Original subtitles

РАНЕЕ В "ИМПЕРИИ"

- Я не откажусь от группы, мам.

Если не найду солистку за неделю, всё брошу.

- "Гаттер Лайф Рекордз".

Мы свернули лейбл,

но в нём был первозданный саунд, к которому я стремлюсь.

В тебе есть что-то, что дано не каждому.

Позволь мне помочь тебе.

- Фри, надо делать ноги!

Тебе нужен бог в качестве продюсера. Я буду тебя продюсировать.

- Я считаю тебя новым Уорхолом.

- Боже, ты шикарный!

- Люциусу нужна твоя музыка. Он хочет забрать всё.

- Со мной говорил бог.

Он хочет, чтобы я возглавил "Империю".

- Что вы сделали с дядей Верноном?

- Стой! Хватит!

- Вы спасли мне жизнь!

Добро пожаловать в "Империю".

- С улиц Филадельфии в топы чартов,

из зала Нью-Йоркской Фондовой биржи прямо в тюремную камеру в Бруклине,

и вот Люциус Лайон – снова свободный человек.

После четырёх месяцев мытарств судья Эрскин Роббинс

удовлетворяет ходатайство об отклонении всех обвинений.

- Вот как закрывают дела.

- Они объявили, что это самоубийство.

- Федералы осрамились. Дело поехало по шву.

Они не хотят, чтобы кто-то узнал про чёртов труп в машине обвинителя.

Так я слышал.

- Рад видеть.

- Андре!

Добро пожаловать в "Империю", сын.

- Поздравляю, отец.

Теперь ты чист.

- Да, благодаря тебе.

Кстати, прокурорша,

она взяла отпуск.

- Не будем об этом здесь.

- Хорошо. Только о бизнесе.

Да, кстати, я подписал новую певицу в твой лейбл –

Гаттер-Лайф, зовут Фрида Гатц.

Скоро вас познакомлю.

- Андре. Приятно видеть тебя без лопаты.

На улице целая свора журналистов.

Они не уйдут без вашего заявления.

- Ни слова им не скажу – они всё вывернут наизнанку.

- Ты должен что-то им дать, пап.

- Да. "За Империю"! Это ведь ваша фишка.

- Хотите, чтобы я высказался?

- Да.

- Дай-ка свой телефон.

- Закинь голову. Ага. Вот отсюда, под углом. Выше, выше.

Ты хочешь камеру, Ти. Да! Работай!

Добавь больше масла на ноги.

- Да, думаю, то, что надо.

- Всё? Хорошо. Спасибо.

Спасибо.

Что там?

- Порша наставила мне каких-то дурацких уведомлений на телефон,

чёрт знает, как их отключить. Можешь посмотреть?

- А где она сама?

- Уволена – меня из-за неё арестовали.

Ну что, наладишь?

- Это Люциус.

- Что?

- Эй, мам, я хочу тебя познакомить…

- Иди-ка посмотри, что выложил твой папаша.

- Правда в том, что я невиновен.

Дело было сфабриковано, против меня не было никаких улик,

а если кого-то не устраивает то, что я делаю – поцелуйте меня в жопу.

- Твой отец бессердечный ублюдок. Вернон мёртв, а он...

- Мам!

Тиана, это моя новая солистка Лаура. Лаура, это Тиана.

- О боже, я… Я такая фанатка!

- Спасибо.

- Тиана, ты не покажешь Лауре студию? Я подойду через минуту.

- Ладно.

- Спасибо.

- А вы с ним…?

- Нет. Уже нет.

Не волнуйся, он так со всеми.

Он сказал мне и Куки, что ты просто бомба.

- Что?

- Что у тебя голос на миллион баксов.

Мне не терпится увидеть, что он из тебя вылепит.

- Ты веришь, что Вернон сделал это сам?

- Там, откуда мы вышли,

если стукач не кончает с собой, то ему помогают.

Слушай, мне нет дела до Люциуса.

Но если мы хотим, чтобы это безумие кончилось,

мы должны взять это в свои руки.

У нас в жизни происходит что-то хорошее – посмотри.

Тебе нужно собраться.

Скоро выйдет клип с Джамалом, ты должен засесть в студии,

записать новые треки, привлечь к себе как можно больше внимания. Ясно?

Хорошо, красавчик?

Ну-ка улыбнись.

И убери эти уведомления, которых мне понаставила Порша – они меня бесят.

- С возвращением!

"Гаттер-Лайф".

- "Гаттер-Лайф"!

- Присоединяйся.

- Дамы и господа, сегодня исторический день для "Гаттер-Лайф" и для всех вас.

День, когда вы встретитесь с вашим новым королём.

Ваш президент, мой сын, мистер Андре Лайон!

- Поздравляю, босс!

Оттянемся вместе?

- Нет-нет-нет. Второй повтор: "Я рождён, чтобы любить тебя",

должен быть моментом творения, Большим Взрывом,

ты должен заполнить всю Вселенную.

- Понял.

Ни-Йо, а ты что скажешь?

- Будь честен, брат. Не щади его.

Ему нужна правда.

- Тут требуется колоссальная страсть.

На мой скромный взгляд, неплохо.

- Спасибо.

- Пожалуйста. Правда.

Я был честен.

- Ну, если он тебе по душе, может, вам стоит поработать вместе?

Запишете пару треков, а там поглядим.

- Ты очень умён, но ты не в курсах, старик.

Мы уже успели это обсудить.

- Да. У меня есть пара свободных дней, я мог бы прокатиться с Джамалом.

Подготовить что-нибудь новенькое.

- Вот то, что не под силу сделать твоей матери.

Это выведет тебя на совершенно новый уровень.

- Привет! Простите, через полчаса – открытие галереи.

- Майкл, это Ни-Йо.

- Как дела, бро?

- О, я твой фанат – раз двадцать был на твоих концертах.

- Ух ты, приятно слышать, брат.

- Ни-Йо ненадолго присоединится к туру.

- Что? Ты поедешь с нами?

- Похоже, так.

- Я в восторге!

- Давай поговорим в кабинете?

- Хорошо. Рад познакомиться, Ни-Йо.

- Я тоже рад, бро.

- Это ошибка.

Первое правило тура – не бери с собой подружку.

Вернее, дружка.

- Это почему же?

- Ты должен соблазнять, когда ты на сцене.

И не отвлекаться.

- Не уверен, что готов выслушивать советы об отношениях от тебя.

- Спроси у Ни-Йо.

- Знаешь, в турах бывает одиноко, Эл.

- В точку!

- Не пойми неверно –

будет множество временных компаньонов, чтобы скрасить досуг…

- "Скрасить досуг"…

- …но вскоре начинает тянуть на что-то настоящее.

И если у него это уже есть,

почему бы и нет?

- Не слушай эту херню. Ты должен быть собран.

На кону всё, о чём ты мечтаешь. Ты не можешь упустить момент.

Я скоро.

- Тяжело прошёл первый день?

- Отец восстанавливает старый лейбл "Гаттер-Лайф Рекордз",

в буквальном смысле "Жизнь в Канаве".

Он назначил меня президентом.

- Он испытывает тебя.

Как с той девчушкой из музыкальной терапии.

- Мишель…

- Она привела тебя к богу.

У всего есть своя цель.

- Я должен защищать свою семью.

Думаю, что час настал.

- Моя церковь очень серьёзно относится к обряду крещения.

Тут требуются поступки

и преданность.

- Я предан, преподобный. Скажите, что делать – я готов на всё.

- Во-первых, очисть свою совесть.

Иди к тем, кого любишь, покайся в грехах против них.

И пригласи их на своё крещение.

- Покаяться своей семье?

- Твой дом не чист, пока в шкафу грязное бельё.

- Моя семья ходит в церковь, только когда кто-то лежит в гробу.

- Может, он избрал тебя своим пастырем.

Господь хочет, чтобы ты привёл их сюда.

Может быть.

- Отличные снимки, Ти. Подбросить тебя?

- Нет, за мной едет лимузин. Спасибо.

- Ладно. Пока.

- Пока.

- Ё-моё! Смотри, это ж Тиана!

- Эй, йоу! Можно с тобой сфоткаться?

- Конечно!

- Вот, супер!

- Пустите меня!

Хватит!

- Пусти сумку, сучка! - Нет!

- Давай живо!

- На помощь! Отдайте мне сумку!

- Йоу, что стряслось?

- Её ограбили прямо у нас в подъезде.

- Но кто?

- Две грёбаные уродки.

- Ты-то как?

- Йоу, зацените. На Ютьюбе выложили.

- Что?

- Оо, что это у нас тут?

- Чем это она размахивает?

- Добро пожаловать в моё королевство, "Лайон Дайнэсти".

Хотите здесь отвисать? Платите налоги!

- Ему что, нужен контракт с нами?

- Нет.

- Я к вам бухгалтеров-очкариков с квиточками присылать не буду.

Сам не поленюсь притопать. Готовьте бабло.

- Чёрт! Мы в его списке.

Он намерен нас доить.

- Что, такое уже бывало?

- Нет, и в этот раз не выгорит.

Я об этом позабочусь, уж вы мне поверьте.

- Да, вот здесь.

Я про это.

Вот ради чего я живу!

Обычные люди снимаются на фоне моих картин

и выкладывают свои интерпретации.

Когда твой клип начнут крутить, цена на оригинал взлетит до небес.

- Я хочу оригинал.

- Тебе и так достался оригинал, малыш.

- Это правда.

- Как же вы двое круто смотритесь вместе.

- Ты ведь не против, что я использую твою работу, как символ своего тура.

- Это заслуживает отдельной бутылки. Эй, будьте любезны.

А ты как? Поедешь в тур вместе с ним?

- Отец уже вовсю капает мне на мозги, что любимых в тур не берут.

- Как иначе. Это же Люциус.

- Тут я с твоим отцом солидарен.

Для творчества отношения – это смерть.

- Почему ты так говоришь? Ты что, никогда не был влюблён?

- Каждый день.

Причём по-настоящему.

Так с чего мне зацикливаться на ком-то одном?

Знаешь, что меня убивает? Однополые браки.

- Стой! Что?

- Величайшая в истории победа в борьбе за права геев

теперь опирается на архаический институт,

который считает порочным естественное человеческое желание?

Импульс мне понятен,

но мы с такой готовностью заковываем себя в эти гетеронормативные оковы!

- Гетеро-что?

- Типа когда спрашивают, кто у вас муж, кто жена?

- Он просто прелесть.

- Хоть ты и чокнутый, но задуматься меня ты заставил.

В этом призвание художника – вдохновлять других…

Чувак, что за хрень?

Ты что вытворяешь?

- Это ещё одна форма художественного самовыражения.

- Даже если бы.. меня к тебе тянуло, а это не так! Совсем!

Я бы ни за что не поступил так с Майклом!

Так что вставай.

Малыш, ты готов?

Пошли.

Пошли.

- В рот, только и всего!

- Новый, самый крутой хип-хоп Эм-Си Хаким Лайон.

Несравненная дива Тиана,

королева соула, единственная и неповторимая Вероника!

- У нас на крючке ещё несколько звёзд. Пока не могу назвать их,

так как контракты ещё не оформлены.

Хаким собирает группу из трёх горяченьких испанских красоток.

А Питбуль хочет, чтобы мы выступили в его новогоднем шоу.

- Неплохо.

Я в игре.

- Я ещё не рассказала о трудностях.

- Я двигаю шоу-биз уже много лет, Куки.

Поверьте, сложности мне известны.

- Мы не мелкая начинающая компашка.

Нам нужен промоутер, который будет выбивать для нас концерты, но

я знаю, что я делаю.

- Но вы ещё и бывшая жена Люциуса Лайона.

Все кругом уверены, что вы купаетесь в деньгах.

Значит, вы на прицеле.

Вы у всех на радаре,

в том числе у шпаны, которая обчистила Тиану чуть ли не в студии.

Улица следит за вами, Куки.

Они считают ваши деньги, и они за ними придут.

- Вы пятый промоутер, с которым я встречаюсь, мистер Дельгадо.

Другие сбежали, услышав, что случилось с Тианой.

- А вот я не боюсь испачкать руки.

Это моя работа.

- Вот как? - Да.

Когда вокруг рыщут волки, Куки,

ни один промоутер к вам близко не подойдёт. Кроме меня.

- Привет, Куки.

- Порша. У меня встреча.

- Знаю, ты занята, но

я слышала, что у вас проблемы с безопасностью, и знаю, как их решить.

- Как же? - Знакомься: Вупти-Ву!

- Вопти-кто?

- Вупти-Ву!

Самая злая сучка в городе! Бабулина, она играть не будет.

- Вы уж простите.

- Бабуля разрешила её взять. - Мне не нужна эта шавка.

- А можно я… - Нет, Порша, уходи. Пожалуйста.

Господи Иисусе.

- Пойдём, Вупти-Ву.

- Так и быть.

Испытательный срок.

- Правда? - Понадобишься – позвоню.

Выметайся, Порша.

Простите, что вы говорили?

- Я вчера видел Преподобного Прайса.

- Вот как?

- Я собираюсь креститься.

- Хорошо. - Ты должна прийти.

И вся семья.

- Не будь ребёнком, Андре. Думаешь, весь клан ради себя соберётся?

- Какие бы у них ни были дела, надеюсь, они их отложат.

Преподобный хочет, чтобы я покаялся в своих грехах, так что…

- Ух ты!

Покаяться? И в каких же грехах ты будешь каяться, Андре?

- Не в тех, что ты подумала, Ронда.

Я бывал несправедлив к ним в прошлом,

и должен просить о прощении.

- О прощении?

Тебе не нужно их прощение.

Все они не без греха.

Но, кстати, о покаянии,

на мне нет трусиков.

- Сюда могут войти. - Я знаю.

- Ронда? - Да?

- Мы не можем.

- Но почему? Мы так давно не были вместе.

- Теперь всё по-другому.

- А, ну хорошо. Да?

- Я люблю тебя.

У нас будет маленький!

Мы вернулись.

- Если коротко, то…

Наследников у него не было, значит, это теперь наше.

- Наше? О нет, он был твой дружок, мне это ни к чему.

- Мне тоже, он же стучал.

- Вернон был сукой, но кретином он не был!

И чтобы он покончил с собой?

Чушь собачья!

- Знаешь что-то, чего я не знаю?

- А ты?

- Ну, так или иначе,

здесь мы это оставить не можем.

Отдай его своей сестре Кэрол. Он ей нравился.

- Знаешь, он сказал, что Банки пытался тебя трясти.

Видимо, чуял, что ты и им вот-вот займёшься.

- Ты знала, что Вернон – змеёныш?

- Я ничего не знаю.

Так, ты его убрал?

Велел всё сделать кому-то из своих громил?

- Нет, я не убивал Вернона.

Убери-ка ноги.

- Все, кого мы знаем,

кто помогал нам строить всё это, оказываются в коробках,

которые ты не хочешь забрать.

Как нам уберечь свою семью, Люциус?

- Я за себя спокоен, ты нет?

Мне жаль.

Всё потому, что я за тобой не присматриваю.

- Надеюсь, с сумочкой – это не твоя работа.

- Это ты о чём?

Что, на тебя кто-то наехал?

- Должно быть, это даёт чувство свободы, Люциус.

- Что – это?

- Не иметь морали.

Докажи, что ты хоть наполовину человек, забери сраный прах.

Я его не возьму, Люциус. Он был твой друг.

- А где Люциус?

- Эй, как жизнь, Андре?

У твоего отца выходной.

Он просил меня уладить пару дел.

- Ты что же, теперь на зарплате?

- Я заменяю Вернона.

- Вернона никто не заменит.

- Да, тут ты прав.

Но дело есть дело.

Люциус просил меня присмотреть за

Анитой Калхун. - Аникой Кальхаун.

- Аникой… - Да.

- Она не работает на "Лайон-Дайнэсти", верно? И не работала.

- Да, Куки подрезала ей крылышки.

- Ты хорошо ладишь с матерью?

- Неплохо.

- Люциусу

нужны копии песен "Лайон Дайнэсти".

Всё – законченное, незаконченное – без разницы.

Он подумал, что ты мог бы поколдовать и…

- Мог бы украсть их треки?

- Тебе это вроде с руки.

- Не с руки.

Я не сделаю ничего, что повредит маме.

И на будущее: передай ему,

чтобы он обсуждал наши семейные дела со мной лично.

- Конечно. Конечно.

Прости, если много на себя взял. - Много.

- Просто пытаюсь угодить боссу. /

И буду благодарен, если ты забудешь об этом разговоре.

- А я буду благодарен, если ты поставишь стакан на стол,

уйдёшь из кабинета отца,

и погуляешь до его возвращения.

- Ух ты!

Почему не погулять?

Буду вспоминать, как мы копались в грязи.

- Так, неплохо, но ты недостаточно сосредоточен.

Я хочу, чтобы к концу ты выдал всю страсть – смотри…

Понимаешь, вверх! - Да, офигенно. Секунду.

Прости. - Всё норм?

- Да-да, извини, одну секунду.

- Хорошо.

Я заметил, что ты уже давно косишься на телефон,

если тебе нужен перерыв – без проблем.

- Я сказал Майклу, что не хочу брать его в тур,

а он решил, что я предлагаю свободные отношения – это неправда.

- Ясно.

- А потом всё вышло из-под контроля.

- Вышло, потому что ты этого не хочешь?

- Не знаю, он для меня всё.

Он единственный, и он это знает.

Глупость какая... Ну, сам посуди, я в студии, со своим другом Ни-Йо.

У нас потрясная сессия, а мы обсуждаем ерунду. Бредит он, что ли?

- Вот что. Дело не моё, можешь задвинуть на моё мнение,

но я бы на твоём месте его взял.

- Правда?

- Да.

Я пробовал по-разному:

со своей девушкой и без неё – и так,

и так хорошо – главное понять, чего хочешь ты.

Твой приятель беспокоится, и правильно делает,

потому что тур – это всегда непросто.

- Да.

- Плюс, если честно, ты был совершенно прав вчера.

Люциус Лайон не лучший советчик в вопросе отношений.

- Скажи? - Да. Только не он.

- Я его возьму.

Скажу ему сегодня – спасибо тебе.

- Не за что, брат!

И не бери трубку.

- Не буду, прости, всё нормально. - Поехали!

- Я чувствую эту музыку.

Чувствуешь меня?

- Нет!

- Что?

- Какая же я дура!

Как я не поняла, что всё ради этого!

- Лаура, куда ты?

- Я не такая. Я не из таких девушек.

- Это она про нас? - Похоже на то.

- У тебя уже глаза в кучку. Сосредоточься.

- У нас была просто обалденная сессия с Ни-Йо.

- А как иначе? - Как иначе.

И мы он на несколько дней присоединится к моему туру.

- Ты едешь в тур с Ни-Йо?

Слушай, всё-таки Иисус тебя любит. Что бы там ни говорилось в Библии.

- А где Майкл? - Он на балконе.

- Малыш!

- Я думал, вы всё обсудили.

- Обсудили?

- Это я виноват, не он.

- Если сейчас же не уберёшься сам, я провожу тебя с балкона.

- Мы можем поговорить, как… - Вон из моего дома.

- И что же, Бёрдмэн не начал вякать, когда ты поехал в тур с Лил Вейнаом?

- Ну, пытался.

Я сказал ему, что иду туда, где с баблом четко.

Он должен был знать, что "Кэш-Мани" не так ликвидна, как "Янг-Мани".

- Правда?

Вупти Ву, замолкни!

Чёртова шавка!

Держи его!

А ну брось, сука. Брось!

Открывай! Хочу знать, что ты тут набрал.

- Кто вас послал? Кто вас послал?

- Тирсти! Тирсти!

- Этот скользкий адвокатишка Люциуса!

Хотела забрать мои мастеры? Снести бы тебе башку!

- У них ещё и жучки.

- Что?

- Вызовем копов?

- Нет. Нет. Никаких копов.

А ну убирайся.

И чтоб не возвращался!

Люциус пусть целует мою чёрную задницу!

Пистолет носишь?

- Да и ты тоже.

- Ты не позвал меня на вечеринку?

Я обижен.

- С какой стати мне тебя приглашать? Ты пытался зарезать мой портрет.

- Подъём!

- Может, хватит ссориться? Я хотел поговорить о дяде Верноне.

- У меня этот дядя Вернон уже вот где.

О чём тут говорить?

Он хотел сдать отца, не выгорело, он нашёл лёгкий выход.

- Что бы там ни вышло между ним и папой,

он всегда желал нам только лучшего, Джамал.

Он учил меня, что как старший я обязан всегда за вами присматривать.

Защищать вас.

А я сделал всё, чтобы вы вцепились друг другу в глотки.

Я так хотел "Империю", что

готов был позволить вам убить друг друга, чтобы остаться единственным.

- Андре, о чём ты говоришь?

- Это не Хаким ограбил тебя тогда в студии "Гетто-Эсс", я всё подстроил.

- Когда Джамала чуть не подстрелили?

- Я не думал, что дело зайдёт так далеко.

- Но оно зашло. - Я не думал, что…

Я был неправ, я был болен.

И я сожалею.

- Нереально.

- Я не могу изменить прошлое, я могу лишь сказать, что сожалею.

В воскресенье, у меня крещение.

Буду благодарен, если вы оба придёте.

- Мы все совершаем ошибки.

Я приду.

- Спасибо брат.

- Твой пастор не начнёт кидаться на меня за то, что я гей?

- Я не знаю, как он к этому относится…

- Так спроси его, Дре.

Это важно.

- Ты знаешь мое мнение.

Ты придёшь поддержать меня, не церковь.

Я хочу исцелить эту семью.

Хочу, чтобы мы стали единым целым – всем сердцем хочу.

Подумай об этом.

- Ладно.

- Спасибо.

Ну всё.

Спасибо вам.

- Тирсти послал в "Лайон Дайнэсти" своих ребят.

- Тирсти делает то, что я ему велю.

- Это твоё дело, не моё.

И уж точно не наше семейное дело, верно?

- Эта семья и есть моё дело.

Тебе не по душе бандитские замашки Тирсти?

- Да нет.

Я ведь всё помню, пап.

Если бы я хотел, то мог бы быть на улице, но я сделал выбор.

Ясно, ты меня испытываешь.

- Нет, не испытываю.

Но здесь ты должен следовать лишь моим заповедям.

Веру свою проверяй за дверью, сын.

- Я так не могу.

Моя вера – это и есть я, этого не изменишь.

Отец, я хочу покаяться перед тобой.

- Так, что ещё ты натворил?

- Это я навёл Куки на мысль

шантажировать тебя и продюсировать Джамала.

- Я знал, что при ней был кто-то башковитый.

- Ты должен знать, что я полностью предан тебе и "Империи".

Я жалею, что ставил свою выгоду выше интересов компании.

- Вот и славно, я тебя прощаю – может, вернёмся к работе?

- Нет, я не закончил.

Когда я не принимал лекарства, прежде чем начал терапию,

я чувствовал, что ты ненавидишь и отвергаешь меня.

Я так хотел сделать тебе больно,

что пошёл в твою студию,

приставил к виску пистолет

и спустил курок.

Я хотел умереть.

Господь спас меня.

Я знаю, ты не веришь в бога,

но ты дал мне жизнь,

а бог даёт мне надежду.

Ты придёшь на моё крещение?

Для меня очень важно, чтобы ты был там, отец.

- Ты хочешь, чтобы я смотрел,

как тебя макают в воду из-под крана?

И делают вид, что она смыла с тебя грехи?

Нет никакого бога...

Просто стань наконец мужиком.

- Лаура, подожди.

- Теперь ты меня преследуешь?

- На звонки ты не отвечаешь. - Я спешу на поезд.

- Да я быстро.

Слушай, прости, я не хотел к тебе приставать.

- Разве я дала повод?

- Нет, просто я ещё не встречал певицу, которая этого не любит.

- Ну а я вот не люблю.

- Я уже понял.

Ты не такая, как другие – уважаю.

Прощаешь меня?

Ты же хочешь петь?

- Петь – моя единственная мечта.

Не ради денег или славы и так далее.

Это банально, но я люблю дарить людям радость.

- Когда я увидел тебя там в бруклинском баре,

у меня крыша поехала.

Я хочу, чтобы твой голос звучал на весь мир.

К тому же я иду к вершине,

а ты – настоящий клад. Не хочу всё испортить.

Давай попробуем ещё раз.

Клянусь!

Мой шофёр отвезёт тебя, куда скажешь.

Я поймаю такси.

Отвези её домой.

- О ком ты читаешь?

О своём старике, верно?

- Да. Это он должен быть здесь.

Он всегда ухмылялся, когда я выдавала шестнадцать срок.

- Он не здесь, потому что он был гнилым ублюдком.

- Какого хрена ты несешь?

- Просто это правда.

- Я не за этим пришла.

- Это не значит, что он тебя не любил.

Отцы часто не знают, как выразить любовь.

Слушай, я знал твоего отца.

Он так сильно тебя любил,

что если отрезать ему правую руку,

он обнял бы тебя левой.

Вот о чём нужно читать.

Хватит бегать от этого, повернись и встреть это лицом к лицу.

- Я рад, что ты здесь, мам.

- Когда вы были маленькими,

мама хотела, чтобы я вас покрестила.

Но дети не знают, что такое грех.

Нет, мы должны выбрать бога, и тогда уж креститься. Тогда это считается.

- Я добьюсь, чтобы считалось.

Я обязан.

Я дурной человек, мам.

- Никогда не смей так говорить, глупый!

- Я делал ужасные вещи.

- Так же, как и я, Дре.

Но мы хорошие люди.

Будь это не так, ты бы не пытался сейчас всё исправить.

Бог знает, что у тебя в сердце.

И держи рот на замке.

Мне ни к чему знать, что ты натворил.

И остальным тоже не стоит.

Выглядишь чудесно, я тобой горжусь.

- Здравствуй, спасибо, что пришёл.

- Ну что ты…

- Спасибо, брат.

- Рад вас видеть. - Спасибо!

- Как дела, брат? - Привет, всё хорошо.

- Я рада, что ты пришёл ради брата. Если честно, не ожидала.

- Не знаю, почему, мам. Мы семья.

Мы поддерживаем друг друга, даже если между нами нет доверия.

- Я в тебя верю, Джамал.

Верила и буду верить.

Как дела у вас с отцом?

- Он выводит меня на новый уровень.

Я работаю с Ни-Йо, мы планируем тур.

Всё, чего я так хотел…

Всё, чего ты так хотела.

- Счастлива за тебя.

- Не стоит лгать, мама, мы в храме господнем.

- Так что, он придёт?

- Нет.

- Пожалуй, это к лучшему.

Если сюда войдёт дьявол, церковь может сгореть дотла.

Помянешь дьявола – а он тут как тут.

- Боже, храни нас всех.

- Я отец Андре. Люциус Лайон.

- Преподобный Эл Си Прайс. Спасибо, что присоединились.

- Благодарю.

- Ваш сын –

исключительный человек.

- Он не перестаёт меня изумлять.

- Спасибо, что пришёл, пап.

Я люблю тебя.

- Я это знаю.

- Прошу.

- Я видел, как пара ангелов пустилась наутёк.

- Ой,

лучше подвинусь, а то ещё молния ударит.

- Ты всё-такие выбрался, отец?

- Я был в студии с Фридой Гатц, и

её рифмы меня тронули.

Напомнили,

как много для вас значит моё присутствие.

Я заботился о вас, когда ваша мать была в тюрьме.

Я создал эту семью.

- Эту семью?

Ты шпионишь, ты грабишь и избиваешь нас,

когда не можешь контролировать.

Ой, я кое-что тебе принесла.

Возьми этот жучок и засунь себе в одно место.

- Какая жалость, Куки, ты под наблюдением? Паршиво, правда?

- Хватит охотиться за нашими записями.

Хватит подсылать к нам головорезов.

И не пытайся стравить нас друг с другом

и сделать грешниками, вроде тебя самого.

- Давай проповедуй, мам.

- Евангелие от Иоанна.

"Затем отправился Иисус…

- Чтобы стать грешниками, моя помощь вам ни к чему.

И если ты не знаешь, то я никогда не сдаюсь.

- Андре Мартин Лайон, ты покаялся в грехах своих.

Готов ли ты отвергнуть прежнюю жизнь

и принять Христа как своего Господина и Спасителя?

- Да, я готов.

- Тогда по вере твоей я крещу тебя во имя Отца…

- Нельзя грубить маме! Полезай в воду!

Живо полезай! А ну в воду! Вставай!

- Нет, мамочка, пожалуйста, прости,

я больше не буду! Прости! Мама, это же я!

- … и сына…

…и Святого Духа.

- Аминь. - Аминь.

- А теперь, встанем и возрадуемся вместе.

Господь милостив.

- Эй, вы что?

Пустите меня!

- Я предупреждал. Слушайтесь, или зарою.

- Пустите меня! На помощь!

- Поехали!