Original subtitles

(музыкальная заставка онлайн-кинотеатра Okko)

(музыкальная заставка онлайн-кинотеатра Start)

(музыкальная заставка продюсерской компании «Среда»)

(тяжелое сопение)

(громко рычит)

(тревожная музыка)

(рычит)

(Евгений, кричит): - Эй, тварь! Я здесь!

(громко рычит)

(медведь недовольно фыркает)

Пошли!

Он вернется!

А ты молодец, наша порода.

В отца шмальнул, как поздоровался.

Я всю дорогу следом шел. Смотрел, на сколько тебя хватит.

Ну что, понял? Ты без меня здесь и часу не проживешь.

(Паша): - Почему ты не стрелял в медведя?

- Во-первых, в такой ситуации надо либо убивать,

либо пугать, если нет уверенности, что убьешь.

У меня не было. - А во-вторых?

- Я его знаю. - В смысле?

- Старый знакомый. Шаг прибавь.

Он вернется. Всегда возвращается.

(Ольга): - Так не пойдет.

Вы заявляете, что вы убили по меньшей мере 18 человек

кроме тех, за которых вы уже были осуждены.

- Заявляю.

- А когда дело доходит до деталей - фамилии, имена - память сразу изменяет.

- Фамилии, кого я помню, я назвал.

Я и тогда-то половину фамилий не знал. Не интересовался.

- На карте покажите место захоронения.

- Не, ну по карте-то я не вспомню.

На месте смогу показать.

(выстрел, крики вспугнутых птиц)

(стоны раненого животного)

(шепотом) - Молодец.

(олень стонет, тяжело дышит)

(олень хрипло дышит)

На, попробуй.

Вот здесь.

Сильнее, не бойся.

Ничего. Научишься.

(мрачная музыка)

(пение птиц, жужжание насекомых)

(Женя): - Трупы сжигались…

либо закапывались в лесу.

- «Закапывались, сжигались…» Ловко ты придумал.

Сами?

- Я сжигал.

Я закапывал. Тебе так легче?

(Зозуляк): - Масштаб понятен.

Давай к эпизодам.

Кто был после Тяна? Когда?

Пленку, ***, не тратим на выразительное молчание!

- Следующими были твои.

Больше я ничего не скажу, пока ты ее не отпустишь.

Можешь меня убивать.

- Вали.

ПОШЛА ОТСЮДА!

- Я без него никуда не уйду. - Ты че, дура?

- Лиза, иди, нормально всё!

- Жень… - Я сказал, иди!

Никому не звони, сиди дома. Ты поняла?

ЛИЗА, ИДИ ОТСЮДА!

- Продолжаем, Ромео. - Тебя Краб заказал.

- Твою мать!

Давай!

- Я не знал ниче, я не знал, что семья, я…

- НЕ ЗНАЛ?! И когда в хату лез, тоже не понимал?

Детских вещей не видел, фотографий не видел?

Ты че мне гонишь, мразь?

- Да что я мог там понимать? Я сам был пацан 12-летний!

(щелчок затвора)

Они мне снятся каждую ночь.

Ты думаешь, я хотел?

(печальная музыка)

(удаляющиеся шаги Зозуляка)

(звук нажимаемых телефонных кнопок)

(долгие гудки вызова)

(Кармазов, по телефону): - Ну ты че так рано-то?

- Всё.

У нас есть всё.

Даты, имена, показания.

Они сядут.

Все. (Кармазов): - Петя, вдох-выдох!

Я в Комсомольске, ты в Хабаровске. Ну? Что у тебя?

- Знаешь, я…

эти годы все че-то… пырхался с тобой.

А сам ни хрена не верил, что…

что они ответят.

***…

Носился там, как… петух с отрубленной головой.

(Кармазов): - Петь, ты трезвый?

- Пока да. Но как допишу…

наберусь без вариантов.

- Петь!

(по телефону) Петя, ты где?

(звуки борьбы)

Петь! Адрес, адрес скажи!

Петя! Сука…

(Зозуляк натужно стонет)

Такси в аэропорт. Да срочно!

(стоны, звуки борьбы)

(хрипит)

(мрачная музыка)

(мрачная музыка, отдаленный шум города)

- Братан…

Соткой поделишься?

- Где взять, знаешь?

Знаешь?

(стоны и всхлипывания наркоманов, писк крыс)

(кого-то рвет)

(крыса пищит)

На.

На все возьми.

- Это… Я лучше пойду.

(щелчок предохранителя)

- Делай.

(мрачная музыка)

(мрачная музыка)

(Зозуляк тихо стонет)

Коли, ***!

(тихо стонет)

Теперь себе.

Всё.

(гнетущая музыка)

(хлопок двери, шаги)

Лиз…

- Женя! - Тихо-тихо-тихо.

- Женя… Жень…

(Лиза всхлипывает)

- Он уже никому ничего не скажет.

- Я тоже никому ничего не сказала.

- Я знаю.

- Я отцу тоже не говорила.

- Я знаю, Лиз.

- Я хотела даже ему позвонить, я даже его уже набрала, но потом я…

я передумала и сбросила. Жень, правда.

- Лиза…

Лиз, ты че?

Я ж за тебя всех порву на хер.

Ты меня боишься?!

(гнетущая музыка)

(гнетущая музыка, неразборчивый шепот)

(гнетущая музыка)

(невнятные женские причитания на улице)

(Лисицын): - Ждать моей команды.

Никому не входить!

(на улице мужчина что-то сбивчиво говорит)

(мужчина) - Там… там в комнате мертвые!

(оперативник) - Успокойтесь! Спокойно расскажите…

(женщина плачет) (мужчина): - Там мертвые! Оба, оба…

(невнятные переговоры оперативников на улице)

(тревожная музыка)

(Лисицын): - Петя, что за на хер?

(неразборчивый разговор, тревожная музыка)

(тревожная музыка)

Э-э-э… Там…

- Вот зачем ему это надо было?

Отпустил бы.

Нет, ему надо было.

И чем закончилось? Сторчался и сдох.

(Лисицын): - «Сторчался и сдох». Сотрудник при исполнении!

Там магнитофон был. Он без кассеты.

В машине тоже кассеты не было. А музыку Петя любил.

Он задрачивал всех. - Ну, теперь-то не будет.

Можешь расслабиться.

- Слушай, он писал кого-то.

Кого-то из ваших. И этот кто-то его грохнул.

Ты найди его, ну разберись, Юра.

Это в общих интересах.

(крики чаек)

(шум спортивного зала)

(Юра): - О! Не хочешь выйти подвигаться?

(Павел):- Да куда мне? Я ж не спортсмен. Хочешь, дуэль замутим на охотничьих?

- Не-не-не.

Ну что, Пашка, разрастается коллектив. Молодого народу много приходит.

- Ну, ты же сам собирал.

- Это да.

Больше людей - больше возможностей. Но и больше проблем.

Кто-то у нас стучит.

- Мусорам? - Угу.

И решить это нужно тихо и быстро.

Потому что, если Джем узнает, проблемы будут у нас у всех.

- Ну а ко мне-то ты чего обратился? Я молодых вообще не знаю.

- Ты нет. А Женька с людьми крутится. Ты его привлеки.

(пение птиц)

(диктор по телевизору): - Ильяс Валиев, новый собственник

Хабаровского лесоперерабатывающего завода,

в интервью нашей редакции заявил о своем намерении

восстановить работу предприятия и продолжить дело, начатое его отцом,

Равилем Валиевым, трагически погибшим в результате покушения.

Имя Равиля Валиева известно каждому жителю Хабаровска.

Бывший депутат, меценат и благотворитель.

Равиль Валиев всегда ценил родной край и город.

Именно он в 91-м году приобрел завод и начал его преобразование.

На сегодняшний день на предприятии занято около 600 сотрудников.

Новый владелец обещает сохранить рабочие места и провести…

(звонок мобильного телефона)

(звук открывающейся двери)

(Юра): - Да?

- Юра, ***, ты какого хера трубку не берешь?

(Юра): - В машине оставил.

- Юра, че у тебя там с заводом? Че за дела?

- Всё на мази, Джем. - Да? А я слышал, там другое.

Что приехал еще один татарин гребаный и свои порядки устраивает.

Туда свой нос-то хоть показал, Юра, а?

(Джем): - Мне че, туда самому ездить? Ты можешь нормально порешать, а?

- Джем, во всём разберемся. Я уже ему звонил, договорился о встрече.

- Да?

Че сразу не сказал? - А ты мне дал?

- Ну ладно.

Давай, как встретишься, это… набери. - Ладно.

Ну что, Кузь, до вечера?

Даст Бог.

(птичьи крики, мрачная музыка)

(мрачная музыка)

(шум работающего предприятия, разговоры рабочих)

А где Валиев?

Ильяс Валиев?

(Ильяс): - …Через пять минут подойди туда.

(Юра): - Валиев Ильяс?

- Да! Юрий?

Да, здравствуйте, Юрий.

- Хотел еще раз выразить свое соболезнование…

- А, так вы же по телефону… Что-то еще?

(шум техники)

- Ну, к делу так к делу. - А че лента остановилась?

- У нас с вашим отцом была договоренность устная.

В частности, о продаже вот этого предприятия.

- Давайте я время сэкономлю…

Пусть тогда включат его, хорошо?

Время сэкономлю.

Я только в дела вникаю. Только приехал.

Поэтому никаких резких движений и продаж точно не будет.

Вы понимаете? Мужики!

- Да, честно говоря, не очень.

- Как закончите, подойдите туда, к нему.

- Слышь, парень! Эу!

Ты неместный, раскладов не понимаешь.

У нас здесь принято отвечать за свои слова.

Не может отец - отвечает сын.

- Так откуда мне знать, что он вам что-то обещал?

- Я за свои слова отвечаю.

- Так я местный. - Что?

- Ну, я не новый человек. Я здесь родился и вырос.

Меня отец после школы на учебу отправлял.

МГУ, Итон, финансы, политология.

Чтобы я ситуацию не только в городе понимал, а глобально.

- И че ты понял?

- Ну, смотри.

Таких как я, таких как ты,

в этой стране всю жизнь сажали не в острог, так на кол.

Писали на лбу «вор» и вырывали ноздри.

- А ты не боишься, что тебе ноздри вырвут?

- Ну, такая опасность существует. Но не от тебя.

- О как? - Да.

Я про тебя слышал. Ты же Краб?

Ну, говорят, мужик ты не глупый, залупаться не будешь.

Я думаю, наоборот, ты с меня будешь пылинки сдувать.

И может быть, ты мне когда-нибудь пригодишься.

- Не охотник? - Нет, я больше по технике.

- Жалко.

Ну, если надумаешь, звони. Я одно место хорошее знаю.

- Договорились.

(беззвучно)

(судмедэксперт): - …А я тебе русским по белому, уже четвертый раз:

не имею права.

(Кармазов): - Именно сейчас нужно формализмом заниматься, да?

Ведь он и тебе друг был.

- Осмотр тела только по постановлению.

- ДА НЕТ У МЕНЯ НИКАКОЙ БУМАГИ!

Можешь мне навстречу пойти?

- Ну не могу я, пойми. - Вопрос…

Допустим, он бухал… Хотя это не так. Но допустим.

Бухло закончилось.

Решил пойти по тяжелой и с первой же дозы промахнулся.

Так получается?

- Вопрос в чём?

- Я в это не верю. А ты?

- На теле имеются ссадины, синяки.

Ну, это нормально, если человек бухал.

Хотя, конечно, и прискорбно.

Но дальше интереснее.

Он умер от передоза.

Укол в ногу. Других дырок на теле нет.

Но главное вот что…

Ты видишь?

Его душили.

(печальная музыка)

(далекие крики ночных птиц, печальная музыка)

(вздыхает)

(телефонный звонок)

- Да?

(Кармазов): - Слушай, у меня плохие новости. Всё отменяется.

Пётр погиб.

- Как погиб?

Что случилось?

- Подробностей не знаю, выясняю. - О, господи, ужас какой.

Я прилечу.

- А смысл? Мы в нулевой точке, даже ниже.

Тебе не нужно в этом участвовать. Это опасно.

- В аэропорту встреть, если сможешь. Не надо, такси возьму.

(меланхоличная музыка)

(рычание мотоцикла)

(мотоцикл рычит)

(мотоцикл настойчиво рычит)

- Ты че-то хотел?

- Лихой… босота.

Если ты мне его поцарапал, ты не расплатишься.

(электронные звуки игровых автоматов)

(щелчки кнопок, приглушенная музыка)

- Сука!

- Толя, ***! Я, что ли, за тебя работать буду?

(негромко): Иди на хер отсюда.

(Ильяс): - Про отца моего слышал?

- Соболезную. - Да не надо. Мы не общались.

- Ну… отец всё-таки.

По его делам приехал?

- Да, нужно разобраться.

Слушай, Жень, ты не слышал - может, люди говорят - кто его, за что?

- Нет, извини.

(Петрик): - Сука!

(звуки ударов по игровому автомату)

Я тебя приглашал?

Я тебя приглашал? НА ХЕР ИДИ ОТСЮДА!

- Ясно. Сам-то че как?

- Да потихоньку. Во, видишь?

Звать Лиза. Она тоже с нами училась.

- Я недавно к ней заезжал, да.

- Да? - Угу.

- А в смысле ты заезжал?

- А она тебе не сказала? Да в салон к ней заезжал.

Кстати, хочу в нее вложиться.

Перспективная тема.

В Москве качает. Думаю, тут тоже качнет.

- Ну, если тебе бабки девать некуда, давай я ее спрошу.

- Я ее уже спросил, всё нормально. Она не против.

- М-м…

Ну, я рад, что у вас такое взаимопонимание.

- Слушай, давно хотел спросить.

Помнишь, ты меня из речки вытащил?

Судорога. - Судорога? Ну, помню, конечно.

- Че ты там тогда делал?

Не помнишь?

- М-м!

Батя на стройке тогда шабашил. В заброшке жил.

Ну, я ему помогал там: жрать готовил, в магаз ходил.

Это мы от мамки ушли и вдвоем жили.

(музыка, звуки игровых автоматов)

- Сука!

(шум аэропорта, невнятное объявление по громкой связи)

(Кармазов): - Я тебе номер забронировал.

Гостиница - помойка, но нас здесь не увидит никто.

- Туалет на этаже? - Ну, не совсем помойка.

- Отлично. В остальном я не разборчива.

(звуки драки в видеоигре)

- Здрасьте, Регина Михайловна. - Привет, Жень.

- Проходи, проходи.

Они уже уходят.

- «Сега Дримкаст»? Модно.

- Тебе купить?

Идите погуляйте.

- А… уходим-уходим.

Вить.

Выключай, я сказала!

Паш, помнишь, я тебе про куртку говорила?

Разберут же. - Ну так я же давал.

- А, так это на сапоги. А это куртка.

Давай-давай, не жопься, давай еще.

Спасибо.

Пока-пока!

- Бать…

А тебе вот это вот всё на хера нужно?

Сапожки, курточки… хата в говне?

- Вырастешь - поймешь. - Угу.

- Давай трубу.

Ну, не срослось у меня с матерью. Че мне теперь, до смерти по ***, что ли?

- А это кто? - Так, ты… ты фильтруй!

- Ну не понимаю я, бать. Ну че ты в ней нашел, а?

В постели, что ли, ураган?

Тогда вообще не понимаю.

Ну, а ты че звонил-то?

- Вкидыш у нас завелся. Стучит кто-то в коллективе.

- Кто сказал? - Юра. Откуда знает, не сказал.

Это как-то связано с тем следаком, которого мертвого нашли.

- Так, ну, а мы тут при чём? - А при том, что надо его найти.

Если он про нас знает, нам ***.

Ты такие темы лучше сечешь. Крутишься.

Просто походи, поспрашивай.

- Ты как это себе представляешь?

«Здорово, Валет, как сам? Случайно не ты стучишь?»

- Он сейчас на измене. Мента грохнул.

Он знает, что его ищут, вычисляют.

Может, он попробует рвануть с отмазкой типа там «к родичам» или еще чего-то.

Просто походи, активно жалом поводи.

- Узнаю че-то - маякну.

- Не тяни!

(гнетущая музыка)

(Кармазов): - Угу. Спасибо.

(приглушенная струнная музыка в зале)

Поешь хоть чуть-чуть. - Не могу, мутит до сих пор.

Ну, давай решать, что мы дальше делаем.

Кефирчиков Анатолий Вадимович.

1974 год рождения. - Кефир, он же Кеф.

Зозуляк говорил, что с него дело задвигалось.

- Могу его свидетелем по другому делу в Комсомольск дернуть.

- Если Краб узнает, что Кефиром интересуются, то до вечера он не доживет.

Только не официально, а… Твою мать.

- Что?

- Опера местные.

Не надо, чтобы нас видели. (опер): - Свои!

- Ну всё, расслабься. А то как кол проглотил.

Мы будем изображать, что мы пара. А что?

Чекист пялит прокурорскую. Нормально?

- Что случилось, Жень?

Я же чувствую, что ты как струна натянутая.

- Меня ищут.

- Кто?

- Все. Мусора, свои.

Только они пока не знают, что это я. - В смысле «пока»?

Скоро они всё поймут.

- И что, будем ждать, когда вычислят? Как будто не лучший вариант.

- Они вычислят. Не меня. Другого.

(тревожная музыка, звуки вечерних дворов)

(писк автомобильной сигнализации)

(тревожная музыка)

(ритмичная танцевальная музыка)

(Петрик): - Я тебя всегда рад видеть,

но не могу не поинтересоваться: ты какого хера здесь делаешь?

Здорово, братик. - Привет.

Ну так, разговор есть. - Слушаю внематочно…

(Петрик кряхтит, смеется)

- Че ты, азерам-то много должен? - Нормально. Под десятку почти.

Самое главное, занять больше не дают.

Ну ни хера себе, я б сам себе не дал: просру всё на хер.

- Братанчик, тебя прессовать скоро начнут. Никто не впишется.

Карточный долг - дело святое. Умри, но отдай.

- Есть такие мысли, чё греха таить. - Какие мысли?

- Ну, дотяну до последнего. Потом на трассу. На рассвете, понял?

Газ в палас, прям 200 - и в столб.

(Петрик изображает визг тормозов, оба смеются)

- Чё, ты столб-то присмотрел уже?

- Ну да, на девятом километре, слева охерительный.

- В общем, тема такая.

Там работы, братан, полчаса. А долг сможешь отдать.

- Ты знаешь, я тут тебе сказал, что внимательно,

а на самом деле ыинтересно стало только щас.

Ну-ка…

- Ну чё, швыранем азеров?

Короче, я Али вожу к Крабу каждую неделю.

С бабками.

Там подъём, братан - десятка грина минимум.

Я давно собирался. Человечек был нужен.

Надёжный.

- Братан, надо верить в чудеса. Я вот верю и…

И вот - херак!

(Петрик радостно вскрикивает, напевает)

(Регина храпит)

(Павел досадливо мычит)

(Регина): - А ты че не спишь?

- Иди, я сейчас приду.

(лирическая музыка)

(Павел): - Привет.

- Ты че пугаешь?

- Прости, не хотел.

- А ты че тут делаешь?

- Просто мимо шел.

Че? Че смешного?

- В Литовке. Мы еще гулять не начали…

Ты всё возле нашего дома крутился, помнишь?

Отец выходит и говорит: «Лиховцев… а ты че тут делаешь?»

- «Просто мимо шел».

Ну так я его боялся: завуч.

- Он тебя выкупил.

Предупреждал: «Ленка, держись подальше от этого бандита».

- Давай помогу.

А че за коробка-то?

- Фритюрница. Картошку фри делать.

- Лен, че, дома, что ли, еще травиться? - Да ладно тебе, «травиться».

Сегодня врачи одно говорят, завтра другое.

Ну вот… Я вот котлеты делала…

В книге рецептов написано: «Ешьте колбасу - источник полезных белков».

А по телевизору такого понарассказывали: из туалетной бумаги и крысы.

- А Вася где?

- Че это ты вдруг им интересоваться начал?

- Сын всё-таки.

- Да Вася нормально.

Репетирует.

Спрашивает, че Женька, мол, не заходит.

- Я скажу ему.

А во сколько он с репетиции возвращается?

- В любую минуту.

- Часто он… музицирует?

- Сейчас часто. У него концерт сегодня. - Концерт?

- Ну, как «концерт»… Выйдут пять калек, подудят в свои дудки.

Но ему это важно.

- Можно я приду? - Ну, приходи.

Он рад будет.

Сегодня в школе в восемь. - Да я поднимусь.

- Угу, щас.

- Я за вами заеду.

- Не думала, что ты приедешь.

- Пап, привет. - Здорово.

Да ладно, не пристегивайся, меня не останавливают.

- А Женя придет? - Не, он на работе.

- Ну и… слава богу. - Ну да.

В смысле? - Застебет.

- А… Ну, этот может. Садись.

- Поехали? - Поехали.

(шум автомобиля)

(медленно приближающиеся шаги)

- Тихо, тихо, тихо, тихо! Сдаюсь.

Да я так, проверить.

Готов?

Тачка где? - На Волочаевской.

- Жди. - Жень…

Спасибо. Ты ведь мог кого и другого взять, а ты меня позвал.

(звук открываемой двери)

(приглушенная танцевальная музыка)

- Здорово, Жень.

Минутку мне дай.

- Жду.

(шум открываемой двери)

(тревожная музыка)

(звонок мобильника)

(тревожная музыка)

(звонок другого мобильника)

(Али): - Да?

Да.

Охренеть.

Понял.

- Ну че, пойдем?

- От Краба звонили. Говорят, они вкидыша нашли.

Краб всех у себя собирает.

(тревожная музыка)

- В машину! В машину сел!

- Ты че… - Тихо, тихо, тихо!

- Сука!

- Короче, подъема не было.

Там косаря три было, я б не успел сказать.

У меня пара косарей есть. Я их отдам не тебе, а тому, кому ты должен.

А по твоей ситуации я с Крабом перетру.

- Ну че там?

- Да ничё. Крыса, сука.

- Грёбаные крысы.

- На.

- Везде крысы, ***.

(Юра): - Кто не в курсе, в коллективе вкидыш.

Кеф.

- Кефир - пацан ровный. Я его давно знаю.

Кто вообще сказал?

Почему мы должны верить?

- Завал, а ты ниче не попутал, а? Ты у меня спрашиваешь или интересуешься?

- Интересуюсь.

- Кефа видели с ментами, а потом он пропадает.

Тебя это на мысли ни на какие не наводит?

Я человека гадом просто так объявлять не буду и не хочу.

Мне надо с ним поговорить.

Я никого никогда из вас за глаза

без доказательств гадом не позволю объявить.

Найдите его живым.

Если Кефа кто-то исполнит раньше…

ответит перед всеми.

(тревожная музыка)

(тревожная музыка)