Original subtitles

- Патроны есть? А?

- И что Вас, милая барышня, на войну несет?

Поверьте старому артиллеристу, война - гадость.

Ауж, особенно азиатская.

- Госпожа Суворова В.А., по зову сострадательного сердца.

Правда, Варвара Андревна?

Куда же мы без сестер милосердия?

- Обошлись бы санитарами.

Вот шлепнет Вас, Гриднев, турецкой пулей, не дай бог конечно,

как это вы перед барышней будете матушку звать или того хуже, нехорошим словом поминать?

- Да, я нистона, низвука. Честное офицерское.

Даже, если в живот попадет.

- Низвука. Пойдитика лучше монстру вашу проведайте. Не отвезалась ли. Все им эксперементы.

А отвечать за имущество мне. Как будто лошадушек нет.

Пойдите, гляньте.

- Слушаюсь! Господин майор.

- Вы в какой санитарный отряд, Варвара Андреевна?

- К бароносье Рявской?

- Нет, я к другой. Митя! А можно я с вами на вашего монстра посмотрю?

- Карета.

Говорю я, что кто-то важный.

Пойдем от сюда, опять шуметь будут.

Ах! Скот! Он не имеет права!

Это мы раньше валантеры, атеперь мы регулярная армия.

Они обязаны обращаться с нами, как с пленными. Я дворянин!

- Какая разница. Дворянин, не дворянин. Бежать надо.

- Бежать?! Поймают, на кол посадят, как того болгарина.

Нет, уж сами бегите.

- Без Вас, Листвитский, никуда. - Не иначе, как генерал.

Ей богу, Фандорин!

Бежим!

Бросьте, Лествицкий, хуже сделаете.

"Ключи! Ключи давай.

- Осторожно, Варвара Андревна.

Монстр! Сам он монстр! Аеще командир батареи.

Это знаете что? - Вы говорили, лыкомобиль.

- Это величайшее изобретение современности. Про лошадок скоро все позабудут.

В зоологическом саду станут показывать.

Как зебр каких-нибудь.

Паровые машины, паровые извозчики, десятиэтажные дома с паровыми элеваторами.

- Митя! - Да, Варвара Андреевна.

- Вы мне друг? Правда? "Конечно.

Аесли пожалаете, то и...

- Я ведь Вам неправду сказала. Я никакая ни сестра милосердия.

- Как это, а зачем же тогда это? "Вот!

- Кто это? И что вы его любите?

- Да он знаете какой?! Он добровольцем пошел освобождать славян.

У самого очки шесть диоптрий. И вообще, он как ребенок.

Он пропадет без меня, я это точо знаю.

Я слово дала, что буду с ним и выполню.

- Варвара Андревна, не пустят. Думать нечего. Обратно завернут.

- Митинька, у меня план есть. Ваи нужно только проводника найти.

- Вот пристал. Иди домой.

Иди домой! Чего ты?

Слава Аллаху, Анвар-Эфенди. Добро пожаловать в Видин!

- Вы один спосбны изменить ход этой злощастной войны.

УВас на манжете кровь, Вы поранились?

Пришлось убить пленного русского. Он видел мое лицо.

Нельзя рисковать. Слишком высока ставка.

- Вы правы.

- Немедленно уничтожьте снимок! - Не беспокойтесь! Сию секунду.

Фотопластину ко мне в кабинет, я сам ее уничтожу!

Прошу в дом все подготовлено, как Вы велели.

- Прошу Вас, Анвар-Эфенди. Отдохните с дороги.

- Ну что же снова таки не взгляните на доску?

- С вашего позволения я немного разомну ноги.

- В полный разгром меня может уберечь только приход Исламбея. Ваш ход.

Е-2, Е-4.

- Как скоро его ждать?

- С минуту на минуту.

Е-7, Е-5.

Д-2, Д-4.

- Только на чудо остается и надеется.

Русские перешли Дунай. Война едва началась, а уже проиграна.

Теперь против нас не горстка волонтеров, как в Сербии, а вся армия царя Александра.

Клянусь Аллахом, мы обречены.

Вы отдаете пешку, Эфенди.

законы гостеприимства не позволяют воспользоваться вашей оплошностью.

Юсуп-паша, шахматы - это война, ана войне законов нет.

- Берите, пешка Ваша. - Что-то здесь не так.

- Нужно подумать.

Где охрана?

Расставить часовых по местам.

Начальника караула ко мне!

- Я ждал Вашего прихода, как спасения, полковник. - Но теперь - это пешка.

Позвольте представить, личный адъютант

фельдмаршала Османа-паши, полковник Измаил-бей.

Я не знаком с деталями Вашей миссии, но про Вас рассказывают легенды.

Ну все! Пешку Вашу, я все-таки возьму.

Теперь я пойду сюда... А вы вынуждены пойти сюда...

Я сюда, Вы сюда, у Вас нет другого выхода.

И все, партия проиграна

из-за какой-то маленькой пешки.

Этот прием называется Гамбит.

Отдать малое, чтобы выиграть инициативу.

То же самое я сделаю с русскими.

- Вы подставите русским пешку? - У нас еще остается корпус Османа-паши.

Завтра Осман-паша займет Плевну и выйдет русским в тыл.

Русские повернут на Плевну изавязнут там надолго.

Наступление будет сорвано.

- Если Осман-паша завтра займет Плевну, наступление русских будет сорвано?

Но вдруг русские займут городишко раньше нас?

- Ну, если за дело берется сам Анвар-эфенди,

тревожится не о чем.

Однако, время молитвы,

прошу в соседнюю комнату, ее окна обращены к Мекке.

- Я себе не прощу, если с Вами там, что-то... - Да, ничего со мной не случится.

Мне бы только кардоны обойти. Сами говорили, проводник надежный.

- Я не говорил надежный, я сказал, что никто не согласился.

- Варвара Андревна, может все-таки... - Прощайте Митенька.

Берегите Вашу монстру.

- Господи, как же он долго.

- ОЙ! Мамочки!

- Господин Митко! Господин Митко!. Мамочки! Сбежал! Деньги, все деньги!

Платье!

Минарет!

Мусульманская деревня.

- Ты куда? Кто будет платить?

Ты, что глухой?

Иди допей раки и заплати.

Говорил же, что это девка переодетая.

- Она со мной. Держи.

- Эх! Мадмуазель, мадмуазель. Лучше бы ждали жениха дома.

- Как? То есть кто Вам... - Отсутствие загара - раз.

Волосы из-под шапки - это два. Зачем русской барашне тайком пробираться

вармию? Только из-за романтических рейдов.

Это три.

Тот усач, что Вас привел, а потом исчез, Ваш проводник?

- Да. - И все Ваши вещи остались при нем?

- Да. - Весьма глупо.

Это четыре.

- Но кто Вы? Откуда Вы тут?

- Эраст Петрович Фандорин, сербский волонтер, бежал из плена

- Варя. Суровова Варвара Андреевна. Очень приятно.

- Это Вас в плену мучали? Да? И заикание тоже?

Вы настоящий герой?

Разве Вы не ради спасения славянства?

Что ж мне с Вами делать, Варвара Андревна Суворова?

Оставить здесь нельзя. С собой взять не могу.

Мой мул совсем выдохся. И д-деньги кончились.

Нужно еще одно. транспортное средство.

- Мне нужен осел. - 10 лир.

Нет денег.

- Где осел? - Давай еще раз!

Осел!

Я сказал, еще раз!

Белоухий, с красным седлом.

Белоухий и красное седло.

Вот Ваш буцефал.

Вы его выиграли да? А в кармане у Вас револьвер, да?

Ксожалению, карман пуст.

Аесли бы он не испугался? Ну, тот, кривой?

Стем, кто не испугался, яне сел бы играть.

- Но у Вас не было денег. Что Вы ставили? - Вас.

Меня? А если бы Вы проиграли?

- Я, Варвара Андревна, в азартные игры никогда не проигрываю.

Поэтому никогда не играю. Не интересно.

- Вы, Вы бесчестный авантюрист.

Павлин...

Надутый павлин

Вам жестко? Давайте подложим мой халат.

Не вторгайтесь в мою приватность!

Хоть Вы и рыцарь печального образа, но я не Санчо Панса!

Уступите даме мула!

И извольте смотреть, когда к Вам. обращаются!

- Садитесь на осла. - И не подумаю!

- Садитесь. - С места не тронусь!

- Поздно, заметили. - Кто это?

Башибузуки.

Те самые, которые головы режут?

- Бежим. - Поздно!

Лучше здесь.

Мы обыкновенные к-крестьяне. Что с нас взять?

Что теперь с нами будет?

Мы пропали. Они нас убьют?

Если будите молчать, вряд ли.

Опустите голову. Опустите голову.

Садитесь, едем.

- Вы видели? - Видел, да у них наш пленный офицер.

- Мы сообщим... - Данет, голову!

Садитесь. Тихо.

Тихо.

Мамочка...

Смотри, уважаемый, медальон золотой, с рубинами.

рубинами?

Быстрей, умоляю Вас!

Хлестните его чем-нибудь!

Пошел! Пошел!

Умоляю, быстрее, они нас догоняют!.

- Стреляйте. Что же Вы?

Уэтого партизана не заряжено ружье.

Оружие к бою! За мной!

Там пленный офицер!

Вы, четники? Я хотел вам задать несколько вопросов.

Я корреспондент английской газеты “Дейли пост".

Шеймас Маклафлин.

Мы русские. Я Фандорин.

Аэто госпожа Суворова.

- Женщина. Шпиока?

- Никакая я не шпиока! - То есть я хотел сказать разведчица.

Вот это еще интереснее. - Я кжениху еду. Он в штабе служит.

Ох как я его осадил. Только ногами дрыгнул.

- Это кто, в шляпе? - Этот бравый ковбой Мсье д'Эвре,

корреспондент "Ревью паризьен".

Звезда французской журналистики.

Ав белом Мишель Соболев. Отличный малый.

Он сейчас при штабе, скучает без дела.

А нам с Шарлем все интересно.

Мы первый день на фронте.

Ушли, суки? Кони больно хороши! Мать их турецкую...

Генерал! Здесь дама.

Где?

Это мадам Суворова.

Она конспиративным образом следует в лагерь, к жениху.

Мадмуазель.

Позвольте представиться. Шарль д'Эвре, корреспондент.

УВас кровь.

Держите.

Так лучше.

- Шарль. Это не хорошо. Французский журналист, а берется за оружие.

Против правил. - Шеймс! Это бандиты. Они вне закона.

- Что там капитан? Мертв? - Кажись помер.

Давай - кажись ему, кажись. Сам ты помер.

Повезло тебе капитан, повезло. Ожгло только.

Капитан Перепелкин, интендантского ведомства.

Век не забуду Вашу добробу.

Я думал, тут глубокий тыл, а тут...

Плохо думал. В одиночестве разъезжаешь. Перевязать!

Стой.

А этого свяжите, пока не очухался.

- Ваше превосходительство! - Ты что за фигура?

Тарамаев, умываться.

Титулярный советник Фандорин. Бежал из турецкого плена.

- Титулярный советник, а что это на войну потянуло?

Нервишки решил пощикотать? Сидел бы у себя в канцелярии.

У меня сведения чрезвычайной важности, и секретности.

- Какие такие сведения? - Простите генерал, но сообщить

могу только в присутствии... - Да брось ты эти тайны Мадридского двора.

- И все-таки я осмелюсь просить провожатого доставить меня в штаб.

- Ух! Я тебя доставлю в штаб, под арестом и сжандармами.

- Тогда позвольте тет-а-тет, генерал. - Предпочитаю без нежностей.

Говорите.

Нужно немедленно занять Плевну.

Туда движется корпус Османа-паши.

Что им делать в этой дыре?

Авот это я могу сказать только в штабе, генерал.

Время, д-дорого.

Все живы?

Вроде Семенов. из второй сотни нашелся.

- Надо спешить, генерал! - Хорунжий!

Давай в отряд, бери полсотни и в Плевну. Посмотрим, что там.

А этого субчика - в особую часть. Титулярный советник.

Генерал! Что может полусотня против к-корпуса?

Какой же это Семенов? У Семенова нос картошкой, а у этого?

Да как же, вон. Родинка.

Да и зуба уу него нет!

Вахмистр!

Вы передали записку? Время уходит. Еще час и поздно будет!

- Вот она - Плевна!

Хлеб нам испекли. И чего нас сюда посылали?

- Не финтить! Обойти все аванпосты в военное время без специальной подготовки не возможно.

Ну, еще раз сначало.

В каком родстве состоите с военноопределяющимся шифровальщиком Петром Яблоковым?

- Господин подполковник! Я в сотый, в тысячный раз, вызовите Петю, он Вам потвердит.

Я столько добиралась сюда. На поезде, на лодке, на осле.

- Ну, ладно! Успокойтесь.

Скажите, а человек, называвшийся Титулярным советником...

- Фандорин!

- Да, Фандорин. Он с башибузуками, как разговаривал?

По-турецки?

Да. Он провел восемь месяцев вплену и выучился.

- Да мне наплевать, что он Вам наплел! Он по-турецки говорил без запинки?

- Я не помню. Наверное, с запинкой. Он вообще заикался.

- Я устрою Вам очную ставку.

Сидеть тихо, не высовываться. Смотри мне,

к крысам посажу в подвал!

Дежурный!

Привести арестованного.

Жандармского корпуса подполковник Казанзаки,

начальник особой части! Позавчера прибыл в армию.

Сразу приступил к исполнению...

- Где он? - Кто, он, Ваше превосходительство?

Лицо, именующее себя титулярным советником Фандориным.

В моем донесении все изложено. Я уверен он сам и есть.

"Кто он? - Анвар-эфенди.

Здравствуйте Лаврентий Аркадьевич!

- Фандорин? Здравствуйте Эраст Петрович!

Вы болван Казан-зан-занзаки! - Заки!

- Сынок открой. Шевелись!

Войска в Плевну высланы?

Вот приказ. Я желал убедиться, что это Вы.

- Только я Вас умоляю, ради бога быстрее

Немедленно зашифровать. В штаб Криденера полевым телеграфом.

Слушаюсь!

А говорили, убит в Сербии!

Дай-ка я Вас...

Яблоков! Зашифровать! Срочно!

- Да, кстати, к вам там... - Что?

Невеста... Да, ничего... Исполняйте.

исполняйте, Яблоков. Срочно!

- Что Вы возитесь? - Шифрограмма 3456.

- В каком вы состоянии теперь? Мне бы хотелось принести Вам свои глубочайшие...

- Ужасно рад Вас видеть. - Если бы Вы знали, как мне Вас не хватало.

Служить можете? Я на Вас не рутину хочу повесить.

Дело Азазели помните? Там промелькнул некий Анвар-эфенди.

Веренное лицо султана. - Помню.

В карете помню.

- Вы его видели?

"Нет. Жаль, жаль.

Хуже всего то, что мы не располагаем даже словесным его портретом.

Разведка сообщает, что Анвар-эфенди отправился в действующую армию

с особым заданием. Теперь благодаря Вам мы знаем с каким именно.

Знаете, Фандорин,

у меня какое-то нехорошее предчувствие.

Уж больно гладко началась эта война.

Яблоков!

Лунц!

Яблоков, Вам тут записка.

Боже мой, Варенька.

Лунц!

- Лично, прибыл в театр военных действий - это раз. Мастер тайных операций - это два.

Великолепно знает русский язык - это три. Напрашивается. Надо ждать Анвара-эфенди в гости.

- Узнаю прежнего Фандорина.

Ато Вы голубчик какой-то замороженный стали.

Будьте здоровы, Варвара Андревна.

- Кто это? - Госпожа Суворова.

Прибыла в действующую армию кжениху.М-маскарадным образом.

Здравствуйте.

К какому еще жениху.

Что Вы слышали, сударыня?

Разумеется все. Но это же совершенно секретные сведения.

Прошу меня извинить, но в целях государственной безопасности

до конца компании, Вам прийдется посидете в карантине.

Но я даже не повидалась с Петей...

С Петей после войны повидаетесь! Дежурный!

Я думаю, достаточно будет взять с нее честное слово.

Честное слово, ни кому не скажу!

- Под мою ответственность. - Мы не можем рисковать.

И можно ли доверять девчонке, касса длина, да ум короток.

Про ум - это низко.

Лаврентий Аркадич мне нужен помощник или помощница. Все равно.

- Ну, как знаете. Была 6 хорошенькая.

- В третьем отделении служить не стану. Это противоречит моим убеждениям.

- Так! В карантин. Конвой!

- Согласна!

- Очень сожалею, но Вам дали списать сообщение по-русски. У нас проблема с переводчиком.

- Простите господа! У нас срочная депеша. Извините! Срочная депеша. Господа!

- А Вы оказывается из тайной полиции! А прикидывался романтическим героем.

Только не думайте, что я буду помогать Вам в ваших делишках.

- Мне собственно не нужна Ваша помощь.

Я всего лишь хотел, чтоб у Вас была возможность остаться в лагере на законных основаниях.

- Скажите какое благородство! В пердремесле.

- Что дурного в моем ремесле? - Душить свободу.

- Да никого я не душу. Я защищаю интересы России.

Иначе, милая Варвара Андревна, явно как-то по-лакеевски выходит.

Жить, как в чужом доме у барыни, да еще за глаза крыть ее по чем зря.

Довольно! Я подставил другую щеку, но т-т-т..м-м-М.

Прощайте, м-мадмуазель!

Защищать страну и защищать преступное государство не одно и тоже!

Не чего ответить?

Варя!

Варенька!

Я знал, что ты приедешь.

ОЙ, да на кого ты похож! Мальбрук в поход собрался.

- Аты... Ты просто вылитый Гавтош!

И кругосветный путь не выдержит сравнений

стем путешествием, где мы с тобой вдвоем.

В любви я близок к поклоненью, лишь там, где ты мой дом.

- Варя увидимся вечером в Журналистском клубе. Там весело!

Петя, а у меня...

язнал, что ты приедешь!

Я, представляешь, деньги. Петя, а где помыться можно?

- Эх! Звезды-то. Буд-то намалевал кто.

- Это мы, по земному яблоку вверх скорабкамши, оттого к небу ближе.

- Что же это? Кто ближе нас к небу живет? А, Ваше благородие?

- Да, нет братцы. Мы на юг шли. Стало быть книзу. Россия она северная.

После нее никого нет. Говорят, из города Мурома до неба дочихнуть можно.

Там даже вот райский свет увидеть можно. Северное сияние называется.

Амы здесь торчим. И кому эта дыра нужна?

Ну, ладно отдыхайте. Пойду посты проверю.

- А локоток по-вашему как? - Лакат.

- Красиво. А это вот? - Коляно.

- Тоже красиво.

- А лагайкой по наглой роже, тоже красиво выйдет?

Ну, гляди у меня, кабелина. Если жалоба от населения, под суд отдам!

- Если жалоба, оно конечно, Ваше Благородие.

Только наврятли.

Сменишься, тогда можно. А сейчас гляди у меня!

- Есть глядеть!

- Вояка!

Не связываетесь, проходите.

Румынская аристократия одна из древнейших в Европе.

Вот я, Михай Лукан, потомок римского патриция Лукана Мавриция Тула.

- Семен! Угощайтесь господа.

Увы всего лишь пиво. Черт бы побрал ваш сухой закон.

В румынских войсках этаких глупостей не заведено.

- Ваше превосходительство, а разрешите я с вами останусь?

Турки совершенно безнравственные!

Ну, что такое гарем? Гадость! Неприличие.

- Пожалуйста. - Да! Я совершенно с вами согласен.

- Ваше превосходительство ей богу не пожалеете. Верой и правдой.

- Ты это, перепелкин, отстань. Служи себе в штабе. На что ты мне?

- Пешка, Ф-4.

- Ведь это же мат.

- А что же Вы думали, а?

Поздравляю Мишель, с самостоятельным командованием.

Хоть отряд не большой, а все же сам себе начальник.

- Посчитал бы высшим счастьем рану на поле брани, только бы коснулись ваши милосердные ручки.

- Лазарет, слава богу пуст. Дай господь, чтобы и дальше так было.

- Вы святая! Вы, просто, святая!

Ну, ижабы!

- На безрыбье и жаба лаборданс. - Ничего, господа.

- Ваше благородие, ну я с вами хочу! - Милости прошу всех в Бухарест.

Господа! Это моя невеста.

В России таких не видывали.

Варвара Андревна.

Гасите лампы, они нам больше не понадобятся.

Взошло солнце.

Слон на Ф-4.

Что, не ждали, Харди?

Позвольте представиться. Полковник румынской армии Лукан.

Варя. Что Вы, я не архиерей, чтоб мне руки целовать.

- Здравствуйте генерал. - Черт побери! Это Вы?

Вы?

- Господин д'Эвре, Вы что же, меня не узнаете?

- Струдом мадам. Вы нравились мне и мальчиком,

но в этом платье...

Тут при санитарном отряде недурная портниха шьет на продажу.

- Господин генерал! - Да подожди ты! Господа минуту.

- Мы с Варварой... - Андревной.

Без Вас помню, что Андревной... старые знакомые.

Позвольте пригласить Вас в лагерь румынских войск.

Там гораздо интереснее, чем здесь.

- Господин д'Эвре, я хотела вернуть вам вот это.

- Мадмуазель, я был бы счастлив, если 6 Вы называли меня

- просто Шарль. - Аменя - просто Мишель.

Ваше превосходительство, Вам тоже свой штаб понадобиться.

- Да не я тебя спас. Тебя спасли казаки.

Ваше превосходительство, ну какже я...

Черт с тобой, пиши рапорт.

Варвара Андревна, Вы уж извините, в тот раз я не смог

‘уделить Вам должного внимания. Горячка боя...

- Мадмуазель! А не жалаете ли Сельтерской? А шампанское увы закончилось.

- Ну, как, Ваше благородие, тихо? - Да, все впорядке. Спи.

Площадь окружена. И сдать оружие!

- Не надо братцы!

- Тревога!В ружье!

- Сенсация, господа! Криденер взял Никополь!

Как Никополь? - Шесть тысяч пленных.

- Как Никополь? Вы хотели сказать Плевну?

- Нет, Никополь. Я первый на телеграф, господа. Уже занял.

Семен! Карту!

Срочно депешу в штаб румынских войск,

Расстояние от Никополя до Плевны не маленькое.

- Что теперь турки предпримут, хотел бы я знать.

- Вы что, сума сошли? Уберите руки!

Эраст Петрович, что же это? Скажите им!

- Какие у Вас основания?

- В шифровке, составленной Яблоковым, заменено одно слово.

Вместо "Плевна" "Никополь". Вот Криденер и направился в Никополь.

А передовые отряды Осман-паши заняли пустую Плевну.

- Что? Осман занял Плевну? - Такточно.

- И навис над нашими тылами. Вот отчаянная бошка. А!

Ну, что ж господа, теперь начинается настоящая война.

- Увезти!

- Господа! Господа, что же это?

- Стойте! Куда вы его? - В тюрьму.

Вероятно будет военный трибунал. Трибунал?

"Клянусь я писал все правильно!

Вообще не понимаю, как в шестизначная группа цифр "Плевна"

превратилась в восьмизначную - “Никополь”.

это мистика какая-то!

- Оставьте мистику для столичных институток.

- Где обучались шифрованию? - В Петербурге...

- Яблоков! Вы отлучались из шифровального отделения?

"Нет.

- Петя. Ты отлучался куда-нибудь из отделения?

- Нет! Это строжайше запрещено.

- Ступайте сударыня. Ступайте. Жениху вашему угрожает виселица.

Это наверное. Если покаится есть шанс. Пожизненная каторга.

- Где обучались шифровальному делу?

- А, господин титулярный советник!

Из-за Вас моя полусотня... Я в штаб.

Если не пустят - сам пойду.

- В Плевну собрался, бедовый. В разведку. Где это видано генералы в разведку?

За своих стуркой поквитаться хочет.

- Эраст Петрович! - Опять попадет!

Эраст Петрович! Где вы ходите?

Вы слышали? Нужно бежать, нужно поймать Анвара!

- Ну, пойдемте скорее. - Извините, Варвара Андревна, мне нужно подумать.

Подумать? Но пока Вы будите морщить свой лоб...

Ану Вас! Я сама придумаю, как тебя спасти, Петечка мой родной.

- Господин д'Эв...

Что здесь происходит господа?

- Мадмуазель. Тоже поднимается со звуками горна?

- Я требую объяснений господин д'Эвре.

"Профессиональные тонкости. Позвольте взглянуть.

- Таинственый эмиссар турецкого султана.

- Маклафин за два дня завелся сетью информаторов.

- Вчера в Плевну, соблюдая строжайшую секретность прибыл эмисар турецкого трона.

Ни имени, ни звания его не известны. Очевидцы смогли разглять цвет его синих очков.

Это он. "Кто он?

- Анвар. Значит он в Плевне. Сначало поклянитесь, что

этого больше никогда не повторится.

- Мадмуазель. Клянусь сиянием. ваших очаровательных глаз.

- Нужно немедленно сообщить Фандорину. Нет. Опять думать начнет.

- Всех, кто мог услышать вас, когда вы говорили Соболеву про Плевну,

всех, кто мог хотя бы догадаться о сути вашего донесения

всех в список подозреваемых. И казаков, и господ журналистов.

- И Казанзаки? - Всех, даже меня.

- Для проработки такого количества личностей потребуется несколько месяцев.

- Что вы предлагаете? - С вашего позволения.

Я изложил здесь свои соображения. Если они покажутся вам разумными...

Анвар - игрок. Я думаю он неудержится, даже если догадается, что это ответный ход.

- А что интересно.

Евгений Васильевич, ознакомтесь.

Ну, что ж, Эраст Петрович, ступайте. И ради бога будьте осторожны.

Анвару вы известны. Не исключена возможность, что он захочет от вас избавиться.

Так, что возьмите вот это.

- Это мне? - Да, вам!

Ну, сбогом!

Ну, итак секретная депеша в штаб. Пишите.

- Нужно поймать этого Анвара. Понимаете? Уменя кроме вас больше никого.

Милый Шарль, я знаю, вы человек действия. Придумайте, что-нибудь как его найти.

Можно взглянуть на шифрограмму 3456с?

Уничтожена, согласно инструкции военного времени.

- Кто принес записано? - Конечно, как обычно.

Вот. Вольноопределяющийся Лунц.

- Послушайте! А что если нам пробраться в Плевну посмотреть на турок, а?

Вы корреспондент нейтральной державы, васне тронут согласно Женевской конвенции.

Аясвами, ваша спутница.

Какая блестящая идея. Корреспондент по обе стороны фронта.

Но как мы обойдем русские аванпосты? - Как-нибудь.

- Но это опасно. Могут запросто подстрелить.

- Вы, что боитесь? - Вы уже слышали?

- О чем? - Как!

Мы сегодня отправляемся с генералом. на разведку. В Плевну.

Капитан! - Живей, ребята! Живей.

- У вас новое ранение? - Да, чиркнуло слегка.

- Его благородие с лошадки упали. Известно, кони казацкие, не штабного воспитания.

- Молчи, дурак!

- Это у вас капитан седло неправильное. Тут лучше всего английское.

Будите сидеть, как приклеянный. - А где же я его возьму? Английское!

- У меня есть. Хотите? - Дорого?

- Для вас бесплатно. - Это еще зачем?

- Жить вам сударыня надоело? Вообщем дело ваше.

Сейчас не смогу. Встретимся в пять у реки. Седло хорошо бы вперед.

- Так ресивер засорился. - Какой ресивер? Ничего не знаю.

- Варя? - Здравствуйте Митенька!

- Здравствуйте Варвара Андревна.

- Познакомтесь Шарль, это Митенька Гриднев, мой друг. Он инженер.

- Ая ведь знал, что мы с вами встретимся.

- Это и есть ваша Монстра? - Она.

- Лунц! - Я!

Что у Вас за вид?

То темные очки, то черт знает что? Снять это!

Господин унтер-офицер, у меня

слизистая оболочка очень чувствительное. солнце. Мне лекарь дозволил.

Здесь армия, а не инвалидный дом, господин вольноопределяющий.

Привести себя в порядок! Есть!

- Я здесь!

Истомился весь.

- Да разве можно быть таким жестоким?

- А деньги-то принес?

- Ага принес.

- Деньги, деньги! Слушай давай потом про деньги. А?

Ну, что ты? - Ничего.

- Иди ко мне! Поцелуй меня. - Вот еще! Опять потом.

Черт!

- Умоляю, не погубите! Проклятая слабость!

- Черт бы Вас побрал, Лунц, с Вашей слабостью!

- Сколько времени зря! В армии бардель.

Не выдавайте... ведь это военно-полевой суд...

Меня не интерисуют Ваши интимности! Конспиратор!

- Шифровка 3456с. Помните? - Нет.

- Вчерашняя. Шифровальщик Яблоков! - Да не помню их столько!

- В три часа по полудни! - Да, помню. Сверхсрочная.

- Кто Вам ее вручил? - Яблоков.

Вы отнесли ее прямо на телеграф никуда по дороге не заходили?

- Да вручил. Доставил. Да в чем собственно дело?

- А Яблоков отлучался? - Я не знаю.

- Хотя да. Отлучался. Ему записка была. Я передал, и он убегал ненадолго.

Кнему невеста приехала.

- Лунц! Кто Вам дал эту записку?

Кто дал Вам записку?

Имя! Назовите имя!

Не знаю...

Вы его прежде видели?

- Где Вы его видели? - В клу...

в Журналистском?

- Прошу прощения! - Ну, наконец-то!

- Это все Перепелкин! Не человек, а 33 несчастья.

Чистил револьвер и умудрился отстрелить себе полпальца.

Какая прелесная амазонка. - Мерси.

Невероятно. Ни одного дозора.

Наслышан про восточную безалаберность, но это уже слишком!

Ну, что в Плевну?

- Вы не испугались? - Нисколечко!

- А вот и первый турок.

- Слава богу не башибузук.

- Сейчас. Отведите нас к командиру.

- Ох, сударыня, счастливая мысль пожаловать ко мне с визитом.

Но что за дело прекрасной женщине до мужских раздоров?

Вы не представляете, дорогой Измаил-бей,

как скучно в русском лагере.

Позволю себе не поверить.

Если бы нашу армию сопровождали такие красавицы,

то война была бы настоящим праздником.

Ничего, скоро эта глупая заваруха закончится. Я снова наведуюсь в прекрасную Францию.

И может быть мы встретимся где-нибудь на Елисейвских полях.

Кстати, как там мое любимое кафе, "Прокоп"?

Все еще на месте?

- Ну,а что же с ним будет?

Почему Вы уверены, что Война скоро закончится?

удивляюсь, как это русские не вышибли меня из Плевны.

Разве корпус Османа-паши не здесь?

Вы видите здесь корпус?

Нет. Осман-паша подойдет к вечеру.

У меня всего одна рота. Да и та - ополченцев.

- Слава Алаху, русские тоже ленивы. Это война двух ленивцев.

Так и напишите в свою газету.

- Ваши ополченцы выглядят очень браво.

- Да, что Вы. Это охрана Анвара-эфенди.

Кого?

- Большой человек из самого Стамбула.

Странный господин.

Исчезнет куда-то, потом снова появится.

- Шарли! Мы должны его захватить. - Но я лишь журналист.

- Нуи черт с вами, я сама.

Благодарю Вас за кофе и пахлаву. Мне пора.

Авы, милый друг, можете погостить еще.

- Не вздумайте!

- Возвращайтесь к Фандорину, уменя есть револьвер.

Это очень опасно. Лагерь русских там!

Мсье Эфенди!

Мсье Эфенди! Погодите же!

Ну погодите же!

- Стой! Стой!

Стреляйте, Вы же мастер.

И не подумаю! И далеко.

Сдавайся, негодяй!

Вставайте!

Вставайте же!

Вставайте же!

Ах так. Шарль, стреляйте в него!

- Он мне ничего не сделал! - Он же враг!

- Русским, но не французам!

- Дайте Ваш пистолет! - Нет.

Не стрелять! Заденете. Анвара-эфенди.

Бежим! Бежим!

- Ружье!

Дурацкая мода!

- Отступать!

Маневр!

За мной!

Варвара Андревна, садитесь скорей!

А вот разведку, Варвара Андревна, Вы мне нечисто сорвали!

- Фандорина! Не волнуйтесь. Вернут вам вашу Плевну.

- Орех-то пустой. - митроха придержи!

- Ни в коем случае, Митроха!. Потдать!

- Варвара Андревна, давление! - Ну, Митенька!

Господа, господа сию минуту. Все будет исправлено.

- Все будет исправлено! - Да отстаньте с Вашей кастрюлей!

Не стоит так относится ктехническому прогрессу.

- Видела я Анвара! - Видели?

- Чуть не сцапали, - Где Вы его видели?

В Плевне. Мы ему плечо прострелили.

А нынче ночью возьмем в плен! Правда, Мишель?

Вас, назовут русской Жанной д'Арк!

Мой дорогой Шарль, корреспондент

никогда не может брать на себя роль шпиона.

Мы возьмем Анвара, и Петю отпустят.

- Как бы узнать подробности?

- Из завтрашней сводки узнаете!

Как же Вы деградировали!.

Зато Вы чудесно в-выглядите.

- Я, госпдин филер, делом занимаюсь. Ане на крыше загораю.

Варваре Андревне Суворовой... Ура!

- Ура! Ура!

- Напридумывал, умник! Приманка. Может и вправду Анвар клюнет.

Медузов! На оба глаза.

Он шел за вами через весь лагерь, да еще версту по холмам.

И вы его не заметили.

- Я думаю он следил за Лунцем, ане за мной.

- А вы? Да, что с вами, Эраст Петрович? Я вас не узнаю.

Этот Анвар переигрывает нас снова и снова.

- Он осторожен и очень умен.

„Теперь он точно вас убьет.

А может быть вы этого добиваетесь? Затем и воевать пошли.

И прекатили себе невесту взаменой той, смерть с косой!

Вы мне нужны живой и не потресканный.

Такие вот медальончики могут в сырую землю утянуть.

Простите.

- Разрешите обратиться? - Его план, ему и докладывай.

- Отобран отряд пластунов. Сидят в секретах посменно.

Желаете взглянуть?

- Люди надежные? - В бою не подводили!

- Тихо ребята! Тихо!. Я появлюсь после полуночи.

Вы тут не спите.

- Секретное оружие - это жирная приманка. Я так думаю.

- Можно, чтобы к вечеру охраны совсем не было?

- Слушаюсь!

И кто бы не появился, брать только, когда в сарай залезет.

- Слышали? - Так точно ваше благородие!

- Брать надо тихо. итолько живым.

Пружинная, стремя многозарядными орудиями

сбрасывается с воздушного шара,

опускается на землю,

и скачет по вражеским буеракам.

Машина с беспрецедентной разрушительной силой.

С инженерной точки зрения - глупость прапорщик.

- Ц-2, Ц-4.

- А я господа слышал, что это новая царь пушка.

Калибр 987. Прицельный огонь ведется на 14 верст.

- Пружинит царь пушка?

- Шеймос! Как вам заголовок? “Пушка-попрыгушка"!

- Все шутите? Надо как-нибудь на нее взглянуть.

- Ну, а что проще? Сходите и посмотрите.

Там два новобранца в карауле.

- Глупости!

- Четыре кольца охраны. Человек 250. Сам видел.

- Правильно. А после полудня прибыло порученице штаба их всех на марш.

Наступление сегодня. Слон бьет пешку на Ц-4.

- Потому что охрана имеет приказ, стрелять безпредупреждения.

Лунц сказал, что видел его в Журналистском к-клубе.

Испанский рисовальщик... Итальянский корреспондент.

Кто мог слышать про Плевну?

- Говорите.

- Нужно немедленно занять Плевну.

Туда движется корпус Османа-паши.

Да нет, это не возможно.

Не возможно.

Началось.

Варвара Андревна, примите мои восхищения.

- А здесь весело.

- Ротмистр, граф Зуров. Мне сказали, господа, что здесь бывает

мой давний приятель Эраст Фандорин. - Ипполит! Какими судьбами?

- Чтоб мне провалится!

Ая слыхал, тебя турки живьем сварили!

Подурнел ты, братец. Не узнать. Что такое?

Виски для импозантности подкрашиваешь?

Побросала нас с тобой судьба

Про мои приключения тут рассказ тет-а-тет,

Ибо не для дамских ушей

Ипполит Зуров. Ну а финал известный: один одинешенек,

без гроша и с вдребезги разбитым. сердцем.

Кто бы мог подумать, заикаешься? Кантузия? Ерунда, пройдет.

У меня под Какандом, взрывной волной так приложило, месяц зубами квацал.

Стаканом в рот не попадал. А потом ничего, отпустило.

Моя бригада в России осталась, ая вот выпросился повоевать.

Ищу местечко потеплее, всмысле пожарче.

Как, ваше превосходительство, найдешь ты мне вакансию?

- Для такого-то молодца. - Благодарю вас!

А, кстати, господа! Не заложить ли нам банчишко?

что вы все по углам и в шахматы?

право слово, прям как-то не по- русски.

Тебя, Эразм, не приглашаю. Тебе черт ворожит.

- Ну, разве что по-маленькой? Полковник Лукан.

Для укрепления боевого товарищества.

Именно для укрепления и исключительно по-маленькой.

Заход по сотенке.. Ну, кто еще, господа?

Я вижу, Вы желаете?

Я на раздаче?

Был пресс-клуб, остался какой-то притон.

- Маклафин?!

А что делал Маклафлин, когда я говорил Соболеву про Плевну?

Нужно немедленно занять Плевну.

Туда движется корпус Османа-паши.

Маклафлин слышал. Мог.

- Господа! Ну, что за дрянь вы пьете?

Семен. Ты официант пресс-клуба?

- Так точно ваше сиятельство! Только Селифанс.

Ты что же, братец, Ипполита Зурова будешь аранджаном поить?

- Ха-ха! Давно бы так!

- Атеперь, милая парочка встали и за мной.

- Что? Только тихо. Нам скандал не нужен.

Потому что поверили, что турок в Плевне горстка. Вступали тремя полками.

И напоролись на весь корпус Османа-паши.

- Может быть Осман подошел быстрее, чем предпологалось.

- Нет. Интересная вы особа, госпожа Суворова.

Сначало ваш женишок подменил депешу, но а нынешний фокус еще эффектнее.

- Ая полагаю, что штаб принимал решение, основываясь на сведениях

более компетентных разведчиков.

- Я не сомневаюсь, но мы должны проверить все версии.

- Где Шарль? Что он?

- Благородно берет всю вину на себя. Прекрасно знает, что ему

за это ничего не будет, как иностранцу. А, я бы его повесил.

На плацу, чтоб другим не повадно было.

Перестаньте запугивать женщину. Это не достойно офицера.

- Да вот поучите меня еще, поучите. Генеральский любимчик.

Это ваша помощница, ваша фурсетка, заманила войска в засаду.

- Если бы вы оскарбили меня, пощечены было довольно.

Но оскарбили Варвару Андревну иза это мы будем стреляться.

- В военное время дуэли запрещены.

- Закон чести выши.

- Такого закона нет. В российских вложениях.

- А, жаль!

- Мне тоже.

- Эраст Петрович. Вот! - Простите?!

- Бейте. Я вас тогда два раза ударила. Будем квиты.

- Пожалуй не с-стоит, после того какя касался физиономии господина подполковника.

- Прощена?

Совсем, совсем?

Тогда нам надо в Плевну за Анваром!

- Я не верю, что Анвар в Плевне - это раз. В Плевну не добраться, а разве только на крыльях.

Это два. И я в любом случае не хочу рисковать вашей жизнью - это три.

- Надо что-то делать, яне могу сидеть сложа руки.

- Воти отлично, отправляйтесь в клуб. Заметите, что-то подозрительное

или необычное, скажите мне.

- Авы? - Ая устал, должен выспаться.

- Мог ли слышать Эвре, когда я говорил про Плевну?

- Говорите.

- Нужно немедленно занять Плевну.

Туда движется корпус Османа-паши.

- Эвре слышал, мог.

- Хорош герой. То загарает, то спать ложится.

Экое бельвю, мадмуазель,

природа.

Кстати, мадмуазель, не желаете ли пари?

Вот, если я угадаю.

того, кто первым выйдет из этого шатра,

Вы мне подарите поцелуй.

не угадаю - обрею голову наголо, как башибузук.

Честное гусарское! Ну, решайтесь!

УВас риск минимальный: там в шатре человек тридцать!

И кто?

"Ну, кто?

Полковник Саблин. Нет. Нет.

Маклафлин. Нет.

Буфетчик Семен. Вот кто.

Простите.

Это чудо!

- Ох дождя 6 не было бы!

- Это чудо, это знак свыше!

- Я вот Вам сейчас как залеплю пощечину!

Правду говорят, нечисто Вы играете!

- Мадмуазель, я перед Вами чист, как эта луна.

- ОЙ! Что это? - Где?

Это воздушный шар для корректировки артиллерийского огня.

Воздушный шар - ведь это же такпросто.

Подзорная труба, ивсе как на ладони!

зачем я об артиллерийском огне...

- Эраст Петрович!

- Эраст Петрович!

- Эраст Петрович!

Кто здесь?

Эраст Петрович. К вам можно?

- Проспал? - Вы у себя, Эраст Петрович?

Действительно совсем деградировал.

- Уже можно войти?

- Сейчас, сейчас.

- Да скорей же. Пудретись вы там чтоли? - Щас.

Все! Прошу!

- Ну, и безпорядок. Вы говорили, что в Плевну можно попасть только на крыльях? Есть крылья.

, -Да. Куда вы?

- Спасибо. Мне нужно прогуляться.

Спокойной ночи, Варвара Андревна!.

- Лаврентий Аркадьевич, как вы здесь?

- Ваша правда, клюнул. Знаете у меня с детства переутраты - зуд начинается, как сейчас.

Два час вокруг да около. Держите. Онтам не один.

- Дело у него. А у меня не дело? Говорят можно попасть в Плевну даже лучше, чем на крыльях.

А он... Эраст Петрович?

Эраст Петрович это вы? Ах вот вы где!

Эраст Петрович вы не смеете!

Куда же он пропал?

А где охрана?

- Полез, полез.

Никому не с места, девку погубим.

- Осел! Это я осел?

- Сидеть! Ты куда?

Вперед сынки! Турки окружают!

За подмогой надо послать в лагерь!

- Эраст Петрович.

- Быстрей!

- Что происходит?

- Прыгайте в корзину, быстрей!

- Эраст Петрович, скорее!

- А почему они не стреляют? - Не хотят привлекать внимание.

- Ну, так давайте мы привлечем. - Нельзя. Нужно подняться повыше.

- О, бинокль. Восемнадцатикратный?

- Да.

Можно не только дом Анвара, но и самого Анвара разглядеть,

- Славный ветерок.

- Боже мой, что это?

- Лови братцы! Турки на шаре тикают.

- Это турки? - Пока нет.

Не стрелять! Отставить! Там Фандорин.

Быстро в лагерь трубить тревогу. И за шаром. Быстро!

Фандорин!

- А вот, а вот это уже турки.

Турки! Значит, хорошо будет видна их диспозиция.

- Позвольте мне - Вон редут, незаконченный с восточной стороны.

Между холмами ничего нет А вон пикеты...

- В конце концов это просто опасно! - Ну, хорошо: один Вам, один мне.

Варя? Что за тон.

Нас несет к туркам!

Мамочка! Боженька спаси нас!

Митенька! Митя дорогой, спасите нас!

- Варвара Андревна держитесь!

- Нас несет к туркам!

- Митроха! За мной!

- Варвара Андревна, держитесь!

Сейчас, сейчас,

Карабкайтесь по мне.

- Митроха! Полный вперед!

- Господи, куда же он?

Авы хам, милостивый государь, хам!

Сделайте что-нибудь!

Ине смейте меня хватать так бесцеремонно!

- Варвара Андревна, д-держитесь крепче.

- Митя! Митинька!.

- Митроха! Полный назад!

Митя!

- Мама! Господи! Мне страшно!

- Держитесь, Варвара Андревна!

- О боже, Эраст Петрович!

- Вот он. Вот он! - Кто?

- Не смотрите на меня, прошу Вас, не смотрите.

- Там дом Анвара.

- Ну, слава богу! Яужине чаял.

- Прикажите, пожалуйста, солдатам отвернуться.

- Кругом!

- Здесь две батареи.

Здесь редут, не законченный с восточной стороны.

Вот между этими двумя холмами вообще ничего нет,

только пикеты.

Длинная узкая лощина

она ведет прямо в город, прямо к городским окраинам.

- Просто ключ к Плевне.

Ведь было темно. Вы уверены? - Абсолютно, я все видел.

- Да, хорошо бы на этот раз без русского авося произвести демонстрацию не с фронта,

аударить стыла.

Но главное, главное абсолютная секретность.

Я немедленно буду просить награды для Вас и Суворовой.

- Лучше освободите ее жениха.

Это будет большой для нее наградой.

Вы же знаете, Яблоков не п-предатель.

- Знаю, но преступная халатность не многим лучше измены.

- Лаврентий Аркадьевич!

Эти сведения мы получили благодаря госпоже Суворовой.

Вот мы с Вами чай пьем,

а она сейчас на з-задании.

- Все, господа, я первый.

- Первый ты первый... За молоком тебя только посылать.

Ну и ординарца Вы мне подсунули, Варвара Андревна.

Эй, Перепелкин! - Мушка сбилась, Ваше превосходительство!

- Сам ты мушка ‚ позоришь ты меня и всю соболевскую бригаду.

Вот. Учитесь.

- Господа! Победа за мной.

- А чем же моя дубльвэ хуже?

- Ая настаиваю, что Варенькин вензель, выглядит именно так.

Но впрочем в знак примерения... - Господа! Горлышко смочить?

- я подготовил всем подарки. Именные фляги.

Золотой вензель. Эразм зараза не приехал. Е.П.-Еремей Перепелкин.

М.С.-Ваше превосходительство. Прошу.

- Семен! Шампанское!

- Зачем, зачем? Я припас прелестный крепкий ром...

- Полдюжины давай, я плачу.

- Лука! Ты прям, как Монте Кристо. Который день продуваешься, а денег меньше не становится.

- Наш род - богатейший в Румынии. Ну, так как богиня? Кому приз?

С кем поедите на пикник? Граф Зуров не в счет, господин журналист перекосил.

- Почему это я не в счет? - Я передумала.

Что мне лучший стрелок. Мы не на охоте, я не утка.

И потом с одним я на пикник не поеду у меня жених.

С двумя еще куда ни шло.

Знаю! Рыцарский турнир. Конный бой.

Как это?

- Как гимназисты - один рыцарь, другой конь. С победившей парой еду на пикник.

- Я не понимаю.

- Что тут не понять! Перепелкин под седло.

- Так Шарль. Бросаем жребий. Чур мой орел.

- Это долой.

- Можно!

- Ура! - Ура!

- Давай дави их! - Братец давай!

Готов! - Что! Двое на одного!

- Варенька! Варя!

- Тебя отпустили? - Не совсем.

Ночевать буду на гауптвахте. А днем - в штабе.

Ачто это они? - Ничего, так надо!

Я на минуточку. Меня отпустили под честное слово.

- Прости. Ну все. - Ну, слава богу.

Сегодня тоже тебе горяченьких пирожков принесу.

Теперь все как-нибудь устроится.

- Не подходи Перепелкин. Не прощен.

- Вперед!

- Э! Это против правил!

- Ура! Ура!

- Ура! Виктория!

- Пикник наш.

- Господа! За такие вещи на дуэль вызывают!

- Шампанское! - Ура! Варвара Андревна!

Мы победили!

- Жаль мальчик не смог. Начинается штурм. Он должен быть на диспозиции.

- Признайтесь полковник Вы знали о времени штурма. Поэтому выбрали Митеньку в напарники?

- Я многое знаю.

Румынский принц Карл

получил секретную диспозицию

и, разумеется, спросил моего мнения.

Это второй батальон костромского полка.

Участвует в обходном маневре.

- Мадам, мы только в Плевну и обратно.

- Мадмуазель, дождитесь нас.

- Хорошо. Шампанское будет вас ждать.

- Егоров! Тебе бы такую мамзель! - Не! Ему с туркой интереснее.

- Стройся! - Первая рота! Стройся!

- Совершенный идиотизм! - Почему?

- Я сказал Карлу: "Ваше высочество,

диспозиция дурна. Штурм будет провален".

Его высочество меня послушал

и румынские войска в сегодняшнем, деле не участвуют.

- Вам же хуже. Останетесь без славы.

- Дайте срок, мадмуазель.

- Веселей, братцы, веселей!

Турок нас не ждет!

Мы ему как снег на голову!

- Стоять! Стоять!

Шрапнель!

С ружей не палить!

Молодцами у меня!

Держать строй!

- Касатики! Не подведи!

Сомкнуть ряды!

Берегись!

- Расстреляли все три колонны,

как на ученьях,

квадратом.

И даже подойти не успели.

- Ну не плач, уйди

пей.

В клубе Лукана за болвана держат. Прекрати! Прекрати!

Ему румынский принц диспозицию показывал забери ее, успокой...

Лукан сказал, что ничего не выйдет...

- Лукан сказал?

- Вы сами слышали? - Да.

- Ах, вот что... это меняет

- Что меняет?

Что меняет? А? Ну, правда?

Что за манера сказать "а" и не говорить "6"!

- Это, Варвара Андревна, измена.

- Какая измена?

- Итак, полковник Лукан,

не самого большого ума м-мужчина,

один из всех предсказывает русской армии поражение - это раз.

С диспозицией он ознакомлен - это два.

Успех операции зависел от обходного маневра - это три.

Наши вошли в лощину и попали под ураганный обстрел

одновременно на трех участках - это четыре.

Вывод?

Турки знали, когда и куда стрелять.

- Вот что, Варвара Андревна, я вынужден просить Вас о п-помощи.

- Да я что угодно!

- Задание не из приятных.

Принц Карли его свита выезжает в Букарешт на дни затишья.

Я хотел, чтобы Вы тоже отправляйтесь в румынскую столицу, ну. р-развеяться.

Постарайтесь разобраться, что за птица этот Лукан.

Он непременно распустит перед Вами перья.

Вы молодая, п-привлекательная особа...

- Я не верю своим ушам. Комплимент?

Еще такой изысканный: "п- привлекательная особа".

Я слышал, что ваша компания из клуба тоже едет. Весьма кстати, а тем временем

я поработаю с-с... другой версией.

- Это Гранд-Отель - лучшая гостиница. Я всегда останавливаюсь здесь

проездом из имения.

Город переполнен военными, но как видите для Михаэля Лукана два номера нашлось.

Мое пристанище за этой дверью. Разумеется всегда будет открыто для Вас.

Как открыто мое сердце.

- Вы образец галантности. Акак же наши?

- Ну, ничего как-нибудь устроятся. Вечером встречаемся в здешнем ресторане.

Он не хуже парижских. Можете мне поверить.

- У нас нет ниодного доказательства. - А вот Казанзаки, которому вы

изволили съездить по физиономии! Да, да. Я все знаю. Он написал рапорт.

Субьект мало приятный, но дело свое знает, Вот он произвел обыск в шатре у полковника Лукана

иесть результат.

- Переполошили румынских союзников, того и гляди прискачут.

- Где вы это нашли? - В матрасе.

Господин генерал. Тайник детский. Совсем нас за дураков держат.

- Простите, а что вы нашли?

- Подполковник. Во время войны личные обиды в сторону. Одному делу служам.

Объясните господину Фандорину.

- Слушаюсь! Вот деньги турецкие, английские. Документ, подписанный султаном.

Любой подданный, всякого звания обязан подателю сего оказывать полное безусловное содействие.

Господин генерал, эксперты проверили подпись, печать подлинная. Будем брать?

- Нет. Будем работать. Установим слежку.

Выявим контакты.

- Разрешите отлучиться на время, Лаврентий Аркадьевич? - Куда? Зачем?

Необходимо отправить телеграмму госпоже Суворовой.

Она не знает насколько может быть опасен этот человек.

Может н-наломать дров.

- Разрешаю!.

- Ваш жених - милый юноша. - Вы полагаете?

- Наверняка будет Вам отличным мужем. - О! Благодарю Вас. Вы очень любезны.

Смоей стороны было бы преступлением

покушаться на Ваши метромориальные чувства.

- Что?

- Ну, легкое предсвадебное увлечение.

Просто для того, чтоб ощутить себя женщиной.

- Я надеюсь, Вы меня понимаете?

- Ну... не совсем, я. Я совсем запыхалась.

Мне нужно привести себя в порядок.

Нет, не провожайте меня. Я скоро.

- Официант, шампанского!

- Карта.

Батарея.

Пусто.

Черт, на французском.

Пианино венское.

Дневник - на румынском...

- Я знал.

Я догадался.

- Правда?

- Уходя, Вы так на меня посмотрели.

Я выждал немного,

чтобы не слишком явно.

Каждая секунда

казалась вечностью.

У меня внутри все клокочет.

Ну, иди же ко мне, чертовка!

Сейчас,

иду...

- Вы не так меня поняли! - Я не так понял?

- Помогите! - Я все понимаю!

© Михаэлем Луканом так не поступают!

Пустите! На помощь!

На помощь!

- Полковник, Вы с ума сошли! - Катитесь к черту!

- Господа! - Раздавлю как таракана!

Дуэль!

- Со всеми сразу? Очень благородно.

Вы можете выбрать. Но помните мерзавцем Вас назвал я.

- Пордон. Но по морде ему дал я.

- Может, позволите выбрать оскорбленной стороне?

- Справедливо.

- Хорошо. Стреляться, так стреляться.

Условие:

дуэль будет только одна.

Стем, кого выберу.

Если останусь жив - никаких повторных вызовов.

- Не бойся, не останешься. - Отлично.

Я выбираю капитана.

- Меня? - Разве не Вы, капитан,

сказали, что я сошел сума, там на лестнице?

Прошу во двор, господа, стреляться.

Маклафлин, будьте моим секундантом.

- Идти к барьерам по команде.

Стрелять, когда угодно,

но после промаха извольте выйти к барьеру.

- Стреляйте сразу. Это Ваш единственный шанс.

Удачи.

"Черт.

Давай!

Бог шельму метит.

- А зачем мы вас только послушали, Маклафлин? Ни черта не видно.

Лучше бы вон на тот холм попросились.

Мы на дороге между центром,

где ставка императора илевым флангом.

Ана левом фланге кто? Майкл Соболев.

Главные события будут именно там, где Майкл.

Мы в правильном месте, господа!

Увидим все первыми.

- Ставлю на турок один к пяти. Браво! Это честно.

- Русские готовились к штурму целый месяц.

Один к четырем. Осман-паша тоже зря времени не терял.

Вон, как укрепился.

- Зря вы меня сюда вытащили.

А что Вам делать в лагере? Анвара-то больше нет.

- Ошибаетесь, - Как так?

- Он жив. - Да, что вы такое говорите?

- Помните, как он подсунул Вам в Плевне ряженного?

Точно так же он подсунул нам Лукана.

- Лукан не изменник?

- Изменник не Анвар, а обычный Иуда, купленный за деньги.

- Зачем ему деньги? Он богач.

- Этот богач впервый день, когда продулся Зурову, волосы на себе рвал.

Да еще и просил денег взаймы - это раз.

Потом начал швыряться деньгами - это два.

Ктому же не больно ли прост тайник в матрасе - это три.

Секретную диспозицию Анвар конечно же получил отЛукана

потом он румынам стал не нужен, даже опасен.

Вот он и подбросил нам улики.

- Все время буд-то вальс танцуете. Раз, два, три. Раз, два, три.

- Прав Казанзаки, этот турок нас за дураков держит.

- Митя. Митенька! - Варвара Андревна!

- Что у Соболева?

- Там такое, такое! Зацепились на окраине города.

Я сдонисением в ставку.

Варвара Андревна, до встречи.

Десять к одному за русских.

Десять? Ладно, на турок.

- Время. Полторы минуты просрочили.

- Мерси!

- Коня! Отряд от Соболева!

- Отброшены! Людей мало! Я за подкреплением!

- Некогда!

- Коня! - Вы куда?

- Туда! - К Соболеву? Но зачем?

- Не знаю.

- Варвара!

Мой черед. Хотите?

- Граф Зуров от Соболева!

Граф Зуров от Соболева!

- Мы в Плевне! Засели в домах.

Вот взяли знамя!

Я за кубанским полком.

Если казаки вовремя подоспеют, сам черт нас от туда не вышибет. Победа!

- Коня! - Я первый на телеграф!

- Коня! - Ротмистр, я с Вами!

- С победой!

Э! Даты чего?

- Ваше величество! Мы прорвались к самому центру!

Я держался два часа против главных сил Османа!

А Вы не соизволили дать одного полка!

Как это понимать? Как это понимать?!

Михаил Дмитриевич, я понимаю твое недовольство,

Если бы я знал, я послал бы весь наш резерв, а не полк.

Но ты сообщил мне слишком поздно.

- Как это поздно? Мой адъютант Зуров прорвался к Вам около шести!

- Ятебя уверяю! - Зурова видели около ставки полшестого.

Я продержался до восьми, потерял две трети своих людей!

Твои люди будут награждены.

Я тебя поздравляю генерал-лейтенантом. Что касается исчезнувшего гонца...

- Ваше величество!

Расследование ведется лучшими сотрудниками.

- Я Вас очень прошу:

все найденные детали, даже мелочи, помечайте флажками.

- Эраст Петрович!

- Сергей Константинович!

- Как буд-то живой, самый живой.

- Продолжать прочесывание! - Продолжаем прочесывание!

- Сударыня. Мешаете работать. Не можете без истерики, идите вон, в кусты, рыдайте там.

- Фу, какая гадость!

- Сюда! Эраст Петрович! Нашел.

- Продолжаем прочесывание!

Не отвлекаться! Не размыкать цепь!

- Двадцать тысяч убитыми. Катастрофа.

- Да, теперь мы под Плевной увязли. Будет осада.

- Вот так Михаил Дмитрич двигался ротмистр Зуров.

Наблюдательный пункт. Ставка.

Минова наблюдательный пункт журналистов он поскакал через поле.

Обзор неважный.

Вот именно здесь на него инапал Казанзаки.

Догнал. Выстрелил.

Граф Зуров был лихой офицер. Он успел ранить Казанзаки в плечо.

Тот смог отъехать еще вот на это расстояние.

Понял, что ему никуда не уйти, и застрелился.

- Ваш Казанзаки, он что, буйно помешанный?

- Казанзаки турецкий агент.

Теперь все сходится.

Сначало он пытался представить шпионом господина Фандорина.

Потом подменил шифровку.

Обыск в шатре полковника Лукана, тоже проводил Казанзаки.

Он же подкинул улики против румына.

Я сознаю всю ответственность. Просил государя об отставке.

Но не получил соизволения.

- Просто дьявол какой-то, этот Ваш Казанзаки.

- Его настоящее имя - Анвар Эфенди.

Дайте сюда! Это вещественное доказательство.

Вы тоже хороши, Фандорин.

От Вас толку как от Вашей помощницы.

Сударина, от Вас что, водкой пахнет?

Вы, что пьете? - Я не пила. Я умывалась.

- Водкой? - Я подумала, в тыкве вода...

там в кустах.

- Бред какой-то.

- В кустах? Фляга?

- Такая? - Фляга? Да.

- Вы ее оставили там, где она висела? - Кажется да.

На что она вам? Несносный вы человек! Ну, почему? Почему все время темните?

Причем здесь фляга?

- Вензель. На тыквенной фляге должен быть вензель.

Зуров заказал всем именные фляги.

- Это что, выстрел?

- Стой, милая, не гони!

И вот, Плевна все стоит и стоит...

ине желает сдаваться

И генералы наши, знаешь о чем думают?

велели с ружей пулять

Ане иду, милая...

Будешь, там в Плевне басурманина кормить?

- Спасибо вам за все. Трогай!

- Прощевайте, Служивые!

А остриглась-то че?

Да, в госпитале.

Я без сознания была, атам всем подряд стригут.

- Здрасьте барышня!

Варвара Андревна.

- Эраст Петрович! Вы?

- Да. - Боже, спасибо. Как Вы?

- Я недавно выписался из госпиталя.

- Тоже. - Как Вы это делаете?

Мужика-то?

Так мы ребята вологодские

оно само изо рта то и идет.

- Азачем?

- Я к... Вас сп...

Мне нужна Ваша п-помощь.

- Ну конечно, конечно.

Я.

Нам надо спешить.

Трогай!

Дела плохи. Пять месяцев под Плевной стоим.

Солдаты гибнут. Офицеры спиваются. Казна пустеет.

Англия с Австрией не сегодня, завтра ультиматум предъявят.

Если Осман продержится еще неделю, то нам конец.

Вот он. Стой!

- А что я должна делать? - Просто расспросите его о новостях.

- Господин Маклафлин!

Это я! Я вернулась!

- Здравствуйте мадмуазель Суворова. А как Ваши переломы?

Срослись!

- А что, господин Фандорин?

- Два дня, как вернулся,

а потом исчез.

А Анвара ведь так и не нашли. А что, сейчас мода такая?

- Да! - Мне не нравится.

Извините. У меня срочное дело. Вы даже не знаете, не представляете какой важности.

Расскажите. Я в госпитале чуть не умерла от скуки.

А давайте-ка ко мне!

У меня термическая фляга с чаем. И пирожки есть. Сестры напекли.

- Дайте слово, что ничего не скажите,

в крайней мере до десяти часов.

- Честное слово. Что за тайны?

- У меня информация из Плевны.

Сегодня в десять в штаб генерала Конецкого, командующего левым флангом,

прибудут парламентеры от Османа-паши,

сдаваться.

- Да что Вы!

Никто, никто кроме меня не знает. Стой!

Я кКонецкому. Исторический момент. Я единственный из репортеров. Представляете?

- А вдруг неправда?

- Это очень надежный источник.

- Мадмуазель Варя, осада окончена.

- Черт! Корпус Конецкого прикрывает южное шоссе.

И оборона там тоньше. Время уйдет.

Варвара Андревна, я к Конецкому, а Вы к Соболеву.

- В таком виде?

- Вы, вы можете управлять повозкой? - Не знаю.

Будьте о-осторожны. - Вы тоже.

Пошли!

Пошли, миленькие быстрее.

- Ну, как же так? Ну, как же так?

Шеймос, дорогой! Ну, что ж вы раньше-то до сих пор помалкивали?

Я думал просто в гости. Чайку попить.

Что ты мне? Ты мне лаковые, лаковые давай!

- Эффектно устроил. Кстати через 15 минут вам сдатся Осман-паша.

- Ой! Голубчик. Вы там распорядились, чтобы стрелять не вздумали.

Так точно, Ваше превосходительство.

- Прибыли! - Прибыли.

- Прибыли!

Парламентеры турецкие прибыли!

Осман-паша сдаваться будет!

- Бегом, бегом! Построение вокруг.

- Ну хватит...

Господин генерал,

уменя к Вам важное сообщение

от маршала Осман-паши.

"Ну, что ж.

Прошу в дом, господа.

- Самоварчик прикажите?

Ну, все, все, ухожу.

- Я полковник Измаил-бей,

личный адъютант маршала.

- Эй! Турка. Табачок. Курить будешь?

- Осман-паша приказал мне вручить Вам свою саблю.

- Весьма польщен.

- Я к генералу!

С-со срочным донесением!

Это диверсия!

Турки идут на прорыв!

- Ваше превос...

- Нас вызвали, чтобы наградить? Да?

- Врятли. Есть особы поважнее.

- Да, Фандорин, помню дело Азазеля. А это девица Суворова?

Так точно!

- Он, да! Она нет!

- Ваше величество, сообразительна, мила, Фандорин ей доволен.

- Порывиста, не рациональна, все дело погубит. Сам знаешь, что на карту поставлено.

- Я Вам, что неодушевленный предмет?

- Вот видишь? - Вижу.

- Идите Суворова. Благодарю за службу.

Эраст Петрович, положение Вам известно.

Мы, наконец, взяли Плевну. Путь на Константинополь свободен, но

Англия угрожает войной и возможно начнет стрелять.

Решено отправить королеве Виктории послание.

Турецкий шпион нанес оскорбление Британии,

выдав себя за английского подданного.

- Маклафлина не нашли? - Как в воду канул.

Теперь ясно, это и был настоящий Анвар-эфенди.

- Ошибка за ошибкой. - Ближе к делу, Лаврентий.

- Виноват. Вы Фандорин понадобитесь нашему. послу, в качестве свидетеля-эксперта.

Я хотел послать с вами госпожу Суворову, но...

- Ты должен понимать Фандорин от того, как ты предъявишь доказательства,

оттвоей убедительности, от твоей манеры держаться

во многом будет зависеть исход этой тяжелой войны.

Надо вбить клин между Турцией и Англией.

- Этим клином будет Маклафлин?

- Аесли.. - Никаких если.

Это решение министров и моя воля. Он колеблится. Что не хочет ехать?

- Хочу. П-прямиком через Турцию. будет быстрее.

П-переправите через фронт, Лаврентий Аркадьевич?

- В лучшем виде.

- С богом, Фандорин. Я тебе верю.

- Когда до Царьграда осталось рукой подать,

когда разбитый враг бежит,

яхочу низко поклониться каждому из вас,

боевые мои друзья.

Я хочу поднять тост за нашего друга Шарля,

самого бесстрашного корреспондента на свете.

И, наконец, господа,

за нашу очаровательную. вдохновительницу,

музу и ангела-хранителя в одном лице.

За Варвару Андреевну, господа офицеры!

- Война точно закончилась?

- Смотрите.

Это прибылитурецкие парламентеры из Константинополя.

Перемирия пока нет, но стрельба уже закончилась.

- Фандорина все нет и нет.

- Как турки мирится-то спешат. Приципили штабной вагон к обычному поезду.

Прямо хоть садись и катить до самого Константинополя. Два часа езды всего.

Идея господа. Что если нам прокатиться на поезде? Турки решат, что это возвращаются

парламентеры и пропустят? Какой будет репортаж.

- Конечно риск есть. Начальство по головке не погладит.

Но сточки зрения истории. Соболев - покоритель царь-града.

Уж кто, как не Михайло Дмитрич, господа!

- Да сколько солдат в поезд посадишь? Максимум полбатальона.

Самоубийство.

- Да, да, правильно. Затея слишком отчаянная.

- Не впервый раз, под Плевной Осману втыл без приказа ударил.

Господа офицеры! Слушай мою команду!

- Виноват, господа. Мне кажется,

что в Константинополь нам нельзя.

Увидят сколько нас и раздавят.

Может быть высадимся вот здесь, в Султан-Капусэ.

Пошумим немного. Атурки напугаются.

- Вот так всю жизнь. С разбега и в прорубь.

Ничего пока не утонул. Бог милостив.

Хотя, в сущности, я одинок как медведь-шатун.

Порой так сердце защемит.

- Вы про жену начали рассказывать.

- А что жена? Давно уже чужие люди. Сейчас потребую развод.

Никто не осудит героя. Героя у нас все прощают.

- Зачем же вам разводиться?

- Вы еще спрашиваете?

- Какие у Вас бакенбарды смешные.

- Это для газет. Ни у кого таких нет. Только у Соболева.

Одно Ваше слово - и сбрею к черту.

Оставлю только усы.

Ну что?

- Что "что"?

- Ваше слово.

- Какое слово?

Пропадай моя головушка, Варвара Андревна.

Осчастливьте, удостойте предложения руки и пылкого...

- Султан-Капусэ, Ваше превосходительство.

Прибыли.

- Без разведки не соваться!

Это что за здание?

- Банк Султан-Капусэ!

- Там будет штаб.

Поезд назад за подкреплением.

Расставить дозоры.

- Ну и махина. А нас-то? - Ничего. У страха глаза велики.

Уже забегали поди. Чемоданы засобирали.

Белый генерал у ворот.

- Ваше превосходительство! Телеграф молчит. Видимо обрыв на линии.

- Здесь тесно. Уносите стол.

- А может на поезд и назад?

- Не робей Россия! Утро вечера мудренее.

- Стой! Куда?

- Я? лярный советник Фандорин Я? т ©: из Константинополя.

- Уже восемь часов прошло.

- Я не знаю, Ваше превосходительство только поезда нет.

Посылал два разъезда починить телеграфную линию, тоже не вернулись.

- Фандорин? - Здравствуйте господа!

- Какими судьбами? - Я из к-Константинополя.

Вам нужно немедленно уходить.

Вы даже не представляете.

- Я поршень поменял и все работает. - Соболев не отступает!

- Да и не на чем! Поезд-то ушел.

- Господин генерал! Вы понимаете, что Вы натворили?

- Подпалил бороду турецкому султану.

- Скорее бакенбарды государю. императору. Видите?

- Вижу. Царьград. - Нет Вон там.

Это английская эскадра.

Согласно секретному англо-турецкому протоколу

стоитхотя бы оному русскому солдату войти в Константинополь,

эскадра открывает огонь! Англия объявляет войну России!

Наша армия и без того обезкровлена.

Это катастрофа генерал.

- Но я могу остаться здесь, в Султан-Капусэ.

- Да уж не престало герою назад пятиться.

- Фандорин! Господи, как же мне Вас... - Что?

Как же мне Вас расхваливал генерал Мизинов.

- Он сказал, Вы в Лондоне. - Я был в Константинополе.

Извините.

Генерал! Мы не можем воевать с Англией.

Малейшая оплошность и будет как в Крымскую войну!

- Черт!

Отходим! Трубите сбор!

- Как в Константинополе? А разоблачить Маклафлина?

- Маклафлин не Анвар.

- Да что Вы? А кто же Анвар?

- Да вот он.

Здравствуйте Анвар-эфенди! - Что?

- Нашли время шутки шутить. - Сначала я подозревал Эвре.

- Меня? - Да.

- А потом вижу. Все линии в одну точку сходятся.

Только доказательств не было.

Какую точку? Эраст Петрович, Вы говорите непонятно.

- Я тоже долго не мог понять.

Неудивительно. Вы настоящий виртуоз.

Вас подбросили к нашему разъезду под видом пленного офицера.

Для убедительности, даже оцарапали кожу выстрелом.

Вы слышали, как я говорил генералу про Плевну.

Нужно занять Плевну. Туда движется корпус Османа-паши.

Подменили шифровку.

Вам достаточно было выманить Яблокова из комнаты с запиской.

- Вам тут записка.

- Потом вы избавились отлишнего свидетеля.

Лунц, кто Вам дал эту записку?

Затем Вы заманили наши войска в капкан,

устроив инсценировку. сложным Анваром.

Перед вторым штурмом Вы завербовали

проигравшегося в карты полковника Лукана.

- Митя.

- Семен, Шампанского!

- Зачем, я припас прелестного...

- Полдюжины давай, я плачу.

Лука ты прям как Монте Кристо,

продуваешься, а денег меньше не становится.

Наш род богатейший в Румынии...

Потом, избавившись от него весьма ловким образом.

Меня Христос спас. Я и стрелять-то толком не умею.

Но главный Ваш трюк

убийство Зурова и Казанзаки,

благодаря чему Плевна снова устояла.

Вы подстерегали

следующего за Вами гонца в кустах.

- С победой! 3, да ты чего? - Что? Не смей!

- Подкинув Маклафину

информацию о якобы капитулирующем Осман-паше,

Вы чуть не дали туркам прорвать блокаду.

Если бы не Варвара Андревна...

- Где Маклафлин? - Убит.

Я думаю, у диверсантов, на его счет была особая инструкция.

Труп спрятан или изрублен на куски,

чтобы сделать опознание невозможным.

- У Вас нет никаких доказательств.

Да, капитан мог все это сделать, но этого не достаточно.

- Да не мог я!

Не мог!

Вы правы.

- Я за Россию кровь проливал. Уменя вся грудь в крестах.

- Доказательств не было. Но теперь есть.

Одно, но неопровержимое.

Фотокарточка Анвара.

Видинский губернатор Юсуп-паша

обещал Анвару уничтожить снимок,

но пожалел.

Оставил для потомков.

- Фандорин! - Варвара Андревна!

- Митя! - Стоять!

- Не стреляйте! - Стоять!

- Не стреляйте! Не стреляйте!

- Это правильно, заденете даму.

Жалко тогда не получилось

в пещерке-то.

- Послушайте, Перепелкин или, как Вас там... Анвар.

Если хоть один волос упадет с ее головы...

- Зачем я Вам?

- Не беспокойтесь мадмуазель. Все скоро кончится.

Вы прекрасно подходите на роль сыра в мышеловке.

- Почему сыра?

Мне нужно, чтобы Соболев оставался здесь, в Султан-Капусэ.

Зря, что ли я его выманивал?

Соболев рыцарь. Он даму в беде не бросит.

- Бесполезно, здесь под обшивкой сталь.

- Динамит давай. - Нельзя, обоих подорвем.

- Фандорин, что же Вы раньше пашу найти не могли?

- Юсуп-паши в Константинополе нет. Я проездил зря.

- Кто же на фотографии? - Это был блеф.

- А дальше-то что?

- По плану скоро здесь будет полк султанской гвардии.

Великого и грозного Соболева, зацапают как мышонка.

И Англия, наконец, поймет,

что русских бояться нечего.

Мы еще повоюем.

Гамбит будет разыгран до конца.

- Кто? - Что.

Они уже здесь.

- Берегитесь, турки на подходе!

Слышите?

- Я спасу Вас, слово офицера.

- Берегитесь там турки! На крыше и на улице!

- Наши берет.

- Наши? Ваши!

Ненавижу бездействие!

Пять патронов. Пятеро русских.

- Назад! Назад! - Живьем.

Один.

Два.

- Не стоит!

- Благодарю Вас.

- Я его оглушила? - Нет!

Вы проломили гению шпионажа череп.

- Я? - Да.

Золото - тяжелейший из металлов.

- Да, да, помню... Аурум,

уделенный вес девятнадцать.

"Вы что? - Тихо.

Не стреляют.

- А кто победил?

- Ты куда прешь, ядрена мать?

- Ядрена мать...

- Ну вот, все и закончилось.

Мир.

После стольких жертв...

Анвар отлично провел свой гамбит.

Меня наградили, а надо бы...

- За что Вы себя казните?

Если 6 не Вы,

япросто не знаю, что было 6 со всеми нами!

- Я... Мне Мизинов говорил тоже самое.

Сулил любую награду, какую бы я...

- Пожелал бы. - И что же Вы пожелали?

Я? Пока не...

Уехать, как можно дальше.

- Куда?

- В Японию. Дальше, кажется, не куда.

- Вотзакончатся переговоры... - Варя!

- Варенька! Меня увезут без тебя. Мы отправляется.

- Я сейчас. - Прощайте Эраст Петрович.

- Прощайте.

- Эраст,

Эраст Петрович.

Ну, зачем?

Ведь сейчас и...

иуже навсегда.

Навсегда, понимаете?