Original subtitles

РАНЕЕ В "ИМПЕРИИ"

- Я подпишу твою дочурку, а потом ее трахну.

Убейте его.

- Я, Андре и Хаким – мы открываем компанию.

- "Лайон Дайнэсти".

- Если Хаким хочет, чтобы его альбом услышали, он вернётся в Империю.

- Люциус хочет, чтобы ты стал таким, как он.

- Я выложил свой альбом в свободный доступ.

- Мы тебя засудим – мало не покажется.

- Просто убирайся. - Удачи!

- Группа из латиносок может выстрелить.

- Мне неинтересно быть частью группы.

- Она чокнутая. Мне нравится.

- У меня сердце к этому не лежит, мам.

"Империя" в моей крови. Я молюсь, чтобы ты простил меня.

- Не прощу.

- Меня зовут Тортон Роулингс.

Мисс Роксанна Форд играет грязно,

но я запросто готов побороться с ней в грязи.

- Размер залога – один миллион долларов.

- Это временное препятствие, только и всего.

Люциус Лайон – самонадеянный манипулятор и социопат,

уверенный, что он выше закона.

Но уверяю вас, его ждёт суд и приговор.

- Мисс Форд, у штата есть какие-то конкретные улики?

- Ходят слухи,

что вы будете выдвигаться на должность генерального прокурора…

Люциус! Люциус! - Люциус!

- Люциус, Роксанна Форд выдвигается на должность генпрокурора.

По-вашему, она строит свою кампанию на вашем деле?

- Что ж, я весьма этим польщён.

Дайте реквизиты, я сделаю взнос, мисс Форд.

- Мы выступим в суде.

И тогда у вас не останется и тени сомнений в невиновности моего клиента.

А сейчас в интересах американской музыкальной индустрии,

Люциус Лайон возвращается к работе.

- Мисс Форд поставила условием залога,

что вы не вернётесь в "Империю" - для вас это проблема?

- Речь всего лишь о здании. "Империя" – это я.

- Хаким! Поднимай задницу.

Ты знаешь, что утром у тебя съемка у Свэя.

Ага, просто блеск!

Когда Джамал готовился идти к Свэю, он уже в десять вечера был в постели.

Знаешь, почему? Это называется "профессионализм".

- Я не Джамал.

- Хаким, где мои трусики?

- Да, это очевидно.

Хаким.

Крутить с главной вокалисткой девчачьей группы?

Это уже сюжет из сериала "Неспетое", дурень!

- Я не его вокалистка. Я сама себе хозяйка.

- Я не с тобой говорю, Гваделупа, ищи своё бельишко.

- По-моему, они под кроватью. Мам, как я выгляжу? Я готов.

- Нормально, но твой альбом уже на улицах,

а твой отец, чтоб ему, - на свободе.

- Отец вышел из тюрьмы?

- Ты не знаешь, потому что не вылезаешь из своей "Ла Вида Лока".

- Никто не боится Люциуса, у нас теперь есть мой крутанский альбом.

Поверь, мам, с моими треками и "Мираж А-Труа"

мы заявим о "Лайон Дайнэсти" во весь голос.

- Надеюсь.

Не надо тебе спать с этой девчонкой.

- Не забудь. Валентина Галиндо.

Мне не хватает всего пары сотен до пятидесяти тысяч подписчиков.

- Я о тебе всем расскажу, детка. - Хаким!

- Нет, она не даёт мне вернуться в мой дом,

не просто чтобы меня позлить – она что-то задумала.

- Леди Форд упирает на то, что вашим сотрудников,

возможно, придётся давать показания,

так что она хочет исключить возможность давления на них.

Наш извращенец-судья внёс это в условия залога.

- Подожди, то есть войду в здание – вернусь в тюрьму.

- Зайдёте в "Империю", вас закроют. И точка.

- Послушай, отец.

Королю не помешать говорить с подданными.

- Не богохульствуй. Я бог.

- Эй, Люциус!

- Сегодня начинается новая эпоха для "Империи".

Пару месяцев назад, мы вышли на биржу с одной, очень важной целью.

Чтобы накопить капитал,

который позволит нам вывести наш бизнес на мировой уровень.

Отметьте этот день в календаре –

сегодня Люциус Лайон заявил вам,

что скоро мир не сможет произнести слово "музыка",

не упомянув об "Империи".

За "Империю"!

- За "Империю"!

- Да!

- Хаким Лайон.

Отважный шаг – взять и прокатить "Империю" с альбомом.

Скажи, что на это сказал твой старик?

- Йо, Свэй, об этом ты его сам спроси.

- Да, алло.

Хорошо, одну секунду.

Эй, у меня на связи Свэй. Он сейчас в эфире и…

- Дай-ка сюда телефон.

- Отец...

- Йоу! Свэй, старик, как оно?

Небось, хочешь эксклюзив в мой первый день на воле.

- Утешительный приз, Люциус.

Эксклюзив по "Стукачу" мне не обломился.

- Нет-нет-нет, всё не так. Он дал мне больше, малыш.

- А жаль, дружище.

Я сейчас с твоим сыном, который рассказывает,

как он пошёл по стопам Азилии Бэнкс и Лил Вейна, слив альбом в сеть.

- Я всегда говорил, этому сопляку ещё надо подрасти. Похоже, я был прав.

Ладно, поговорим позже.

- О, мужик!

Похоже, твой папаша не слишком доволен тем, как ты с ним поступил.

- Знаешь, почему он мне не помешал?

- Ну? - В каталажке был.

- Черт, бро!

Это жестоко.

- Суть в том, что я готовлюсь обойти его.

- Как я слышал,

"Лайан Дайнэсти" состоит из бывших звёзд "Империи".

Это Ви, это Тиана, это ты –

ни о ком новом мы пока не слышали.

- Я сейчас продюсирую одну гёрл-группу.

Называется "Мираж а Труа".

- "Мираж А-Труа".

- "Мираж А-Труа", Свэй.

Три девочки, который отбирал я сам. Латинки, секси, красотки.

Знаешь, такого саунда ты в "Империи" не услышишь.

- Надеюсь, ты покажешь их в утреннем шоу Свэя.

Скажем, на этой неделе?

- На этой?

- На этой неделе.

- Нет.

Нет.

- На том и порешим, Свэй!

- Вот это я понимаю. Дружище, Хаким.

Хаким Лайон, народ!

- Ты, наверное, рад, что отец на свободе, Джамал.

- Я в восторге.

Я наконец вернусь в студию. Мы обсуждаем тур.

Отец назначил мне встречу с отличным продюсером.

- О! Так Люциус не будет с тобой работать.

Я думала, как только он выйдет, ты будешь для него главным приоритетом.

- Так и есть.

Но он только вышел, так что...

На нём весь бизнес.

- Зачем отец собрал нас, Джамал?

Хочет убить всех сразу, а не возиться с нами по одному?

- Мы здесь по одной причине.

Врагов надо держать близко.

- Просто он хочет видеть свою семью в свой первый вечер дома.

- Вообще-то Джамал прав.

Я хочу, чтобы вы ели, пили и веселились,

ведь завтра у нас будет война.

- А ты что не ешь?

Или ты решил нас отравить?

- Нет, это было бы слишком просто.

Я был за решёткой всего пару месяцев,

но у меня было много времени, чтобы обдумать множество разных вещей.

Скажем, о моей чудесной семье,

которая объединилась, чтобы меня уничтожить.

- Отец, я говорил, что сожалею…

- Андре, не извиняйся.

Я ни о чём не жалею.

- Пока нет. Но будешь жалеть.

Хотя если… - Если что?

- Ты прикроешь эту свою "Династию".

Тогда всё будет забыто.

И альбом в интернете, и попытка захватить власть

и та подушка.

- То есть ты готов всё простить?

- Мы с тобой прошли через многое.

Но как бы то ни было, мы семья.

Я хочу, чтобы моя семья была вместе, и ради этого готов забыть обо всём.

- Нет, Люциус.

Сомневаюсь, что сам Иисус Христос может спасти тебя,

так чтобы не обжечь руки.

Но своих сыновей я спасу.

Я создам для них что-то очень хорошее.

И мне нет дела, что ты будешь делать с "Империей".

- Трое из вас здесь, потому что проиграли. С позором.

Моя бывшая жена, бывший финансовый директор, бывший сын,

который мечтает быть звездой рэпа

и работает с моей бывшей девчонкой и моими бывшими артистами.

- Тебя никто не боится.

Мы работаем над новым проектом.

- Ты про девчачью группу, с которой вы возитесь?

- Да.

- Построите на ней всю свою компанию?

- Задай этот вопрос Берри Горди и "Супримз".

- Они хотели бы быть мной.

Я даю вам последний шанс, потому что вы моя семья.

Без меня вы не прокормитесь, потому что у вас есть только гордость.

А она жёсткая, её трудно проглотить.

Избавьтесь от неё.

- Не знаю, что с тобой случилось там, за решёткой,

но ты неверно меня понял, старый гангста.

Я всегда смогу поесть. Только не с тобой.

- Боже!

- Сюрприз, сюрприз, сюрприз!

Не думал, что ты покажешься.

- Мне было любопытно.

Что тебе могло от меня понадобиться?

- Если ты запала на моего мальчика, сказала бы мне, я бы всё устроил.

Я желаю ему лучшего.

- Хаким не в моём вкусе, ты сам напросился, Люциус.

- Оно того стоило?

Я позвал тебя, потому что мне нужна помощь с "Лайан Дайнэсти".

- Ты так со мной поступил, и ждёшь, что я предам их ради тебя?

- Ты же пришла.

Я подумал, что если ты придёшь,

значит, дела у тебя идут чертовски плохо.

Я знаю Куки, она не прощает.

Уверен,

каждая секунда, проведённая с ними – это сущий ад.

- Как каждая секунда, проведённая здесь с тобой?

- "Лайан Дайнэсти" ждёт провал.

Такова реальность: мы с тобой видели это миллион раз.

- Дай-ка я угадаю. Я должна сделать

для тебя что-то грязное за вознаграждение?

- Тебя всегда тянуло к грязи.

Почему не получить за это вознаграждение?

- У Династии есть шанс, Люциус.

В ней Хаким сможет развернуться самостоятельно.

- Хаким возвращается сюда.

Братья уже обсуждали это. Останетесь только ты

и Куки.

Как думаешь, что из этого выйдет?

Ты же не дура.

- Что ты задумал?

- С припевом что-то не так.

- Я же сказал: сначала утопчем куплеты, потом вернёмся к припеву.

- Я знаю, но я должна представлять себе всю песню, Хаким.

Прошу, давай хоть раз сделаем по-моему.

- Дело не в тебе! Я продюсер. Дай мне продюсировать.

- Я понимаю, но это ты пообещал Свэю

выдать ему группу через три дня.

Так что теперь речь идёт и о моём имени.

Поэтому

дамы, ещё раз припев, пожалуйста.

- Валентина?

- Ну что, теперь ты знаешь моё имя?

- Сучка, пой песню, пока я… - Мам!

Я уверен, что ты демонстрировала больше доверия к Джамалу,

чем ко мне сейчас.

Пожалуйста.

Прошу.

Другое дело.

- Неплохо, а? - Неплохо.

Осталось поставить хореографию, и у нас своя золотая жила.

- Пожалуйста, сэр.

- Спасибо, милая.

Так что тебя привело?

- Я...

Хотел поговорить с тобой об Эйпекс-Радио.

- А что с ним?

- Знаешь, я рассматривал возможность слияния, но

по правде сказать, у них слабый менеджмент, они теряют деньги -

идеальный момент, чтобы купить их с потрохами.

- И что это даст "Империи"?

- Двести городских радиостанций.

Если ты их купишь,

"Империя" будет контролировать практически весь контент радиовещания.

Это бомба, пап.

- Ты можешь это провернуть? - Так точно.

Я хочу поговорить о моём возвращении.

- Сожалею, Дре, но это тема не обсуждается.

- Я не один пытался отнять у тебя компанию, пап. Так?

Но я здесь. Я пытаюсь работать с последствиями, как мужчина.

Никто больше этого не сделает.

- Ты блестящий менеджер.

Но я могу нанять пятьдесят других подонков,

которые смогут сделать то, что ты.

Ты должен предложить мне что-то уникальное,

что-то невероятное, чего никто другой мне не предложит.

- Например.

Скажи мне, отец. Что это?

- Может, помолишься об этом?

Это твой брат.

Как дела, Мал?

- Я только со студии, у меня была встреча с твоим продюсером.

- Ну и как прошло? - Ещё хуже, чем с прошлым.

Слушай, тут припёрлась девица, говорит, ты её приглашал.

Я не знаю, кто она. Я иду вниз.

Охрана позвонила – похоже, она с целой компанией каких-то отморозков.

- Фрида? Я рассказывал тебе о ней.

Её музыка очень много для меня значит.

Не отпускай её. Подпиши контракт, Мал, любой ценой.

- Хорошо.

"Империя" хочет подписать контракт.

Мы займёмся тобой, проследим, чтобы тебя

окружали люди совсем другого уровня.

- А где Люциус?

- Он уже едет, ну а пока он хотел, чтобы ты подписала это.

- Для неизвестной певицы, это отличный контракт.

Он изменит твою жизнь.

- Ты ничего не знаешь о моей жизни.

- Откуда ты? Браунсвиль?

- Ну?

- Ну, а я росла в Тильден-Хаусэс.

Это Люциус дал мне шанс выбраться оттуда.

Если Люциус Лайон в тебя верит…

- Чего ж его здесь нет?

Я половины этих слов не знаю.

Он с тобой играет, сестра.

- Это не так.

- Это какой-то развод.

Люциус Лайон не станет выписывать меня из гетто.

Отец говорил, что больше ему не верит.

Пошли отсюда.

- Вот так: эта мелкая злючка взяла да свалила.

Отец сказал, в плане музыки она для него всё.

А где же тогда моё место?

- Ты видишь?

Как ты мог дать ей уйти?

- Ладно, она нечто, но она не дала мне выбора.

- Ким бы подписал контракт.

Мал, не заставляй меня жалеть, что я доверил тебе все мои дела.

- Ты доверил их мне, потому что я артист.

Настоящий. Из-за моей музыки.

Я тащил всё это, пока тебя не было,

держал всё на плаву и не жаловался.

А ты хватаешь меня за горло, за то что я упустил какую-то дворовую шпану?

- Шпану?

Эта шпана должна была вдохнуть жизнь в целый лейбл.

- Этого ты мне не говорил. Какой?

- "Гаттер Лайф Рекордз".

Мы его свернули, но в нём был тот первозданный саунд,

к которому я стремлюсь.

Они хотели спихнуть Люциуса Лайона в канаву?

Я покажу им, что такое улица.

- Люциус, я знаю, где девчонка.

Как адвокат я бы не советовал тебе туда соваться,

но ты всё равно поступишь по-своему.

Это в задрипанном парке у Дюмон-Эвеню.

- Видишь? Вот как здесь делаются дела.

Сынок, если улицы тебе не по зубам –

ничего, просто придумай, как вернуть своего брата.

- Улицы не по зубам!

Ты вешаешь на меня Хакима и Фриду Гатц,

а сам забываешь, что нужно мне, как артисту и твоему сыну.

Что бы ты ни говорил о Куки, она всегда была рядом в час нужды.

- Тебе не хватает моего внимания?

Так доведи до конца то, что я тебе поручил, ладно?

Пошли, мужик.

- Дай-ка угадаю.

Те пять вакансий оказались не для тебя?

Коленки болят, или смазка закончилась?

- Всё, знаю, знаю.

Ты самая опасная сучка в мире.

Опасней зверей, чьи принты у тебя на всём гардеробе.

- Что тебе тут надо?

- Люциус.

Он думает, что я здесь работаю.

По крайней мере, так он сказал мне утром.

- О, так ты виделась с Люциусом.

- Он позвал меня, чтобы обсудить кое-какую работку.

Я сейчас свободна, вот и подумала: почему нет?

- Да, но Люциусу нельзя посещать "Империю", значит,

вы встречались у него дома?

- Я ездила к нему в "Лавитикус",

где он готовит огромную шикарную вечеринку в честь самого себя.

- Как же иначе.

И что же такое он велел тебе сделать,

что ты потащила свою задницу к нам в гетто?

- Ему нужна твоя музыка, Куки.

Он хочет всё. Каждый трек, который записал Хаким.

Тиана, "Мираж А Труа", Ви.

- Да, да, старый трюк, называется "отожми трек":

он берёт мою музыку, меняет пару нот и выпускает, а я ничего не могу сделать.

Кстати о трюках,

зачем ты мне это рассказываешь?

- Слушай.

Понимаю, что это звучит мерзко, но мне очень важно достать Люциуса.

Мне это нужно.

Я надеялась, что ты могла бы, если я…

- Аника.

Расскажи о вечеринке, которую решил закатить себе Люциус.

- Да, всё верно! С возвращением, Люциус!

Разве я могла пропустить такой праздник?

Поздравления от твоей любящей семьи,

и особенно от твоей бывшей жены Куки.

Да! И приветствую тебя на моей вечеринке "Добро пожаловать в мир".

Следующего исполнителя ты знаешь.

Да, раньше он был одним из ведущих рэперов "Империи",

но он сумел выйти из отцовской тени, чтобы найти собственный саунд.

Поприветствуем новый лейбл, "Лайон Дайнэсти",

и нашу звезду номер один, Хакима Лайона.

- Скорей, скорей, забирай флешку, главное – не оставь флешку, быстрее.

Живо.

- Чёрт, Куки, вот это ход!

- Да, кстати, как насчёт большого сета от "Лайон Дайнэсти"

на твоём Новогоднем Концерте.

- Слушай, если закатишь что-то такое же, как сегодня,

получишь собственную сцену в Майами.

- Идёт.

- "Лайон Дайнэсти", оставайтесь на линии.

"Лайон Дайнэсти".

- Девушка должна появляться эффектно.

- Ну-ка живо заткнулись все!

Куки мешает, что вы все говорите одновременно!

- Ещё раз, Свэй, тут сумасшедший дом.

- Я сказал, что вчера вечером "Лайон Дайнэсти" просто смела всех со сцены,

как когда-то Кей Эр Эс поступило с Пи Эм Дон. Мост перейдён.

- Перейдён.

Да, как ты понял, мы возрождаем настоящий хип-хоп.

Вот ради чего существует "Лайон Дайнэсти".

- Не пойму, о чём вы.

Слушайте.

- Мы уже об этом говорили.

Ты не можешь взять моё соло без разрешения.

- Кто сказал, что эти соло твои?

- Мне надоело тебя слушать!

- Ты бы не нашла до мажор, даже если бы он у был у тебя между ног.

- Боже мой!

- Ну что тебе?

- Я пришёл повидать маму.

Как идут дела?

- Нам через два дня к Свэю.

- И тебе нужен такой риск? Когда отец дышит тебе в спину?

- Выкладывай.

- Ты всегда можешь к нам вернуться, Дре.

- Мое место в "Империи", мам.

Эта компания – часть меня.

Но главное –

я вижу будущее "Империи".

Я хочу, чтобы она стала тем, чем я могу гордиться.

Что мог бы оставить моему

ребёнку.

- Это я и пытаюсь сделать здесь. Дре.

У вас с Рондой…? - Да.

- О боже!

О Дре! - Спасибо!

- Так…

Ты уже сказал Люциусу?

- Нет.

Зачем мне это сейчас, мам?

- Дре, ты только что сказал, о чём мечтаешь.

Люциус хочет того же, что и ты.

Вот почему он так стремится заполучить Хакима назад.

Он хочет создать наследие.

А внук – это и есть символ наследия.

Ты же видел, как он вёл себя с Лолой.

Он просто таял рядом с этой девочкой.

- Я не могу.

И не стану использовать ещё не родившегося ребёнка,

чтобы кого-то к чему-то принудить - я так не поступлю.

Нет.

- Послушай, малыш.

Я только говорю, что иногда,

чтобы получить своё, надо дёргать за струны сердца.

В этом нет ничего дурного.

Подумай.

- Хорошо.

- Упорный ты малый, сынок, этого у тебя не отнять.

Надеюсь, ты подготовился лучше, чем в прошлый раз.

- У меня есть новость.

И я хотел сообщить её тебе лично.

Ронда беременна.

Ты станешь дедом.

- Это правда?

- Да.

- Вы не волнуетесь?

- О чём ты?

- О психике ребёнка.

- Биполярное расстройство не передаётся по наследству.

- Дуайт, малыш, как я могла забыть про твой день рождения?

- Но у меня день рождения через месяц.

- А мы отпразднуем сейчас.

Смотри, сколько всего!

- Наследник?

Внук? - Так точно, сэр.

Да, отец.

С этим ребёнком я вижу перед собой новую тропу.

Я чувствую, что это начало новой эпохи для "Империи".

- Всегда мечтал иметь внука.

- И он скоро у тебя появится.

- Поздравляю тебя.

Но клянусь, мне разбивает сердце,

что ты используешь это для того, чтобы добиться от меня

того, что тебе нужно.

- Нет, это не так, отец.

Я просто хочу, чтобы ты знал, что речь идёт не только обо мне.

Речь теперь не только обо мне, слышишь?

Мне это нужно, речь не только обо мне!

- Пошел вон.

Передай от меня привет Ронде, ладно?

- Нам нужно есть, мама.

Нам нужно есть.

И мы не сможем поесть, если не вернём все эти вещи.

- Вот так получают девки, мужик. Соплячка.

Что,

расплачешься теперь?

- А ну стой. Детка!

- Пусти меня!

- Стой!

Твой отец не хотел для тебя такого.

В тебе есть что-то, что дано не каждому.

У тебя есть талант, позволь мне помочь тебе раскрыть его.

- Мистер Лайон. Если не хотите в тюрьму, надо уходить.

- Мой отец был безумным, ты ничего об этом не знаешь.

- Поверь мне, знаю. - Нет.

- Фри, чего ты, надо делать ноги, на хрен.

- Детка, не делай того, чего не сможешь исправить.

- Бежим, Фри.

- Я тебе помогу.

- Ну же, Фри. Ноги!

- Нам тоже надо убираться. Надо увести вас отсюда.

- Говорю тебе, эта война между мамой и отцом, она всё разрушает.

Особенно музыку.

Ну и плевать. После вчерашнего мне явно надо найти нормального продюсера.

- Чем же тебе не угодил последний продюсер?

Чем плох парень, который заделал обалденные хиты Ри-Ри, Никки и Ашеру?

- Слишком напористый.

- Напористый? А двое до него были слишком мягкие, нет?

До этого какой-то вертлявый.

Перед ними слишком низенький, а ещё раньше – слишком длинный.

Не ухмыляйся, будто я не знаю, что говорю.

Люциус выписал тебе лучших продюсеров, а ты даже не…

Да забудь.

Просто возьми да позвони ей.

- Ума не приложу – кому, ей.

- Ей – это Куки, и ты это знаешь.

Только она в силах справиться с твоей капризной задницей.

Я знаю, что Люциус с Куки на ножах, но тебя это никак не касается.

Это не должно быть причиной – она нужна тебе.

И что важнее, она тебя любит.

- Я хочу, чтобы ты послал кого-нибудь к ней домой.

Приведите её ко мне.

- Это ещё что за хреновина?

- И почему я не удивлена,

встретив вас среди этих отбросов и преступников?

- Разве я нарушил закон? Нет.

- Пока нет, но ночь только началась.

- Мисс Форд, это на грани давления, это даже как-то неловко.

Не говорите ни слова.

- Нет, я начинаю думать, что мисс Форд неравнодушна к Люциусу.

Может, как-нибудь зайдёте в гости,

и мы устраним возникшее между нами напряжение.

- Ваш клиент ступил на очень тонкий лёд, адвокат.

- Тогда и вы тоже, ведь вы стоите совсем рядом с ним.

- Вам никогда не найти Вернона Тёрнера.

Мы очень надёжно его спрятали.

- Тогда почему вы здесь?

Очевидно, он отказался сотрудничать.

И дело встало.

- Хочу, чтобы вы знали.

Пока это дело открыто, я могу копать под вас.

Убийство –

вы не обойдетесь одним лишь обвинение в убийстве.

Поехали.

- Вы ещё не видели, что припас для вас я, мисс Форд.

Вам понравится.

- Пять, шесть, семь, восемь и проход, проход!

Проход! Мне нужен характер!

Сбилась! Стоп, ещё раз.

Может, хочешь уйти?

Больше характера, больше.

Вы знаете, зачем вы здесь?

Пять, шесть, семь, восемь.

Ну же, давайте, дамочки.

Неплохо, не экономьте силы.

Выше, выше коленки. Вверх, вверх. Да, вот так, девочки.

Вверх, вверх, вверх. Выше!

Порша, отвяжись наконец.

- Хотела убедить, что ты не расплавилась.

- Стойте, одна сбилась. Стоп-стоп. На пол, двадцать отжиманий.

- Нет, не таких, поднимайте колени.

Отжимания с поднятыми коленями! Вы не неженки.

Да. Эй, несинхронно.

- Я не буду отжиматься. Я певица, а не солдат.

- Думаешь,

если ты спала с моим сыном, то тебе не придётся трудиться?

- То, что у нас с Хакимом, тут не при чём.

Я дай бог как вкалывала, чтобы сюда попасть,

и мне не нужно ни с кем спать, что стать той, кем я хочу.

- Докажи это.

Потому что весь мир будет говорить о тебе совсем другое,

если завтра ты не выложишься по полной.

Да.

Меньше болтовни, больше работы.

Хотите славы, но не хотите вкладываться в своё дело.

Каждая мечтает быть Бейонсе, а вкалывать никому не хочется.

Поехали!

Лучше, лучше.

Наконец-то!

Наконец! Да!

- Чёрт, мам. Ничего себе ты их вымуштровала.

Где ты так научилась? - В тюрьме.

- Ай да мы!

- Как ты узнал?

- Не впадай в паранойю. Утром говорил с Бекки.

Я знаю.

- Не пойму, почему ты можешь простить Хакима,

а мне нельзя заключить мир с Куки.

- Забыл, что твоя мама пыталась со мной сделать?

Она создаёт компанию,

для того, чтобы навредить мне.

Она пыталась отнять у меня "Империю", и у тебя тоже.

- Да, только всё это уже не важно.

Не важно, ты так сказал – важна музыка.

Она должна звучать.

Говорю тебе, я готов, пап, но продюсеры, которых ты прислал,

я перерос их. Это мимо.

Но мне нужен кто-то. Нужен… Мне нужна Куки.

- Нет, тут ты ошибаешься. Тебе не нужен никто.

Ты перерос Куки.

- Объясни, о чём ты.

- Вспомни, где ты был, парень.

Ты прошёл тёмными коридорами человеческой натуры.

Какая женщина поймёт это, нащупает в твоей музыки?

Какой мужчина? – тебе нужен бог в качестве продюсера.

Я буду тебя продюсировать.

- Эй, я серьёзно. Я готов.

- Думаешь, я тебе вру?

- Я говорю про путь к вершине.

Я не буду играть вторую скрипку у Фриды Гатц или Шакки Дакки –

кря-кря, или кого там ты ещё захочешь приютить. Серьёзно, пап.

Я про статус суперзвезды.

- Я кое-что в этом понимаю.

Ты – тот самый.

Спасибо, что подталкиваешь меня.

- Где эта сучка?

- Какого хрена творит Валентина? Они не могут петь без неё!

- Я пробиваю машину – надеюсь, она притащит свою задницу.

А ты что здесь делаешь?

- О, то же, что ты делала на моей вечеринке.

Правда, если я куда нагряну без приглашения,

то только к себе.

- О чём ты говоришь, Люциус?

- Я купил Эйпекс-Рэдио.

У "Империи" теперь контрольный пакет акций в каждой их городской точке

и на каждом крупном рынке страны.

- Подожди, мам. - Хаким.

- Вы ведёте себя так, как будто не знаете меня,

поэтому придётся преподать вам урок.

Теперь пострадают ваши артистки.

- Люциус, не смей.

- Нет, я уже посмел.

И не забудь,

я приглашал твою неблагодарную задницу назад в "Империю",

а ты плюнула мне в лицо.

- Простите, опоздала.

- Уже не важно.

Мой отец вывел вражду на новый уровень –

он сорвёт ваше выступление, чтобы досадить нам.

- Он такой непонятливый. Она наша новая гостья.

- В каком смысле ваша гостья?

- Утром я её подписал.

- Извини, Хаким.

- Нет, детка, иди сюда.

Никогда не извиняйся за то, что поступила правильно.

Хочешь быть звездой, за тобой должен стоять настоящий лейбл.

Иди туда, ты будешь сиять, детка.

- Ты мне за это ещё заплатишь.

- Вы об этом знали?

- Вы отдыхаете со Свэем в прямом эфире,

и с нами Валентина, как я вам и обещал.

- Привет!

- Без радио, твой крошечный лейбл зачахнет и погибнет.

Покойся с миром, детка.

- Ты всё забываешь, Люциус.

Тебе не потопить Куки.

Пойдём, Хаким.

- Эй, мой маленький львёнок.

Ладно.