Original subtitles

(шум пушечных выстрелов)

(рассказчик) -В начале 20 века,

после поражения в Русско-японской войне,

страна находится в состоянии глубокого экономического и политического кризиса.

Россию охватывают народные волнения.

Назревает революционная ситуация.

Власть пытается снизить революционный накал.

17 октября 1905 года

император Николай II подписывает манифест,

который дарует демократические права и гражданские свободы.

Объявление манифеста даёт возможность политическим эмигрантам вернуться в Россию.

Вопреки ожиданиям власти,

волнения рабочих и крестьян только нарастают.

(пулемётные очереди)

Власть безуспешно пытается бороться с нарастающим революционным протестом.

-Мне чек обналичить. -К стойке пройдите, пожалуйста.

-Мне нужно обналичить чек.

-К вашим услугам.

-Тридцать тысяч.

-Минуточку. Валентин Георгиевич!

(выстрел)

-Именем Революционного исполнительного комитета!

Никому не двигаться!

-Лежать!

-Мы - революционная боевая группа!

-Сиди тихо! Тихо, я сказал!

-Жандармы!

-Уходим, уходим! -Лежать!

-Иди сюда.

(жандарм) -Выходите с поднятыми руками!

-Саквояж возьми! -Бросайте оружие!

-Пристрелю её, как собаку! Опустить оружие!

-Не стреляйте, умоляю! Я дочь генерала Андреева.

-Опустить оружие!

-Уходят! Послать за подмогой!

Вы двое, со мной! -Есть, ваше благородие!

-Покупайте газету! Покупайте газету!

-Ограбление в Гельсингфорсе!

-Из Государственного банка похищено 80 тысяч рублей!

(фортепианная музыка)

(играет сонату Скрябина)

(звонок в дверь)

-Фёдор, можете настраивать, у вас есть часа два.

Я места себе не находил! -Подождите здесь.

Это наш товарищ, Швейцер. -Что происходит?

-Я сейчас всё объясню. -Идёмте ко мне.

-Я только что с поезда из Гельсингфорса. -Ты должна была приехать два дня назад.

-В банке нас чуть не повязали жандармы. Явочная квартира в Петербурге провалена.

Еле ушли.

Там...

Алексей, осторожней.

Подожди, подожди.

Помоги юбку снять.

Всю ночь просидела, боялась к стенке прислониться.

-Господи!

Ты обещала не возить взрыватели.

Ты ведь ехала в Гельсингфорс прикрывать ограбление банка.

-Больше было некому, Лютер попросил меня.

-Ты обещала!

-Так получилось. Остальных арестовали жандармы.

Ох!

Иди сюда.

Поцелуй меня.

(звуки настройки рояля)

-О боже! Вы кто?

-Я сопровождаю Ариадну Александровну.

-Вы не хотите пройти в гостиную? -Нет, спасибо, я сейчас уйду.

(женские стоны)

(звуки настройки рояля)

-Петрович, сколько я вам должна? -Как всегда.

Благодарю. -И я вас благодарю.

-Газета "Правда"! Читайте газету "Правда"!

-Ограбление в Гельсингфорсе! Преступники до сих пор не найдены!

-М-м-м! Грибочки хорошие!

-Алексей Максимович, к вам пришли.

-Кого там ещё чёрт принёс?

-Варь, а кто там? -Двое господ.

-Распорядись насчёт чая.

-Ба, какой сюрприз!

-Алексей Максимыч! Прямо с поезда.

-Батюшки, какие люди! А где же ваш багаж, голубчик?

-Богатые люди путешествуют без багажа, Алексей Максимович.

-Разбогател? -Ещё нет. Но уже живу не по средствам.

-А это кто с вами? Не разберу в потёмках. -Вы что, не узнали?

-Простите великодушно, отец Георгий!

Я же вас совсем не узнал.

Вот что значит Европа. Вы совсем стали денди.

-Господин Парвус позаботился о моём гардеробе.

-Видали, каков аскет?

-Маша, поди-ка сюда! Ты посмотри, кто к нам пришёл!

-А! Александр Лазаревич!

Я вам рада!

-А это - отец Георгий Гапон.

Великий, великий человек!

Лидер рабочего движения, надежда русской революции.

Вот увидишь, за ним пойдёт вся Россия.

-Проходите-проходите!

(Горький) -Ну надо же, какие перемены!

И года не прошло - а он не в каземате, не, простите, на виселице, а жив и здоров.

Александр Лазаревич нашёл меня в Одессе

и пообещал сделать богачом.

(Мария) -Получается?

-Это же 500 представлений пьесы "На дне".

500 - и это только в Берлине.

-И что, билеты покупают?

500 представлений, вы говорите? Значит, деньги будут?

-Будут. Если я их, конечно, не пропью. -Ай!

Алексей Максимыч, слышишь? С этим человеком опасно иметь дело.

Напрасно вы ему доверили свою пьесу.

-Кто не рискует, тот не выигрывает.

А если бы не он, меня в Европе и не знали бы.

А деньги нам сейчас нужны, ох как нужны.

Мы же ещё газету задумали выпускать. Вот ждём Ленина.

-Ага, ждите-ждите.

-Вы что, снова с ним поссорились?

-Самолюбив до невозможности.

Но если серьёзно, есть новые перспективные люди.

-Кстати, о перспективных людях. Пусть и не новых.

У меня для вас сюрприз. Подождите.

-Алексей Максимович! Ну куда вы?

-Я на секундочку.

Я за вами. -Я никак, у меня очень важный процесс.

Взрывчатка требует максимальной осторожности.

-Ну, Леонид! -Поглядите.

Глядите, какие красавицы.

Македонки. Опытные экземпляры.

Спрятать можно легко, а кинуть - аж на 30 саженей.

А убойная сила - я думаю, человек 100 убьёт, легко.

-Леонид, дорогой, вы мне потом всё покажете.

-Никому дверь не открывать.

-Леонид Борисович, вам, может, коньяку к чаю?

-Нет, спасибо. Мне бы коньяку без чаю.

-Мы с отцом Георгием хотим приобщиться к культуре.

Говорят, в "Борисе Годунове" Шаляпин великолепен.

Взяли на завтра ложу в Мариинском.

(Горький) -А мы с Машей были на генеральной.

-Он не просто великолепен. Я сам, благодарю.

Он гениален. -А я бы тоже от коньяку не отказался.

-Мой брат совсем без ума от Шаляпина.

Да, он гений, и Мусоргский гигант.

Ну и Пушкин тоже не дурак.

-А что, разве что-то осталось от Пушкина?

-Александр Сергеевич очень ярко отразил пропасть между боярами и народом.

Он гениально показал тёмную, рабскую сущность народа.

-Но массы всё же жаждут свободы.

-Массы, особенно в России, жаждут зрелищ, хлеба,

отнять то, чего у них нет, и поделить. В том числе и золотишко.

-Браво, товарищ Красин, браво!

А вы говорили это Ленину? Он ведь к вам прислушивается.

-Ленин вообще ни к кому не прислушивается. Вредный тип.

Никогда не знаешь, какая дикость взбредёт в его татарскую башку.

По-моему, он сходит с ума.

-Но вам-то он всё-таки верит.

-Кто знает, может, и верит.

Но он упрямый - как китайский бонза.

-Нетерпим, но ведь талантлив.

-Ошибочное мнение, поверьте.

-Я встречался с Лениным в Женеве.

Мне он показался человеком вполне вменяемым.

(Мария) -Алексей, я пойду собираться.

-Который час? -Половина четвёртого.

-Мы сегодня вечером идём на концерт к Тихомировым.

У них сын - музыкальный вундеркинд.

А пойдёмте-ка с нами? Будет замечательно.

Варвара, проводи отца Георгия.

Пусть он отдохнёт с дороги.

А мы пока побеседуем с Александром Лазаревичем.

-Конечно, пойдёмте.

-Доктор, что же вы как слон?

Это же севрский фарфор.

-Ну, пардон.

Я, собственно, и есть слон.

Меня мои берлинские друзья так и прозвали: Доктор Элефант.

Доктор Слон.

Я вам куплю у моего антиквара в Берлине музейный севр. Дафнис и Хлоя.

Ну как ваше настроение?

-До сих пор не можем поверить - царь образумился.

Конституция, политическая амнистия.

Наконец дал народу свободу слова и собраний.

-"Дал"? Да мы вырвали у царя этот манифест.

Вот теперь всё покатится.

Можно сказать, монархия капитулировала.

Теперь дело за нами.

-А вы, Александр Лазаревич, хвастун.

Я прекрасно помню ваше отчаяние в Берлине, оно было посильней, чем у Ленина.

-Тогда почему я здесь, а Ленина сейчас с нами нет?

Ну почему?

Вы спрашивали, не поссорился ли я с ним. Нет, не поссорился.

А просто испытываю, как бы сказать, лёгкое разочарование.

Нам сейчас нужны не теоретики, а вожди.

Не Ленин, а Гапон.

Ну кто пойдёт за Лениным?

А за Гапоном пойдут тысячи.

Я поставлю его во главе движения, и рабочие пойдут за ним.

А чтобы всё было по-нашему,

мы ему речь напишем.

Ну так-то он гордый, но перед вами преклоняется.

Если вы что предложите, он же у вас с рук есть будет.

Напишете?

(фортепианная музыка)

(играет сонату Скрябина)

(звуки фортепиано)

-Давно собрались?

-Прибыли-с Горький с женой и толстяк с ними. Вчетвером.

(звуки фортепиано)

(окончание сонаты)

-Блестяще, браво! -Браво!

-Алексей, браво!

-Посмотри-ка, кто здесь. Манасевич.

-Кто позвал сюда эту тварь? -Я не приглашала. Проныра везде пролезет.

Иван Фёдорович! Иван Фёдорович!

Какой сюрприз! -Зинаида Петровна!

Ну как вам не совестно, опять не пригласили.

-Мы думали, вы в Париже. -Да уж месяц как в столице.

Ну, в следующий раз надеюсь. -Непременно, непременно.

Я вас оставлю, располагайтесь.

-Браво, брависсимо, дорогой мой!

Это неповторимо, это замечательно.

Вы, Алёша, обязательно должны приехать к нам на Капри, я отказа не принимаю.

-Конечно.

Ариадна?

-Ах, Алексей! Боже мой, Алексей!

Как я вас люблю!

Если когда-нибудь сойду с ума от любви к вам...

Эти ваши глаза...

Простите, я должна побыть одна.

-Господа!

Господа, чай подан, прошу в гостиную.

-Простите. Отец Георгий? -Да, я вас слушаю.

-Я чиновник особых поручений при совете министров Манасевич.

Я приехал сюда, чтобы повидать вас.

-Очень польщён. -У вас проблемы с паспортом.

-А вы откуда знаете? -Голубчик!

Голубчик, вы же национальный герой. Вас все знают.

Жандармы были предупреждены, чтобы вас пропустили.

Несмотря на откровенно плохо подделанный документ.

Но вы не волнуйтесь, вас никто не тронет.

Более того, я могу поспособствовать вам в получении нового паспорта.

-Вот как? И кто же в этом заинтересован?

-Дело в том, что...

наверху

одна персона знает о вашем приезде, и...

-И кто же эта персона?

-Я работаю у премьер-министра.

-Витте?

-Я могу организовать вам встречу. Хотите?

-А чего же премьер-министр от меня хочет?

-Это он вам сам расскажет. Гораздо интереснее не что он от вас хочет,

а что можно получить от него взамен помимо паспорта.

-Знаете, эта встреча может меня скомпрометировать.

Я хочу посоветоваться. -А вот этого не нужно.

Вы даже не представляете себе,

сколько людей вокруг вас хотят просто вас использовать.

-Но ведь премьер-министр небось тоже хочет меня использовать?

-Несомненно.

Ведь вы очень популярны в рабочей среде. За вас уже идёт война.

Сторону выбирать вам. Но прежде чем сделать выбор,

нужно ознакомиться с условиями, которые предлагают, не правда ли?

-Соглашусь с вами. -Не торопитесь с ответом.

Надумаете - звоните.

Можете считать, что паспорт уже у вас.

-Отец Георгий, пойдёмте к нам.

-Благодарю. -Вот сюда, проходите.

Вот ваше место. -Спасибо.

-Господа, надо понимать, что существует две России.

Россия тёмная и Россия европейская,

у которой власть и деньги.

Тёмная нищая Россия ненавидит белую богатую.

И это ненависть уже не классовая - это расовая ненависть.

-А ведь есть ещё и третья Россия.

Революционеры.

Которые желают уничтожить Россию белую руками России тёмной.

-Блестяще!

Отец Георгий, вот вы утверждаете, что революции можно избежать.

-Кровь уже была и была не зря.

Государь торжественно обещал свободы.

Эти свободы обновят Россию от края до края.

-Ни одному слову царя нельзя верить.

Если сейчас народ успокоится,

то власть тут же начнёт снова вешать.

-И что, у вас есть предложения? -Конечно, есть.

Не оставлять российской политической системе шансов на выживание.

Может быть, тогда она наконец отступится от своей подлой тактики.

(смеётся)

-Поживём - увидим.

-Пошла серебро чистить.

(откашливается)

-А вы уже уходите, да?

Ариадна, я хотела бы поговорить с вами.

Алёша, оставь нас.

-Мама...

-Ариадна, я прошу вас

отстранить от себя мальчика.

Это в ваших силах.

Я прошу вас, ну пожалуйста, оставьте в покое моего сына. Он ребёнок.

Он талантлив, у него вся жизнь впереди. А вы тянете его в пропасть.

-Всё неважно. Всё, что вы говорите.

Я не могу выполнить вашу просьбу.

-Да-да, я понимаю.

Я понимаю, что это я виновата.

Я не сопротивлялась, когда узнала о том, что вы встречаетесь.

Но я думала, это лучше, чем публичный дом, там болезни.

Простите. Простите, я...

Но зачем продолжать всё это? Вы же замужняя женщина.

-Я ушла от мужа. Разве вы не слышали?

Такое горе приключилось в наших семьях. Я люблю вашего сына.

-Не надо, не смейте.

Вы не смеете говорить о любви, вы в два раза старше его, это...

Ну это порочно, это разврат, это...

Вам не стыдно?

-При чём здесь стыд?

-Вы же отвратительная женщина.

-Зачем? Не нужно это. Впрочем...

Если вам так легче - оскорбляйте.

-Для моего сына вы просто юношеское увлечение.

Через несколько лет вы не будете ему нужны. Но вы успеете испортить ему жизнь.

-Мне очень жаль вас.

И мне очень жаль себя.

Но Алёша мой.

А я - его.

(хлопает дверью)

(звонок в дверь)

(звуки фортепиано)

-Доброе утро. -Доброе.

-Мне бы увидеть Алексея. -Варя, кто-то пришёл?

-Госпожа Славина попросила, чтобы я забрал её багаж.

-Вы присядьте, я позову сына.

(играет сонату)

Сидите-сидите.

-Не двигайтесь!

Замрите. Это очень опасно.

С этим нужно быть очень

осторожным.

-Алёша!

Алёша!

-Мама! Что с вами, вам плохо?

(сбивчиво) -Я не знаю, что сказать.

Я в отчаянии.

Я случайно открыла коробку, которую привезла Ариадна,

а там бомбы, я не знаю что.

Я могла бы уже быть с оторванной головой.

-Мама, зачем вы открывали?

-Алёша... Алёша, зачем тебе это?

Зачем тебе это?

Я всю жизнь потратила на то, чтобы ты стал великим музыкантом.

Тебя ждёт мировая слава.

А эта женщина - она погубит тебя.

Она порочна.

Попроси принести воды.

-Варя! Варя, подайте воды!

-Твой отец не переживёт этого.

-Я должен быть на занятии.

-Четыре человека посреди бела дня

заходят в филиал Государственного банка империи,

убивают привратника, управляющего, вычищают кассы.

И это в Гельсингфорсе, где до этого всё было спокойно, не так ли?

-Ваше величество,

ситуация будет только ухудшаться.

-Вот как?

-Манифест вашего величества ещё больше развяжет руки экстремистам.

-Что вы предлагаете?

-Я думаю, что ради вашей и августейшей семьи безопасности

в Особом отделе необходимо срочно организовать специальное подразделение,

которое будет заниматься исключительно политическим подпольем.

Если позволите, я представлю вам молодого, но надёжного человека.

Он офицер, служит в жандармском управлении

и мог бы возглавить службу, о которой я говорю. Он в приёмной.

-Я обеспокоен создавшимся положением.

Моих чиновников стреляют, как куропаток.

Смешно, я буквально не могу прогуляться, даже вокруг дворца.

Очень надеюсь, что вы станете полезным помощником генералу Трепову.

У вас особая роль.

-Это огромная честь для меня, ваше императорское величество!

-Где вы родились?

-Станица Вешенская, ваше императорское величество!

-Получили образование?

-Донской императора Александра III кадетский корпус в Новочеркасске,

ваше императорское величество.

-Так вы из казаков?

-Так точно!

-Ну что ж.

Я могу на вас положиться.

Мой покойный отец говаривал: "На казака всегда можно положиться".

-Казаки говорят: "Куда ваше величество взгляд свой кинет, туда мы головы бросим".

-А кто вам шил мундир?

-Одолжил.

Виноват, ваше императорское величество, не успел пошить. Мы в штатском всё время.

-Я вам посоветую очень хорошего портного.

Я уверен, вы понимаете, что вам будет непросто.

-Я сделаю всё, что в моих силах, ваше императорское величество.

-Можете идти, подполковник.

-Я ротмистр, ваше императорское величество. -Теперь уже подполковник.

Ступайте.

Сумеет ли Витте умиротворить толпу?

Я подписал манифест.

Теперь должен жить как Наполеон.

На Эльбе.

Ступайте.

(смех)

-Господа!

Господин подполковник, позвольте представиться.

Медников, начальник агентурного отдела.

Поручик Бова.

Поручик Кравчук.

-Подполковник Прохоров, начальник Особого отдела.

Садитесь, господа.

Доложите подробно политическую обстановку в столице.

-Мы для вас, господин подполковник,

подготовили, как говорится, полную диспозицию.

Кафе "Фонтан".

Позвольте вкратце...

(усмехаясь) Вкратце о зонах курации.

За север империи отвечает... -Подождите.

К моему отделу приписаны четыре человека? -Так точно.

В штате отделения также состоит ротмистр князь Цуладзе.

-Где он?

-Спит, ваше высокоблагородие.

-Как спит? -У него вчера был день рождения, 30-летие.

-Перебрал, знаете ли. -Но он тут, в мансарде.

-Даю вам пять минут. -Есть!

-Ваше высокоблагородие...

Больше не повторится.

По каждому региону у боевиков есть свои смотрящие.

Но у различных партий возникают конфликтные ситуации,

которые разрешаются их центральными комитетами за границей.

Савинков и Гершуни - в Женеве,

Ленин и Богданов - в Базеле.

Слежка за этими господами, я бы даже сказал "товарищами", очень важна.

Поэтому ряд тайных агентов

под строжайшим прикрытием

внедрён почти в каждую организацию.

-Сколько их? -Не знаю.

Не допущен до информации.

-А кто допущен?

-Полковник Курловский, начальник охранного отделения.

-Разрешите представиться! Ротмистр, князь Цуладзе.

-Вам смешно? -Никак нет.

-С днём рождения, князь.

Вы отдаёте себе отчёт, где вы могли бы оказаться,

если бы сейчас произошёл теракт? Военный суд вас вряд ли прельщает.

-Виноват, господин подполковник!

-Чтоб больше такого никогда не повторилось. -Ясно.

-Что пили?

-"Хванчкару".

-А водку?

-Ещё чача была.

-Не пробовал.

-Это большое упущение, ваше высокоблагородие.

-Погодите.

Голова болит?

-Есть немного.

-Сядьте тоже. -Благодарю вас.

-Господа!

Отделение наше новое, задачи особые.

Нам оказано исключительное доверие со стороны государя.

Давайте поработаем.

Список агентуры только у начальника департамента?

-Так точно.

-Сейчас вернусь.

Без меня не пить!

(стук в дверь) -Да-да!

-Полковник Курловский, разрешите представиться.

Подполковник Прохоров.

-А, вы уже здесь? Садитесь.

Вон вы какой.

Сигару не желаете? -Нет, благодарю.

-Интересно.

А чем объяснить ваше назначение?

Царь недоволен, как мы его охраняем?

-Насколько я понимаю,

после высочайшего манифеста у радикалов возникла иллюзия,

что государство капитулировало,

а амнистия политических заключённых привела к нарастанию подпольного движения.

К тому же из ссылок возвращаются экстремисты.

Как следствие - опасность терроризма.

Я думаю, этим вызвано моё назначение.

Мой отдел призван заниматься исключительно терроризмом.

Я в свою очередь надеюсь на ваш профессиональный совет, на ваш опыт.

-Ага.

Мой опыт советует...

Напишите рапорт.

Откажитесь от назначения.

И возвращайтесь в своё жандармское управление.

-Я не могу принять этот совет.

Хотя бы потому, что я обещал его величеству.

-А его величество не отметил, что ваш мундир нехорошо скроен?

-Отметил.

-Обещал портного дать?

-Обещал.

-Так вот, не дождётесь.

Он это каждому вновь прибывшему обещает и ещё никогда не выполнил обещания.

-Это единственный совет, на который я могу рассчитывать?

-Послушайте, подполковник, зачем вам это нужно?

Рассчитываете на карьеру? Наивно.

Вы тут расшибётесь. У нас - одна политика, всё.

Взаимоотношения с двором, с прессой, с советом министров, с сенатом.

У нас тут преступнику в морду не дашь.

У вас ведь в жандармском управлении проще.

Чуть что - в морду. Так ведь?

-По-разному бывает.

-А у нас в морду бесполезно.

Наши преступники - за идею.

Они за неё готовы умирать, сами себя взрывают.

Ведь человек, который каждый день живёт рядом со смертью,

уже не может быть нормальным.

Вы не готовы умереть?

Я тоже.

Я люблю шампанское, цветы, мороженое.

Женщин.

А эти спят с бомбой под кроватью, которая может взорваться в любую минуту.

Мы здесь не для того, чтобы преступление произошло -

мы бы кинулись его расследовать.

Мы здесь для того, чтобы оно не случилось.

А не сумел справиться - вон к чёртовой матери.

(смеётся)

Меня три раза выгоняли.

-Это очень ценная информация. Позвольте продолжить?

-Да, конечно.

-Я бы хотел получить все досье на ваших секретных агентов.

-Простите, что?

-Все данные вашей агентуры. Пароли, явки, клички и так далее.

-Простите, как ваше имя-отчество?

-Михаил Васильевич.

-Так вот, Михаил Васильевич.

Неужели вы думаете, что я вот так возьму и отдам вам досье своих тайных агентов,

которых я находил, растил, обучал...

А вот так возьму и отдам первому попавшемуся человеку?

Может, у вас связи с подпольем? Или вы сам террорист? Я ведь не знаю.

-Если вы не знаете, то его императорское величество знает.

-Император может заблуждаться.

Если завтра вы совершите преступление,

то отвечать будет не император, отвечать буду я.

Вы ничего от меня не получите.

Так что работайте, вникайте.

(звонок телефона)

Да.

Слушаю!

Когда? Когда?

Позвольте я запишу маршрут.

Срочно Медникова и Цуладзе сюда.

Да-да, пишу.

-Медникова и Цуладзе!

-Невский, угу.

Да, записал.

-Позвольте считать наш разговор оконченным. -Подождите.

Вы тоже будете нужны.

Господа, звонили из императорской канцелярии.

Сегодня к 15 часам царские особы едут в Исаакиевский к ранней вечере.

Царица решила ехать, а император - сопровождать. Каково?

А мы теперь дорогу за два часа обеспечить!

Алло! Соедини меня с начальником корпуса жандармов, потом военачальником,

потом командиром Казачьего царскосельского полка. Быстро!

(взрыв)

(крики на улице)

-Где это рвануло?

-Террористы!

(свисток жандармов)

-Я ничего не слышу!

-Скорей сюда!

(свисток жандармов)

(шум с улицы)

(шум, крики)