Original subtitles

- Дождь дорогу размоет.

Они будут ждать, когда он закончится.

- Надо ждать, как кончится и вода уйдет.

В яму попадем, не вытащим.

- А если три дня лить будет?

- Три дня ждать.

- Поехали. - Едем, пока не размыло!

Стой, руки!

- Стоять! - Тихо, тихо, парни.

Могу поговорить с главной?

- Вы же не рассчитываете, что я вас с собой возьму?

Ваше право.

Но поверьте, там вам любая помощь понадобится.

Можете вернуться, и что это вам даст, а?

Преступник на свободе, пацан в заложниках.

И в вашем деле прорыва не будет.

- А ваш какой интерес?

- Ребенка вернуть матери.

- Я не имею права рисковать людьми.

С другой стороны, я не обязана вам верить.

Может, пытаетесь следствие ввести в заблуждение.

Поговорю со своими.

- Что если они откажутся?

- У них работа опасная, непрестижная.

Платят слезы.

- И что?

Они сюда за властью идут, силу свою показать.

Если получится, пострелять.

Они такого случая годами ждут.

- Следуйте строго за нами, без глупостей.

Свидетелей нашей встречи нет, тайга большая.

Так что не злите нас без нужды.

- Чувствую, подружимся.

Один ездишь?

- Ну а кого мне бояться?

- А чего дерганый?

- Нормальный.

Чего хотел?

- Мы с тобой не один год из одного котла хлебали.

Давай начистоту.

- Поддерживаю.

- Я Джема уважал, как никто другой, и ты об этом знаешь.

Но вот одна проблемка, никогда он не думал о том, что будет после него.

Он *** думал, что он вечный.

И теперь нам это все с тобой расхлебывать.

- Да ты уже все придумал.

Я ж тебя насквозь вижу.

Сам могу за тебя рассказать.

- Ну, давай.

- Джем подход к тебе первому сделал.

И слушал он тебя больше. Врать тут не буду.

Значит, тебе и рулить, так?

- Правильно ты все говоришь.

Я действительно иногда

посижу, покумекаю, прежде чем кого-то казнить зря.

В драку первым никогда не прыгаю, как ты.

Так что главным тебе быть.

А я при тебе.

Тяжелые времена.

Нам теперь волк нужен.

Волчара.

И что?

Просто так возьмешь и отойдешь?

- Если мы с тобой не договоримся, Тунгус нас под Краба загонит.

Ну а там Юрец припомнит все нам.

И чуйка у меня неплохая.

Я знаю, когда отойти.

- Милиция тоже участвует в церемониях? - Да.

- Почему без лафетов, без военного караула?

Да они так и так через центр пройдут.

Мы обеспечиваем им проход.

А жителям – безопасность.

- Таню проще хоронили. Двенадцать человек было.

- Сейчас в городе более сотни воров со всей страны.

Из них кто-то пьяный, кто-то обдолбаный,

кто-то просто любит куролесить.

Триста тысяч жителей сейчас как на пороховой бочке.

Они за час пройдут.

Вечером набухаются в ресторане,

который мы в три кольца оцепим, и разлетятся.

Для них и для жителей города это лучше.

Не, можно, конечно, упереться.

Не, можно устроить перестрелку в центре.

В надежде никого не зацепить.

Вы этого хотите?

- Просто я думаю, если мы пытаемся с ними договориться,

неудивительно, что они нас убивают.

- Убивают тех, кто не договаривается.

- Я скажу. - Пойди-ка.

Я не оратор!

И я скажу от сердца!

От души.

Как думаю и понимаю.

Для многих из вас

Джем был старшим товарищем,

а для меня он был братом.

Всем, что я имею,

я обязан ему.

И не в смысле там денег или успеха, хотя это тоже.

Он научил меня самому важному.

Отвечать за свои слова.

Не прощать обид.

Держаться за товарищей

и не давать спуску врагам.

И я здесь,

на его могиле, клянусь,

сохранить его дело жизни

и ту систему, которую он создал.

У Метерлинка есть такое произведение,

«Соль земли».

Так вот, Джем

и есть соль земли.

Он блатнее всех блатных.

Помянем.

- Мне главное,

как и тебе, чтобы все по-старому было.

Тихо, без перебоев и головняков.

Хорошо на могиле сказал –

дело надо сохранить.

Свяжемся.

У вас все нормально?

Нормально всё?

Ну что, Юр,

спасибо, что помог.

- Да о чем ты говоришь?

Мне Джем как отец был.

- Жду тебя на неделе.

- Зачем?

- Ну как…

Долёху занести.

- Меня Джем на Хабаровск смотрящим поставил.

Джему я уделял.

А вам я уделять не буду.

- Едем.

Юр, и что теперь?

- Война.

- Надо платить.

У Слона пять тысяч солдат.

- Ну и что, он на нас в поход пойдет?

Платить не вариант.

Они нас сразу задавят, найдут повод.

- Доброе имя дороже серебра.

- Заколебал ты со своей шарманкой еврейской.

- Дай сказать, Завал, че ты злой такой?

- Ляжем под них, скажут, "Комсомольские воры

нагнули Хабаровск".

А выйдем из-под них,

к нам придут те, кто с ними рамсил.

- Ты вот такой самый умный, да? Они там сидят

и ничего не соображают.

- Че они сделают?

Выход у них один.

- Да, сорвать голову.

Меня.

Я уверен, что они вот в эту самую секунду думают, как меня завалить.

Но мы уберем их первыми.

- Комсомольских?

- Впрямую они на меня не прыгнут, сил не хватит.

Будут исподтишка.

А для этого им нужен кто-то здесь из вас.

Задушат деньгами.

Предложат старшим стать.

Или сделают подход воровской.

Разговор не телефонный, придут лично.

И тот, к кому они придут, должен решить,

или он станет их шавкой

и всю жизнь будет опасаться, ножа в спину за предательство.

Или просто скажет, когда они придут в следующий раз.

- Ладно, без присказок, чтобы не злить Завала.

Выбора у нас нет.

Мы все друг друга знаем.

А комсомольские – кто они такие?

- Воры.

Надо делать все быстро и четко.

Обосраться нельзя, иначе все поляжем.

- Ну и кто будет решать? Дело серьезное.

- Люди есть.

- А имена есть у этих людей?

- Лиховцевы.

Паша.

Жень!

И Женя.

- Не, так не пойдет.

Твои люди, ты их знаешь.

Есть у меня человечек один,

десантник, штурмовик бывший.

Пойдет с ними,

тогда я поддержу.

Да…

- Как ты меня нашел?

- Деньги.

Куда же уехать от вас, чтоб не видеть больше никогда?

- А ты на меня обиделась, что ли?

А что уехала тогда?

- А это не очевидно?

- Ну нет, раз я здесь.

- Ты здесь из-за другого.

- Из-за чего же?

- Меня хотел.

А что не так? Просто правду говорю.

- А в какой момент ты это почувствовала?

- Когда ты первый раз ко мне в салон в Хабаре приехал.

- А ты меня хотела?

Нет, просто у нас как будто что-то начало получаться,

и ты могла бы реализоваться, а тут раз, и все сначала.

- За такую реализацию надо собой платить.

- Ну, не обязательно.

- Да? Ты прямо уверен?

- Да, я же вот не платил.

- Алло, Ксюх?

Слушай, ты когда домой собираешься?

Через час?

Да нет, я так просто спрашиваю.

Три дня не мочить и менять повязку на стерильную. Если что, ко мне.

Я в курсе, спасибо.

- Нет.

А я...

Он мне как… - А мне муж.

В этом и суть. Нам обоим надо освободиться от него.

И тебе, и мне.

- А тебе это зачем?

- Я к нему хочу.

Головой понимаю, что там все выгорело, что будет только хуже.

А сама вчера сорвалась с утра к открытию вокзала.

Говорю, дайте один до Хабара.

Да кого я обманываю?

Я один раз уехала, доехала до Казани и вернулась.

Это не любовь, это одержимость какая-то дурная.

И мне не победить ее, если я

не сделаю все необратимым, понимаешь?

Если я не стану для него ***, если не пересплю с его врагом.

- Я ему не враг.

- Он отца твоего убил.

Он никогда не был тебе другом, Ильяс.

Он мне рассказывал, как вы познакомились,

он тогда за твоим отцом следил.

- Ты врешь…

Ты врешь.

- Ну или ты правду признать боишься.

Хреново, наверное, влюбился,

а с тобой хотят переспать, только чтоб другому насрать.

Друг единственный вовсе не друг оказался, да?

По-хорошему бы ему отомстить.

Только кто у тебя тогда останется в жизни?

И за что мстить?

За отца, которого ты всю жизнь ненавидел?

Ты ненастоящий, Ильяс.

Такой же, как и я!

На хрена мы живем вообще?

Мы это сделаем и уйдем.

С Женькой.

Я возьму Ярап

и двести тысяч баксов.

- Паш...

Ты им по миллиону каждый месяц таскал.

Ну а чего ты лям не просишь?

- А чтоб у тебя не было соблазна убрать нас.

- Паш,

я крестный твоего сына.

- Смотри, вот отсюда. - Издалека их увидим.

Вот здесь вот на подъеме скорость меньше будет.

И есть мысль с гранатомета.

- М.

Ну, с гранатометом такая себе идея.

Болванка может по такому корпусу попасть, а отскочит.

- Короче, вот здесь встанем с тачкой,

будем с калашей работать. В три рожка.

- Так покосим друг друга.

- Ну предлагай тогда варианты, дядя!

Хер ли ты только критикуешь? Ты критик, что ли?

- Может, фугас закопаем?

- Кого ты закопаешь?

- Мина противотанковая

сейсмического действия, ТМ-83.

Знаешь такую?

- Не, не знаю.

Я знаю, что Крузак по трассе 150 км\ч идет.

Ты уверен, что ты секунда в секунду нажмешь?

А? Ты такой быстрый, такой резкий, такой четкий?

Братан, ты меня извини, конечно, ты, по-моему,

в носу ковыряешься, у тебя уже одышка.

- Паш,

щенка свою убери, а то я сам.

- Че ты сам? Ну, давай сам попробуй! - Все, все, хватит!

Хватит, Женя, все, хватит!

- Ну, положим. А чего отход?

Там менты и пост.

- Вот здесь с трассы поворот есть, дорога старая.

- Ну, там тупик. - Там лес.

- И че дальше? - Просеку прорубим к реке,

тачку утопим, на лодке уйдем.

Чего, ты успокоился?

Нет.

- Чего ты прыгаешь-то на него?

- Потому что это мудак, ты не видишь?

- Мужик воевал, пробивали же.

- Где?

По горам бегал, пастухов гасил? Он эту работу не знает.

- Женя,

я клянусь тебе, это в последний раз.

- А чего ты,

на пенсию?

За меня чего-то решаешь?

- Я тебя в это дело втравил, я тебя и вытащу.

Охерительно, папань, ты придумал!

Я виноват перед тобой, я знаю.

Но я все исправлю.

- Точняк, исправишь?

А как исправлять будешь?

Жену мне вернешь?

Чего-то ты свою-то не особо вернул.

- Верну.

Я спать перестал, ну, бессонница типа.

Ночью лежишь, в голову всякое прилетает.

Ворочаешься часами.

Одно и то же, одно и то же.

Сначала думал, зря мы в город переехали.

Тогда все сломалось. А потом понял. Нет.

Это как… испытание было.

Для нас, для всех, понимаешь?

- Нет.

Ну так послушай.

Жень, я себе не вру.

Мы в деревне хреново жили. А почему?

Денег не было.

Последний хер без соли доедали.

А это давит.

Нищета, безденежность.

Че я за мужик такой, если я семью прокормить не могу?

А теперь все есть.

База в тайге.

Бабки.

Возьмем мать, Ваську, ты Лизу свою возьмешь.

- Да.

Приедет она.

- Приедет.

Если любит, то поедет.

А если нет, то нахер она тебе нужна вообще?

Настоящая любовь.

Настоящая любовь.

Терпит и прощает.

Ты че думаешь, мать вон счастливая, что ли, с бизнесом своим?

С бабками этими?

Да нихера, я по глазам вижу. Что-то мне все доказать хочет.

Я знаю, почему Лиза ушла.

Если скажешь:

«Я всё.

Завязал».

Она вернется.

Она тебя любит.

Ты ее тоже.

Как я мамку.

Я знаю, что это.

Мы с тобой

все исправим.

- Добрый вечер, уважаемые дамы и господа.

В эфире капитал-шоу «Поле чудес».

Я представляю вам первую тройку игроков.

Алло.

- Привет.

- Привет.

Что-то случилось?

- Почему сразу случилось.

Я что, просто так не могу позвонить?

- Раньше не звонил.

Да я хотел узнать, как у тебя дела. Как…

Вася? Че он там? Пишет?

- Вася хорошо. Говорит, себя нашел.

- Вот видишь, как хорошо.

Я вот вроде тоже

себя нашел.

Переехать вот думаю

с Женькой

в тайгу.

Будем сами себе хозяева.

Ты, если хочешь, давай с нами.

- Не надо, Паша.

Мы пробовали.

Разбитое не склеить.

- Да оно не бьется, Лен.

И так, и так. Я бы рад.

Ладно, ты ничего сейчас не говори. Я не прошу.

Ты просто подумай, поживи с этим как-то. Я подожду.

- Давай сюда.

- Лиз, какого хера? - Пять утра.

- Да.

Что случилось?

- Услышать тебя хотел.

Чего?

Ты как?

Ты правда хочешь это знать?

- Ну, конечно, интересно.

- Не знаю, по-разному.

Я тоже по-разному.

- Что хотел сказать?

- Я подвязал вообще.

Безработный, типа.

- М-м.

И чего будешь делать?

- Да не знаю пока.

Батя на Ярап зовет.

Базу выкупил.

Маму тоже позвал.

Семейный бизнес, типа.

У тебя чего, какие планы?

- Жень.

- Лиз, я…

…людей-то не очень люблю.

Даже…

родных по крови.

Все предадут, все кинут.

Мы вот с тобой пока

вместе были,

я все ждал,

когда ты меня предашь.

Короче, когда это случилось, я…

не то чтобы обрадовался, я...

Как-то… как-то успокоился.

Все как отец говорил.

Баба предаст,

брат предаст.

Доверять можно только своему отцу и своему сыну.

Да если бы ты только дал, Жень!

Да если бы ты только дал к себе пробиться!

- Родная, слышишь…

Ты скажи только, я…

Я прям завтра же приеду, все брошу, все забудем, ага?

- Женя, нет.

- Ну чего, тебе хорошо, что ли?

Я ж по голосу слышу, херово.

Ладно, все, закрыли разговор.

Ты только знаешь, что?

Я все время про тебя думаю.

Я… тебя хочу.

Я люблю…

Я люблю тебя, Лиз.

- Приезжай.

Сука.

- Ты чего такой?

- Я уезжаю, бать.

Пацаны!

Пацаны!

Бегом, бегом!

- Точно они? - Точно, точно.

Сука!

- Бать, давай в другой раз! - Другого раза не будет.

- Давай, давай, давай! - Быстро, быстро, быстро!

- А чего он встал так криво?

Саша, гони, гони!

Очередью, дебил!

- Вот же суки!

- Стреляй, Кусок, стреляй!

- Гони!

Что там?

- Да *** там!

- Гони, гони!

- Проскочили!

- Гони! - Проскочили!

Контроль!

Ствол!

Сука, тачка просквозила.

До ментов уже добрались, валить надо!

- Чего теперь-то?