Original subtitles

СОЛОМЕННЫЕ КОЛОКОЛА

Лежи.

Иди во двор.

Ой.

Ну.

Чтобы меня убили?

А лучше пусть хату спалят?

Устя!

Выходи.

Волка не нее нет.

Будто покойника вынесли.

Продадим хату.

С хаты не ногой.

Стреляли?

Почему не заявил?

Как председатель...

Как председатель сельсовета я обязан знать, что твориться в...

что творится в селе.

Может, завтра твою жену убьют - ты смолчишь, а?

Не с нашим счастьем.

Кого подозреваешь?

Может, с кем в контрах был или в ссоре?

Возле скотины ходит.

С коровами ссорится и с телятами.

Сам розберусь.

Сам? А нет. Без тебя разберутся.

- Гэ-э-э! - Гэ-э-э!

Гэ-э-эй! Бу-бу-бу!

- Бу-бу-бу! - Гэ-э-эй!

Бу-бу-бу!

Бу-бу-бу!

Бегите быстрее.

Охота закончена.

Слышите? Стрелять перестали.

Они обещали по целой плитке шоколада.

Быстрее.

Останемся без шоколада.

Они ведь поедут.

Бегите.

Возьмите и мой шоколад.

Я ведь не виноват.

Я кричал громче всех.

Э-э-э!

(Говорят на немецком)

Передайте тільки шоколад для тих, хто лишилися в лісі.

Обов'язково.

Відійди. Ти взяв уже.

Так. Так, на, на, на.

Підходьте.

(Говорят на немецком)

Так все.

(Говорит на немецком)

А-а!

Это тебе, Яшка, и Марийке и Леньке.

Они честные.

Они всех посчитали перед охотой.

Только вас не захотели ждать, пока вы дойдете.

Немцы вас видели втроем.

Вот.

Убили его. Не лезь к нему с шоколадом.

Его мать в село вернулась.

Зачем вернулась?

Рожать.

Замолчи. Кто вас баб за язык тянет?

- Хоронить надо. - Как хоронить?

Кто, мы?

Мы.

Что, не слышал?

Сказано: его мать родила и прячется по людям.

Только мы его в село привезем, так она сразу выскочит

и полицаи ее схватят.

Они третий день ее ищут.

С ног сбились. Ясно?

А немцы уже заставят ее сказать, где партизаны.

Будем хоронить.

Окоп.

Дайте лопату.

Давайте прощаться.

Товарищи!

Спи спокойно, дорогой товарищ.

Земля тебе пухом.

Может, кто скажет?

Всегда кто-то говорит.

Давай ты, Варька.

Вы в одном классе учились.

Спи спокойно.

Мы тебя никогда не забудем, Леня.

Спи в этом партизанском лесу,

и пусть твой батька-ветер прилетает к тебе на могилу.

Я когда выросту,

я в синем небе посею лес,

чтобы лес был на земле и на небе,

чтобы партизанам было где прятаться.

Не успеет Варька в партизаны.

Слышишь, Леня,

уже по ночам наши пушки бьют.

Давайте поклянемся над этой могилой,

Что, когда умрут наши дедушки и бабушки,

когда умрут наши отцы и матери,

а ми все еще будем жить и жить,

мы будем помнить тебя, Леня,

и твою смерть от рук палачей-фашистов, гадов.

Говорит мой дед,

что после них не останется даже могил в этом мире.

А мир, - говорит, - только на могилах стоял и стоит.

Посажу я тебя, Чернега, надолго посажу.

Вернешься - дети не узнают.

И детям свои расскажу, чтобы знали, кто ты.

Ворон...

Черный ворон...

Что ж ты...

Это не трогать.

Дробь серьезная, как на кабана.

Пока не замазывай.

Як не замазувати? Хай так и стоїть?

Хай так и стоит, пока следователь не прибыл.

Значит, жертв нет.

Пока нету.

Один выстрел или два?

Я ж кажу: один.

Ага.

А сидел он здесь?

Ні, сидів він там, біля вікна.

Ага.

Сидел здесь, а окно это высадили?

Сидів.

- Один выстрел? - Один.

Ага.

Сидів там, читав газету.

Ты добычи не добьешься.

Черный ворон, я не твой.

Це законно.

Да знаю-знаю.

А я-то думал, где мне шапку купить.

Зима не за горами.

- Ой. - О! Мой размерчик.

Где ты сидел, когда стреляли?

Завтра в райцентре ярмарок - приходи, поторгуемся.

Вот и будет у тебя шапка.

Но только чтоб при народе.

Где ты сидел, когда стреляли?

- А тебе где надо? - Объясняю.

Если ты сидел здесь, то это следователь, прокуратура.

Короче, это покушение на убийство.

Если ты седел здесь, то это хулиганство.

Это уже я, а не следователь.

Так где ты сидел?

- Меня вообще дома не было. - А где ж ты был?

На фермі.

- Свидетели? - 250 телок и кобыла белая.

И жена, конечно, твоя ничего не слышала?

Она у меня кроткая.

Когда спит, обухом по голове бей - не услышит.

Тетка там. Радикулит.

Надо банки поставить.

Интересный ты человек, Вильгота.

Ага.

Давай, пиши.

Ничего я писать не буду.

Никого я сюда не приглашал, никуда не заявлял,

никто не стрелял.

А это что?

- Добрий вечір. - Добрый вечер.

Заходите к нам ужинать.

Спасибо, я, собственно, узнать хотел.

Хто стрелял? Так мы не знаем.

Да.

Мы у бабушки были.

Пошли.

А я думал, Яков Лукич, вы знаете.

- Уверен был. - Кто стрелял?

Я, собственно, хотел на ружье ваше взглянуть.

Нагар?

Да.

Чернега.

Похоже на добровольное признание.

Я вчера, в то время, когда стреляли,

у тещи на именинах на скрипке играл.

Полсела свидетелей.

Убили! Люди! Убили!

Руку.

Вода.

Снова промахнулся.

Ну чего же он от меня хочет?

Кто?

Устя, мы гостей не звали.

Ты меня не допрашивай.

Меня уже допрашивали.

Не тебе чета.

Я немцами стреляный.

При чем тут нимцы?

Вот она - немецкая расписка с печатью, навеки, до гроба.

Мылом не смоешь, мочалкой не ототрешь.

В меня стреляют, а он меня еще и допрашивает.

- Ты ищи-ищи. - Уже нашел.

Яшка.

А заявления-то у меня нет.

Говорят, никто не стрелял.

Все подпишу. Все подпишу.

Чернега стрелял.

Я сам видел.

Возле окна стоял.

Ночь была лунная.

Он взвел ружье.

Я успел упасть под окном.

Ночь была лунная.

Я успел разглядеть его лицо.

Он улыбался.

Так и следов уже нет.

Есть следы.

Вот. Пиж.

Пыж из патрона.

Во дворе сегодня утом нашел.

Там обгорело но прочитать можно.

Сочинение на тему: "Как я провел лето".

Твой?

Сашко.

Пыж твой?

Напрасно ты все это.

Полсела свидетелей и бабка твоя тоже.

Она плакала.

Я играл в то время, когда стреляли.

Я бы не промазал.

И ружье купил, чтобы его убить.

Чтобы его убить.

Не мог дождаться, когда охотничий билет получу,

чтобы ружье купить.

Копейку за копейкой собирал.

Как только 18 стукнуло,

в тот же день и купил.

А ночью уже стоял под его окном.

Я давно туда тропинку протоптал.

Подхожу с ружьем, а поднять не могу.

Подниму ружье...

а перед глазами...

Это же надо.

Леньку ночью выкопали. На мосту поставили.

Люди там проходили - увидели, матери сказали.

Она и махнула туда,

с той бабой, которая ее из леса привела.

Ну немцы их и схватили.

Та, хотя бы, в колодец бросилась,

А Ленкину мать пытают. Допрашивают: где партизаны.

А ну, сынок, пробуй.

Отец, а почему не я? Я же сильнее, чем Яшка.

Сильнее да глупее. Может, она уже не живая.

Немцы говорят стреляли в колодец.

- Отец, я босиком побегу. - Босиком?

На тебя уже и мамины не налезают.

А у Яшки все-таки сапоги.

Ну пробуй, сынок. Меня там не будет.

Не приставай.

Возьмите меня.

Босиком даже лучше, быстрее.

Я когда до ветра бегаю, так подо мной снег горит.

А вот огня нам как раз и не надо.

Мы что, напрасно ночи дожидались?

Отстань.

- А она кто? - Человек.

Немцы постреляли и уехали.

Вечером еще стонала.

Бабы слышали.

А говорили, повесят того, кто достанет.

Если поймают, то повесят.

Ветра в поле...

Мне страшно.

Мне еще страшнее, сынок, но надо.

Кто ты?

Яшка.

Я буду молиться за тебя.

Тяни.

Сапоги.

Тяни назад. Слетели.

Сапоги слетели.

Слетели.

Крути назад.

Назад крути.

Злетіли. Крути назад.

Чоботи. Крути назад.

Назад крути.

- Крути назад. - Ч-ч!

Сапоги.

Молчи.

Лети.

Лети, сынок.

Лети.

Не лапай.

Не лапай, а то Семену скажу.

Фух!

Яшка, смотри, сапоги.

Чоботи.

Беру себе твои хвори,

болезни из чрева твоего.

Мотря я.

Мотря Сумой

Молюсь...

Молюсь за тебя, горе небесное.

Лети. Лети, Яшка.

Лети, синок.

Жизнь. Лети.

Лети.

Лечу.

Ах, ты ж, ломатель.

Чем ты думал, когда подсолнух ломал?

Может быть, земля этим подсолнухом

думку свою золотую думает,

и картошкой думает, и луком, и укропом.

У нее думка - каждая мурашка в поле.

Она даже твоей дурной головой думает,

и все ждет, когда же она поумнеет.

Туманом думает и градом думает.

А ну, слезай. Марш с печи. Нечего вылеживаться.

Побойся Бога, Юрко.

Дитя почитай с того света вернула.

Три дня как свечка таял.

Вот и расскажет, как там на том свете.

Узнаешь скоро.

Наши вернуться и сам узнаешь, как на том свете.

Активист.

(Поет песню)

Стать у окон.

Пой.

(Говорит на немецком)

Ой, на горі, та й женці жнуть!

Заткнись.

Нова радість стала,

яка не бувала:

Над вертепом звізда ясна на весь світ осіяла.

Браво. Очень хорошо.

(Говорит на немецком)

А теперь к столу.

Матка, кушай. Рождество.

Праздничный ужин.

Мы будем ужинать, петь,

гость придет на огонек, а мы тут как тут.

Рождество.

(Говорит на немецком)

Кушать давай.

Нема.

Как? Как нету?

Ну, немає.

Рождество.

Хорошо.

Если нет, то трибунал - нет.

Будем, как-будто...

Ну-ка, что ты там делаешь, лентяй.

Иди к столу.

Будем как-будто.

Не торчи перед окном. Заметят из леса.

Есть.

Ну, а вы начинайте кушать.

Начали.

Кушать, давай. Кушать.

Отец!

Отец, начинай.

Хорошо.

Ну, дети, начинайте.

И ты малыш.

(Говорит на немецком)

Хорошо.

Будем как-будто.

Киндер! Я буду показать.

Ложка.

Рот.

Ложка. Рот.

Ну, теперь начинай.

Тихо, кто-то идет.

Жди.

А вы кушайте, кушайте.

Хлеб соль.

Свят-свят-свят.

Что это с вами?

Будто бы ужинаете.

Ужинаем.

Немецким борщем.

Есть такой.

Пане офицер, это наша, местная.

Мотря Сумой.

Больная она.

Она в травах знается.

По людям ходит - люди ее кормят.

Сидеть, не оборачиваться.

Ложка.

Взять ложка.

Ты есть из лес.

Тихо.

(Говорит на немецком)

Что ты делал в лес?

Искала голову.

Что есть голову? Какой голову?

Ну, Семена же.

Семенову головушку искала.

Ну, буденовца, Семена.

Жениха моего.

Мы с ним собрались венчаться.

Вот найду головоньку,

с головой и обвенчаюсь...

В Киеве...

В Лавре.

Быстро на улицу.

Ветер из леса.

Ты привела?

Это у тебя ветер в голове.

Хлопчик.

Ешьте, что Бог послал.

Бог или командир?

Бог.

А люди поделились.

Тьфу ты!

Вон!

Галя!

Ты бы его сперва покормила.

Пусть его преступницы кормят и спать укладывают.

Галя, не играй с огнем. У мене в руках зброя.

Да? Стріляй.

Стріляй. Ну.

Ти давно уже меня убил.

Все село гудит.

Вильгота не заявлял.

Потолок забелен. Никто ни на кого не покушался.

Что, тебе не терпится показатель испортить?

Шуруй.

- Давай шуруй. - Галя!

На. Вникай.

Не стрелял... Не стрелял Яков. Не такой он человек.

Ну вам то шо, мамо, стреляв, не стреляв?

Стрелял он.

Видели.

Воспоминания замучили.

Сопли, сантименты...

А в общем-то злостное хулиганство.

Дорогой!

Так ти тут і останешся на всю жизнь участковим,

но без мене.

На!

На, Галя! На!

Зарубай, пили меня!

Пили! На!

Пусть тебя преступницы пилят.

Галя! Ты слышишь меня, Галя.

Ты видишь, что люди творят.

Теперь уже и Яков стал им поперек.

Галя, Яков не такой человек.

У него сердце как подорожник:

его к ранам прикладывать можно.

Галю!

Доченька моя родная!

Ты помнишь, тогда на хуторе нас четверо осталось?

Ты моя родная.

Этот нелюд - Вильгота, маленький Яшка и я.

Ты уже год как покойница.

Галя! Я молюсь к тебе.

Скажи Богу,

пусть минует Якова чаша сия.

Не стрелял он. Не стрелял.

Я в ту ночь 43-го не спала.

Галя!

Ты помнишь ту ночь 43-го?

Галя! Слышишь?

Кто там?

Пустите Христа ради.

Днем заходите.

Пустите погреться.

Такой мороз, а вы босая.

А я всю жизнь так хожу.

Силой, бывало, наденут на меня сапоги,

будто землю у меня отнимают.

Я мороза ногами не чую.

Только душа у меня смерзлась.

Чем стрешнее мороз, тем душе радостнее.

Ой!

Такой мороз на супостатов.

Сама видела, в Сушках немец...

Немец шел-шел по дороге,

а потом скопытился,

и сразу задубел, будто падаль какая.

А потом скок-скок, и так и пошел подпрыгивать,

замерзая и радуясь.

А в селе Настю взяли.

Как вошли в хату,

так сразу в погреб.

А там картошка навалена, трухой притрушена.

Картошку отгребли, буряки пооткидали,

а там доска.

Доску в сторону...

Полицай.

Так это же Юрко.

Ой.

Заходи. Заходи, Юрко.

Закрывай двери. Не студи хату.

А ну, жена, кончай базар.

Ну что в такую рань?

Садись, рассказывай.

- Будут жечь. - Всех?

А то они будут разбираться.

Будут.

Не всем же отвечать за того офицера.

Партизаны убили, пусть их и жгут,

или тех, что с ними или притаились.

Большевиками были, большевиками и остались.

А старший ваш где? Не с большевиками?

У меня младшенький полицай.

Все надо прятать.

Чтоб нигде ничего не лежало.

Смотри.

Собирать материалы, машины, документы

разрешается с ведома фельдкомендатуры.

Полевой комендатуры.

Это дело находится под охраной немецкой армии.

И печать имеется.

Шутите, отец?

Сделай так, чтобы тебя определили на хутор, сюда,

когда начнут жечь.

Тебя никто не видел?

Мне еще жить не надоело.

А когда будут жечь?

Когда запалят, мама, вы на часы взгляните.

Ну и будет знать.

Когда-когда?

Забыл зачем приходил.

Корову, пока темно, угоните в старую мельницу.

Скот под чистую. Приказ.

Корова, мельница... Господи...

Там уже учитель неделю прячеться.

Тоже мне власть.

Видела?

Это власть.

Полицай.

Дерьмо под носом. Ничего не видит.

Господи, что же будет?

Мойся. Мойся.

Спасибо тебе.

Знаешь, когда я в последний раз голую девку видел?

До революции.

Так у меня свадьба сегодня.

Сердцем чую, Семена встречу.

Такая свадьба будет...

Такие песни... Такие гости...

А вас, дедушка, не зову.

На моей свадьбе смерть гулять будет.

Что, не ждали?

Ждала.

Видишь, двери не закрыты.

Где девку свою спрятали?

А Гали нет.

Улетела Галя.

Три недели тому подалась в Нападовку к родичам.

Нету Гали.

Видишь?

Нету Гали.

Вы не шутите, тетя, не стоит.

Мы к вам не свататься пришли.

Придем свататься, тогда и шутить будем.

А свататься придешь - шутить не стану.

Я тебя задушу своими руками.

Лучше б я тебя задушила, когда ты маленьким был.

Когда ты с моей Галей по двору бегал.

Посмотрим. В погребе посмотрим.

Почему так долго?

О! Как это по-русски?

Так значит в Нападовке?

(Говорят на немецком)

А-а!

А!

Добрый день.

Ну, как поживаете?

А как веревочка:

сверху оборвется, так мы снизу рвем и дотачиваем.

Да, мака насеяно густо,

а молока для них пусто.

Ничего, наша мама и за мамку, и за корову.

Да, корова действительно тебе нужна.

Видишь, сколько воробьев имеешь.

Другой бы на твоем месте стругнул бы одного-двоих и баста,

а у тебя, человече, как дождливый день -

лопнула завязка и сеется, и сеется.

Ничего, мои дети - мои заботы.

О, умник.

Ты ж мне свою корову в хлев не поставишь?

А почему не поставлю? Может быть, и поставлю.

У тебя и хлева нет.

А ничего, мы ее в хату возьмем.

Примем, да?

Как сестру родную.

Возьмем-возьмем.

О! Летает. Еще один воробей.

Ну летай.

А ты, вроде, корову пришел продавать.

И сколько же она тянет?

А сколько дашь?

А почему это ты в шапке?

Уши вянут.

А ты не матюкайся, и не будут вянуть.

Молодчина.

Знаю, что много не даш,

да и за бесценок не возьмешь.

Какую-то копейку имеешь.

Хотел же ты перед войной телку купить.

Какими же деньгами тебе платить, а?

Немецких ты уже не возьмешь - наши близко.

А мои денежки, пока что там - где-то в обозе везут.

А ты давай в долг.

А когда наши придут, я тебе заплачу сколько захочешь.

Пиши расписку.

Обязуюсь отдать за корову деньги,

когда придут наши.

А если на корову денег не будет,

то обязуюсь отдать половину хаты.

Яша, давай бумагу.

Давай-давай, Яша.

Давай чорнильницю. Давай.

Вот бумага.

Отец! Почему Яшка?

Почему не я?

Я же 4 класса кончил. Он - только 2.

А потому что ты в 4 классе,

в слове корова, как говорит учитель,

делаешь 7 ошибок, а там всего 6 букв.

Пиши, Яша.

Расписка.

А корова у тебя случайно не яловая?

Пиши.

А к бугаю водил?

Водил-водил.

Давно водил?

От ты, Господи. Ну успокойся.

Обязуюсь.

Нега...

Здоров, Катеринка.

Кому Катерынка, а кому...

О, а это что за чудо?

Живая?

Кого же я тогда в колодце завалил?

Говорили, будто ты туда сиганула.

Тьфу на тебя. Пить меньше надо.

Мотря у меня в хате 2 недели пластом пролежала,

а днем горела.

Не иначе тиф.

Тиф?

Ну вот теперь вполне здорова.

Обыскать.

Что есть это?

Венок это свадебный... ну, на голову невеста одевает.

Вот.

Пустить її. Божевільна вона.

Тронутая.

Божевильна? Тронутая? Что это есть?

Ну, ненормальна, наречена вона.

- Невеста она... - Невеста?

Она есть невеста?

Так. Не всі дома.

Ты дома, значит ты жених.

На том свете ее жених.

Ищет она его, голову его ищет,

чтобы свадьбу сыграть с головой.

А ну, дед, слезай.

Показуй где девок прячешь.

Яких дівок?

Не вбивай.

Ой!

Здравствуйте.

Полпарубка я - учитель.

Я вас знаю.

Я перед войной сюда приехал.

Вы меня не припоминаете?

Вот прячусь.

Юрко - полицай, ученик мой бывший,

сказал, что повесит меня,

только попадусь ему на глаза.

Так что вы, пожалуйста, не говорите никому обо мне.

Сегодня с утра дивчат хватают

по клуням и по погребах.

А Галю взяли?

Алекса! Алекса!

Галя.

Галя! Уходи с Алексой.

А-а-а!

Ой!

- О! - Хліб сіль.

(Говорят на немецком)

Где прячете Меланкину Галю?

Но я ее в глаза не видела.

Побойся Бога, Юрко.

С чего бы это нам Бога бояться.

Пусть он нас боится.

А где это вы корову взяли?

Ну так отец твой продал.

Чем же вы заплатили?

Как? Расписку дали.

(Говорит на немецком)

Киндер! Что будет тому дядя,

что пил парное молоко и кушал соленый огурец?

- Швыдка Настя. - Швыдка Настя.

Какой такой "Настя"?

Да всереться він.

Стойте! Стойте!

Стойте! Вас будут фотографировать.

Пропустите меня. Пропустите.

Вас ждет новая жизнь.

Держите платочки и улыбайтесь.

Держите плакат выше и улыбайтесь.

Так, берите платочки.

И все улыбаются, как я.

Все такие счастливые, как я.

Не смияться.

(Говорит на немецком)

Пошли.

(Говорят на немецком)

Стой! Рябая!

Ты что с ними?

Я же расписку дал.

(Говорят на немецком)

Рябая!

Стой!

Я же для тебя камыш несу.

Я запарю его.

Стой.

Ух, Рябая, Рябая.

Рябая!

Чем же я теперь детей кормить буду?

Ох и курва же ты, Рябая!

Выйди. Нет времени. Не могу при покойнице.

Да. Знаю.

Грехов хватит, чтобы повесили, но я не сам -

отец заставил.

Галя!

Спаси, Галя.

Ты одна можешь меня спасти.

Галя, бежим.

Мамо!

Галя!

Не хочешь моей быть,

никому не достанешься.

Со мной не хочешь,

дойчам достанешься.

Выходи.

Все, мама...

Приехали.

Пересадка.

Что это у вас?

Обережно.

Стойте! Стойте!

Стойте! Вас будут фотографировать.

Пропустите меня. Пропустите.

Вас ждет новая жизнь.

Держите платочки и улыбайтесь.

Держите плакат выше и улыбайтесь.

Так, берите платочки.

И все улыбаются, как я.

Все такие счастливые, как я.

Не смияться.

(Говорит на немецком)

Пошли.

(Говорят на немецком)

Стой! Рябая!

Ты что, с ними?

Я же расписку дал.

(Говорят на немецком)

Рябая!

Стой!

Я же для тебя камыш несу.

Я запарю его.

Стой.

Ух, Рябая, Рябая.

Рябая!

Чем же я теперь детей кормить буду?

Ох, и курва же ты, Рябая!

Выйди. Нет времени. Не могу при покойнице.

Да. Знаю.

Грехов хватит, чтобы повесили, но я не сам -

отец заставил.

Галя!

Спаси, Галя.

Ты одна можешь меня спасти.

Галя, бежим.

Мамо!

Галя!

Не хочешь моей быть,

никому не достанешься.

Со мной не хочешь,

дойчам достанешься.

Выходи.

Все, мама...

Приехали.

Пересадка.

Что это у вас?

Осторожно.

Все. Пересидим у Юрка?

Нет у меня никакого Юрка.

Ты же сам его в полицаи...

Нет у меня никакого Юрка.

У меня есть старший - Дмитрий.

Теперь - единственный,

красный командир.

Поняла?

А теперь иди.

Отсидишься в церкви, чтобы все видели.

Не у полицая, а в церкви.

Где моя корова?

Это же не каждый на дороге такого бугая найдет.

К яме пристроить.

Зимой землю не угрызешь.

Весной совсем другое дело.

Весной земля пушистая, пахучая.

Так и умирать весной жалко.

Вот и не могу решить, когда лучше. Живу и живу.

Пора уже.

Ну ты смотри. Только заикнулся, уже и в яме.

Может, и вылезать ни к чему.

Вылезай-вылезай.

Галя идет к нам.

Стой.

Что копаете и кто разрешил?

Окопы роем.

У тебя, дед, зубы повыпадали,

а ты ржешь, как чесоточная кобыла на коренные.

Я уже и коренные съел.

Корову у меня забрали, должны б отдать, а?

Меланке, могилу копаем от твоих рук.

А ну, все прочь с кладбища.

Тю на тебя.

На собаку тюкай...

Выпил и целоваться лезет.

Лопату.

Снежком притрусить надо,

Чтоб не так в глаза бросалось.

Топор... Топор забыли там.

А, мой топор. Пусть там полежит.

Я скоро туда наведаюсь. Тогда и заберу.

Никуда не денется.

Вот умеет же человек устраиваться.

В чужую могилу вскочил, будто для него и копали.

Для него и копали.

В хутор уже нельзя.

А те маковки все золотые,

аж червоные.

Смотришь - глаза режет.

От чего они такие нестерпные, Семен?

Слышишь, Семен?

От того они такие нестерпные,

что в землю много крови людской пролилось.

А церкви все в себя вбирают.

А где они стояли

скоро такие дыры огромные откроются,

аж до пекельного света.

Дыры.

(Говорит на немецком)

Что он там вякает?

Все это поле, чтобы ни одна собака из села не ушла.

Живьем.

Они безусловно будут бежать к лесу.

К той постройке.

Это, кажеться, мельница.

Разомкнуться в цепь.

Влипли. Теперь нам не выйти.

Ну что он там вякает?

Оставь одну канистру для мельницы.

Погреемся. Мы ведь тоже люди.

Суки.

Хутор спалить хотят.

Да, стой же.

Руки... Руки вверх. Ты немец?

Стоять, сказал.

Я учитель.

Это я убил немецкого офицера. Я виноват.

Из-за меня будут жечь хутор.

Я должен спасти их. Я объясню им все.

Они поймут.

Леня - пионер мой, на санках...

Немецкий офицер, тот что вешал...

Я должен спасти.

Пустите... Пустите меня.

Пустите, пустите.

Иди учитель. Иди-иди.

Заодно и нас всех заложишь.

Иди, если жить надоело.

Все. Влипли.

Отсюда нам не выйти.

Теперь еще поджарят.

Связному сюда не попасть.

Вот тебе и пароль.

Откуда ветер, земляче?

- Ветер из леса. - Что?

Оно в суме зашито.

Только подмокло немного.

Я в воду упала.

Душа моя полетела,

а я за топором.

Все. Началось.

- Сынок! - Не время, мама.

Возьми, сынок.

Ну что там у вас еще, мама?

Возьми, сынок.

Выменяла в прошлом году на сало.

Зачем оно вам, мама?

Это не мне, это тебе.

Убей себя.

Нельзя такому жить на свете, как ты.

Мама, мама!

Оружие выменяли...

Я же меняю мыло, сало, хлеб, свечки.

Они бы без меня жили здесь в потемках,

грязные, завшивленные.

Господи...

Боже мій!

Во імя Отця і Сина, і Святаго Духа.

Входите, входите.

Бабка будить не надо: все равно на тот свет.

Правильно палите.

Все они большевики-активисты.

Вот у меня син Юрко - полицай,

так тоже где-то палит.

Ну там же на мельнице...

учитель прячется.

Галенька.

Галя.

(Говорят на немецком)

Мальчик, девочка?

- О! Девушка харош. - Ні! Ні!

Шурка! Ну отдай, ну отдай!

Ой! Ой!

Ой, мамочко моя!

Ой, мамочко! Ой, моя!

Мама!

О-о!

Біжіть!

(Говорят на немецком)

(Говорит на немецком)

(Говорит на немецком)

Жана!

Розбігайтесь!

(Говорит на немецком)

Наши?

Наши.

А почему они раньше не приходили?

Кто-то крикнул: "Бегите". Мы побежали.

Саньку в огонь бросили.

Мамка за ней бросилась.

А Марийку первую подстрелили.

А мы побежали.

Кричала, кричала.

Мы дальше побежали.

Больше я не видел ничего.

И скрипка сгорела.

- Пусти к матери. - Не пущу.

- Что ты ходишь за мной? - Не пущу.

Что ты присосался?

- Галя! Галя! - Ненавижу.

Я же никогда в жизни такого врага не имела, как ты.

Товарищ сержант! Немцы по следу детей идут.

Товарищ сержант, разрешите мне.

За мной.

Семен! Семен!

Какая свадьба у нас.

Какие песни у нас.

Какие гости у нас.

Какая постель белая.

Правый, слева в атаку бегом.

Ура! Ура!

В окоп.

В атаку. Огонь.

Вперед, в атаку.

Ура!

Скажи-ка мне, Чернега Сашко,

ты стрелять умеешь?

Ну.

Ну, скажем,

с 20-ти шагов в человека?

Смотря из чего стрелять.

Из отцовской тулки?

Из отцовской - не промажу.

- В человека? - В человека.

В яблочко.

А! Хорошо.

Не могу понять, почему промахнулся тот, кто стрелял...

А он не промахнулся.

Он вообще не в него стрелял,

а в другое окно.

Ты откуда знаешь?

Это может знать, только тот, кто стрелял.

Геометрію вивчаю.

Ага.

А у тебя железные нервы, парень.

И железное алиби.

Мне уже 7 человек подтвердили, что ты был там с отцом,

когда стреляли.

И 12 подтвердят.

Там было 12 человек.

Кроме родственников.

А ты знаешь, я сегодня утром пробежался оттуда

до дома Вильготы.

Туда и обратно.

6 минут.

Я за три с половиной бегаю.

Мать иногда посылает.

Вареників гарячих віднести бабусі, або картоплі.

Ну ты ж моложе.

Не по этому. Я огородами - так быстрее.

А за тобой огородами гоняться не буду.

Завтра сам придешь и все расскажешь.

А то всю жизнь будешь огородами бегать, как Вильгота.

Я не Вільгота.

В упор стрелял. Перешагнул и пошел дальше.

И сейчас перед глазами

подошва в немецких сапогах и гвозди... гвозди,

стертые нашу святую землю.

Как раз прямо его размер.

Устя Макаровна!

А не найдется у вас места в вашем рефрежираторе

для наших яблок?

Всего полтонны.

Ой вы знаете, такой водитель попался...

Нам в Пензу везти яблок так много...

прямо не знаю...

Красивые у вас яблоки.

Что же теперь с моими делать,

если я для вас достала, то что вы просили?

Может, подойдет?

Ой! Ой!

Ну что теперь скажете?

Красота.

Все сделаю. Красота.

Что же это вы без света сидите?

Берите. Еште на здоровье.

А ты все людей пугаешь.

Чего бы это я их пугал? Никого я не пугаю.

Пусть будет все как в жизни.

Пусть ребенок с самого начала знает, что его ждет в жизни.

А то вырастут, как молодая картошка в погребе,

на воздух вынесешь - она и завянет.

А смерти в глаза посмотришь и жизнь полюбишь,

и радость оценишь и пироги эти тоже.

Народ наш кроткий, такой сердечный.

Из-за этого все беды на нашу голову.

Вот если бы был вместо сердца камень,

всем бы на свете легче жилось,

и детям тоже.

Зачем же камень? Пусть будет как есть.

Что такое?

Так оно и так будет, как есть.

Сашко! Иди-ка сюда.

Иди почитай.

Чернега!

Это твой отец в 43 году писал.

Меньше тебя тогда был.

Стань сюда. Пусть Зоечка почитает.

Розбиска.

У Василя Вильготы взял...

Вас - Чернег - тогда полная хата была.

С голода пухли.

Вот я и решил отдать им свою корову.

В долг отдать.

Не за деньги. Не в деньгах счастье.

По-соседски, по-человечески.

Чтобы дети не умерли.

А денег я тогда так и не видел.

Вот только расписка и осталась.

Дети, это урок человечности.

Василий Трофимович! Это урок настоящего добра и благородства.

Давайте попросим эту расписочку

в наш школьный музей красных следопытов.

Спасибо вам, Василий Трофимович.

Ну а что? Мне она уже жизнь спасла.

Теперь пусть и в рамочке повесит.

У меня, кстати, и рамочка подходящая есть.

Дорогой Вас...

А что, Сашко, за корову ты мне заплатишь?

Заплачу.

И заплатил отец.

Все этому гаду по расписке заплатил сполна.

Батрачил на него.

Корову пас за харч.

За... За бутылку молока, каждый день.

Еще.

Все.

Очко.

О, голова, как колено лысая.

Лысая-лысая. Вши завелись так и постригли.

Мама держала, а папа стриг.

Яшке хорошо. У него ни отца, ни матери, потому и чуб.

На Сашкину шапку что поставишь?

Чуб.

Гони шапку.

Молодой еще.

Говорят в Рязани грибы с глазами.

Их ядять, а они глядять.

У меня всегда очко. То-то.

Чтоб завтра стриженый пришел, как колено.

Понял?

Ребята! Волк.

Чего бояться?

Это не фашист. Это просто волк.

На мине подорвался. Немецкая противопехотная.

А ми вчора там пасли.

Атас, хлопцы! Ложись.

Яшка! Яшка! Твоя корова взбесилась.

Беги быстро, а то Вильгота с тебя шкуру спустит.

Стій!

Стой, гад фашисткий, застрелю.

Стой, офицерская подстилка.

Руки вверх.

А ну, виходи фашистская оккупантка.

Настоящий, стреляет?

Немецкий.

Нашел?

Имею полный арсенал. А ты кто?

Я Варка.

Ты что старушка, что Варкой себя называешь?

А ты разве меня не помнишь?

А! "В синем небе посею лес."

Ты выросла.

Хочешь выстрелить?

- Где он? - Кто?

Тот, который тетку Килину повесил?

Пошли.

Вот он.

Пошли волка зароем.

Какого волка?

- Мину слышала? - Да.

Это волк подорвался.

- Знакомый мой. - Знакомый?

На что смотришь?

Еще с той зимы знакомый.

Это такой волк был... Жалко.

Дважды линию фронта переходил.

А тут в тылу на мине подорвался. Глупо...

Пошли.

Вот он.

Я боюсь.

Боюсь... Боюсь...

Мамо!

Яша Чернега! Опять месер за тобой гонялся?

Гады.

Яшенька! Детка!

Выписывают тебя.

А вот я тебе брючки соорудил.

Выстирал, выгладил.

Можно сказать, из ничего сотворил.

Ох и покромсала тебя та проклятая мина.

Волк так не может.

А доктор говорит: выбросить. Как это выбросить?

Разве можно такое выбросить?

На, Яшенька, носи на здоровье.

А вот это знаешь, копался я на твоем пепелище...

И что ж ты думаешь? Вот, что нашел.

Целехонька.

Вспоминаешь?

На.

Малому хвате.

В самый раз.

Все.

Это лейтенанту.

Это привели его.

Яшка! Придумал.

Яшка! Ты хитрее будь.

Ты не взлетай высоко.

Ты на бреющем...

На бреющий над самым лесом.

На бреющему он ничего не сделает.

На бреющий лес.

Таран.

Таран, Яшка!

Я сбил его. Все, капут. Отлетался гад.

Вот это встреча.

Живой.

Это же ошибка истории.

Сейчас я ее исправлять буду.

А ну, выйди. Скрипочку оставь.

Музыки не будет.

Курите здесь?

Повыгоняю из детдома к чертовой матери.

Да кто курит?

Кто-кто? Я? Мы?

Ну кто-кто? Мы?

Ну бляха-муха.

А где дым-дым?

Я вас спрашиваю: где дым?

Это же паровоз дымит.

Точно, паровоз.

Дышать нечем, Алексей Николаевич.

И вы туда же.

А это что такое?

Где-где? Где?

Та я ж не вижу, Алексей Николаевич.

А что там такое?

Три года, как ослеп. А что там такое?

- Это вы тому в догонку? - Кому "тому"?

Это напрасно. Он не курит.

Он как зашел сюда, от него сразу деньгами шибануло.

Так тысяч на 10.

Это я вам говорю. Я человека по духу чую. Шкура он.

А табаком от него не пахнет. Не курит он.

Закрой поддувало. Не видели мы ничего и не слышали.

Могила.

Ми скоро.

Дуже скоро.

Жан, что ты?

За него.

Пришла.

Давай собирай.

Поедем первым автобусом.

В школе со стены снял.

Поторопился ты с рамкой.

Очень хорошо бы увидить твой приговор...

в этой рамочке.

А впрочем ладно.

Завтра утром прибудет следователь.

Я уже вызвал.

Так. Начнем с начала.

Вот черт. Не пишет.

19 октября 197...

Ой! Ой!

Ой!

Василь!

Господи! Ой!

Сгорел! Сгорел! Ой!

Ой! Ой!

Я за Вильготой. Он побежал на станцию.

Я за ним.

Господи!

Ой!

Слава Тебе, Господи!

Услышал молитвы мои.

Увидел слезы мои полуночные.

Сгорел. Сгорел окаянный.

Ирод сгорел.

Ой! Ой!

Отойдите, пусть сгорит до тла,

до последней соломинки.

Так будет с каждым кто пойдет против народа.

Ай! Ай! Ой!

Ой! Ой! Ой!

Пішли! Пішли!

А-а! А-а!

А-а!

О-о!