Original subtitles

РАНЕЕ В "ИМПЕРИИ"

- Стриминг. "Империя" станет ведущим игроком в индустрии.

- "Свифтстрим". Они готовы к слиянию.

- "Пикник с Куки". То, что надо.

- Это территория Биг-Хэви.

- Я не буду вести с ним дел, после того, как он поступил с моим сыном.

- Ну и кто теперь "мелкий сучонок", а?

- Спустишь курок, и мне придётся самой встать под пулю.

- Я всё разрулю.

- Ты бы лучше дела крутил, а не девку.

- Всё будет.

- Для меня честь спеть для вас.

- Поздравляю, Джамал.

- Я отказываюсь от фамилии! Отныне зовите меня просто Хаким.

- Но мы с тобой всё равно друзья.

Ты потрясная! Что ты хотела мне сказать?

- Ничего.

- Ронда беременна.

- Всегда мечтал иметь внука.

- На Люциуса дети действуют как криптонит.

- Правда?

- Куда вам?

- Лорета!

Наша сестра Кэрол пустилась во все тяжкие. Это вина Куки и Джамала.

- Мы едем в Филадельфию.

- Лорета! Не беги так, я чёртовы каблуки сломаю!

- Ещё бы, Мэйд ин Гонконг! Прибавь ходу, мне надо вернуться в Нью-Йорк.

- Я не уеду из Филадельфии, пока не увижу Кэрол, и ты тоже.

- Слушай, Кэнданс.

Мы искали Кэрол целых два дня. Мы её не нашли.

Мне надо вернуться к своему "Пикнику",

я вложила в него много сил, для меня это очень важно.

- Может, пришло время, когда надо уделить внимание и чему-то другому.

Например, Кэрол.

- Заткнись, ясно тебе?

Почему всякий раз, как Кэрол исчезает, мир перестает вертеться?

- Потому что она наша сестра, дурочка.

- Никто не устраивал поисковых экспедиций,

когда я исчезла на восемнадцать лет.

- Потому что все знали, где ты.

- Мне пальцев на одной руке хватит,

чтобы пересчитать, сколько раз ты меня навещала.

- Считай, сколько влезет, Куки. Я по тюрьмам не шастаю.

- Сучка.

- Я хочу, чтобы весь город обклеили плакатами.

Не то уволю! И я не шучу.

Это мама?

Йоу ма, куда ты пропала, я весь день тебе звоню, где ты?

- Мальчик, я же говорила, что мне придётся уехать из города по делам.

- Да? Ну так здесь у тебя тоже дела имеются.

Тебе нужно возвращаться, сейчас.

- Хаким, у меня нет времени. Что ты хотел?

- Мы на бешеном подъёме после победы в баттле.

Билеты на "Пикник" уже проданы.

Рокстэди-Парк хочет от нас второе шоу.

- Да! Да-да-да-да-да!

Значит, скажи Лазу, чтобы начинал готовиться.

Проверь, чтобы девчонки репетировали круглые сутки.

Им нужно настроиться, чтобы открыть два концерта. Понял?

Я рассчитываю, что ты справишься сам – я тут застряла.

Слушай, я хочу, чтобы ты знал, что я тобой горжусь.

И я очень тебя люблю.

- Я тоже тебя люблю.

Эй, и выпейте там за меня.

- Эй! Люциус всегда был грязным болтливым подонком,

но, похоже, мальчишек он воспитал неплохо.

- Да, это точно. Из плохих парней получаются достойные отцы.

Иногда.

Кстати, как там...

Бритни и Бриана? Э- Фрэнклин?

- Бриана – отличница и чемпионка по фигурному катанию,

а Фрэнклин ходит в кружок дебатов.

- Они в курсе, что они наполовину чёрные?

О, чёрт!

- Что?

- Эй, Кэнданс.

Ты помнишь, где тусовалась Кэрол, когда только начала торчать?

- О, черт дери, нет!

- Надо идти туда.

- Нет-нет, Лорета.

Я не хожу по тюрьмам, а тем более по наркопритонам.

- Может, хватит строить из себя Дайанн Кэрролл, подруга.

Ты не всю жизнь жила в пригородах с белым мужиком.

- Перерыв!

- Ты знаешь Кэрол?

Кэрол!

Эй, слушай. Ты знаешь Кэрол?

Кэрол!

Кэнданс!

Кэрол?

Кэрол!

Это не она.

- О, слава богу!

- Чёрт, да где же она?

- Люциус! Люциус, народ сходит с ума!

То, чего вам удалось достигнуть за последние месяцы –

это просто фантастика.

- Я тут думал о рекламе. Её темой должно стать "наследие".

- Как ты до этого дошёл?

- Это эпично! Юный принц воздаёт почести отцу – чистой воды Шекспир.

- Не уверен, что Пепси видит это так же, ну да посмотрим.

- Большое спасибо за то, что сегодня вы здесь.

Сегодня мой сын Джамал Лайон отправляется в студию,

где он начнёт запись своего нового шедевра.

"Черно-белого альбома".

И для первого трека мы пригласили несравненную Скай Саммерс.

У нас есть время ответить на пару вопросов.

Бренда, вы первая.

- У меня вопрос к Мисс Саммерс.

Скай, так вы подписываете контракт с "Импайр"?

- Мы вполне довольны своим лейблом.

Но нам не терпится начать работу с Джамалом

и легендарным Люциусом Лайоном.

- Ну, легендарный – это перебор.

Я чувствую себя средневековым героем.

Поверь, меня ещё хватит на парочку десятилетий.

Но заявляю официально: "Империя" была бы счастлива

внести в список своих звёзд Скай Саммерс.

- А ты, Джамал, рад, что будешь работать с обладательницей

множества платиновых дисков Скай Саммерс.

- О боже!

Рад ли я? Да я просто с ума схожу.

Скай, не хочу тебя смущать, но поверь я твой самый верный поклонник.

Первый купленный мной диск – это её первый альбом,

и я заслушал его до дыр – в общем, я влюблён в Скай Саммерс, чего скрывать!

- Пора распускать уже этот цирк. Нам пора в студию, я для этого здесь.

- Обеими руками за. Пойдём отсюда, Скай.

- Ладно, если вы хотите, чтобы мы и дальше выпускали золото и платину,

вы должны отпустить нас работать. Спасибо вам, ребята!

- Люциус! Люциус!

Расскажите, как вы пришли к этой идее...

- Что вы здесь делаете?

Тихо!

Спокойно.

Ты слышишь?

- Ага.

- Они репетируют сутки напролёт – нам заказали второе шоу.

Сейчас не время с них стричь.

- Йоу! Лаз! Да они же в шоколаде.

Почему мы-то с них ничего не имеем?

- Потому что это игра.

- А по мне, так надо вгрызться в них поглубже.

Пообтрясти их со всех сторон.

- Знаешь что, Хев.

Сделка расторгнута.

- Не тебе решать, что там расторгнуто.

- А я думаю, что мне.

- Ты на меня наехал?

Думаешь, ты один тут заряженный, бро?

Поверь мне, я вам обоим бошки продырявлю, прежде чем ты...

- Прежде чем что?

- Ты меня разочаровал.

Я-то думал, нас с тобой жизнь повязала.

- Или смерть, брат.

Тебе решать.

- Знаешь что? Всё. Я не могу – Норт, девяносто пять.

- Зачем это?

- Я должна возвращаться в "Лайон Дайнэсти".

Сколько раз Кэрол будет выкидывать этот номер?

Скоро она сама объявится – там всегда бывает.

- Нет-нет-нет, ты никуда не поедешь. На Олни Плаза, пожалуйста.

- Мне нужно вернуться в Нью-Йорк.

- Что случилось с Джермелом, Куки?

Как его голова очутилась в коробке?

- Ты знаешь то же, что и я.

- Ни слова правды.

Это ты виновата.

Ты это понимаешь?

Всё, как в детстве: кто впервые в жизни напоил Кэрол?

И притащил её домой пьяной.

- Я не виновата, что она налегает на выпивку.

Я не обязана это слушать, останови-ка машину.

- Нет!

- А ну тормози, живо. Останови чёртову машину.

- Куки!

Куки!

Вернись в машину!

- Нет! Нет!

Раз я во всём виновата, мне здесь делать нечего. Слушай.

Возьми мою машину и разыскивай её сама.

Я поймаю себе такси до Нью-Йорка.

- Послушай меня, послушай!

- Убери руки от моей шубы! Что?

- Если я найду Кэрол мёртвой,

то виновата ты.

- Не обманывай себя.

У тебя всегда виновата я.

- Эй, Пеппер-красотка! Нет, я всё ещё в Филли.

С Кэнданс? Нет.

Я избавилась от этой задницы, не могу её выносить.

Да, но я не могу просто так бросить Кэрол, ты должна помочь мне её найти.

Я заеду прямо сейчас, не против?

Где ты нынче обитаешь?

Сучка, в пригороды забралась?

Нет, нормально. Я сейчас приеду.

- Ну как?

Что ты думаешь?

- Это просто

с ума сойти! В себя не могу прийти.

- Шесть спален. Более чем достаточно места для детской.

Внизу можно обустроить комнату для няни.

- Потрясающе, потрясающе!

- Не знаю, что и сказать.

Как нам тебя отблагодарить?

- Нет. Нет-нет.

Это я должен вас благодарить.

Благодаря вам наследие Лайонов будет жить.

Когда Хаким отрёкся от своего имени,

я понял, что теперь должен думать о следующем поколении.

Вот оно, будущее.

Пойди, осмотри свой новый дом получше.

- Попробую прикинуть, где лучше разместить детскую.

- Твоя вера.

Не могу поверить, но она сделала тебя сильнее!

Сделала человеком убеждений.

Моему внуку повезло, что у него будет такой отец, как ты.

Я больше не стану тебя испытывать.

- Ты серьёзно?

- Это от сердца.

- Спасибо, папа.

Твои слова

значат для меня больше, чем всё это.

- Я так тобой горжусь.

Но ты должен признать, что это неплохой подарок, мать его?

Да, вот ещё. Нам надо бы побыстрей закончить с покупкой "Свифтстрим".

Мы должны стать ведущей силой в индустрии, до того как всё

перейдёт к моему внуку.

- Я работаю над этим, отец, и кажется, я нашёл решение.

Ты слышал про облигации Боуи?

- Вроде бы Боуи собирался выкупать свой

музыкальный каталог у менеджера, с которым разругался.

- Да. И в результате он создал схему,

когда будущие авторские отчисления обмениваются на нал.

- То есть мы можем поднять деньги,

используя мою старую музыку в качестве залога?

- Точно.

- Это гениально. Так и сделаем.

- Есть загвоздка.

Половина прав на публикацию ранних песен принадлежит маме.

А они – самая большая ценность.

- Чёрт!

- Эй Придержите новые плакаты до подтверждения по второму шоу.

Там небольшие косяки с площадкой, нужно проверить, всё ли ровно.

Но чтобы к моему возвращению всё было готово.

- Йоу Лаз!

Поговорим?

- Ладно, сейчас, Хаким.

Я потом займусь пресс-календарём. Подготовьте всё.

- Закрой дверь.

- Какие-то проблемы?

- Ты мне скажи.

Я слышал, нам нанёс визит Биг Хэви и его парнями.

Они не могут здесь разгуливать. Пугать моих девочек.

- Понимаю тебя.

Я об этом позаботился. Они больше не заявятся.

- Хорошо.

Вот что, мужик. Знаю, я с тобой был жестковат.

Но мой лейбл – это моя жизнь.

Мама заслуживает лучшего.

- Это так.

Так же, как и ты.

Вот это разговор.

- Спасибо, но мне ни к чему поощрения.

Нам давно пора объявить о втором концерте.

Надо продавать билеты. Чего ты тянешь?

- Я не тяну. Ты должен мне доверять.

Ладно?

- Ладно.

Но это моё время.

Я рассчитываю, что ты всё устроишь.

- Устрою. Не сомневайся.

- Не подведи меня.

- Что тебе, Люциус?

- Эй, Куки,

мне нужно обсудить с тобой кое-что очень важное.

- Я сейчас одна иду по очень опасному району, так что давай ближе к делу.

- Может, подъехать забрать тебя?

- Выкладывай, что тебе нужно.

- Я тут собираюсь приобрести

компанию "Свифтстрим" - они занимаются потоковой передачей...

- Ясно!

Люциус, ты расскажешь мне об этом позже. Пока.

- Подожди, подожди.

- Чёрт, Пеппер, что, так сложно перезвонить,

у тебя что, пейджер вместо мобильного?

- А кто будет печь маффины, а? У пекаря свободного времени не бывает.

- Иди сюда! Ох, боже ты мой!

- Куки, выглядишь на миллион баксов.

- Всего-то на миллион? Похоже, сдаю.

- А, ты форму не теряешь, детка.

Помню, как ты заставляла нас по двору круги наворачивать.

- Физкультура - залог здоровья.

- Ты на дворе держишь всех в тонусе.

- Зато ты на кухне кормишь, как на убой.

- Злейшие сучки на районе! - Злейшие сучки на районе!

- Эй, пойдём-ка лучше на кухню.

- Как поживаете?

- Сейчас увидишь, что у нас тут – а вот и они, мамочка, попробуй.

- Эй, полегче, мисс Бетти Крокер,

я знаю, что печёшь на кухне, а вот что ты там варишь в задней комнате?

- Понятия не имею, на что ты намекаешь.

Мы просто компания весёлых пекарей.

Печём тут.

Я тут поспрашивала насчёт твоей сестры.

Она тусуется с Бозом последние пару месяцев.

- Костлявый подонок, который любит бить женщин?

- Да, он самый.

- Всё понятно. Ладно, дальше я сама.

- Послушай.

Люди Боза не станут говорить с тобой, так как со мной.

Я пойду с тобой.

- Ещё мартини?

- Скай счастлива работать с Джамалом.

Она восхищается тем, как ему удаётся через музыку выразить то,

что у него в голове и в сердце.

- Сын, может, сыграешь то, над чем мы работаем?

- С удовольствием.

- Что-то не так?

- Я...

когда я говорила, что хочу работать с Люциусом Лайоном, я предполагала...

- Если честно, мы ждали чего-то более острого!

- Джудит, этот бизнес – он как автобан.

Не держишься в своей полосе –

врежешься и сгоришь!

Скай, твоя полоса – это девичий поп.

И в ней ты выглядишь блестяще!

Вот откуда у тебя на стене пять Премий Американ Саунд.

- Пап.

Может, покажешь Джудит свою картину Микалейн Томас?

- О, обожаю её творчество.

- Пойдёмте.

- Будьте добры.

- Совсем новая, купил её всего пару недель назад.

- В чём дело? Только честно.

- Прекрасная песня, Джамал, просто...

я хотела двигаться не в эту сторону.

- Помнишь, ты записала "Оглянись вокруг",

и твой лейбл не позволил её выпустить?

- Это была просто дурацкая демка – откуда ты вообще узнал?

- Я не шутил, когда сказал, что был твоим супер-фаном.

- Да уж, это очевидно.

- А то!

- Ты серьёзно?

- Ещё бы!

И кстати, она не была дурацкой, отличная песня, мне понравилось.

- Спасибо.

- Если бы ты рассказала,

о чём ты думаешь, может, мы написали бы что-нибудь вместе.

- Это было бы потрясающе.

- Не верится, что ты так поднялась, Кук.

Кто бы знал, что две сокамерницы, вроде нас,

будут смотреть на тюрягу с этой стороны забора.

- Вы что, вместе сидели в тюрьме?

- Да уж, я отсидела десятку из своих семнадцати с этой женщиной,

и не стыжусь.

- Твоя сестра помогла мне выдержать этот ад.

За мной должок, Куки.

Правда.

Сколько раз ты прикрывала меня перед Леди Афиной.

Наша охранница.

- Я догадалась, что не древнегреческая богиня.

- Девчонки по тебе скучают.

В каждом письме спрашивают, как ты там.

Джеззи без тебя просто на стенку лезет.

- Я не скучаю по этой преисподней,

а девчонок мне не хватает.

Настоящие женщины. Мои истинные сёстры.

- Знаешь, что было бы здорово, Куки?

Через неделю – день семьи.

Может, ты устроила бы концерт в Уолласе?

- Не могу.

Прости, не могу – я устраиваю "Пикник" в Нью-Йорке –

кстати, ты должна приеха...

Кэрол!

Кэрол!

- О боже мой!

- А ну убрал лапы от моей сестры, пока я их не сломала!

Пошёл вон! Нет-нет-нет. Нет, нет!

Кэрол, слушай, мы разыскиваем тебя по всему городу уже два дня.

- Да ещё не прошло двух дней.

- Нет, прошло. - Нет, прошло.

Посмотри на себя – ты ужасно выглядишь. Что ты принимала?

- Пошли в машину.

- Подождите.

- Что? - Подожди!

- Чего?

- Неплохо.

- Ну всё, теперь пойдём уже.

- Я никуда с тобой не пойду, Куки.

Пока ты не купишь мне чего-нибудь поесть.

- Ты сейчас же посадишь свою тощую задницу в машину.

- После вас.

- На меня, нарочно!

- Я видела.

- Спасибо, Бетти.

- А, всё нормально, я сама за себя заплачу.

- Я и не думала за тебя платить.

- Поговорим?

Кэрол, твоим детям хорошо у нас с Дэнни в Блюбэлл,

но они волнуются за тебя.

Тебе надо отдохнуть от Филадельфии.

Едем со мной.

Это прочистит тебе голову, у нас хорошие школы, твоим детям понравится.

- Нет, она едет со мной.

- Что?

Чтобы опять закончить здесь?

- Кэнданс, прошу, засунь в задницу ханжеские обывательские штучки...

- Лорета, молчи.

- Господи, хватит, пожалуйста, прекратите вы обе!

Чёрт, я могу сама принимать решения, спасибо.

- Да, это ты нам уже показала.

- Ладно.

- Заткнись ты.

- Так кого из нас ты выбираешь?

- Что?

- Меня?

Или Куки?

- Что будет с детьми, если я поеду в Нью-Йорк?

- Пусть остаются.

Пока не возьмёшь себя в руки.

- Тогда я еду с Куки.

- Видно, не так уж Куки плоха, раз она едет со мной.

Вот что, Кэнданс,

пока ты тут упиваешься ненавистью, я схожу в дамскую комнату.

- Вы заслуживаете того, чтобы быть вместе до конца своих жалких жизней.

- Ты вечно недовольна.

- Если бы она знала, что ты сделала, пока она была в тюрьме,

сейчас у нас был бы совсем другой разговор.

- Эй! Я здесь, что ты хотел?

- Что же, я уже не могу поздравить собственного сына?

Ты очень умно повёл себя на фристайл-баттле.

Возможно, ты не знаешь, но...

я собираюсь купить "Свифтстрим",

музыкальный интернет-сервис.

- Да, я знаю. Об этом повсюду говорят.

- Она стоит целое состояние.

Я собирался вложить эти деньги в тебя и твоего брата, но...

ты уверен, что хочешь отказаться от имени Лайон?

- Какая разница, что у меня за имя?

Я же не устраиваю тебя как сын.

- Ким, ты устроил целое шоу из отказа от моего имени.

Но ты продолжаешь торговать им на улицах.

Зарабатываешь им на жизнь.

"Лайон Дайнэсти", в задницу!

Я дам тебе последний шанс.

Вернёшься в Империю.

Выложишь видео,

в котором скажешь, что оставляешь имя Лайон,

и я сделаю тебя партнёром наравне с братьями в "Свифтстриме".

- Откуда мне знать, что ты сдержишь слово?

- Я всегда вознаграждаю за верность.

Спроси у Андре.

Я купил им с Рондой особняк на шесть комнат на заливе.

Два с половиной акра.

А что хочешь ты?

- Этого сына тебе не купить.

- Что это было?

Обалдеть!

- То, что я никогда не спою.

Потому что я пою песни для девочек, и,

как сказал твой отец, должна держаться в своей полосе.

- По мне, это звучит,

как слова задрота-менеджера.

То, что я слышал,

это глубоко, это красиво.

Как ты сама, Скай.

- Я тебе завидую.

- Почему завидуешь, женщина?

- Потому что ты...

ты сам определяешь, кто ты такой,

кем будет видеть тебя мир, и люди любят тебя за это.

Если я скажу о себе правду,

фаны на меня набросятся.

- Гарантирую тебе, что нет.

- Да, потому что...

ты должна быть в рамках.

Люди хотят знать, что ты чёрная или белая, поёшь поп или соул...

- Не нравятся рамки, так выйди за них.

Они тебе ни к чему.

Знаешь, почему я хотел работать с тобой.

- Потому что ты мой суперфан.

- Я ещё и суперфан Эл Джи.

Но сама понимаешь.

Тут нечто большее.

В тебе есть больше, нечто удивительное – то, что ты пытаешься скрыть.

Не нужно.

Я хочу помочь тебе открыть это.

Откройся, девчонка, сыграй мне ещё раз.

Пожалуйста.

- Мне нравится.

- Боже мой!

- Не говори.

Это просто...

- Да.

- Знаешь,

я даже не знаю, что делать с таким количеством комнат, но...

наверно, придётся заполнить их толпой маленьких Лайонов.

Эй, ты здорова?

- Да-да-да, всё в порядке, я просто...

- Эй, что стряслось?

- Я...

кажется, я влюбилась, и мне стыдно.

- Стыдно? Почему?

О нет, ты всё ещё любишь Люциуса?

- О нет-нет-нет.

Боже, нет. Этот корабль давно утонул. Нет, это...

ты его не знаешь, ещё один музыкант.

Какое-то время мы встречались, потом всё запуталось.

Мы разошлись.

А тут я услышала песню, которую он написал пару дней назад,

и всё вернулось.

- Я рассказывала тебе историю про хвостик?

Алиса Шепард?

- Нет, кто она?

- Девка, которая пыталась отбить у меня Андре в колледже.

Как-то ночью я пробралась в её комнату

и отрезала её хвостик во сне.

На другой день скинула ей фотку с ним и написала,

что отрежу ещё что-нибудь, если она не оставит Андре в покое.

- И что дальше, это помогло?

- Как видишь, я здесь.

Я к тому, что если ты нашла того,

за кого стоит бороться, то борись.

Сражайся со всяким, кто встанет на пути. Понимаешь?

- Как хорошо...

Слушай, малыш, сегодня мне надо разобраться с сестрой,

но завтра я вся твоя.

- Обещаешь?

- Люциус, какого хрена ты здесь делаешь?

- Ловлю тебя на слове.

- Нет. Что тебе нужно?

- Мне нужно, чтоб ты...

передала мне права на мои ранние песни.

У меня есть возможность превратить их в деньги на покупку Свифтстрим.

- Хочешь, чтобы я отдала тебе права на твои песни,

которые я выпустила- мы выпустили.

С ума сошёл?

- Нет, детка. Это важная сделка для Империи.

Вы с мальчиками по-прежнему акционеры, так что это на руку нам всем.

- Знаешь, когда у нас не было ни гроша, у нас была только музыка.

Если мы отдадим и её, мы банкроты.

Зачем мы всё это создали? Ради акций и облигаций?

- Нет, ты не видишь большую картину.

- Нет, я вижу большую картину, Люциус.

Больше того, я единственная, кто её видит.

Потому я и отвечаю тебе дураку – нет.

Раз тебе нужен твой Свифтстрим, найди другой способ его добыть.

Привет, малыш!

- Прости, что так долго – не было чистых бокалов.

Я и не знал, что мы не одни.

- Так же, как и я.

- Лаз Дельгадо.

- Люциус Лайон.

- И он уже уходит.

- Я вижу, кое-кто пробирается наверх через постель.

Хорошо, что твой лакей здесь – он всё уберет.

- Детка, надо будет прочитать этот трек на Пикнике. Как ты думаешь?

- Конечно, народ от неё в восторге.

Мне хочется слушать её снова и снова.

- А я хочу целовать тебя снова и снова.

- Хаким.

Тут Аника пришла.

- Аника, что ты здесь делаешь?

- Решила зайти на вечеринку.

Приглашение, должно быть, затерялось где-то в почте.

- Мы с вами где-то встречались?

- Нет, сомневаюсь, детка, разве ты в "Нобу" подрабатываешь.

- Угомонись, Аника.

- Песня, репетицию которой ты выложил,

это не та, что ты написал для Камиллы?

- Для кого?

- Тебе пора уходить, Аника.

- Правда, отличная была песня.

Но теперь в ней кое-чего не хватает.

Для неё нужна настоящая певица.

Женщина, а не латиносская выскочка из Южного Бронкса.

- Простите? Хаким, о чём она говорит?

- Твоя зазноба живёт в халупе с семью братьями и сёстрами.

Ну и подружку ты себе нашел.

- Что ты устраиваешь?

Аника.

- Эй, пап.

Есть минутка?

- Нет, я работаю кое над чем, Дре.

- С облигациями Боуи ничего не выйдет.

- Это ещё почему?

Дре, я попросил тебя придумать, как обойтись без подписи твоей мамы.

- Знаю. Я понял это и попытался.

Но если мама не отдаст своим права на песни, мы бессильны.

- Так вот чему тебя учили в Уортоне?

Пробуешь, и если упираешься в стену, сразу сдаёшься?

- В Уортоне нас учили находить решения,

и я одно нашёл.

Другие направления нашего бизнеса.

Если продать отдел моды, спортивных товаров

или спиртных напитков, пап, нам хватит денег.

Надо лишь иметь веру.

- Нет, нет, нет, это неприемлемо.

Слушай, сынок, если мы начнём отрезать куски от "Империи",

она перестанет быть империей.

Я скорей умру, чем допущу это.

- Да, сэр.

Я найду способ.

- Сколько народу – что происходит?

Джамал готовится к съёмкам клипа?

- Да, и режиссёр хотел снять,

как происходят репетиции – для шишек из Пепси.

Но вся эта реклама – это лишь малая часть моих планов на Джамала.

Другая часть – это ты.

- Не уверена, что смогу остаться в своей полосе, Люциус.

- Так-так...

- Когда вы начинали, вы прокладывали новую тропу, вы вышли за рамки.

То же делает и Джамал.

И поэтому я хочу работать с вами.

- Значит, ты думаешь перестроиться?

Как идут дела, Ли?

- Восторг! Не терпится провернуть этот фокус с Пепси.

- Хорошо.

Кстати, вы поговорили с Джамалом

о моей идее?

Отец, сын.

- Говорил.

- И что?

- Я хочу сделать всё по-другому.

- Как именно?

- Люциус, вы представляете прошлое.

Этот парень – он будущее.

Поэтому я и согласился в этом участвовать, мы сделаем что-то новое.

- Слушайте, лучше поговорим в моём трейлере.

- Ну нет. Нет уж. Нет-нет. Нет-нет.

Джамал, как там у тебя.

Том, где Том?

- Теперь в центре Джамал, Люциус, он – будущее.

- Действуй.

- О чём ты?

- Поднимай деньги, продавай всё что нужно, добудь мне Свифтстрим.

Если он принесёт нам то, чего мы ждём,

мы выкупим все отделения и докупим ещё.

Мы вывели Империю на биржу,

чтобы вести музыкальную индустрию в будущее – это мы и сделаем.

Иногда, чтобы выиграть игру, нужно принести что-то в жертву.

Ли Дэниелс думает, что видит будущее? Я покажу ему будущее.

- Мам, мы серьезно платим двадцать три тысячи за свет?

- Свет – это всё, мальчик.

- Привет, Хаким. Не знал, что ты придёшь, я бы принёс тебе тоже.

- Я разве просил?

- Всё в порядке?

- Я слышала, что ты хочешь сменить площадку для Пикника?

- Я нашёл место получше.

Оно в Бронксе.

Там больше места, там лучше.

- Нет! Не нужен мне никакой Бронкс.

- Куки, хоть выслушай, прежде чем говорить нет.

- Я уже сказала.

Видишь ли, мы уже продали билеты в Рокстеди-Парк.

Я истратила тучу денег на рекламу и снабжение, мы остаёмся там.

- Смотри, чтобы Биг-Хэви на нас опять не наехал.

- С этим засранцем ещё разбираться.

- Так зачем он приходил, а?

- Ладно, Куки,...

ты должна меня послушать.

Доверься мне.

- Я бы хотела тебе верить, но ты всё усложняешь.

- Прошу прощения за грубость,

но этот твой красавчик всё не лезет у меня из головы.

Я тебя проверил, Дельгадо.

Ты ведь из бычков, верно?

- Люциус, о чём ты говоришь?

- Быки со сто двадцать пятой улицы провернули небольшую афёру:

похищают юных рэперов, а мамочкам приходится их выкупать.

- Мам,

у парней, которые меня похитили, были быки на спине.

А у него есть?

- Вот такие?

Я разберусь, Хаким.

- Куки, послушай.

Когда всё началось, это была игра.

Я думать не думал, что влюблюсь в тебя.

Всё по-настоящему.

Мне просто нужно время.

Я пытался всё исправить.

- Хаким.

Пойдём.

- Привет. Рада, что ты позвонил.

Ты ведь не злишься из-за вчерашнего.

- Слушай, Аника, у тебя серьёзная проблема.

- Хаким.

У меня нет проблем. Проблема у тебя.

Ты не хочешь честно и открыто рассказать всё о нас.

- О нас? Нет никаких "нас".

Мы друзья, ну переспали пару раз...

- Хватит отрицать это, Хаким.

Очевидно же, что ты любишь меня.

- Я тебя не люблю. Вбей ты это в свою тупую башку! Ясно?

- Мне ясно, что едва попав в передрягу, ты приходишь ко мне.

Ко мне.

Как ты сам не видишь?

Так чего же ты боишься? Хаким? Люциуса?

Да он сам сказал мне, что не возражает против того, чтобы мы были вместе.

С Куки всё немного сложнее, но когда она поймёт, что я...

- Хватит! Говорить о моей семье, о моей матери и отце!

Ты никогда не станешь одной из нас. Ты не станешь Лайоном.

Никогда.

- Эй, я принесу веник.

- Ничего не надо.

- Хочешь поговорить об этом?

- Нет, не хочу!

- Куки, я знаю, что со мной одни заботы, но я правда стараюсь...

- Кэрол, тебе надо лечь в клинику.

- Нет. - Да.

- Нет. - Да!

- О чём ты вообще? Нет, я не лягу в клинику, ясно?

- Ты наркоманка.

И ты была ей всю жизнь. Скажи это.

- Кук,

мы виноваты в том, что случилось с Джермелем.

И это просто пожирает меня изнутри.

- Кэрол, мне тоже тяжело, ясно?

Но то, как ты это решаешь.

Я не должна была тебя втягивать.

Ни во что.

Но у тебя есть оправдания.

И что бы ты там не говорила,

если ты сунешься в эту кроличью нору, обратного пути не будет.

Ты убьёшь себя, а этого я не могу иметь на свой совести.

Тебе понятно?

Или ты бросишь, или ты не сможешь жить у меня.

Понятно?

- Хорошо.

Я люблю тебя.

- Совершенство.

- Спасибо, что разглядел меня.

- Спасибо, что позволила разглядеть.

- Так-то. Потрясно.