Original subtitles

Афганской невесте нельзя улыбаться.

Иначе она выглядела бы слишком нетерпеливой в первую брачную ночь.

Мне это казалось странным.

Как и многие другие обычаи, о которых я здесь узнала.

До этого, будучи студенткой факультета экономики в Праге,

я чувствовала там себя неуютно.

Моя мать завела нового мужа, и мной не интересовалась.

Своего отца я не знала.

Вероятно поэтому я хотела отношений на всю жизнь.

Но чешские ребята были ужасны.

Эгоистичные нерешительные идиоты.

А потом появился Назир.

Я сразу поняла, что он - мужчина моей жизни.

Все меня предупреждали:

Не знаешь, во что влезаешь!

Наденет на тебя паранджу и запрёт дома, чтобы рожала детей.

Но это то, чего я с нетерпением ждала: большую семью и наших детей.

Дома меня ничто не держало, поэтому мы уехали в Кабул уже через два месяца.

Через три дня была свадьба.

Из Хелены я стала Геррой.

Девственницей я не была уже давно, чего Назир не ожидал.

И я не ожидала, что недевственность может быть опасна для жизни.

МОЯ АФГАНСКАЯ СЕМЬЯ

Назир всегда хвалился, что проследил свою родословную на пять поколений.

Его отец был убит в боях с талибами.

Его брат тоже.

Мать не переставала оплакивать их.

В остальном она была обычной свекровью.

- Режь помельче.

Назиру так нравится.

Великий Аллах! Дай я это сделаю.

У сестры Назира, Фришты, было четверо детей.

Поэтому я пыталась помогать.

- Не можешь даже поменять пелёнки.

Если у вас этого не делают, то у нас - да.

Это потому что у тебя самой нет детей.

Дочь Фришты, Рошангол, была такой же, как все её сверстницы на свете.

- Рустам!

Камаль!

Муж Фришты, Кайз, продавал кур на рынке.

Покупал их почти мёртвыми, прихорашивал и перепродавал.

Дедушка был самым милым.

Я сидела с ним часами.

Он научил меня языку дари, и я переводила ему новости.

- Американцы совершили трагическую ошибку:

разбомбили базу Северо-Атлантического альянса.

- Как? Опять?

Что у них за пилоты?

Назир не мог найти работу.

Ходил в разные посольства, но афганский экономист никому не был нужен.

Мать Назира сказала мне в первый день:

"Свинина и грешные мысли запрещены. В остальном ты полностью свободна".

И она была права.

Если женщина не хочет быть привлекательной ни для кого, кроме мужа,

в афганской семье она будет счастлива.

- Это точно поможет. Увидишь.

Тётя Азиза сразу забеременела.

- Назир, ты должен сделать это так!

- Идите спать!

А ты допивай.

- Меня тошнит.

- Это сработает, увидишь.

Аллах да благословит ваши действия!

- Это бесполезно.

Было бы лучше, если бы Назир нашёл себе ещё одну жену.

Со здоровой маткой.

Только для рождения детей.

Это расстраивало нас обоих, но я чувствовала вину.

Назир пытался вернуть мне радость, как мог.

- Выбери что-нибудь уже.

Вот такое, наверное.

У меня нет зелёного.

Только поторопись.

- Сиськи у тебя большие. А как здесь?

- В следующий раз я тебя убью!

- Шлюха!

- Что?

Меня не особо удивляло, что мужчины считали западных женщин шлюхами.

В Кабуле циркулировала старая кассета с фильмом "О