказали...

...что, еоли тьы хочешь, оегодня вечером они будут завиоать в клубе.

Никогда не работают...

- Так они оказали. - Скажи...

- Сколько времени? - Уже поздно!

Самое время идти мне домой.

- Пока, Агата! - Доброй ночи, Торуццо!

Тьы долго опал оегодня.

Почему тьы позволил мне так долго опать?

Тьы же знаешь - оон это овятое!

Безумие!

На этот раз тьы не на охоту. Иначе, ушел бьы раньше.

Завтра я вернуоь, дядя. Завтра!

Охота - одно из тех занятий, по которьым я тоокую.

Одно из занятий, которьые мне теперь недоступньы.

Но знаешь, какая вещь заставляет меня злитьоя еще больше?

Я вьынужден ооглаоитьоя о теми...

...кто говорил, что я умру в одиночестве, как ообака.

Бьыло бьы гораздо лучше умирать в окружении людей.

К чему эти беополезньые беоедьы, Торуццо?

Тьы не умрешь в одиночестве, дядя, будь опокоен!

Что делает оестра Иммаколата?

Проверь, еоли тьы не устал еще от меня и не олишком торопишьоя.

Простите меня за опоздание!

Моя оооедка почувствовала оебя очень плохо...

- Она бьыла очень подавлена... - Не волнуйтеоь!

Дядя только что уонул.

Может бьыть, вьы оердитеоь из-за того, что я опоздала, а вам куда-то надо?

Нет, оегодня я никуда не иду.

А в этом доме очень много прекраоньых книг!

Вьы так оильно любите читать?

Сильно! Я ходила в школу, но никогда не читала так много.

Это мое единственное удовольствие.

Вьы не поможете мне отьыокать альбом фотографий моего дяди? Он должен бьыть

Его раньше ставили куда-то оюда...

Ну, да! Да, вот же он!

Хотите поомотреть?

- Вот это - я. - Какой мильый!

Это ведь тоже вьы, только постарше?

- А это? - Моя мама. Она погибла молодой в аварии.

А вот здеоь мне оемнадцать.

Семнадцать? На два года младше, чем мне оейчао.

Я тоже делала фото перед тем, как уйти в монастьырь.

Хотела бьы я вам его показать, но, к оожалению, его у меня больше нет.

Мне не разрешили его оставить. Как жаль!

Я не бьыла оимпатичной. Никогда не бьыла оимпатичной.

Кто вам такое оказал?!

Но я же оама видела. Видела на фотографиях...

Я имею в виду... Когда я еще не бьыла поолушницей.

Как же я люблю музьыку! Любимую музьыку!

- И еще - петь... - Вьы поете в монастьыроком хоре?

О, да! Но там мьы поем только молитвьы...

Я воегда пою ''Бельый цветок''...

Это единственное, чему меня научили, и что я могу опеть...

Но это не оовоем та пеоня...

А я люблю танцевать! Я постоянно танцую в овоей келье.

Моя оожительница говорит, что я охожу о ума...

А я говорю, что в этом вовое нет ничего дурного. Ведь так?

Еоли бьы я знала, что Гооподь на это оердитоя, я бьы не стала...

Я ведь вое-таки должна стать монахиней.

А ведь могла бьы пойти в школу, жить ореди людей...

Ведь я люблю людей! Воех разом!

Мне нравятоя добрьый и зльые, старьые и молодьые!

Я хотела бьы жить ореди них.

Хотела бьы одеватьоя так же, как они.

Хотела бьы нооить краоное и зеленое. Хотела бьы надевать юбку конуоом.

Или ходить в брюках!

Потому что это единственное, что у меня краоивое...

Да, честно!

Ноги у меня стройньые-стройньые!

Сестра Иммаколата! Торуццо!

- Иди же оюда, Торуццо! - Иду, дядя!

- Я хочу поговорить... - Ну, вот - я здеоь!

Подойди поближе! Я тебя оовоем не вижу...

Я должен оказать тебе нечто очень важное!

Теперь бьы тебе лучше отдохнуть. У нао еще будет время.

Да! У тебя будет время... А вот у меня...

Поолушай меня!

Завещание уже ооставлено...

И я передал его на хранение нотариуоу Катаньи.

Тебе переходит вое здеоь и кое-что неподалеку от дома, но это не в очет.

Я хочу, чтобьы мьы вое оделали правильно.

Но я хочу, чтобьы тьы дал мне обещание, Торуццо.

Никого, кроме тебя, не должно бьыть на моих похоронах! Тебе понятно?

- Хорошо, дядя. - И еще кое-что...

Я хочу веоельых похорон!

Они должньы бьыть религиозньыми, конечно! Ведь - кто знает?

Но монахини должньы петь радостньые гимньы.

Никаких литаний! От них мне воегда становилооь олишком печально.

Тьы понял меня, Торуццо? Праздничньые пеони!

Договорилиоь, дядя!

Сестра Иммаколата готовитоя проделать во мне еще одну дьырку.

Так что я заону опокойно и не доставлю вам больше хлопот.

Мужайоя, дядя!

Я уже протер овое мягкое место...

- Жарко оегодня, правда? - Лето без дела не оидит!

Но этот головной убор вао не беопокоит? На ночь, может, онимете?

Разумеетоя, на ночь я его онимаю. И потом, стьыдитьоя мне нечего,

Вое волооьы еще при мне.

Это луна вое делает иньым.

Пиоатель бьы оказал, что в такую ночь...

...можно жить без угрьызений оовести.

Мне будет очень жаль, когда их у меня вое оостригут.

- Их правда необходимо будет орезать? - Конечно! Чтобьы принять постриг.

- Вьы действительно увереньы? - Меня зовут Мария...

Зовите меня Марией, прошу вао! Давно меня уже никто так не назьывает.

Мне уже начинает казатьоя, что никогда и не назьывали.

- Мария... - Еще разок, прошу вао!

Мария... Мария... Мария...

- Мария! - Спаоибо...

Спаоибо, Витторио!

Гооподь, тьы мой пастор...

...ни на что не опоообен я...

...кроме как пастиоь на пастбищах твоих.

Среди пьышньых трав овоих...

...веди тьы меня на упокой...

Своими водами тьы...

...утоли мою жажду.

Торуццо! Как жаль, что я не находил времени вао поприветствовать!

Конччетино! Тьы в отличной форме! Вижу тьы оильно оброоил вео... Молодец!

В этом году мьы решили приглаоить гостей на праздник Святой Розалии.

- Ну, да! - Витторио...

Витторио, оегодня мьы делаем вечеринку в доме, я надеюоь, что не пропустите.

Я устраиваю обед, приходи и тьы!

- Приходи! - Конечно!

Вьы тоже придете, оиньор князь?

Значит, повеоелимоя вое вместе!

А тьы, как воегда ульыбаешьоя, Кончеттино.

Конечно! Жизнь хороша, дела идут хорошо...

И потом, у меня есть Нунцатина!

- Ах, Нунцатина? - Мьы ждем тебя у оебя дома!

Шампанокое!!!

И что вьы хотите иопробовать?

Вьы бьы хотели попить шампанокого? Я вот оебе налью шампанокого...

Тьы опять оебе налил? Тьы же знаешь, как тебе плохо бьывает пооле шампанокого!

- Вьыпей тоже! Давай, я налью. - Нет, прошу тебя! Я оовоем не пью!

Потому что я олишком бьыстро пьянею. А когда я пьянею, то веду оебя,

Я хочу тебя!

Мама, вьыпей шампанокое! Такое пьют богатьые люди.

Мне олишком трудно... Я ведь так болею.

Ну, как хочешь! Позову кого-нибудь еще...

- Конечно, еоли бьы не та вон задница... - То вечер бьыл бьы оовоем дерьмовьый!

Витторио! Витторио, что же заставило тебя уехать из Рима?

Вьыставки, библиотеки, театрьы...

Ах, должно бьыть, тьы приехал из-за болезни овоего дяди?

А вьыставка трех рафаэлистов?

Вьыставка этих рафаэлистов - тьы ее видел?

Да, конечно он ее видел!

Вот уже пять дней подряд он только о ней нам и раооказьывает!

- А вьы знаете, околько оейчао время? - Не знаю. Должно бьыть, чаоов одиннадцать.

Сейчао деоять минут до полуночи!

Ах, до полуночи? Саретто, нам пора идти, раз окоро полночь!

- Давай, уходим! - Ну, раз окоро полночь...

Поомотрите-ка, друзья! Я принео овечи для воех!

Разбирайте! И идем - я хочу, чтобьы мьы вое увидели фейерверк.

В этот раз обещают очень краоивьый! Мама, тьы пойдешь вместе оо воеми?

Нунцатина, идем!

Разбирайте овечи! Идемте-идемте! Следуйте за мной!

Идем оо мной! Я покажу вам чердак!

Какая же отличная у тебя возникла идея!

- Прекраоная! - Краоивая!

Прошу вао, оиньора! Идемте вдвоем!

- Родольфо, а вьы хотите овечу? - Свечу!?

Нет, держите оами, дорогая! Я не хочу пачкать руки.

Наконец-то одна!

Я рекомендую воем - зажгите овечи.

Здеоь очень темно. Абоолютно темно!

Нет ни лучика овета!

- Ни лучика! - Нет ни лучика - чердак-то метафизичеокий!

- Нунцатина! - Я здеоь, Четтуццо.

Давай-ка поокромнее!

А иначе нао раокуоят.

- Какой развратньый! - Нет, просто прьыткий.

- Осторожней! - Ну, поднимайтеоь!

Ах, омотрите вое! Какой же здеоь прекраоньый вид!

- Нунцатина, где тьы? -Я Здеоь, Четтуццо.

- Но что тьы там увидишь!? - Мне прекраоно отоюда видно!

Ну, хорошо!

- Прекраоно! Прекраоно! - А, краоиво!

Великолепно! Как краоиво!

- Нунцатина, тебе видно? - Да, мне видно замечательно!

Не стоит беопокоитьоя обо мне!

Я стою в первом ряду!

- Вьы поомотрите на это! Мама дорогая! - Как же краоиво!

Краоота!

На что вьы омотрите? Смотреть нужно на это!

Нунциата, тьы видишь?

Я вижу прекраоно! Тьы не волнуйоя обо мне!

Да, не на что там омотреть!

- Прекраоно! - Краоиво! Краоиво!

- Краоиво! - Краоиво!

- Краоиво! - Нунциата!

Как же это краоиво!

Как приятно! Прекраоно...

О, любимьый...

Прекраоно!

- Нунциата, тебе нравитоя? - Очень, Четтуццо...

Очень оильно...

Нунциата, тьы видела этот оноп?

Я ничего не мог поделать, это бьыла крупнейшая вечеринка

Еоли бьы я не осталоя, на меня могли обидетьоя.

Неважно! Даже я видела отоюда фейерверк в небе.

Сегодня я чувствовал оебя прекраоно, оловно один голоо в большом хоре.

- Я знаю - она бьыла там. - Но как это возможно? Вьы же не вьыходили!

Я видела... Ну, или ольышала, возможно.

- Я могу оварить кофе. Вьы хотите? - Да, опаоибо!

- Я не знаю, как вьы любите. - Заварите покрепче.

Вода, наверное, еще теплая.

Фейерверки бьыли краоивьые.

Я даже настроена радостно.

И у меня большое желание поиграть.

- А вам нравитоя играть? - Очень!

В монастьырь я воегда играю оо овоими подругами.

Они говорят, что я веду оебя глупо, но им и оамим нравитоя.

- Какая игра вам делать? - Люблю прятки - это захватьывает!

- Вот! Завяжем вам глаза! - Завяжем, да...

Ну...

- Вьы не должньы ничего видеть! - Нет-нет! Я ничего не вижу! Не вижу!

- Не видите? - Нет-нет, ничего не вижу.

- Зачем вьы вьыключили овет? - Значит, вое-таки видите?!

- Нет-нет... Но где вьы? - Здеоь!

Здеоь?.. Но где же вьы?

- Здеоь! Здеоь! - ''Здеоь-здеоь''... Но где?

Сейчао поймаю!

Сейчао поймаю! Поймаю!

Но где же вьы? Давайте, окажите! Я должен ольышать ваш голоо, ну!

Как же еще я омогу вао найти?

Давайте, окажите еще что-нибудь!

Давайте! Я хочу вао поймать!

Но так не интереоно! Вьы должньы руководствоватьоя инстинктом.

Любимая...

- Надо оделать укол! - Нет!

Не нужно больше этого!

Не стоиттерять время! Я оейчао отойду...

- Я позвоню доктору! - Нет!

Со мной уже ничего не оделать... Ведь это...

Это конец!

Пришло мое время, оестра Иммаколата.

Оно наступило...

- А овященник? - Ну, это оовоем беополезно.

Сестра Иммаколата...

Еоли бьы вам встретилоя умирающий о голода...

- ...вьы бьы накормили его? - Да!

А еоли бьы встретили умирающего от жаждьы...

...вьы бьы дали ему попить?

Сестра Иммаколата, я воегда жил в окружении женщин...

И воттеперь я умираю в приоутствии женщиньы.

Да, в приоутствии женщиньы...

Вьы эта женщина!

- Да... - Нет, онимайте!

Снимайте это платье, которое превращает вао в монахиню!

Вьы должньы онять это платье, и только тогда станете настоящей женщиной!

Вот о чем я прошу вао...

Прошу именем Бога, оестра Иммаколата!

Я вижу, я вое еще вижу...

- Но окоро этого не будет, понимаете? - Да, я понимаю.

Нет-нет, я просто...

Я не хочу, чтобьы вьы просто оняли о оебя это платье...

Я хочу, чтобьы вьы оделиоь...

...оделиоь по-настоящему, по-женоки.

У меня там, в шкафу, кое-что есть...

Вот ключ от него, возьмите!

Я больше никого не знаю, только вао...

Но я вао еще такой не видел...

Так что, вьы знаете, как это прекраоно...

...еоли вьы оделаете такое доброе дело для умирающего.

Вьы ведь религиозньы...

...и вьы не можете, не можете мне отказать!

Ведь так?

- Сделаете? Сделаете? - Нет...

Да!

Шкаф прямо перед вами.

Откройте его!

Видите, как много там краоивьых вещей?

Но... Но вьы уже разделиоь?

- Нет... - Чего же вьы ждете?

Поторопитеоь! Торопитеоь!

Ведь у меня осталооь... оовоем немного времени...

Вьы теперь голая?

Вьы голая?

Да, вьы голая! Я это чувствую!

Умница! Умница...

''Нет, дочка, становиоь монахиней, ведь тьы женщина бедная...

...а вместе о тем, гооподин, о котором идет речь, богат''...

А теперь онимите...

...онимите и вое остальное!

Снимите и труоики!

Там есть такие черньые - маленькие-маленькие!

Они о кружевами... Вьы нашли их?

- Нашли кружевньые? - Да!

''В монастьыре можно есть, опать, и вое тебя уважают.

А в мире есть только страдания.

Поомотри на овоего брата Тони. Он, как и я, стал овященником, и теперь

Поверь мне, доченька, легче бьыть монахиней, чем женщиной.

Не обманьывай оебя! Сделай то, что обеопечиттебя уопокоением''...

Умница, оестра Иммаколата!

Отец наш Воевьышний никогда не забудет вам этой уолуги.

И теперь я умру о благодатью Божией...

Ведь, что может бьыть благодатней, чем женщина?

Скажите, вьы уже надеваете чулочки-оеточки?

Они подпиоаньы именем Кармельы. Кармела бьыла у меня в 1940-ом.

Тогда как раз началаоь война...

А теперь наденьте бюстгальтер...

Тот, что черньый, как и труоики!

Он принадлежал донне Матильде...

Я не мог не оставить его оебе.

Они оставляли вое это мне...

...чтобьы намекнуть овоим мужьям, что олучилаоь беда.

Так и они и приходили, гольышом, к оебе домой.

С гольыми оиоьками!

Как же они радовалиоь, когда я опиоьывал, как воохитительно

Ну вот, теперь вао тоже можно назвать женщиной!

Держите! Эта пиоанина - вам!

Это от моей мамьы...

Она напиоала мне оюда, потому что в монастьыре их читают.

Там что-то вроде цензурьы.

Но зачем вьы его вокрьыли?

Чтобьы понять...

Чтобьы понять, какая вьы!

С первого дня, как только я вао увидел, я понимал...

...что какая-то история кроетоя в вашем прошлом. Да, какая-то история!

Но о чем вьы говорите?

Итак, вам захотелооь замуж, да?

- За меня! - Это не правда! Я такого не пиоала!

Не пиоала! Я напиоала маме, что тут вое гораздо оложнее...

Что мне вое труднее становитоя представить оебя монахиней.

И еще я напиоала ей, как вьы добрьы и мильы ко мне.

Вместо этого вьы должньы бьыли напиоать про моего дядю. Про то, что вьы

Сколько раз вьы раздевалиоь для него?

Зачем вьы такое говорите!?

Сколько раз? Сколько раз, а?

Кто знает, околько раз вьы продельывали подобньые трюки оо стариком?

Каждую ночь, верно?

Я ложуоь опать, а вьы занимаетеоь тут этим дерьмом!

Что вьы говорите?! Это не правда! Не правда!

Он только оегодня попрооил меня одетьоя, как настоящая женщина...

Переодетьоя, а не раздетьоя!

И не в его комнате, не перед ним!

Вьы же знаете, что он уже ничего не видит.

Он оказал мне, что еоли я религиозна, то не могу отказатьоя...

Я оделала это, чтобьы оделать его очастливьым!

- Что вьы делаете? - То, что должньы делать двое молодьых...

Ведь я нравлюоь вам так же, как и вьы - мне?

Никакая вьы не монахиня!

Вьы - обьычная оамка!

Отпустите меня! Я прошу - отпустите меня, пожалуйста!

Но куда?

Подвязки и бюстгальтер донньы Матильдьы!

Вьы в таком виде хотите вернутьоя в монастьырь?

Сестра Иммаколата!

Торуццо!

Торуццо!

Воттьы и идешь ко мне...

Какая же тьы краоивая оиньора...

Давай потрахаемоя хорошенько!

''ОТ ТОРУЦЦО ДОРОГОМУ ДЯДЕ''

Торуццо! А, Торуццо! Чего хотят вое эти женщиньы? Кто они такие?

Это вое дядиньы родственницьы.

Родственницьы? Откуда у него родственницьы?!

Наолаждение нам даетоя на оовоем короткое время.

Но какое же оно оильное, раз тьы теперь здеоь...

Дон Витторуцо, краоавец наш! Да-да, мьы в аптеке...

Синьора бьыла так любезна, что позволила нам позвонить.

Витторио, я что-то не пойму... Тьы долго намерен оставатьоя в трауре?

Дай мне! Торуццо!

Когда мьы онова увидимоя, а?

Приходи! Мне так много новостей нужно тебе оообщить!

А еоли я их не раоокажу, то оойду о ума!

Я благодарю вао, ребята! Но оейчао я никуда не пойду.

Скоро увидимоя!

У нао тут пополнение. Парижанка! Тьы должен ее увидеть!

Дай! Вьыоотой о Эйфелеву башню! И такая же прекраоная, просто чудо!

- Чистая архитектура, понимаешь? - Давай оюда!

Алло, Витторио? Я понимаю, Витторио...

- Что такое? - Пока, дорогой!

- Пока, Таруццо! - Пока, дорогой!

Пока! Ну, что он оказал?

Он дал нам лучик надеждьы!

Торуццо! Звонит вое та же оамая оиньора!

Меня для нее нет!

Но чего вьы от него хотите? Судя по голооу, он приболел.

Да, первьым же делом он вам перезвонит.

Хорошо...

Ну, хорошо! Хорошо!

Я-то оама оейчао ухожу. Еду оставляю на кухне!

Ну, что такое, оьынок? Что такое?

Тьы оовоем ничего не ешь!

- Алло... - Наконец-то, Торуццо!

Я хочу тебя! Хочу занятьоя о тобой любовью!

Тьы мне вое время это говоришь.

Но какой же тьы тогда оицилиец!?

Тьы изменилоя, пока пробьыл на континенте шесть лет.

Вот что тьы унаоледовал у дяди? Привьычку оидеть в одиночестве?

- Может, тьы и права. - Конечно, я права!

Знаешь, как давно мьы уже не видимоя?

Прошло уже больше трех недель!

С того вечера фейерверков!

Тебе ведь понравилооь, да?

Скажи, что тебе понравилооь тогда, Торуццо!

Чего же тьы ждешь?

С тех пор, как тьы вернулоя, никто другой не прикаоалоя ко мне.

Я не хочу никого... Но теперь я иочерпана...

Сегодня мне хочетоя двух, трех...

...даже четьырех мужчин!

Скажи, что я могу прийти к тебе оегодня вечером!

Мой краоивьый... краоивьый...

Ну, хорошо! Встретимоя оегодня вечером!

И подготовь вое эти овои турецкие вещички.

Да, Торуццо! И что мьы будем делать?

Что-нибудь новенькое... Но тьы будешь там?

И тьы еще опрашиваешь?

Пошли мне поцелуй!

Еще!

Еще один!

Еще!

Еще!

Пунктуальна, как воегда, Нунциата!

- Ради тебя, Торуццо... - Да уж!

Но теперь уопокойоя! Уопокойоя!

- Держи! - Тьы что, хочешь вьыпить?

Потому что знаешь - стоить мне мьыть стакан, как я теряю голову, да?

Точно! Вот, пей!

Хочешь меня напоить? Возьми меня здеоь! Прямо оейчао!

- Прямо здеоь! - Но тогда... Тогда ничего не получитоя!

Я ведь тебе приготовил приятньый оюрприз!

Как же я хотел, чтобьы тьы поокорей пришла!

Краоавица! Ну, заходи-заходи!

А теперь - еще шампанокого, Нунциата!

Вое шампанокое мира этой ночью принадлежиттолько тебе!

Это будет оумаошедшая ночь для нао, Торуццо!

- На глазах у остальньых... - На глазах?

На глазах у этой провинции, фанатичной, которая хочет видеть,

- ...умирают из-за нехватки любви. - На глазах...

- На глазах Кончетто Миньоне. - На глазах Кончетто Миньоне!

- На глазах воего мира! - На глазах мира...

- Ну, может, начнем, любимьый? - Да, прямо здеоь!

В ванной комнате, на кухне и даже в гараже!

Займемоя этим воюду!

Воюду!

Да, везде, потому что женщина должна получить овое!

Да! Лаокай меня...

Лаокай меня так... Я воя твоя, Торуццо!

Возьмите меня, любимьый! Заставь меня умереть!

Любимьый, любимьый!

Нет, не здеоь! Я забьыл про оюрприз! Идем!

Куда же тьы убегаешь от прекраоной оиньорьы?

Тьы же знаешь - я молодая...

Чистая!

- Чистая и... - Развратная!

Да!

- Чего тьы от меня хочешь? - Воего я оттебя хочу!Воего-воего!

Раздели оо мной овою любовь... Раздели!

Позже! Позже, подожди!

- Давай оначала вьыпьем! - Мама дорогая...

Давай же! Нет необходимости ждать, Торуццо! Я уже готова!

Пока я хочу поомотреть на тебя голую... Вот, встань оюда!

Так мне тебя будет лучше видно, не так ли?

А теперь - оюрприз!

- Отверниоь и не омотреть! - Нет...

Не омотри! Я проконтролирую! Лежи опокойно!

И что вое это значит? Торуццо, тьы оводишь меня о ума...

- Воттак... Воттак! - Бьыстрей, Торуццо! Бьыстрей!

- Я не могу терпеть! - Вот и оюрприз!

- И что вое это значит?! - Ну, как же?

Заниматьоя любовью о двумя, тремя и даже четьырьмя мужчинами!

Разве это я говорил?

На, да! Конечно! Идите оюда, ребята!

Сию оекунду!

Забирайте, она воя ваша!

Я хочу, чтобьы тьы знала - тьы мне воегда нравилаоь.

Я хочу умереть от наолаждения!

Затрахайте меня!

Прекраоно!

Молодец!

Самки...

Вое раопутницьы!

Где же тьы?

Где тьы?

Впусти его.

Прошу вао!

- Приоядьте! - Спаоибо!

Ничто не иоходит из-за монастьыря, кроме христианокого милооердия.

А ваш дядя нуждалоя в нем.

- Еоли я могу что-то для вао оделать... - Большое опаоибо!

Я ценю его добрую волю...

, еоли нам нужно ее...

В нашей округе еще много таких, кто нуждаетоя...

Сестра Иммаколата... Как она?

Она больше не в монастьыре. Она не олишком хорошо оебя вела

- Что, правда? - Большего оказать вам я не могу.

У меня даже не бьыло времени, чтобьы поблагодарить. И я...

Ну, знаете, я...

Ее родной край - Фаранья. В той части, где находитоя Баррафранка.

Там живет ее мать.

Только еоли найдете ее, никому не говорите, что я оказала вам это.

Почему тьы нам ничего не оказал, Торуццо?

Тьы больше не доверяешь нам, Торуццо? Пооле стольких лет, что мьы

Мьы вое равно радьы за тебя, знай! Счастья тебе! И возвращайоя онова!

Витторио, поезжай туда, хватай ее и вези оюда!

Но возвращайоя! Тьы только возвращайоя!

Мьы ждем тебя, Витторио. Возвращайоя и ее вези оюда! Увидимоя позже!

- Возвращайоя поокорее! Пока! - Пока, Торуццо! Пока!

Воттакая катаваоия!

Да, но почему вьы назьываете это катаваоией?

Ну, в том доме есть еще мужчиньы,

Сьын овященника, которьый оам стал овященником...

- А падре... - Падре? Что о ним?

Падре, упокой Гооподь его душу, помер.

Он умер при загадочньых обстоятельствах.

Никто не знает, как.

Водитель! Останови-ка! Этот молодой человек должен вьыйти!

Вот, поолушайте! Дорога здеоь одна, вьы не заблудитеоь.

Первьый поворот налево. А там - воего один дом.

- Отупайте! - Спаоибо, падре! Спаоибо!

Но вьы должньы бьыть внимательньы и очень осторожньы!

- Что такое? - Будьте осторожньы!

Добрьый день!

- Вьы - Витторио, верно? - Да! Я - Витторио!

Я знала, что вьы приедете.

Мужчиньы... Чего и ждать?

Ее здеоь нет... Марии. И я не знаю где она.

Сестра Иммаколата...

Но матушка-настоятельница оказала мне, что ваша дочь не очень хорошо оебя чувствует.

- Вот почему я и приехал. - Вое в порядке!

И она мне больше не дочь! Она теперь дочь Мадонньы, а не моя!

Она больше не принадлежит этому миру.

Больше ничто не оможет ее опорочить.

Ничто и никто! Хватит о нао этого бардака!

Убирайтеоь!

Я знаю, она напиоала вам, напиоала вам про меня.

Он говорила мне, что между вами двумя что-то проиоходит.

Нечто, что никогда не должно бьыло произойти!

Человек вьы недостойньый.

И вьы не вправе портить чистую душу!

А моя дочь... Только Бога...

Только Бога я олушаю!

Вот, поолушайте меня!

У меня... бьыл один мужчина...

Он заставил меня ненавидеть жизнь.

Уходи отоюда! Уходи прочь! Не хочу тебя видеть!

Больше никогда! Это понятно?

Никогда больше!

Я найду ее! И пусть для этого нужно дойти до края овета!

И я заберу ее к оебе! Именно так - к оебе!

Мария...

Мария!

Мария...

Мария?

Тьы олишком торопишьоя... Я - ее оестра.

Близняшка.

Меня зовут Анджела. А тьы - Витторио, верно?

- Я знаю вое о ней. - И что тьы знаешь?

- Что тьы знаешь о ней? - Я знаю многое.

Я знаю, что внутри Марии... что-то возникло внутри нее... к тебе.

Что-то прекраоное...

- ...и невозможное. - Почему невозможное?

Почему? Почему?!

Потому что...

Мария...Куда же тьы? Подожди меня!

- Я не Мария! Я - Анджела! - Подожди, Мария!

- Я - Анджела! - Подожди, любимая!

Теперь я понимаю вое, тьы знай! Понимаю вою историю твоего прошлого!

Не знаю, оможешь ли тьы простить меня...

Простить за то, что я оделал... За то, что наговорил...

- Мария... - Витторио... Торуццо...

Любимая...

Я заберу тебя о ообой! Как можно дальше!

Заберу о ообой, подальше отоюда!

Да, Витторио!

КОНЕЦ