Original subtitles

На одну ночь или насовсем,

Моя ревность на первой полосе.

Двойная роль в одной игре,

Кем надо быть, чтоб понравиться всем?

На одну ночь или насовсем,

Моя ревность на первой полосе.

Двойная роль в одной игре,

Кем надо быть, чтоб понравиться всем?

Чтоб понравиться всем?

В эфире канал «Петербургское утро».

С добрым утром, уважаемые радиослушатели!

С добрым вас всех утром.

Начинается новая очередная рабочая неделя.

И мы начинаем наш традиционный утренний радиомарафон.

Пётр Александрович, может, фруктов?

Спасибо, Маш, не надо.

Пётр Саныч, подлетаем. Завод к приемке готов, только вас ждут.

Да что ты, Москва? Москва — это прошлый век.

А Патрики — вообще деревня.

Да, ну что, как я устроилась?

Я роскошно устроилась.

Леночек, у вас тут влажность 100 %.

У меня тут кожа разгладилась, морщины ушли.

Я как рыбка! Можно сказать, девочка.

Здравствуйте. Не с тобой, Лен.

А я теперь свободна,

я могу с тобой встречаться когда угодно, где угодно.

Да. Ну всё, я к тебе выезжаю.

Что?

Давай. А? Хадяков?

Ленусь, тут такой колодец — ничего не слышно, связь плохая.

Давай уже встретимся поболтаем. Всё, давай, пока.

Угу. Давай.

Пять минут — и я выхожу. Заводи машину.

А ты знаешь, мне кажется, Питер меня принял.

И погода, и настроение…

Это абсолютно мой город.

Что, дом?

Но дом — это там, где хорошо, правильно?

А мне тут хорошо.

Батюшки мои, какая красота!

У меня голова кругом, ей-богу.

Класс!

Ну, туда? Сюда?

Господи…

Ну, и ты чего, надолго?

А ты знаешь, может, и насовсем.

Ну что, я давно мечтала пожить здесь, у вас, в Петербурге.

Да, да, да, да, да. Сильно накосячил?

Десять из десяти.

- Что будешь делать? - Я не знаю, что делать.

Я ему сказала: «Подойдешь ко мне — я с тобой разведусь просто».

- Да, ага… - Всё заберу и нищего убью.

Ой…

Так он еще клясться погонами начал, что больше никогда и никаких баб.

Ага, балабол…

Куда мне ехать-то, ну не в Дубай же?

А где Хадяков, что он делает, чем он занят,

вообще как он живет — мне принципиально наплевать.

Вот молодец. Я вот завидую твоей решимости.

Я уверена: мой летчик сейчас где-то косячит.

- Но подловить не могу. - Ленуся, а бог с ними.

- Да. - Давай, за что мы выпьем?

За тебя, моя птичка. Прилетела в Питер… За тебя.

Угу.

Проблема одна — я тут вообще никого не знаю, кроме тебя.

Так, подруга. Ты знаешь меня — значит, ты знаешь весь Питер.

Вообще, тебе нужно с кем-то познакомиться и завести новые романтические отношения.

А я смотрю, ты у нас не поборница морали.

Ну, в смысле? Я-то своему никогда не решусь отомстить.

А ты вон какая смелая. Практически свободная.

Да, это да. Свободная — это точно.

Возьмите, пожалуйста. Благодарю.

Так как-то повеселее, да?

Тысячу извинений, милые дамы,

я невольно стал свидетелем вашего разговора.

Меня зовут Георгий. Ну, для самых близких — Гоша.

Я петербуржец в четвертом поколении

и полностью и абсолютно открыт

для новых отношений.

Что-то вообще не поняла.

А я что, выгляжу как ночной ларек,

где написано: «Открыто круглосуточно»?

- Валя! - Лена…

Ну, конечно, на вас ничего не написано. И какой же вы ларек? Вы бутик.

Просто у меня сегодня вечером забронирован столик

в новом ресторане Винсберга,

и я ищу спутницу на премьеру Золотницкого в эту пятницу.

Вот, как-то так.

Простите, у меня один небольшой вопрос.

- Да. - Гоша, да?

Да.

А скажите, я похожа на женщину без планов?

Понимаю.

Просто никогда бы не простил себе, если бы…

не попытался.

Всего доброго. Прошу прощения.

- Хорошего дня. - И вам.

- Всего доброго. - Всего хорошего.

Вот зря ты так.

Мне он вообще напоминает какого-то политика или финансиста…

- Может, он вообще артист. - Ага, президент.

А ты знаешь, Золотницкий сейчас самый модный режиссер,

к нему на премьеру вообще не попасть.

Собственно говоря, как и в ресторан Винсберга.

Там бронь за два месяца.

У вас на премьеру не попасть,

потому что у вас одна приличная премьера в год в Петербурге.

И ресторан вот этот — три столика и очередь стоит.

- Ой, Валя… - Ой, ты посмотри на него, как он одет.

Ну это что, ну это без слез не взглянешь.

Он для Питера даже «ту мач».

В смысле? Ты посмотри на его машину. Это олд мани.

Все миллиардеры так одеваются.

Точно, миллиардер же в Петербурге,

по прописке, который под домашним арестом…

Я забыла.

Лена! Посмотри, у него кнопочный телефон.

Само собой. Такие не отслеживаются.

Мы с тобой о чём договорились?

Забыть Хадякова

и завести новые романтические отношения с прекрасным парнем.

И в соцсетях потом о нём напиши. Всем заяви о новой жизни.

Давай, давай, давай!

- А ты знаешь, я пойду. - Молодец.

- Беру быка за рога. - Угу.

Гоша!

Простите меня, пожалуйста, я немного погорячилась.

Я с радостью приму ваше приглашение.

- А вот это чудесно. - Да?

Вы меня сейчас очень обрадовали.

Я пришлю за вами вечером машину.

Ну конечно.

Тогда я запишу адрес.

- Диктуйте. - Кирочная, 24.

Какой красивый адрес.

- Да? Мне тоже нравится. - Да.

Ну что ж, тогда до вечера.

Да, до встречи.

- Здравствуйте, Пётр Саныч. - Здравствуйте.

- Здравствуйте. - Так сказать, аперитив.

Давайте сначала всё-таки на завод.

Нам его сегодня надо принять и контракт подписать.

Да. Не беспокойтесь, мы везде успеем.

Мы же без наших, так сказать, деликатесов вас не отпустим.

- Хорошо. - Что там Валентина?

- Здравствуйте. - Здравствуйте.

Кажется, нашла себе мужика какого-то.

А с чего ты взял-то?

Да вот пишет, что у нее появился какой-то проводник в петербуржскую жизнь.

Вот ведь беспринципная зараза!

Ты за языком-то следи, всё-таки моя жена.

Виноват, Пётр Саныч. Что делать будем?

Пробей его. И наблюдай.

А как я его пробью-то? А наблюдать я как буду?

Я же вон здесь, а она там.

Значит, должен быть там.

Пётр Саныч, ну я же…

Ты еще здесь, что ли?

Есть.

- До свидания. - До свидания.

- Ну что, поедемте? - Прошу.

- Девочки, готовимся. - Миш! Самолет только нам верни потом.

По коням!

Прошу.

Прошу.

Добрый день!

Погода у вас, конечно, непредсказуемая. То снег, то зной, то дождик проливной.

Питер, что поделаешь.

Но музыкальный вкус у вас восхитительный.

Это профессиональное.

А что, в Петербурге все водители должны разбираться в классической музыке?

Благодарю вас, конечно, но я не водитель.

А, это ваше хобби?

Вам просто нравится таксовать, а так-то вы, наверное, бизнесмен.

Нет. Я основатель и главный дирижер симфонического оркестра.

Мать честная!

А почему вы меня везете?

Гоша попросил вас подвезти.

Скажу откровенно, для меня это честь.

Я готов выполнить любую его просьбу.

- А Гоша — он вообще кто? - Местный царь и бог.

Ну, это если скромно оценить его влияние.

Понятно… что ничего не понятно.

Я ему говорю…

По полной наливай. Москвичам по полной!

Так сказать, чтоб они быстрее пришли в кондицию!

Друзья, предлагаю выпить за то,

чтоб наш завод возглавляли люди волевые, профессионалы.

Волевые профессионалы.

- О! - За вас!

За вас!

А мы вам поможем.

Ну, до дна. До дна!

Как?

На завод поедем?

Поедем.

Сейчас номер посмотрим — девочки специально для вас готовили,

и поедем.

Девочки!

А?

Пётр Саныч! Богата Татария на красавиц!

Ну, так всё же, Гоша, чем вы занимаетесь?

Я…

наслаждаюсь жизнью. Профессионально.

И сокращаю жизнь тем, кто мешает мне наслаждаться ею.

Вот как-то так.

- «Бонсуар, мон ами». - «Бонсуар».

«Перье» 2014 года.

Да, неплохой год, благодарю.

Представьте меня.

Конечно. Жан Винсберг, ресторатор.

- Валентина. - Да.

- У вас забронировано? - Очень приятно.

Ну что же…

- Я здесь сяду. - Как вам вино?

Ну, в этом что-то есть. Что-то такое самобытное и…

Это симпатично.

Слушай, любезный, не подскажешь, что это за мужик?

- Наслаждайтесь. - Жан Винсберг, ресторатор.

Владелец заведения.

- Тот, который за столом сидит. - Волнительно!

Опасный человек.

- Ну что же… - Одним словом,

может или возвысить, или лишить всего.

- Забавный мужик. - Да.

Что будете заказывать?

Водички.

Ну что же, Валентина… Валентина, Валентина.

Вы удовлетворены?

Я?..

Вполне.

Какой же здесь восхитительный вид.

Какой прекрасный вечер. Какой волшебный ресторан.

И вы, Гоша… Восхитительно.

Я хочу швырнуть этот город к вашим ногам.

А знаете что?

Я готова перейти на новый уровень наших отношений.

Тогда, Валентина, я предлагаю нам уехать отсюда.

Дерзайте.

Прошу.

Здравствуйте.

Всегда рады.

Прошу.

Здравствуйте.

Здравствуйте. Извините, но вам сюда нельзя.

Понимаю.

В этом городе не всё продается.

В Москве вы бы все с голоду уже сдохли.

Ну что вы…

Некоторые представители петербуржской диаспоры

весьма неплохо себя чувствуют в Москве.

Ну, это вся страна в курсе.

Удостоверение просрочено в 2016 году, товарищ майор.

- Да ну на фиг! - Всего доброго.

По полной!

Девочки…

От вас прямо исходит электричество.

А электричество — это что?

Это будущее.

Слышь! По ходу, он готов. Надо дожимать, пока не поздно.

- Пётр Саныч, Пётр Саныч! - А?

А может, прямо здесь контракт подпишем — и ну его, этот завод, а?

- Да хрен с ним, с заводом, что мы… - Ну и правильно.

…заводов не видели?

Точно! Что мы, заводов, что ли, не видели?

Пётр Саныч…

Пётр Саныч!

Вы меня просили напоминать про ваше обещание,

что если вы сорветесь на других женщин, всё свое имущество отдадите Валентине.

Так… всё. Поехали на завод.

Валентина, весь Русский музей в вашем распоряжении.

- Боже, как красиво. - Да.

Прошу.

Ой…

Какая маленькая теннисная ракетка.

Это зеркальце.

- Я пошутила. - А я знаю.

Климченко Константин Михайлович знал толк…

Вот.

Вот, это Семирадский. «Фрина на празднике Посейдона».

Подобные произведения, вы знаете, меня просто возбуждают…

По-хорошему.

Вот эта Фрина, она напоминает мне вас.

Валентин, посмотрите, вокруг нее всё крутится, вертится…

А я уж подумала, что вы намекаете на то, что хотите меня раздеть.

Не без этого.

Валентина, у меня дома есть несколько поразительных работ,

никто никогда не видел их.

Я бы очень хотел их вам показать сегодня.

Роскошно…

Но знаете, Гоша, мне кажется, что уже поздно.

И у нас завтра с вами вечером премьера.

Целесообразно будет поехать по домам.

Да?

Далее мы направляемся…

Вот тварь летучая, а?

Да, Валь, говори. Привет.

Что говорить-то? Я просто узнать хотела, как у тебя дела.

Да никак. Знакомлюсь с новым летным составом моего благоверного.

Ой как…

Представляешь, они с ним так фоткаются, как будто они не в курсе, что он женат.

Что у тебя?

А что у меня? У меня этот… вот мой загадочный кавалер.

Какой-то граф Монте-Кристо.

Такой, знаешь, он…

…харизматичный…

Не надо, я сама.

На секс мне картиной намекал.

Но я как бы не уверена.

Но не хочется никого обманывать.

Так, Валентина. Поверь, пожалуйста, моей мудрости и моему опыту.

- Так? - Все мужики на свете обманщики.

Угу.

Не стоят ни нашей молодости, ни нашей красоты.

Так что давай делай первый шаг,

даже если нет уверенности. Обманывать их не стыдно.

Какая ты у меня мудрая, Ленуся. Молодец.

Всё, давай. До связи.

- Да, да, давай, пока. - Хорошего тебе дня.

Вот мышь летучая, ты посмотри…

А этот-то, Бэтмен. Я тебе устрою…

Пётр Саныч, мы прилетели.

В Питер?

Нет, в Москву.

Надо в офис ехать, готовить решение по заводу.

Какой завод? А, завод…

Чего мы так нажрались, что я никакого завода не помню?

Ладно, так примем, не впервой. Где Валя?

Ну, кто там ее выгуливает?

Попейте водички сначала.

- Что, всё так плохо? - Нет, я не в этом смысле.

Просто слух о том, что Валентина вас бросила,

очень быстро разлетелся.

Появилось очень много желающих занять ее место.

Кто?

И откуда они только берутся? Убери их от меня, а то сорвусь еще.

И узнай у Миши, что там за проходимца Валя нашла.

Есть.

Дамы и господа,

убедительная просьба выключить мобильные телефоны

или перевести их в беззвучный режим работы. Спасибо.

- Да… - Ой, как красиво…

Да.

Знаете что, Валечка, вы в этой декорации как вечерняя заря над Невой.

А что, слишком много красного?

Румяна, помада? Может, блуза?

Нет, нет, нет. Вы… вы абсолютно прекрасны.

- Спасибо. - Ну ладно.

- Я сюда. - Конечно.

- Добрый вечер. - Здравствуйте.

Георгий Витальевич, зайдите после премьеры к нашей дебютантке, прошу вас.

Я тебя умоляю, давай не сейчас, а?

На пять минут.

- Хорошего вечера. - Спасибо.

Что-то случилось?

Да знаете, всё… вечно одно и то же.

Режиссер просит зайти к дебютантке после спектакля в гримерную.

А что за дебютантка?

Да метит в новые примы, но шансов никаких.

Как говорится, не взлетит.

Гоша, скажите, а есть места,

где вас не знают или как-то иначе принимают?

Ну скажите уже, чем вы занимаетесь. Я просто горю от любопытства.

Валечка, а любопытство — это ведь сильнейший афродизиак.

Перед началом хотелось бы выразить особую благодарность

большому другу нашего театра Георгию Витальевичу!

Можем начинать?

Пожалуй, пора.

Как прикажете.

Давай.

Где они сейчас?

В Михайловском театре, Пётр Саныч. Вот что Миша на него нарыл.

Он обычный театральный критик. И альфонс.

Требует с молодых артисток денег за хорошую рецензию.

Но а с Валентины он, видимо, просто хочет денег поиметь.

- Возьми трубку… - Да, я слушаю.

- Здрасте. - Здравствуйте.

Пётр Саныч, приветствую вас, это Даша.

А, Даша, здравствуйте.

А вы помните Алёнку мою?

Ну… ну, ну ту, что из деревни?

Конечно помню, прекрасная девочка.

Слушайте, вы не могли бы ее на работу к себе пристроить?

Я слышала, вы постоянно в разъездах.

Может быть, там цветочки поливать, что-нибудь такое…

Ну, вы знаете, у нас чисто мужской коллектив.

И, знаете,

юмор бывает иногда такой специфический. Поэтому…

Она девочка молодая, чистая…

Так что…

я бы, знаете, поберег бы ее.

Не портил бы раньше времени, как говорится.

Ай, вы ее не узнаете сейчас. Гулять начала.

Шашни с сомнительными мужиками крутит,

по ночным клубам ходит, учебу забросила…

Знаете, вот совсем голову потеряла. Боюсь, боюсь, упущу девчонку.

А вас она уважает.

Ну, глядишь, и возьмется за голову.

Ну…

Я подумаю.

Ой, спасибо огромное, благодетель вы наш.

- Благо… - Да не за что. До свидания.

Ну?

Молись, чтобы он согласился, бедовая моя.

Если сработает — хорошо.

Если нет — в деревню сошлю!

Ты, главное, его охомутай, пока они с женой снова не сошлись.

Пётр Саныч,

кажется, ситуация обостряется.

Когда кажется, креститься надо. Понял, Миша?

Она трогала его за руку, один раз голову на плечо положила.

Если она еще раз его за что-нибудь потрогает,

я отправлю тебя параллельным экспортом!

Но не целиком, а по частям, понял?

А если сам справиться не можешь, вызывай спецназ.

- Тш-ш… - И пусть кладут эту самодеятельность

- к чертям собачьим. - Вас понял.

Всё, отбой.

Я что-то не пойму, он бессмертный, что ли? Дай мне его номер.

Восторг.

Они так самозабвенно играют…

Прошу прощения.

Сейчас… Извините, я на секундочку. Сейчас подойду.

Ой…

Слышь, жиголо, тебе жить надоело? Ты женщиной не ошибся?

Ну что вы, Пётр Александрович. Я просто хотел привлечь ваше внимание.

- И в мыслях не было. - Зачем?

Я лишь предлагаю заняться продвижением вашей супруги в наших местных СМИ.

И потом, я слышал, она уйти от вас хочет. Здесь быстро себе кого-нибудь найдет.

А я гарантирую ей безопасность

и никакого интима.

Обещаю вести себя с ней предельно скромно.

Какое интересное предложение…

Надеюсь.

Но за очень нескромное вознаграждение.

Пётр Александрович, вы подумайте, хорошо?

А мне, извините, надо бежать.

Нормально…

Да уж…

Пусть Миша это Вале покажет. Сейчас он пожалеет, что с ней связался.

О…

- Ой, Гоша. - Да-да.

Как раз хотела тебя спросить: ну, как тебе прима?

Знаете, говорить не о чем. Пустышка какая-то. Прыг-скок… Пшик.

А мне понравилась. Мне показалось, она такая сильная какая-то.

Видно, из провинции девка, мощная.

Да Питер — это же не богадельня. Это город с гранитной душой.

- Жестко. - Как есть.

Знаешь, Гош, ты мне так нравился, пока я не узнала,

что ты театральный критик, который наживается на молодых дарованиях.

Валентина, я единственный читаемый и почитаемый в этом городе критик.

Так что я здесь решаю, кто талант, а кто нет.

- Вот как? - Угу.

Слышишь, решала, а подкатывать ко мне ради бабок — это нормально?

Тш-ш… Валентина!

Ну, ну, ну, ну… Зачем? Ну как же так?

Ссориться с критиком, работая в сфере культуры, —

это как минимум неразумно.

А я в ней не работаю. Я ее создаю, Гош.

Вон там, глянь, посмотри-ка. Видишь?

Это человечек Хадякова, так сказать, опричник.

Ну, такой мим.

Он так потрясающе стирает ухмылки с чужих лиц…

Ты вообще зря, конечно, с Хадяковым связался.

Значит, так. Если ты обосрешь это молодое дарование,

я тебе руки и ноги сама лично повыдираю к чёртовой матери.

Я поехала домой. Мне так скучно стало!

Хорошего вечера.

Георгий Витальевич, как вы оцениваете выступление?

Прежде всего мне хочется сказать о нашей приме. Это, конечно, открытие.

Знаете, я…

Просто чудо, давно не помню такой наполненности, такой глубины,

такой подлинности чувств.

Знаете, можно смело говорить о возрождении нашего балета.

Так, готово.

Не нужен мне никакой Гоша, ни Хадяков.

Начну новую жизнь сама.

Пётр Александрович, здравствуйте. Я к вам.

На работу проситься.

Это… гостинец от папы. Пятитравка.

Не хотите продегустировать?

- Алёна, это перебор. - Почему же?

Только для аппетита. И есть пирожки с капустой, от мамы.

Я про внешний вид.

А… Простите, я…

Я просто не знала, как в офис ходят.

У меня все подружки на Патриках так работают.

У нас тут по-другому. Не так, как у них там.

А…

Простите, я… такая дурочка…

Возьмите меня…

на работу.

Вы можете меня подстроить под себя.

Сделать лучше, научить всему, с нуля. А?

Ты принята.

Давай, заходи. Расскажешь мне про жизнь молодую.

Клуб 703.

Закрытый клуб для суперэлиты, для сливок Петербурга.

- Ну, я должна попасть туда по-любому. - О, не, не, не. Без шансов.

Понимаете, это Петербург.

Здесь даже бомжи с филологическим образованием.

Там надо соответствовать определенным требованиям.

- А времени у меня нет. - Тогда за дело.

У нас самые лучшие специалисты. Екатерина.

Давайте я проведу вам экскурсию.

Наш план сработал.

Мать честная… Я вам сейчас такое покажу. Это бомба.

Переплетай истории

Между людьми без принципа.

В красивой жизни нет любви,

Она почти вся выцвела.

Обманывай меня еще,

Ведь это так всё весело.

Забыть тебя, забыть про всё,

Сказала как отрезала.

Игры слов — сплошная ложь,

Я надеюсь, что за ужином меня не убьешь.

Посмотри в глаза — ты всё поймешь,

Ты всё поймешь.

На одну ночь или насовсем,

Моя ревность на первой полосе.

Двойная роль в одной игре,

Кем надо быть, чтоб понравиться всем?

На одну ночь или насовсем,

Моя ревность на первой полосе.

Двойная роль в одной игре,

Кем надо быть, чтоб понравиться всем?

Всем-всем-всем…