Original subtitles

Давай быстрее!

- Мама! - Шевелись, шевелись, шевелись!

Мама! Мама!

- Бегом, сказал! - Мама!

Чисто!

Твою мать.

- Там пацан. У него гранаты. - Заходим.

Тихо-тихо-тихо-тихо. Мальчик, тебя как зовут?

Мага. Магомед. Дяденьки, я больше не могу держать.

- Борзый, смотай ему руки. - Мальчик, только не беспокойся.

Все будет хорошо, я тебе обещаю, только потерпи секундочку, у меня изолента есть.

Я больше не могу держать.

Всем добрый день.

Мария, я ознакомился с вашими дневниками и сделал некоторые выписки.

Кстати, кто приучил вас их вести?

Дедушка.

Он говорил мне – не надейся на память, внучка, однажды она тебя может подвести.

И, следуя такому разумному наставлению, вы довольно подробно описываете все,

что с вами случилось и все ваши эмоции.

Но 24 мая вы с Уолтером Эммерсеном были в Южной Дакоте

на свадьбе его одноклассницы и подруги Аниты Томпсон.

- Верно. - Вы знаете, чем она занимается?

- Кто она по профессии? - Именно.

Ну, она по-моему, большая влиятельная персона.

У нее какой-то очень высокий пост в правительстве.

И в тот день было очень много важных гостей.

Большая влиятельная персона.

Она заместитель госсекретаря США по контролю за вооружением

и международной безопасностью.

Она была переговорщиком со стороны США в диалоге с Россией.

Да! Это очень высокий пост.

Как вам свадьба?

Ну… Все было очень красиво и чувственно.

Все были по-настоящему счастливы.

Цветы, улыбки, поздравления, танцы. Вы танцевали?

Конечно.

Тогда расскажите мне, почему такому яркому и эмоциональному дню,

с участием таких высокопоставленных персон, вы посвятили всего одну строчку?

«Была на свадьбе. Очень разочарована. Надеюсь, справлюсь».

Ответить кратко или развернуто?

Если можно, максимально подробно.

- Мы ведь никуда не торопимся? - Конечно.

Я очень люблю Америку. Правда.

Я по своим взглядам либертарианка и могу сказать,

что вы добились поразительных результатов в экономике, науке, искусстве,

комфорте и уровне жизни.

Кажется, что это просто идеальная страна для всего. Но

Америка не помогла нам с Уолтером.

Наши отношения нельзя назвать идеальными. Надеюсь, только пока.

Я читал об этом в ваших дневниках.

Вы ведь уходили от Уолтера к другому. Да?

У нас был период охлаждения в отношениях.

При этом, признаюсь, подсознательно я всегда чувствовала себя виноватой.

Хотя, это Уолтер был инициатором нашего знакомства с Патриком Шелом.

Иногда мне казалось, что он сам меня подталкивает к измене.

- Мария, об этом… - Ах да, про свадьбу.

Вы знаете, что Уолтер считал у себя самым ценным ни дом, и не машину,

- а каску. - Каску?

Да, каску советского солдата, простреленную вот здесь.

Он её привез из Афганистана.

Он там был переводчиком, и у него есть на правом богу большой шрам от ранения.

Мне всегда было очень неприятно слышать гневные,

и порой очень резкие высказывания в адрес моих соотечественников.

Но он всегда разделял свои чувства.

И не нужно обижаться.

Я говорю о подлости не народа, а о подлости власти!

О бесчеловечности коммунистического режима!

Но сейчас идеологические разногласия в прошлом. Мы друзья.

Я презираю не русского, а советского солдата.

Окажись я в Афганистане чуть раньше, и он бы мог меня убить.

И мы бы с тобой никогда не увиделись.

Перед отъездом в Южную Дакоту я узнаю,

что он эту каску хочет подарить Аните и Майку.

Это было как-то странно и нелепо.

В день свадьбы странности продолжились.

- Я почти готова. - Я тоже, заходи.

Ну, как я выгляжу?

Ты выглядишь в миллион раз лучше Джулии Робертс, дочь моя.

Это, что такое?

Ты ограбил банк и решил скрываться от правосудия под видом пастора?

Именем Всевышнего Господа нашего объявляю вас мужем и женой.

Живите долго и счастливо в горести и радости.

«И в горести, и в радости». Я, признаюсь, опешила.

- Почему? Что не так? - Именно это он и спросил.

Ну, а что здесь такого? Я окончил трехдневные курсы пасторов,

получил удостоверение и теперь имею полное официальное право

венчать молодоженов.

- А жених с невестой про это знают? - Да нет, конечно.

Но в этом и заключается сюрприз.

Мы знакомы с Анитой лет с 8, она думает, что знает меня, как себя, но…

Я понимаю. Но как быть с таинством?

В каком смысле?

Я, признаюсь, не была еще замужем, но и вы ведь, Мария, тоже.

Вы о чём?

Брак – это таинство.

Таинство в обещании женихом и невестой взаимной верности друг другу

благословляется их супружеский союз,

во образ духовного союза Христа с церковью.

И спрашивается, и подается благодать божья для взаимной помощи единодушия.

Для благословенного рождения и воспитания детей.

Супруги обязаны во всю жизнь хранить взаимные любовь и уважение.

Все верно. Я уже скачал этот текст. Я обязательно его произнесу.

С нужным чувством и интонацией.

Супруги всю жизнь обязаны хранить друг к другу взаимную любовь и уважение.

Взаимную верность и преданность. В радости и в горе.

Прошу вас обменяйтесь обручальными кольцами.

Что по-вашему мнения Уолтер сделал неправильно или не по закону?

Они ведь протестанты, а не католики или ортодоксы.

Я не знаю. Это же таинство, а не курс езды на самокате.

Таинство – это таинство.

Как крещение, причастие, покаяние.

Властью, данной мне Господом Богом, и законами штата Южная Дакота,

объявляю вас мужем и женой.

Йе!

Давайте вернемся к сути дела.

То есть вы хотите сказать,

что это переодевание и было причиной вашего расстройства?

Нет, конечно.

Все началось гораздо позже, когда праздник был в самом разгаре.

Сначала Уолтер решил вручить жениху и невесте подарок.

А теперь, нарушая традицию и забегая немного вперед,

я хочу сделать вам подарок.

Всю свою жизнь я посвятил тому, чтобы возродить жизнь в Афганистане.

Восстановление школ для детей в этой далекой,

опаленной войной стране, стало главной моей целью.

Вы, наверное, спросите меня, зачем мне,

успешному американцу тратить все свое свободное время на это?

Я вам отвечу.

Уолтер произнес большую эффектную антивоенную речь.

Браво! Боже, благослови Америку!

- Браво! - Браво!

- Браво! - Браво!

Да здравствует Америка!

- Поздравляю. - Браво!

- Поздравляю. - Браво!

- Браво! - Браво!

И вот, когда вечер был в самом своем разгаре,

и произошло то, о чем вы, Кельвин, спрашиваете.

Простите, что спрашиваю. А вы правда из России?

Да… А я не просто из России.

Я из ее таинственного места, из Сибири. Я вас сейчас заморожу.

Ааа!

Спасибо за чудесный вечер. Вы с Томом прекрасная пара.

Невеста была уже не молода, но удивительно здорова, и почему-то привлекательна.

Этот твой одноклассник в костюме пастора, прямо герой.

Мой одноклассник и друг детства Уолтер Эмерсон

стал пастором исключительно на один вечер.

А так в повседневной жизни он профессиональный аферист.

Это как?

Уолтер никогда и нигде не служил. Он аферист.

Собирает с людей деньги на восстановление школ и дорог в Афганистане,

- а сам там ни разу не был. - Лихо.

Ага, деньги обещает вернуть, но никогда, никому не отдает ни цента.

Да, в Америке много доверчивых и богатых.

Почему ты не заявишь в полицию?

Ну, каждый зарабатывает так, как может.

И потом, заявлять должен обманутый человек, но видимо таких нет.

Я лично ему ничего не давала.

Я дала ему из своих сбережений двадцать тысяч долларов.

Он знал, что на свадьбе будут высокопоставленные военные…

Скорее всего, этих денег уже нет.

Каску он подарил, чтобы войти к ним в доверие.

Слушайте, он ко мне подходил уже. Рассказывал про свою морскую болезнь.

- К нам нет. - Да…

Он ещё не разобрался, вы же не по форме одеты.

Но учтите, если он будет показывать вам свои шрамы на боку это не от ранения,

это он в детстве с велосипеда упал.

Можно воды?

О, извините.

Ты куда пропала? С тобой все в порядке?

Слушай, Николас рассказывает потрясающие вещи. Просо фантастика.

Оказывается, он воевал во Вьетнаме с Советами и так же, как и я, был ранен.

- Ранен? - Угу…

Сожалею.

Почему вы с ним не поговорили?

Выйду отсюда, Кельвин, обязательно это сделаю.

А подскажите, какие слова возникают,

когда ты узнаешь, что самый близкий тебе человек лжец и аферист?

К счастью, не имею такого опыта.

Почему вы от него не ушли? Зачем остались?

Очень хороший вопрос.

Надеюсь, вы все понимаете, что не из-за того, в чем меня подозревают.

Если бы я была шпионкой,

стала бы я полагаться на такого человека, как Уолтер?

Куда бы я могла пробиться, находясь рядом с человеком,

которого никто не уважал?

И вы тоже?

Мне почему-то просто было его жаль.

А еще у русских женщин частенько примешана к любви жалость.

Не ушла, потому что надеялась помочь ему.

Вот и написала:

«Была на свадьбе. Очень разочарована. Надеюсь, справлюсь».

Привет.

Комэ ста? Ну, как дела?

Привет. Нормально.

- Попробуем позаниматься итальянским? - Давай. А как?

Я кое-что тебе приготовила.

Под подносик загляни.

- Небольшой словарь итальянского. - Уу…

Тема сегодняшнего занятия «Ресторан».

Перфекто ресторанте.

- Ах… освободимся… - М…

Закажем бутылочку красного вина.

У красивого кареглазого мускулистого официанта.

С экзотическим именем Леонардо.

Не, пусть лучше будет официант Роберто.

- Слушай, пусть их будет двое. - М…

Я надену синее платье с глубоким вырезом на спине.

И декольте обязательно. А ты?

Слушай, я так проголодалась.

Эти овощи, это «куеставердуресономольтогустозе».

Густоза!

Слушай, ну овощи так себе. Но сказано красиво.

Ну-ка исчезни отсюда, поганка.

Мне поднос надо забрать.

Позже заберешь. Иди нах отсюда.

- Здорово, белая жопа. - Привет, Пейдж.

Ну вот, видишь, как мы с тобой одной дорожкой идем.

- Чего-нибудь сладенькое есть? - Нет. Печенье есть.

Давай, попробуем.

Это тебе.

«Все ради тебя Господи». Что это?

Не на ту лошадку ставишь.

Скучаешь? Ты знаешь, сколько Николасу лет?

Восемьдесят два. Никогда бы не подумал.

Мощный старик. Очень интересный собеседник.

Ты не возражаешь? Мне просто нужно поддержать беседу.

Кстати, ты была когда-нибудь на скачках?

Нет?

Ну, тогда знай, ты поставила на правильную лошадь.

Друзья мои, давайте. Будем здоровы.

С одной стороны – ни одни нормальный человек

не будет жить с таким типом, как Уолтер.

Но с другой стороны – это ведь было выгодно знать, что он аферист и мошенник?

Такой козырь позволяет посадить человека на крючок и держать его, крепко держать.

Черт побери, да когда такое узнаешь о любимом человеке, тебе жить не захочется.

Уолтер ведь республиканец, как президент Трамп.

Да, но никаких должностей в партии он не занимал. Он никто.

Для передачи денег в штаб Трампа, Уолтер был очень удобен.

Кельвин, ты же знаешь, любые деньги,

которые попадают к нему в руки, он сразу присваивает.

Нам нужно это проверить.

Так, ну что, как обычно? Ты первая, я за тобой поеду?

- Да, но я не еду в Вашингтон. - В смысле?

А я сняла здесь неподалеку в гостинице номер.

Пропущу пару стаканчиков грязного мартини

и завтра весь день проваляюсь в кровати перед телевизором.

А что, у нас ведь выходной?

Ты, кстати, не хочешь ко мне присоединиться?

Пересмотрим вместе третий сезон «Ходячих мертвецов».

Нет. Я предпочитаю третий сезон «Друзей».

Вы знаете, что такое доверие, Сильвия?

Ну, смотря о чем вы?

Ну, кому в этой жизни можно доверять?

Родственные связи ничего не значат.

Бизнес, наоборот, делает вчерашних друзей врагами.

Можем ли мы вообще кому-то доверять как себе?

Нет, даже больше, чем себе, потому что себе-то мы тоже врем постоянно.

Одна из форм настоящего доверия – секс…

Секс?

Да. Секс.

При этом чем секс откровеннее и животнее, тем больше между вами доверия.

Интересно, а чего больше в таком настоящем доверии?

Физиологии? Чувств? Ума?

Ведь в какой-то момент, в поисках наслаждения мы погружаемся так глубоко,

что уже не понятно, что это: безумное доверие или полное извращение?

Или все вместе?

Скажите, у вас соединялось когда-нибудь одно с другим?

Наручники и честность?

Вибратор и искренность?

Плетка, ошейник и правда?

Или, например, веревка?

У вас был такой опыт? Вы понимаете, о чем я говорю?

Чёрт возьми? Что тут происходит вообще?

Вы позвонили мне, настоятельно попросили прийти и выслушать вас. Я пришла.

Теперь вы задаете вопросы мне. Я не готова к такому откровенному разговору.

- Я вообще не готова к такому интервью. - Сильвия, прости.

- Прости меня, пожалуйста. - Ответьте, кто вы вообще такой?

Деньги деньгами, но я извиняюсь, вы даже не представились.

Эти вопросы они не требуют ответов.

Просто потому, что я хотел бы, чтобы вы просто лучше поняли меня.

Я вас очень прошу, присядьте.

Прошу вас.

Присядьте.

Все работает?

Да.

Спасибо.

Сильвия,

я позвал вас сюда для того, чтобы я мог при свидетелях

сделать признание.

Я готов оголить перед вами свой самый страшный грех.

Я погубил человеческую жизнь.

Я сделал это сознательно.

Я… я… Я! Вы меня не слышите, что я вам говорю, а?

Вы кто такой? Как вас зовут?

Я всегда обожал краткосрочные командировки.

А когда Анита Томпсон сообщила о Жуковой?

Я не хочу сейчас о работе.

- Здесь я твой начальник. - Зря я тебя послушал.

Надо было назначить старшей расследования тебя, а не этого лаборанта.

Нет, зачем? Если дело провалится,

пусть за это отвечает лучше Кельвин.

- Что значит провалится? - Ты прекрасно знаешь,

что у нас есть куча подозрений, но очень мало доказательств.

Мы не могли допустить сближения Трампа с русскими.

Если бы Жуковой не было, мы должны были бы её придумать.

Мы или ты?

Что ты от меня хочешь?

Меня смущает, что эта русская очень хорошо держится.

Но я не хочу, чтобы она ушла от наказания.

Когда позвонила Анита? После свадьбы?

Нет, недели через три.

Они встретились в Вашингтоне, и она позвонила.

Сказала, что,

может быть, это глупое подозрение или случайное совпадение,

но мы в тот момент уже знали, что это не случайное и не совпадение…

Меня зовут Патрик Шел.

Я один из самых богатых людей США.

Я так понимаю, там что-то написано?

Да.

Здравствуйте, Мария. Сегодня мы к вам с разными новостями.

Очки заказать можно, но в тюрьме это займет около года.

Зато душ и занятия спортом разрешили.

Но, правда, только ночью.

Администрация тюрьмы хочет минимизировать ваши контакты.

Теперь о самом главном – о звонках домой.

Они тоже разрешены, но тоже только ночью.

Но учитывая разницу во времени с Россией в 12 часов- это даже удобнее.

Мы не стали оспаривать. Это ваш индивидуальный код.

По нему оператор будет вас идентифицировать,

а после разговора списывать деньги.

Код только ваш, никому его не сообщайте, это запрещено.

Спасибо. Спасибо вам большое.

Я даже боюсь звонить, это наверняка не дешево.

Уолтер выплатил вам обещанный аванс?

Значит, нет.

Один пятнадцатиминутный звонок разрешен раз в неделю

и стоит 35 долларов.

Мы положили на ваш счет 200 долларов.

Да, поэтому можете пока звонить домой

и купить в тюремном магазине радиоприемник, блокнот и карандаши, как вы хотели.

Спасибо, я обещаю, я все верну.

Нужно идти, нас ждут на допрос.

Прошу прощения, но этот кофе…

Простите. Простите.

Просто он стоял здесь, на этом месте, я думала, это для меня.

- Нет, но… - Простите, пожалуйста,

я сделала маленький глоток.

- Я не заразная, я не болею. - Я…

- я даже не попробовал его и… - Простите.

Этот запах, у меня аж голова закружилась.

- Нет-нет, я тоже. - Пожалуйста, простите меня…

…в смысле я не болею и не пил…

А! Словом, пейте, пожалуйста.

Добрый день, господа. Прошу, присаживаться.

Мария, я надеюсь, вы понимаете, что мы знаем о вас практически все.

Наши первые встречи посвящены только тому, чтобы понять, насколько вы

искренни.

Насколько вы готовы с нами сотрудничать.

Я готова.

Я же все рассказываю, о чем вы спрашиваете.

- Но вы мне соврали. - Когда?

Ну, как же? Я зачитал вам текст.

«Саммит с участием Трампа и Путина, который состоится 16 июля –

это возможность для президента действовать смело…».

Вы сказали, что не знаете чей он.

А я действительно не знаю.

Эту статью напечатал журнал «Американский консерватор»

за пять дней до вашего ареста. Вы не знаете, кто ее автор?

Клянусь.

Вы хотите сказать, что не знаете, кто такой Джеймс Брукс?

Конечно, знаю. А это он написал?

Именно.

Что вы о нем знаете?

Я очень ценю наше знакомство с Джеймсом.

О том, что он потомок Рокфеллеров вам говорить не нужно.

А это соответствующее состояние, уровень и главное, образование.

То, что он оплачивал мое обучение в Вашингтонском Университете,

вы тоже знаете.

Хотите, я расскажу вам о нашем с ним очень важном разговоре?

Конечно.

Уолтер как-то попал в список приглашенных к нему гостей, в имение,

и взял меня с собой.

Я уже говорила, что я обожаю Америку, но день проведенный у Джеймса,

я никогда не забуду.

Это было очень стильно.

Прием, игра в гольф, еда, напитки.

Но самое ценное было общение с этим человеком.

Он попросил возможности поговорить наедине. Я с радостью согласилась.

Угу…

Минут 15-20.

Проходите, Мария.

Боже мой, сколько книг! Какое счастье!

Вот именно поэтому я и пригласил вас в свой кабинет.

Как вы думаете, что вот это?

А… виски или коньяк. Алкоголь.

Алкоголь? М…

Это ямайский ром пятидесятилетней выдержки.

Одна бутылка – семь тысяч долларов.

М? Здорово.

Прекрасно, вы не выказываете восхищение этому удивительному напитку,

а при этом не отрываете взгляд от моих книг.

Я просто с детства очень люблю читать.

Я почти не пью.

Но вот этот ваш дорогущий ром я бы с удовольствием попробовала. Угостите?

С удовольствием. Я вас понимаю, в молодости все хочется попробовать.

Но потом наступает время, когда алкоголю предпочитаешь простую воды,

а свои статьи пишешь простой ручкой за 35 центов.

Прошу.

- Ох… - Ну как?

Очень крепкий.

- 56 градусов. - Ага…

Я давно его открыл, но сам никогда не пробовал.

А вот с книгами я готов не расставаться целыми днями.

Я готов нарушать распорядок дня. Я просто готов поглощать их.

Спасибо, что пригласили в гости. Для меня это большая честь.

Мне тоже очень приятно общаться с красивой образованной девушкой.

- Вам нравится Америка? - Очень. Я влюбилась в штаты.

Хотите продолжить здесь образование?

Если получится. Обучение не бесплатное.

Получится. Я с удовольствием помогу вам.

Только я хочу предупредить, вам здесь будет трудно.

- А может быть, даже и опасно. - Опасно? Не понимаю.

Давайте присядем.

Гармония в отношения Америки с другими странами,

о которой вы сегодня говорили за столом,

считается позицией не только опасной, но и преступной.

Ну вы и шутите. Или это на меня так ром подействовал?

Мы забыли нашу давнюю традицию американского невмешательства,

с помощью которой мы пытались уберечь нашу молодую страну

от постоянных европейских войн.

Но и это ещё не все.

Сегодня мы не только cчитаем себя непогрешимыми,

мы вообще отменили грех.

Мы его легализовали.

Надо добавить, что за столом во время обеда я высказала мысль

о том, что общение простых людей, то есть народная дипломатия,

может очень сильно помочь в сближении наших стран.

- Мысль, конечно, не новая, но… - А знаете что, Мария?

Наш разговор на сегодня окончен.

О нашей следующей встрече вам сообщат.

Всего доброго.

О!!! Я такое уже видела.

У меня был любовник лет на двадцать старше меня.

Так вот так он тряс своим стручком над унитазом.

Давай, дохлая корова, покажи все, что ты можешь.

- Сама такая! - Ну-ну, ну-ну! Ааа!

- У тебя все в порядке? - Да, а почему ты спрашиваешь?

Мы закончили сегодня гораздо раньше. Что это было?

Я хочу создать ощущение, что это мы решаем, когда и сколько вести допрос.

Я хочу, чтобы у Жуковой не осталось сомнений, что это мы

управляем и будем управлять её жизнью.

Кельвин, ты серьезно?

Это дешевые приемы ведения допроса из интернета.

- Да и что… - Нэнси.

Во-первых, я очень рад, что ты тоже о них знаешь.

Во-вторых, я надеюсь, ты догадываешься,

что по-настоящему мы ещё и не начинали допрашивать Жукову.

Так что пускай наша подопечная расслабится.

И в-третьих, это я тебе как партнер партнеру говорю.

Мой Филипп сегодня бежит марафон, и я обязан быть в Вашингтоне,

чтобы встречать его на финише.

Кельвин, ты послушай, если она профессио…

Нэнси! Ну, к чему все эти разговоры?

Она в любом случае обречена.

Да, кстати, где здесь мусорка? А, вон.

Она в любом случае сядет. Вопрос только на какой срок.

Но уж позволь узнать об этом на один день позже.

Так! Ну-ка встали все

и приготовили свои одинокие жопы к нормальному танцу.

Встали, встали!

Всем привет! Мы начинаем нашу трансляцию со старта марафона в Вашингтоне

и на старте элита американского бега.

Том Джекилс, Марган Съенау, Уолис Лид.

Старт уже дышит эмоциями и красками. И это не случайно,

потому что здесь люди, влюбленные в бег.

Они приехали из разных уголков Америки и даже из других стран.

И все почему?

Потому что каждый марафон - это как отдельная глава

в истории великой легкой атлетики Америки.

Соединенных Штатов Америки.

Нам конечно же интересно,

сможет ли кто-нибудь сегодня разменять на дистанции два часа?

Потому что это всегда такой захватывающий элемент,

а в сегодняшнем забеге особенно.

- Долгожданный выстрел. И… - Итак, старт дан.

Мы видим, что количество участников перевалило за тысячу человек.

И вот группа лидеров уже… с приличным разрывом бежит впереди.

Ну, на самом деле всегда любопытно вспоминать о том,

что в шестьдесят седьмом году Кэтрин Свитцер

решила бросить вызов незыблемому правилу о том, что марафон только для мужчин.

И вот… И вот сегодня мы как раз-таки видим, что это совсем не так.

Оо… А это что такое? Что это такое?

Это какое-то безрассудство или стиль бега новичка?

Ну, это… в любом случае.

Мы же всегда ждем с вами от марафона какой-то борьбы, интриги

и этот, пока ещё никому неизвестный спортсмен….

- Под номером… 17… 81… - Похоже решил нам её подарить!

- Да, да. - Всегда любопытны те,

кто хотят прыгнуть выше головы и разорвать все шаблоны.

Посмотрим, что из этого получится,

поскольку многие мечтают добежать хотя бы до середины дистанции.

Ну, марафоны не предсказуемы

и на наших глазах разворачивается настоящая интрига.

Тут нет догм, тут есть чувства и эмоции, которые побеждают разум

и первые 25 километров всегда очень очень коварные.

В любом случае интересно, чем все это закончится.

А вот и произошло то, чего мы так боялись и…

…о чем предупреждали в самом начале.

Никому неизвестный бегун под номером 1781 к удивлению всех вырвался вперёд.

Да, он набрал бешеный темп, но, к сожалению,

не добрался даже до середины дистанции.

Ух… Боюсь, ему потребуется помощь медицинского персонала.

Боже милосердный.

Сколько раз я говорил, что марафон - это очень сложная и тяжелая дистанция.

И это сейчас это буквально борьба между жизнью и смертью.

Да.

Жукова.

Я тебе кое-что принесла. Тебе понравится.

Евгений Онегин.

Спасибо.

Ты даже не представляешь, какая это радость для меня, Линда.

- Ты точно мой ангел. - Да я тут не при чем.

Я вообще не знаю, какой сумасшедший притащил её в нашу литературную помойку.

Ну, он явно был не без тараканов в голове.

Чего?

У нас в России говорят про людей со странностями,

- что у них тараканы в голове. - А…

Я даже слышала, что это именно Пушкин придумал.

А книга-то интересная?

Лучшая.

Самая лучшая.

Давай звони.

Введите ваш персональный код.

На вашем счету 168 долларов. У вас 15 минут, введите номер.

Алло.

Алло, я вас слушаю.

Алло, говорите, пожалуйста.

- Алло. - Алло?

- Привет, Марин. - Маша! Маша, это ты?

Да, это я, сестренка. Я тебя очень рада слышать.

Господи, Господи, тебе разрешили позвонить?

Да, и теперь это будет регулярно.

- Как ты? Как родители? - А! Я сейчас умру от счастья.

- Да что я? Что мы? Как ты? - Да все в порядке.

Я хочу, чтобы ты знала и передала родителям, я ни в чем не виновата.

Да конечно мы знаем, Маша, ты что. Мы знаем и не сомневаемся.

Папа вообще в Москву собрался. Алло, Маш?

В Москву зачем? Он себя плохо чувствует?

Да, чувствует он себя более или менее. Он…

он просто ищет способ тебя спасти.

Не волнуйтесь только.

Скоро все разъяснится, и я приеду домой. Слышишь?

- Алло. - Алло.

Алло, Марин!

- Алло, Марин, ты меня слышишь? - Алло!

У меня же 15 минут!

Почему прервалось? Алло!

Алло, Марина!

Я прошу прощения.

Сюда зашла пара – мужчина с женщиной.

Это мои друзья. А где они? Я их не вижу.

Думаю, нам надо серьезно поговорить.